Мо Жань, не тупи

Накатывающее удовольствие пробуждает рваные стоны, просящие о большем. Давай уже, думает он. К черту прелюдии, не обращайся со мной, как с дорогой фарфоровой чашкой. Но он в жизни такого не скажет. Он лучше откусит себе язык. Единственное, что он может сделать - это крепче обвить его талию ногами, прижимать ее к себе и все же стыдливо отводить глаза в сторону. За напускной гордостью горит желание. Желание сказать - просто возьми меня уже. Грубо. Резко. Вдави меня в матрас и заставь забыть как дышать. Но он не скажет этого, нет. Он блядски выгибает спину и прижимается к чужому телу так близко, словно желая слиться с ним воедино, чтобы между ними не оставалось даже шанса проскользнуть не единой молекуле и издает тяжелый протяжный стон наполненный возбуждением. Чу Ваньнин хотел Мо Жаня, и сегодня он его получил. *** *** *** Только вот одному Ваньнину известно, чего стоил ему момент их близости. Мо всегда осторожничает с ним. Уже год как они встречаются, и все эти слухи о похождениях Мо Жаня, и о том, что он берет все, что движется, грубо и жестко, вообще не вяжутся с тем парнем, который сидит сейчас рядом с ним на диване и выцеловывает каждую костяшку его пальцев. Он всегда осторожничает. Даже глубокие поцелуи очень аккуратные, словно он всасывает в себя кусочек желе стараясь не повредить его форму. И Ваньнина это раздражает. Не Мо Жань, а его гиперзабота. Они за год и не переспали не разу. Поэтому Ваньнин уже заебался кончать в душе под аккомпанементы собственных стонов после того, как Мо Жань уходил от него Заебался, а сказать ничего не мог. Стыдно. Он ошибочно предполагал насмотревшись романтических мелодрам, что партнер сам без слов понимает желания другого партнера. А еще почти уверен что рот нужен для чего угодно, только не для того чтобы разговаривать о чувствах и желаниях тем более. Например, рот нужен, чтобы есть сладости, которыми Мо кормит его на убой каждые выходные. Рот нужен, чтобы целовать Мо Жаня нежно, как тот любит и как Ваньнин любит тоже. И рот нужен чтобы тихо выстанывать его имя, стоя под горячими струями душа и кончая на белый кафель. А говорить о желаниях - нет, увольте. ***** Как-то в день выпуска из университета, где Ваньнин, к слову, был деканом у Мо на курсе, вся группа, включая преподавателей, пила как в последний раз. Ваньнина не брало никакое колличество алкоголя, а вот Мо Жаня развезло уже через пару часов. Алкоголь ударил в голову, но он продолжал пить, абсолютно игнорирую тот факт, что уже даже стакан мимо рта проносит. И Ваньнину пришлось тащить его домой. К себе. Во-первых ближе, а во-вторых во-первых. Когда Мо Жань рядом с Чу Ваньнином, то тот проявляет столько эмоций, чувств и нежности, что это тепло способно растопить треть Арктики. Мо Жань всегда относится к Ваньнину, как к дорогой коллекционной статуэтке, которую в пору только доставать из серванта, осторожно потирая и с восхищением вздыхая на этот редкий экземпляр, который принадлежит ему одному. Но не в этот день. В этот день, пока Мо Жаня тащили по лестнице в квартиру, его руки бесстыдно гуляли по талии Ваньнина спускаясь ниже и без зазрения совести сжимали офигенную задницу, обтянутую серыми классическими брюками. Бесстыдство. Хотел было крикнуть Ваньнин. Но не крикнул. А смысл? Парень пьян в усмерть. Конечно, это главная причина, а не то, что Ваньнину это очень даже нравиться. Эту мысль он прогоняет моментально не давая ей и шанса. Он заталкивает пьяное тело в коридор помогая ему снять верхнюю одежду и обувь, попутно раздеваясь сам и оттаскивает своего парня на диван. Попытка уложить выпускника проваливается в тот момент, когда его тянут в горизонтальное положение следом, крепко обхватывая за плечи и вовлекая в глубокий поцелуй. Мо Жань буквально пытается сожрать его губы. Проталкиваясь глубже и прижимаясь крепче. Ваньнин для вида пытается сопротивляться, но кого он обманывает, если мысленно он уже переспал с Мо Жанем во всех позах и на всех поверхностях. Поэтому сейчас он дал себе эту слабину, чтобы немного превратить мысли в реальность. Такой Мо Жань ему очень даже нравится. Не сдержанный, резкий, грубый, готовый разорвать тело и сжать в тиски его душу. И стоило ему только подумать о том, что он хочет себе ещё немного подарить Этого удовольствия, как Мо Жань отстранился смотря Ваньнину в глаза, а затем уткнулся в изгиб его шеи и произнес: — прости. "ЧТО БЛЯДЬ? ЗА ЧТО?" Ваньнин даже отреагировать не успел, как Мо Жань отвернулся лицом к спинке дивана и, обняв подушку, кажется, уснул. — Мо Жань, ты уснул? Мо.... — слабое сопение подтвердило его догадку. Он уснул. Ваньнин укрыл его покрывалом и взглянул на свое возбуждение. Суууууукаааа. Не Мо Жань, конечно, а то, что мешает ему сейчас в штанах, предательски натягивая молнию, создавая дискомфорт. Еще раз мысленно выругавшись, он направился в душ, уже зная, что с этим делать. Схема отработана.