Мо Жань, не тупи

Неловкое молчание прервал звонок телефона Мо Жаня. Хотя, судя по напряжению в комнате, это был просто спасительный вызов. Мо Жань почти трясущимися руками вытащил телефон из кармана брюк. — Ой, это дядя. Прости, я отвечу, — парень подорвался и выскочил на балкон, закрыв за собой дверь. Чу Ваньнин же так и остался сидеть на диване в непонимании, что это тут вообще блять происходит? Он смотрел, как Мо Жань что-то эмоционально говорит по телефону, и не мог понять, он сейчас что-то не то сказал ему? Не стоило признаваться вот так, просто сидя на диване? А как надо было? Цветы, свечи, шарики? Это вообще не в стиле Ваньнина. В стиле Ваньнина выкладывать все сразу и по факту. Когда кто-то хочет есть, то говорит, что голоден. Когда замерз, то не устраивает театральное представление с антрактом, а просто говорит, что замерз. Вот и получается, если голод, холод - это состояния, то любить, так же является состоянием. И он сказал, как есть. Ваньнин его любит. И ожидал любой реакции, но уж явно не почти полного паралича своего парня. Ваньнин еще какое-то время посверлил профиль Мо Жаня через балконную дверь, а потом встал и пошел на кухню. Видимо его голод будет утолять сегодня только еда из ресторана. Пока он копошился с коробочками, доставая все из пластика и перекладывая в нормальные тарелки (так на его взгляд эстетичнее), Мо Жань, не пересекая дверного проема, окликнул его. — Там у Мэн-мэна какие-то проблемы. Я должен идти! — голос у Мо Жаня был как у безутешной вдовы. "Блять, и что это за голос? Да что это за ситуация такая?" — внешне Ваньнин был непоколебим, но внутри у него все бегало и истерило, как муравьи во время дождя. — Нужна какая-то помощь? — Ваньнин сделал небольшой шаг вперед, пытаясь поставить тарелку с едой на стол, но Мо Жань в ответ столько же отступил назад. "Вот это поворот. Да ты прикалываешься?!" — Мо Жань, если что-то.... Мо Жань не дал ему договорить. Просто, отступая назад, развернулся на каблуках и,прокричав что-то типо: "Прости, золотце!" вышел из квартиры. "Мда, блять, поговорили..." — Ваньнин швырнул тарелку, что держал в руках в раковину, и покинул кухню. ******* Пока Мо Жань добирался до своего дома, он переваривал ситуацию, которая произошла. В этой ситуации он сам себя не понимал. Не понимал, почему признание в любви вызывает в нем желание бежать, как можно дальше. Они встречаются год, и он точно знает, что Чу Ваньнин для него очень много значит. Так же он осознает, что его поведение похоже на яслисадовское. Он не должен был сбегать и избегать разговора. И просьба дяди, кстати, вообще не была обязательной. Он сам захотел бежать, используя это, как предлог. Видимо, просто природа этих чувств ему не знакома, и он подсознательно их боится. Только непонятно: своих или чужих? Да. Ему сказали, что его любят. Дядя и тетя уже больше десяти лет говорят ему это. Двоюродный братец, наверно, тоже его что-то типо любит. Но они его семья, и, наверное, так у всех. А тут другое. Но если "тут другое", тогда к чему все эти отношения, совместные вечера и поцелуи, от которых срывает крышу? Еще год назад Мо Жань даже не надеялся на взаимность симпатии, а уж тем более на положительный ответ, когда признался Ваньнину в чувствах, а затем предложил встречаться. Но чтобы тот первым ему в любви признался... Это вообще контрольный в голову. Тетя не раз говорила Мо Жаню, что из-за той части детства, которую тот провел в детском доме, у него возникли проблемы с доверием, но уверяла, что это прорабатывается с правильным специалистом. Смешно, но, возможно, Мо Жаню нужен мозгоправ. Когда Мо Жань зашел к себе домой, то из гостиной доносились причитания дяди и тети и какие-то нечленораздельные звуки, видимо исходящие из его брата. Картина перед ним открылась "причудесная". Сюэ Мэн с гипсом на руке в синяках и ссадинах, тетя наносит ему мазь и пытается раздавать нравоучения, а дядя просто ходит из угла в угол и, кивая в такт супруге, повторяет: "Вот, мама абсолютно права!" — Сюэ Мэн, кто тебя так накрасил!? Красный не твой цвет, вот когда эти синяки станут фиолетовыми, будет прям к твоему цветотипу, — Мо Жань подошел ближе и взлянул на лицо брата, легонечко ткнув ему в щеку. — Жань-эр, посмотри на него! Это он так родителям седые волосы на голове прибавляет! — Сюэ Чжэнъюн подошел и сзади слегка тыкнул сына в затылок. — Папа, не начинай. Я даже не виноват, просто они начали нести всякую чушь, — Сюэ Мэн потер затылок целой незагипсованной рукой. — Ну да. Мэн-мэн, тебе что, не говорили, что в мире все люди имеют свое мнение?! Зная твой характер, "всякая чушь" - это что угодно, что тебе не в угоду, — Мо Жань снова ткнул его легонько в щеку. — Ой, ну убери ты свою руку уже, больно ж. У мира есть два мнения - мое и неправильное, и я.... — Вот поэтому ты сейчас в таком положении, — госпожа Ван аккуратно ткнула сына в лоб и продолжила наносить на него мазь. — Да хватит вы в меня все тыкать, — Сюэ Мэн начал отмахиваться от них, как от летающей мошкары. *********** — Мо Жань? Мо Жань, ты спишь? Псина.. Ты спишь? — Сюэ Мэн с бешеным взглядом влетел в комнату к старшему брату и плюхнулся перед ним спиной. — Почеши лопатку. Ааа...блять... Чешится, пиздец как..... — Ты нормальный, нет? — Мо Жань, сидевший в изголовье кровати, отложил телефон и уставился на младшего братца. — Нет, нет. Не нормальный. Почеши. Мне не дотянуться. Под лопаткой, — Сюэ Мэн показательно поерзал спиной из стороны в сторону. — Пхаха. Ты псих! — Мо Жань начал аккуратно чесать под лопаткой у Сюэ Мэна. Их отношения окружающим всегда казались натянутыми, но в стенах собственного дома они были вполне себе заботливыми братьями. Расскажи кому, так не поверят. — Я не понял, зачем дядя позвонил мне. Чтобы я тебя за ручку подержал? — Это я попросил. Или ты хотел, что бы они на меня тут вдвоем наседали? — Сюэ Мэн сгорбился подставив спину под руку брата. — О! Так я тебе типо живой щит? — Ну, что-то типо. Чуть ниже почеши еще! — А ты не охренел? — Да охренел! Ты руку мою видел? — Сюэ показал перегипсованную руку и жалобно всхлипнул. — Мда уж. Сильно болит? — Уже не очень — А что случилось-то? — Мо Жань, не отвлекаясь от спины брата, взглянул на провибрировавший телефон. — Да вообще фигня. Мы пошли в бар и сидели чисто своей компанией, а там..... Мо Жань вполуха слушал, что же там произошло у брата, но прекрасно понимал, что для Сюэ Мэна весь мир в принципе был не прав, да и в его жизни довольно часто возникали споры и склоки. Поэтому детали можно упустить. Заглянув в телефон, он прочитал сообщение от Чу Ваньнина, и почему-то у него в горле сжался комок. ЧВ — Как Сюэ Мэн? Мж — Все хорошо. Перелом руки и немного ссадин на лице Чв — Это по-твоему хорошо? Мж — Сидит вот у меня на кровати и бодро рассказывает, как все было и что вот все люди мира вообще не правы. И даже жестикулирует немного) Поэтому, да, все хорошо! Чв — Хорошо Мж ¯\_(ツ)_/¯ "Чв набирает сообщение долго", а в итоге приходит короткое: "Спокойной ночи, Мо Жань". — .......а потом папа приехал, когда мы уже сидели в больнице и мне накладывали гипс. Придурки они в общем, что хотели, непонятно, — Сюэ Мэн заметил, что Мо Жань застыл, глядя в телефон. Заметил по тому, как рука перестала начесывать его спину. — Мо Жань? Ты тут? Блять, хватит давить лыбу в телефон, аж бесишь. — Кто? Я? Разве улыбался? — не переставая улыбаться, переспросил Мо Жань. — Да ты себя бы со стороны видел. Тут свет выключишь, и все равно светло. Фу, смотреть тошно. Я пойду. Уже поздно, тоже ложись. Спасибо. Сюэ Мэн встал с кровати и направился к двери. — Эй, Мо Жань! Тебе капец как повезло, что учитель с тобой встречается, так что не смей вытворять глупости. Мо Жань остолбенело взглянул на брата. "Да уж, вот именно. Ему капец как повезло" Сюэ Мэн уже почти вышел из комнаты и, стоя в дверях, все-таки вполоборота повернулся к брату. — И учителю тоже с тобой капец как повезло. Так что нормально встречайтесь и не бесите меня уже, а то бесите прям офигеть как. — Пхаха. Ну спасибо за поддержку. — Ой, иди нахер, короче. Я спать. — Надо будет почесать спинку, зови. — Ага. Ловлю на слове. Мо Жань пол ночи ворочался и не мог заснуть. Если так подумать, Чу Ваньнин ко всем относится с напускным безразличием и отстраненностью, но Мо Жань знает совсем другие его стороны. Он знает, как его Баобей морщит нос от холода. Какое у него выражение лица, когда после основного блюда они достают десерт. Оооо! В глазах начинают сиять мириады звезд. Ну что за зрелище. Всю жизнь бы смотрел. Его Ваньнин любит приторно сладкий кофе, а Мо Жань любит его целовать и ощущать этот вкус на своих губах. Губы Ваньнина после кофе лучшее, что пробовал Мо Жань. Мо Жань загоняется настолько, что начинает гудеть голова. Дядя и тетя вырастили его как родного. Сюэ Мэн был добр (по-СюэМэнски, конечно) с первого дня, как он переступи порог дома. И Чу Ваньнин за своей непробиваемой строгостью всегда старался подарить ему тепло и заботу, а теперь и любовь. Сколько таких людей, как Ваньнин, еще будет в жизни Мо Жаня. А главное, Мо Жань не хочет проверять их количество. Этот осознание сегодня точно не оставит его в покое. Поэтому он подрывается с кровати и заказывает такси.