Hidden love/Скрытая любовь

— что??? помогать ей??? почему??? — Йеджи вскочила со своего места в полном негодовании. — есть же другие студенты, которые могут помочь ей. почему именно я? — Хван Йеджи, Вы отличница, у Вас лучшие результаты, да и Рюджин будет полезно побыть в обществе столь воспитанных личностей. — как только до девушки дошёл смысл сказанного преподавателем, тот уже испарился, будто его тут никогда и не было. — приехали, блять. — эмоции сами за себя говорили, а девушка с полной озадаченностью и чувством безысходности села, а точнее упала обратно на свое же место. — ух ты, отличница-паинька Йеджи умеет материться? — сзади послышалась колкая усмешка, которая повлекла за собой смех 3-4 студентов, сидевших вокруг автора этих слов. — да представь себе, на эмоциях даже я слова не контролирую. хотя тебе откуда это знать, биологию-то последний раз посещала в прошлой жизни. — Йеджи не была из тех, кто будет молчать, она имела твёрдую уверенность в себе, которую было слишком тяжело пошатнуть, тем более таким людям как Шин Рюджин. — хах, вот биологию ты мне и поможешь выучить первым делом. может даже зайдём немного вперёд по программе, куколка. — Шин слишком забавляла эта ситуация, тем более что в себе она уже несколько месяцев держала тайну, о которой, к удивлению, не знал никто, кроме неё самой. эти двое познакомились ещё когда только поступили в университет. но сразу было понятно, что они совершенные противоположности. Хван Йеджин — девушка, которая знала свое место, носила воображаемую корону в хорошем смысле, была в почёте у большинства преподавателей и с этим могла совмещать и доброту к людям, заботу и внимание к мелочам. Шин Рюджин же презирала место, куда засунули её родители за немаленькие деньги, не любила всю свою жизнь таких заучек, которые видят только учёбу, ведь именно такие люди однажды сделали из неё то, что можно наблюдать сейчас. Рюджин не может себе представить, что люди, которые настолько идеальные, по мнению многих людей, действительно делают все по своему желанию, а не с целью выгоды, которой они достигают, шагая по головам. вот и сейчас она постоянно пыталась понять, в чем же подвох в этой столь прекрасной особе. регулярно Шин наблюдала за поведением Хван, вслушивалась в её разговоры и старалась всегда держать в поле зрения. однако девушка сильно перестаралась и не заметила, как это любопытство и подозрение переросло в нечто большее. отучившись целый год, контактов между этими двумя противоположностями было минимум, так как Рюджин боялась лезть раньше времени, пока не поймёт, в чем дело, а Йеджи такие личности были интересны только в целях учёбы, так как она была старостой и волей не волей иногда приходилось дёргать Шин по мелочам, но не более. их колкие диалоги стали происходить лишь в новом учебном году, когда за лето они смогли узнать друг друга чуть больше при совершенно интересных обстоятельствах. у обеих было несколько забавное увлечение — вторая жизнь в лице виртуального общения. Йеджи особо не скрывала этого, так как не видела ничего необычного, но Рюджин же ни разу даже виду не подала, что занимается чем-то подобным. Однажды Хван оказалась в одном чате и, перезнакомившись со всеми, выяснилось, что там есть человек, который учится вместе с ней. и неизвестно, кому в тот момент было более неловко. узнав, кто есть кто, общение постепенно набирало обороты, но чаще, понятное дело, в рамках чата. лёд между этими двумя особами очевидно начал таять, но это проявлялось через острые подколы, шутки и язвительные фразы, которые чаще слышались от Рюджин, но и Йеджи не упускала возможности парировать её нападки. встретившись в университете, Шин и Хван виду не подавали, что что-то произошло, но было видно, как все были сильно шокированы такой переменой их поведения по отношению друг к другу. Йеджи устраивало все, но она для себя не возносила Рюджин на уровень друзей, это ей было просто неинтересно. Однако оказавшись в положении, что ей придётся подтягивать по учебе Шин, она была, мягко говоря, шокирована и раздражена, ведь это не то, чем она хотела бы заниматься после и так трудной учёбы. — милая, сегодня к тебе или ко мне? — наигранная ухмылка промелькнула прямо слева от Йеджи и уселась напротив неё на стул перед партой, за которой одиноко сидела девушка. — лучше в библиотеке, может буквы хотя бы с воздухом тебе в голову залетят, пока тяжело дышать будешь в попытках понять меня. — фраза была произнесена полностью в стол, но на последних словах Йеджи с искрой в глазах быстро и незаметно, с неким вызовом, подняла взгляд на девушку. зная то, что девушка скрывает свои ненужные, по её мнению, чувства, Шин смутилась. а вдруг её фраза «в попытках понять меня» была сказана не про учёбу? а вдруг Йеджи догадалась, что Рюджин наблюдает за ней?.. неожиданный испуг читался в глазах девушки. — все в порядке? — Йеджи вышла из «образа» и накрыла своей рукой легонько руку напротив. «что она делает… Хван Йеджи, что происходит…» мысли путались, паника предательски заставляла сердце стучать. — кхм, ты о чем? — ты вся напряглась, и я вижу испуг в твоих глазах. — Йеджи с искренним беспокойством заглянула в глаза Рюджин. — все нормально, забудь. — Шин резко одернула руку, вставая с занятого места. — сегодня у меня в 6, принеси свои учебники, я не знаю, где мои. «что не так я сказала… надеюсь, она на самом деле в порядке, её поведение стало чересчур странным…» «дура, а если она поняла, почему я запаниковала? а если она не придёт? черт, дура дура дура. зачем вообще надо было влюбляться.» Рюджин часто корила себя за чувства, они были не нужны. по слухам у Йеджи были отношения и очевидно, что Шин была здесь лишней. это не должно было повернуться так. она понимала, что она не сходит с ума по человеку, но исключительно тёплые и нежные чувства вперемешку с легкой ревностью наталкивали, буквально насильно кормили мыслями, что это что-то большее, чем простой дружеский интерес. чтобы не выдавать себя и перебить хоть как-то чувства, она выбрала такую линию поведения, как сейчас — подколы, шутки и насмешки, но Шин знала черту, ведь никогда не хотела задеть объекта своей симпатии. однако вместо того, чтобы чувства пропадали, они наоборот с каждой шуткой вспыхивали лишь сильнее.