Мы встретимся снова

Вспышка света, подобная удару кнута, только по глазам. Их движения были резкими, хранили в себе многовековое мастерство; держали втайне импульсивность и демонстративную насмешку. — В чем мотив твоих действий, Чайльд? — голос Чжун Ли был ровным и спокойным, он хладнокровно продолжал бой. Копье в частности проходило по касательной лица Чайльда, оставляя на светлой коже тонкие, кровоточащие царапинки. — Во всем Тейвате мне не удалось найти противника... — он отрывно увернулся от остырия, что рассекло воздух у его груди. — которому удалось бы превзойти тебя. Толпы людей разбегались, в страхе унося за собой детей, всюду звучали испуганные вопли. Ху Тао не сдвинулась с места, восхищенно пытаясь разглядеть бойню. — Чжун Ли, Чжун Ли, давай! — Почему это должно касаться невинного народа? — Касаться? Моракс, ты слишком мягок. — парень слегка запыхался, но не подавал виду, сражаясь стремительнее. —...геноцид меня не интересует. Очередная ударная волна, словно ураган, отбросила девушку на несколько метров, заставив шляпку слететь с головы Ху Тао, которую она словила налету. — Прошу извинить, моя Госпожа... — в ушах звоном отражался одержимый властью женский голос. — больно будет всего раз... Не оборачиваясь, Ху Тао узнала в его нотках знаменитую Кэ Цин, хотя этические сомнения явно присутствовали. И все же, девушка вывертелась, ловко увильнув от наглой атаки со спины. — Я привыкла к боли. В ее руках сверкнуло копье, возникнувшее из золотистых частичек. — Я стала болью. — в голосе Ху Тао чувствовалась уверенность, на лице отражалось надменное превосходство, но ее пальцы дрожали, сжимая рукоять оружия. Ху Тао понимала, что ей не превзойти Кэ Цин в битве, даже если девушке повезет, всеведущая обязательно устранит ее позже. — Вы в праве сдаться. — Ни за чт- По касательной руки девушки прошлось острие нефритового меча, оставив рукав тонко рассеченным. Девушка ощущала, как по предплечью стекает горячая кровь, хоть и не опускала взгляда, она пыталась уловить Кэ Цин хотя бы взглядом, безуспешно. Удары становились более настойчивыми и ритмичными, они не давали девушке времени на то, чтобы повернуть головы. Резкие, внезапные разрезы вдоль и поперек, оставленные нежными руками, Ху Тао оставалась на месте, не чувствовалось и толчков, но она истекала кровью. Плоть пронзало электричеством, в глазах пульсировало темными пятнами, Ху Тао осознавала, что вот-вот потеряет сознание. И все же, у Кэ Цин не было цели на убийство, будь так, она бы придумала что-то более изащеренное, можно было даже уловить в лиловых глазах сожаление и тоску. С рук, с ног, шеи и тела Ху Тао стекала багровая жидкость, она упала на колени, пытаясь удержаться, упираясь руками в землю, вскоре совсем потеряла над собой контроль, опустошенно прильнув к земле. — Прости. Недолго думая, Кэ Цин избавилась от меча, растерла друг о друга едва окровавленные ладони в перчатках, вздохнула. Она с легкостью подхватила безжизненное тело девушки, закинув голову и торс на плечо. Головной убор девушки безысходно слетел на землю, плюхнувшись в лужу крови. Щеки Кэ Цин касалась растерзанная часть плоти, из-за чего белесая кожа смазалась теплой кровью. И все же, сердцебиение девушки было в норме, Кэ Цин нарочно не покалечила внутренностей возлюбленной, боясь свести ее счеты с жизнью. Прямо сейчас, бегом пересекая улицу, Кэ Цин было плевать, чего о ней могли вздумать прохожие, каким образом ее могли бы лишить должности, она получила то, к чему стремилась. Она добилась той, чье признание ей будет дороже собственного сердца. Заметив исчезновение недавнообретенной напарницы, Тарталья решил пойти по пути блефа. — О, Моракс, ты снова меня одалел... Чжун Ли едва прижал копье к его груди, нависая на парня сверху. — Черт, как же горя-яч... — Отвратительно. — Ну ладно-ладно, убери эту палку, я понял, кто тут папочка. Чайльд резко отстранился, поправив скомканную одежду. Он смахнул с себя пыль, пытаясь с такой же легкостью смахнуть волнение. Порывистыми движениями, Чжун Ли двинулся к Чайльду, схватив его за горло. Его лицо не отражало ничего, как и голос в который, он словно пытался внести хоть горсть эмоций. — Почему ты сделал это? — Пх... Обернись, Моракс... — Думаешь, я настолько глуп? — Т-тогда обернись...не отпуская... Чжун Ли не ослабил хватку, но послушался противника, медленно, недоверчиво повернув голову. В янтарных глазах отразилась смесь необычных чувств. — Ты, должно быть, пытаешься меня провести. — Ее кровь на твоих руках. — Мои руки чисты, как и совесть. — Не обманывай себя, Моракс. В рухлом деревянном доме было сыро и холодно. В помещении было очень темно, разглядеть очертания стен было сложнее, чем выткнуть свои глаза. На улице шел дождь, доносящий постукивание по крыше. Ху Тао уже несколько минут очнулась, сидя на полу, будучи связанной, она даже не пыталась пошевелиться: раны безумно болели, особенно на тех местах, которые обтягивала толстая веревка. Сложно было догадаться, одна ли она здесь, но комнаты были небольшими, довольно узкими, узрить кого-то помимо нее было бы легко.

И все же, чувство мелонхолии ее не покидало. Даже задуматься о том, что столькое произошло за пару дней было нелегко, так же непросто было терпеть переживания о том, что будет с ней после.