Трудности перевода

— Да подойди ты уже к нему и познакомься… — Не могу. — Почему? — Он слишком красивый. Март 7, девушка, что известна на факультете дизайна как одна из самых главных активисток, что без конца светится жизненной энергией, прямо сейчас устало и даже с некой долей раздражения смотрела на своего друга, с которым её угораздило подружиться, хотя он был на инженерном направлении. Дизайн и инженерию связывали только бессонные ночи пар по черчению. — Келус, ты выглядишь как маньяк, — констатирует факт Март, попивая лимонад в холле университета. Просторный белый зал с панорамными окнами в несколько этажей давал ощущение свежести. Они сидели на креслах за одним из столиков — Келус наблюдал за студентом по обмену из Китая. Он уже выяснил, что тот был будущим врачом. Келус и вправду выглядел как маньяк: синяки под глазами, крайне усталый взгляд, который был безразличен в данный момент ко всему, кроме фигуры в длинной кофте, что смахивала на пальто. Зелёный цвет так хорошо шёл к его чёрным волосам… Чёрные брюки длинной в три четверти с идеальными стрелками. Стрелки идеальными кстати были не только там, но и на лице. Красный, подчёркивающий его привлекающую сдержанность. Келус напоминал зомби-маньяка, которого даже не беспокоило то, что он открыто пялился на бедного студента, что пил кофе и разговаривал с кем-то. Его белые наушники кстати хорошо подходили образу. — Пока ты будешь думать, он уже успеет улететь обратно в Китай, так и не узнав твоего имени. Келус повернул к ней голову, что лежала на столе и благодаря теплопередаче отдавала ему часть своей любви. — У меня нет идей как начать разговор. — Ты серьёзно? — она удивлённо давится лимонадом. — Да ты с мусоркой подружиться можешь, а с ним стесняешься начать разговор? — Говорю же: он слишком красивый. Знаешь, прямо как аристократ из какой-нибудь книги про средневековье… Весь такой холодный и неприступный, имеющий огромную личную библиотеку… Не любит сладкое и пьёт только один кофе, обычно обедая в собственном кабинете… Март смотрела на него как на придурка. — Прекрати ты, уже слюни на стол пускаешь, фу. Никто не подозревал о том, что кто-то вроде Март может так общаться с кем-то. И никто не подозревал, что Келуса, которого мало интересует внешний мир и люди, как бы он с ними хорошо не ладил, словил гиперфиксацию на студенте. Его привлекла внешность, а голова додумала образы. Келуса почему-то тянуло к нему и дело было не только во внешнем виде… Или только в нём… Не ясно. Он просто привлекателен, очень. В мыслях Келуса тем более. — Ма-а-а-арт… Ну как мне с ним познакомиться… — Как обычно. Возьми, подойди, поздоровайся и назови своё имя. На крайний случай: пошути в своём стиле, ну, по-идиотски то есть, — ей уже надоедала вся эта ситуация с нерешительностью приятеля, который отличался уверенностью в самом себе. А тут… Взял и сошёл с ума из-за парня, которого он даже не знает. Если они сойдутся, Март посчитает их родственными душами, потому что иначе такое резкое влечение пассивного по жизни Келуса она не поймёт. — Слушай… — Март чувствовала, что сейчас Келус выдаст какую-то гениальную идею, которую лучше забыть, — а может… Выучить что-нибудь на китайском? Удивить его и показать искренность своих намерений. Иностранцам вроде нравится подобное, — его глаза загорелись. Март переводит взгляд с Дань Хэна на Келуса, взвешивая все «за» и «против» этой идеи. — Это ужасная идея, Келус, — морщит нос Март, выпивая остатки лимонада. Трубочка издает забавный звук. — Нет, она идеальная! — подскакивает парень, чем пугает подругу. — Главное придумать, что сказать… Март не верила в эту идею, потому что китайский — крайне сложный язык, а Келус далеко не лингвист. Она боится, что вместо предложения познакомиться на китайском, он произнесёт трёхэтажный мат на древнекитайском. Кто же знал, что она будет близка к истине.

***

Келусу понадобился день, чтобы выбрать простую фразу и зазубрить её с помощью гугл переводчика. Произношение в китайском — та ещё морока, не зря этот язык именуют таким сложным… Но с каждым повторением фразы Келус убеждался в том, что его идея прекрасная и студент, что так бесцеремонно схватил его сердце, мгновенно попадётся в его сети любви. Настал этот день и Келус, выбрав стандартную фразу: «ты мне понравился, давай дружить», отправился в крыло, где обычно ошивались химики. Он позвал Март, но та предпочла разговор с подружками, а не лицезрение этой крайне неловкой ситуации, конец которой уже определила для себя. Келус уже увидел на горизонте нужную ему цель, что была сегодня в чересчур красивых очках, эта круглая оправа идеально подходила лицу студента. Подходя ближе он начал чувствовать волнение, впервые за долгое время. Келус боялся, что оплошает, поэтому начал сильно нервничать, что удивило его самого. Так, нет, раз он решил — он сделает. Отступать назад уже поздно. Шаг. Шаг. Ещё один. Келус действительно стоит прямо перед ним. И это даже не сон. Парень, имя которого, как он выяснил — Дань Хэн, обратил на него внимание, снимая один из наушников. Его взгляд задал немой вопрос, Келус наконец смог разглядеть цвет глаз под этими толстыми линзами. Видимо, зрение у него было крайне плохое. — 我喜欢你, 做我男朋友吧. Дань Хэн меняется в лице, словно в замедленной съёмке. Келус сначала замечает удивление, а потом ощущает совместную неловкость, что сопровождается тишиной и шумом окружающих их студентов. На бледном лице слишком сильно заметно смущение, которое крайне красиво смешивается с удивлением. Глаза расширились до состояния орбит, очки чуть не свалились с его лица. Он молчал, Келус не понимал в чём дело. Лицо Дань Хэна вводило его в ещё большее замешательство, парень просто тупо продолжал смотреть на китайца, мучаясь в попытках понять, что означает это молчание. Глаза Дань Хэна дрожат, он в итоге не выдерживает и резко разворачивается, поспешно уходя куда-то вглубь университета. Келус даже не успевает вытянуть руку, чтобы остановить его, вместо нормальных слов вылетают трудно различимые звуки. Лишь глаза глупо хлопают ресницами, смотря в пустоту коридора. Это что сейчас было? Келус сгорает в смущении. Вышло так плохо? Или случилось то, что и предвещала Март? Вместо обычного предложения дружбы он сказал какую-то глупость? Видимо сила вселенной тянула его к этому молчаливому парню только для того, чтобы увидеть его позор и посмеяться над этой до глупого неловкой ситуации. Парень наконец ушёл от этой злосчастной аудитории под шепотки и странные взгляды. Дань Хэн сбежал из-за его слов, полностью красный. Но от чего? Смущения? Злости? Он пытался не врезать ему прямо здесь? Ну если это последнее, то Келус ему крайне благодарен, что он смог сдержаться. Келус быстро находит Март, которая вздыхает от его истории и говорит, что знала всё наперёд. Она красит свои губы помадой, привычно закатывая глаза. Келус лишь смотрит в пол, пытаясь понять, как действовать дальше. Внутри плескался невероятный стыд, который он не знал чем заглушить. Март, видя его убитое состояние, всё же решила поддержать его. Начала успокаивать и говорить, что в конце концов мир на этом Дань Хэне не закончился и вообще он в конце года уедет. У них разные направления, поэтому они никак не пересекаются. Март была не права, на Дань Хэне его мир начинался и заканчивался. После этой ситуации Келус не бросил своих пыток и симпатию, которая неизвестно во что могла перерасти. В голове постоянно начало мелькать смущающееся лицо, эти спадающие очки и неловко прикрытое рукой лицо. Келус начал выискивать Дань Хэна по всему университету, но он как-будто знал об этом, поэтому мастерски скрывался. В один момент Келус даже подумал, что тот вернулся в Китай или прогуливает пары, но в деканате отметили, что он появляется на каждой и его успеваемость поразительна. Но тогда где же он? Келус не хотел превращаться в сталкера, поэтому просто высматривал окружение, пытаясь найти знакомую макушку. Но её не было. Март поздравила его с тем, что проблема самостоятельно исчезла, после чего Келус отчаянно впал головой в стену, чуть не пробив её. Девушке стало искренне жаль его. Из простой шутки это, видимо, переросло в какую-то сумасшедшую влюблённость. Келус правда его не знал, а единственный их разговор известно как прошел, но его почему-то тянуло к нему. Он вызывал интерес. Тихий прекрасный принц с такими яркими эмоциями на лице… Март стало грустно из-за того, что Дань Хэн мог быть первым и последним человеком, в которого Келус влюбился. Это могло звучать глупо, но это ведь был Келус. Март не считала его чувства серьёзными, но они таковыми оказались, из-за чего она даже начала чувствовать вину из-за своей легкомысленности. — Прости, я была не права. Стоило подойти к этому серьёзнее, — искренне произносит она, когда они сидят в кафе между парами. — М? Да ничего страшного, — улыбается Келус, но в его глазах видна печаль. Он стал чувствительнее после того разговора. Дань Хэн будто разбудил Келуса от эмоциональной спячки. Он не привык сдаваться, поэтому продолжал поиски. Можно было бы попросить знакомого, что знает китайский, чтобы узнать что он в итоге наговорил Дань Хэну, но дело в том, что Келус не в состоянии заново воспроизвести ту шипящую смесь звуков. Он даже вспоминать это не хочет, ему жутко стыдно. Проходя мимо химиков Келус услышал, что Дань Хэн последнее время обитает в библиотеке. Так вот где он скрывается. Келус конечно не был уверен, что он настолько важная персона в жизни Дань Хэна, потому он дошёл до того, что скрывался в библиотеке, но всё же надежда теплилась. Парень строил каждую минуту догадки о том, что же он мог сказать. Студент быстро добрался до библиотеки, в его нос ударил запах старых книг и мытых полов. Библиотекарша, отчитавшая его за беготню по коридорам, любезно сообщила, что Дань Хэн скрылся в самом дальнем углу. Всё таки правда прятался? Библиотека была огромная. Высокие потолки и, без преувеличения, десятки тысяч книг. Всё же это был крупнейший склад знаний в их стране. Келус пробирался через эти коридоры, словно сквозь мириады звёзд. Его и вправду окружала целая вселенная, но интересовало в этом всём великолепии его лишь одно. И это «одно», в свитере без привычной кофты стоял около стеллажа, с задумчивым видом выбирая книгу. Келус тихо подобрался сзади, резко ставя руки по обе стороны.

***

Скрываться в библиотеке было лучшей идеей, потому что она была невероятных размеров, а еще сюда редко кто ходил. Дань Хэн не ожидал, что парень, зацепивший его взгляд ещё очень давно, подойдёт к нему и при всех, на родном для Дань Хэна языке, предложит встречаться. Они ведь даже не говорили. Такая решительность выбила из Дань Хэна всякие мысли, он так сильно смутился, что не нашёл ничего лучше кроме как сбежать, а потом тратить ночи на то, чтобы смотреть в потолок. Он увидел Келуса давно. На международном совещании олимпиадников по различным наукам. Дань Хэн тогда не смог поехать на эту встречу, поэтому наблюдал за этим с экрана телевизора. Уверенность и поведение юноши зацепили его, он так интересно говорил о непонятных Дань Хэну вещах. После встречи он полез в интернет, начал разыскивать информацию о юном гении у которого успели взять несколько интервью. И Дань Хэн загорелся изучением этой личности. Никто об этом не знал кроме самого Дань Хэна, но он подал заявку на обмен лишь из-за него. И тут его объект обожания к которому он боялся подойти, да и не знал как начать разговор, сам подошёл к нему. Стеснительный и скромный Дань Хэн, что боялся повести себя неправильно и сделать что-то лишнее, с остановившимся сердцем смотрит на Келуса. Живого. Он совсем рядом. Не на экране или в другом конце университета, а здесь. Келус оказался ниже Дань Хэна на несколько сантиметров, он не ожидал этого. И пока парень пытался осознать происходящее, Келус просто взял и совершил смертельный номер: признался, да ещё и китайский ради этого выучил. Дань Хэн не знал как реагировать и что ему вообще делать. А вдруг это шутка такая? А вдруг он ошибся? Ему оставалось только сбежать и скрываться в прохладной библиотеке до конца года. Ни за что отсюда не выйдет, это его новый дом. Но как Дань Хэн настиг Келуса, преодолев тысячи километров, так и Келус настиг его в библиотеке, преодолев несколько этажей и сотен метров. Да так резко, что Дань Хэн вздрогнул. Две руки впечатались по левую и правую сторону. — Дань Хэн? Он узнаёт этот голос, что говорит уже на своём родном языке. Тяжело дышащий человек по ощущениям упадёт ему в плечо. — Я вижу иностранцы совсем бестактные в наше время? — стойко держится Дань Хэн, пытаясь унять дрожь в ногах. — Прости… Я сказал что-то не то тогда? — Келус делает паузу, Дань Хэн тоже молчит. Всё начинает обретать новые краски. — Извини, я полный ноль в китайском, хотел удивить тебя, думал, что мы подружимся, но… Видимо я облажался, да? — он звучит смущённо и виновато, удивительный контраст с уверенно расположенными руками по обе стороны от его головы. — Скажи честно, я тебя там на китайском послал?.. Дань Хэн смеётся, утыкаясь лбом в стеллаж. Всё оказалось совсем не так, как он успел надумать. Он оборачивается лицом к Келусу, расползаясь на книгах. — Хуже, — улыбается Дань Хэн. Эта ситуация оказалась такой странной, его забавляет то, как они одновременно надумали в своих головах худшие исходы, чтобы в итоге всё оказалось так. — Ты предложил мне стать твоим парнем. Келус в ступоре смотрит на него, прежде чем спрятать лицо за собственной ладонью. Пришла его очередь смущаться. — 我爱您. — Это ты мне так отомстить решил?.. — смущённо произносит Келус, показывая глаза, скрытые пальцами. — Не подскажешь перевод? — Да так, ничего необычного, я пригласил тебя на свидание.