Используй меня полностью

      Пак Чимину хотелось напиться. Но даже это его треклятый доктор запретил! Крепкого здоровья ему и всё такое, но как же раздражает! Видите ли, качество созревающей яйцеклетки может стать хуже. А ему необходимо предпринять попытку зачать дитя уже в этом цикле. Если в этот раз не получится достичь положительного результата теста на беременность, придётся воспользоваться достижениями науки репродуктологии — то есть попробовать экстракорпоральное оплодотворение. Чимин изъявил желание задействовать ЭКО ещё в этом цикле, но его семейный доктор не позволил и предложил попробовать естественным путём. И ему невозможно было возразить ввиду добродушности, присущей многим пожилым людям. Впрочем, Чимин никогда не был сентиментальным, но этот человек всегда был для него особенным. — Чимин, дорогой мой цветок... — доктор Ха с самого детства называл его так. И это не было простым дежурным комплиментом — Чимин действительно был похож на цветок и ассоциировался у многих с нежными белыми лилиями. — Увядающий цветок, судя по анализам, — недовольно пробурчал Чимин. — Не хочу я ни с кем ничего пробовать, доктор! Вы ведь меня знаете — если меня никто не зацепил, идея это гиблая. Давайте сразу перейдём к ЭКО!       Доктор же был непреклонен. Он ласково погладил Чимина по голове, словно и не было последних тридцати лет. Словно на дворе всё ещё девяностые, и Чимин в очередной раз подрался с одноклассниками-альфами и загремел в больницу. А там его всегда ждал доктор Ха Юнчоль, ещё тогда казавшийся таким старым, пусть на самом деле это было далеко не так. Просто мозг ребёнка автоматически так воспринимал всех взрослых старше двадцати пяти. — Дай этим альфам шанс, не все из них плохие, — фраза, которую доктор сказал тогда, обрабатывая его царапины на лице и повторил её сейчас. И добавил: — Кто знает, может, ты встретишь не только достойного отца для своего ребёнка, но ещё и мужа? Чем бог не шутит? — Господин Ха, — Чимин закатил глаза. — Пожалуйста, давайте не будем об этом. — Чимин, — не отступал доктор, — но ведь вживую выбирать куда лучше. И внешне, и по здоровью. И по запаху, что куда важнее, ведь он многое может сказать о потенциальной совместимости. А ещё есть возможность познакомиться или разузнать о семье потенциального отца. Оценить генофонд, так сказать. Сам ведь знаешь, как важны гены. Особенно в твоём случае. И... — доктор слегка смутился, — лучше будет, если ты выберешь альфу помоложе. Даже сильно моложе, кхм-кхм.       Чимин сам не заметил, как оказался в коридоре с распечатанными на бумаге рекомендациями касательно образа жизни и следующего планового посещения. Он усмехнулся, глядя на ремарки, оставленные доктором вручную в самом конце. Какой же он всё-таки древний... Можно ведь было внести правки на компьютере и распечатать лист заново. — Да уж, дела...       Вообще во все эти "последние шансы" Чимин не верил. И искренне считал, что либо успеет завести детей до определённого момента, либо не захочет их вообще. Однако природа в их вселенной была несправедлива. Да и жизнь порой была далека от совершенства. Чимин знал, что какая-то его часть всегда хотела семью и детей, однако то время было не то, то он погряз в интрижках с тем, с кем не надо, то просто не было подходящего партнера рядом. А ещё это похищение... Чимин поморщился, когда в его голове промелькнуло одно из самых худших воспоминаний в его жизни. На мгновение ему показалось, что его снова накрывает паническая атака. Он смял бумаги в руке и остановился, облокотившись о прохладную стену.       "Вдох, выдох... это просто воспоминания. Это всё давно закончилось. Этого больше никогда не произойдёт"...       Думать о том, что этого никогда не будет, было ошибкой. Ведь внутренний голос Чимина с его безупречной логикой сразу же возразил, что невозможно сказать точно, повторится это снова или нет. В следующий раз похититель может осмелиться на что-то по-настоящему ужасное. И именно эти мысли и запустили паническую атаку. Сильную. Тут уже дыхательными практиками делу не поможешь. Воздух в лёгких закончился, страх сковал тело, воображение нарисовало картины из прошлого с такой точностью, что в этот момент Чимину даже жить расхотелось. Он даже не мог позвать на помощь. — Господин Пак! Что с вами? — Обеспокоенный голос пытался прорваться сквозь плотную завесу, окружавшую Чимина. — Господин Пак? Позвать врача?       Первым ярким ощущением стало прикосновение горячей ладони к правому плечу. Затем Чимин ощутил невероятно вкусный запах. Именно вкусный, а не просто приятный или манящий. Он показался ему смутно знакомым. Это и успокоило — дало то самое чувство безопасности, в котором Чимин так нуждался. Наконец он смог сделать глубокий вдох. И аромат чуть не сшиб его с ног. Чимин поднял глаза на альфу, у которого, по всей видимости, через несколько дней начнётся гон. Иначе такую интенсивность природного аромата не объяснить. В их обществе считалось моветоном демонстрировать свои половые циклы. Видимо, у альфы какой-то сбой или он забыл нанести на запаховые железы специальный спрей, блокирующий выработку феромонов. Чимин окинул его беглым взглядом. Красивый. Молодой. С крышесносным во всех смыслах этого слова запахом... К тому же, Чимин вспомнил его. Он видел его лицо в одном из резюме и пару раз сталкивался с ним в коридорах. Альфа работает в компании Чимина, то есть в его биографии можно не сомневаться. Всё ведь сходится. Прямо как доктор прописал. Или Чимин сходит с ума и это всё галлюцинация? Он сконцентрировался на руке, всё ещё сжимающей его плечо и прикоснулся к ней сам. Сжал. Вроде настоящая. — Всё... — Чимин сделал ещё один глубокий вдох. — Всё хорошо, спасибо, э-э... — Он отчаянно пытался вспомнить имя своего сотрудника, так удачно оказавшегося в отделении клиники для омег. — Чансоль?       Альфа широко улыбнулся. Лучики мелких морщинок расползлись по его щекам. Вроде такой молодой, почему же у него столько мимических морщин? Впрочем, его это нисколько не старило и уж тем более не портило. Всё равно он выглядит молодо, даже юно. Чимин мысленно закатил глаза — откуда в его голове столько хаотичных мыслей? Действительно, сейчас бы думать об инъекциях ботокса для этого красивого лица, а не вот это вот всё. Сам-то Чимин делает их с двадцати трёх лет, потому в свои сорок у него ни единой морщинки на лбу и вокруг глаз. — Очень близко, господин Пак, — сказал альфа. Несмотря на то, что его имя перепутали, выглядел он довольным. — Я Чонгук. Чон Чонгук. — Что ж, очень приятно познакомиться, Чонгук, — вежливо отозвался Чимин и улыбнулся одними губами. Его окончательно отпустило. И сразу же стало неловко, что кто-то чуть не увидел его в настолько уязвимом положении. Особенно когда этот "кто-то" являлся привлекательным молодым мужчиной, с которым в теории захотелось бы всякого. Лет десять назад Чимин бы в тот же день затащил его в постель. При условии, что альфе так же лет двадцать-двадцать пять, естественно. Но Чимин уже давно перестал совершать безрассудные поступки. Теперь он альфам не доверял. — Взаимно, господин Пак. Могу я спросить, что вы тут делаете? — подобное было наглостью со стороны молодого альфы, однако Чимин даже удивиться не успел. — В смысле... всё ли с вами в порядке? — Всё хорошо, спасибо за беспокойство, — ответил Чимин. — Стандартный чек-ап, не более. А ты, то есть, вы... что вы тут делаете? — Можете обращаться ко мне на "ты", всё в порядке, господин Пак, — несколько смущённо сказал Чонгук. Чимин готов был поспорить, что он мысленно ругал себя за эту вольность. Но, как ни странно, дискомфорта они не испытывали. Казалось, если позволить себе расслабиться, они могли бы проболтать в том коридоре до утра. — В таком случае, ты можешь называть меня Чимином. Ну... когда мы наедине. — Чимин едва заметно покраснел. "Наедине"... Как звучит-то. — Но будет уместнее с твоей стороны всё так же обращаться на "вы", я думаю. — Чтобы никто не подумал, что между нами что-то есть? — спросил альфа.       Наглый... но Чимину нравилось. Давно такого не было. — Разве такое может быть? Ты мне в сыновья годишься, — Чимин специально применил запретный приём. У него и раньше случались "подкаты" со стороны парней значительно младше, так что комментарий про возраст и "сына" почти всегда срабатывал. — Любви все возрасты покорны, господин Па... Чимин, — сказал Чонгук. — Да и не такой уж вы и старый. Между нами всего четырнадцать лет разницы, в отцы вы мне явно не годитесь.       Чимин усмехнулся. — Так что ты тут делаешь, Чонгук? — Оу, я... я тут по очень важному делу, — уклончиво ответил альфа, пряча взгляд. — Привёл обследоваться кое-кого. — Понятно. Что ж, удачи, — Чимин быстро попрощался, но не успел сделать и пары шагов, как услышал: — А-а, это ты, герой-любовник, — сказанное доктором Ха. — Твой омега уже пришёл?       Так, а это уже любопытно... Чимин и сам не знал, что именно его так зацепило, но хотелось узнать о Чонгуке побольше. Стало быть, его сердце — и не только сердце — уже занято? И он позволил себе лёгкий флирт с Чимином? Это как вообще понимать? Не то чтобы такие экземпляры были редкостью в мире Чимина — с его прошлым никто из мужчин даже при желании не смог бы удивить — но всё равно было интересно. — Я не герой-любовник, мистер Ха, — жалостливо отозвался Чонгук. — И он не мой омега. — Не твой, но беременный от тебя, — сказал доктор Ха. — По крайней мере, он так говорит.       В голосе его проскользнуло осуждение. Чимин усмехнулся. Его врач был старой закалки. Если у омеги произошла внебрачная беременность и отец ребёнка известен, то раньше настоятельно рекомендовалось поскорее узаконить отношения. Позже случилась сексуальная революция и институт семьи потерпел крах. Молодые решили жить в своё удовольствие, оставаться свободными и не вступать в брак вообще. Конечно, спустя пару десятилетий настроения в обществе начали меняться в лучшую сторону, однако ситуация была всё ещё далека от идеала. Примерно половина омег воспитывала детей в одиночку. Казалось, это было чем-то вроде межпоколенческой травмы, потому что недоверие к альфам словно передавалось по наследству. Чимин и сам не мог объяснить, почему не создал свою семью, несмотря на то, что его родители как раз жили душа в душу. И даже умерли в один день...       Услышав про беременность, Чимин решил покинуть клинику как можно скорее. С одной стороны, не хотелось смущать Чонгука, а с другой... он почувствовал лёгкое сожаление. Он придерживался принципа не соблазнять женатых и тех, у кого уже есть омега. Особенно беременный омега. Всё же Чимину давно не двадцать и даже не тридцать, чтобы снова совершать такую ошибку...       Вечер планировалось провести у Ким Тэхёна. Случайная встреча несколько лет назад сделала давнего университетского знакомого лучшим другом Чимина. Сам Тэхён любил говорить, что это была судьба. Он тоже был незамужним омегой, который посвятил большую часть своей жизни построению карьеры. В этом они с Чимином сошлись идеально. Их беседы обычно длились часами. Будь Тэхён или Чимин не омегой, а альфой, из них вышла бы прекрасная пара. Может, там не было бы любви, сшибающей с ног, но это был бы союз, полный взаимоуважения. — Я принёс твоё любимое вино, — сказал Чимин. — А ты сам будешь? — с надеждой спросил Тэхён. — Я бы с радостью, но мне доктор Ха запретил, — ответил Чимин. — Он всё лелеет надежду, что я попробую завести ребёнка в этом цикле.       Тэхён обвёл друга обеспокоенным взглядом. — Чимин-и... может, тебе всё-таки стоит прислушаться к доктору? И попробовать... довериться кому-то. — Ты же знаешь, что я не могу, — раздражённо ответил Чимин, слегка повысив тон. — Прости. Но я правда не могу. Даже мой организм бунтует и со скоростью света снижает мой овариальный резерв. Я это прекрасно понимаю, но сделать ничего с этим не могу. У меня блок в голове. Не могу заставить себя даже на свидание сходить. Мне... с одной стороны, мне стало всё равно на личную жизнь, я даже секса перестал хотеть после... ну, ты понимаешь. А с другой стороны, я дико боюсь.       Тэхён не любил поднимать или развивать эту тему. Всякий раз, когда они вспоминали тот вечер, Чимину становилось плохо. В психотерапии обычно наоборот — чем больше человек проговаривает то, что его беспокоит, тем легче ему становится принять и пережить травмирующую ситуацию. Однако с Чимином это будто работало в обратную сторону. Однажды у него даже развилась паническая атака из-за воспоминаний. Поэтому Тэхён старался сглаживать углы настолько, насколько это возможно. Но не обсудить тему детей он не мог — сам очень хотел завести ребёнка, но из-за несовместимости с бывшими никак не получалось забеременеть. — А что, если ты попросишь Намджуна?.. Вряд ли он тебе откажет. Тем более у него уже четверо детей, с "потенциалом" там всё нормально.       Чимин тяжело вздохнул. Мысль привлечь Намджуна к его "проблеме" уже посещала его в очередном приступе отчаяния и жалости к себе. Он даже осмелился поделиться ею с доктором Ха и получил в ответ на это целую лекцию о том, каким неприличным омегой он был раньше. Но Чимин готов был спорить до хрипа, что не такой уж и неприличный. Ким Намджун был первой любовью Чимина. Альфа ведь был у него первым во всём.       Чимин с семнадцати лет работал моделью. Помимо покорения подиумов активно снимался в рекламах и даже засветился в парочке мыльных опер как начинающий актёр. Там-то он и встретил красивого альфу с драконьими глазами на десять лет старше себя. Самому же Чимину было двадцать. Намджун тоже пробовал себя в актёрстве. Так на съёмочной площадке зародилась прекрасная любовь. Они даже думали о создании семьи. Но обстоятельства сложились по-другому — родители Чимина разбились в автокатастрофе и ему пришлось взять на себя ответственность за семейный бизнес в свои двадцать два. Естественно, карьеру модели и актёра он закончил в тот же день, когда занял пост генерального директора нефтяной компании отца. Намджун тоже бросил актёрство, но по другой причине — просто нашёл себя в продюсировании фильмов и музыки. Там было больше денег и для их зарабатывания ему вообще не нужно было продавать своё лицо. Один только бог знал, как Намджун ненавидел сценический грим и прочую рутину по поддержанию красивой внешности.       За четыре года отношений он сделал Чимину предложение руки и сердца пять раз и после последнего отказа принял решение расстаться с ним. А спустя пару месяцев женился на молоденьком омеге по имени Ёнджун, который отдалённо напоминал альфе Чимина и который быстро забеременел. И всё же Намджун не смог так быстро забыть свою первую и, он был уверен, единственную настоящую любовь. Они пересеклись вновь случайно на одной презентации после пятой годовщины свадьбы альфы и с тех пор периодически то встречались, то расставались на протяжении восьми лет. Чимину было жаль его мужа, но больше было жаль себя, упустившего любовь всей его жизни. Упустил из-за того, что нужно было доказать всем напыщенным альфам из совета директоров, что он достоин занимать позицию генерального директора. Что он такой же талантливый бизнесмен, каким был его отец. У него и высшее образование соответствовало профессии — пресса не раз подчёркивала, что он закончил престижную бизнес-школу, когда работал в модельной сфере. Чимин разорвал отношения с Намджуном окончательно, когда о них узнал Ёнджун и потерял ребёнка из-за пережитого стресса. Альфа вымаливал у супруга прощение два месяца. Тогда-то Чимин и понял, что Намджун больше не любил его. И, возможно, никогда не любил. А иначе подождал бы пару лет тогда, много лет назад, когда позиция Чимина в компании станет устойчивой и когда его наконец зауважают.       Когда любят — ждут. И иногда ждут годами, чтобы быть счастливыми всю жизнь в качестве вознаграждения за ожидание.       Чимин по сей день винил себя в выкидыше Ёнджуна и искренне считал, что то похищение и резко снизившийся овариальный резерв — это его наказание за многолетнюю связь с женатым альфой. За слёзы не виноватого ни в чём омеги и его детей. И абсолютно неважно то, что Чимин первым встретил Намджуна. Важно то, что они не остановились вовремя. Не остановились после одной ночи, проведённой Намджуном в постели Чимина тогда, одиннадцать лет назад. Одна ночь — ерунда, это можно забыть, это можно скрыть. Это даже можно простить. Многолетний роман же говорит о другом. Неважным был и факт того, что у альфы с Ёнджуном уже есть трое детей и, казалось бы, выкидыш в таком случае — это не настолько плохо... Возможно, виноват был вовсе не Чимин. Но он всё равно жил с подсознательным желанием наказать себя за боль, причинённую целой семье. Старший ребёнок Намджуна подслушал ссору родителей и даже пришёл в "Пак Индастриз". Двенадцатилетний альфёнок с решительно сжатыми кулаками и заплаканными глазами и стал причиной того, что Чимин окончательно обрубил все связи с Намджуном, который пытался вернуться к любовнику даже после прощения Ёнджуном и новости о новой беременности. Он не плохой человек и даже образцовый отец и муж, однако отказаться от Чимина снова было для него подобно ночному кошмару.       Как бы то ни было, Чимин сделал всё, чтобы сохранить наследие отца — хотя бы этим можно гордиться, однако передать его было некому. — Намджун не откажет, — подтвердил Чимин. — Он звонил мне недавно, интересовался, как у меня дела. Предлагал помощь... Видимо, он слышал, что я привлекаю инвестиции в новый проект.       Глаза Тэхёна расширились от удивления. Намджун всегда был щедрым, он буквально осыпал омегу золотом и бриллиантами и даже когда-то здание подарил, но Чимину в этот раз нужно было сто миллионов долларов. Неужели он настолько по-сумасшедшему влюблён? Чимин же тем временем продолжал: — Но доктор Ха сказал, что Намджун слишком старый. В конце концов, ему в этом году исполнится сорок девять лет. И, как ты и сказал, у него уже четверо детей. Я не хочу... не хочу разбивать семью. Снова.       Тэхён слабо приподнял уголки губ. Раньше Чимину семья Намджуна не мешала. Он никогда не осуждал друга, но и не поддерживал подобное. Как же Чимин изменился... Неужели с ним должен был случиться весь этот ужас, чтобы он пересмотрел свои взгляды и отказался от неправильных связей и даже интрижек на одну ночь? Неужели это и правда расплата за слёзы омеги, пережившего предательство супруга и выкидыш? С другой стороны, Тэхён так злился на то, что Намджуну ничего за его грехи не было. С него как с гуся вода. Нечестно. Наверняка он даже вины не чувствовал. Типичный альфа. — Как бы то ни было, — добавил Чимин, — Доктор Ха посоветовал найти альфу помоложе для этих целей. И вообще, Намджун это давно закрытая страница моей жизни. Я бы к нему ни за что не обратился.       Чимин лукавил — он каждый день порывался позвонить своей первой любви и каждый раз останавливал себя. Перед его глазами мысленно то и дело появлялся тот двенадцатилетний мальчуган, умолявший его оставить отца и пожалеть его папу. Не стоило оно того. Тем более... что-то подсказывало Чимину, что его совместимость с Намджуном нулевая. Они ни разу не предохранялись за те восемь лет, что были вместе. Точнее, использовали метод прерванного полового акта, который в нормальных парах рано или поздно даёт сбой. И ни одной беременности за это время не случилось даже после проведённых вместе течек. Так что это точно того не стоило.       Будучи опьянённым несколькими бокалами вина, Тэхён предложил в итоге гениальную затею: — Слушай, может, тогда составим список претендентов на звание "лучшего альфы-осеменителя" из списка твоих сотрудников? Досье каждого из них тщательно проверяется, мало ли среди них потенциальных отцов. Там и найдёшь подходящего и легко соблазнишь его. Уверен, если его показатели будут образцовыми, ты забеременеешь быстро. И потом скажешь, что вы не сошлись характерами и заставишь его подписать хитро составленный документ, чтобы он не претендовал на ребёнка. Только... юристов надо сразу вычеркнуть из списка. — А все мои юристы всё равно глубоко женатые и старые, — отмахнулся Чимин. — Допустим, твоя идея мне нравится, но... как я это сделаю? — недоуменно спросил омега, рассмеявшись от одной только мысли о процессе "тщательного отбора альфы-осеменителя". Надо же, какое название он придумал! Тэхён становился смешным, когда они выпивали вместе. — А ещё надо соблазнить этого молодого осеменителя. Как? Мне ведь уже далеко не двадцать. Неужели такой молодой посмотрит на меня, когда вокруг ходят модели, которые мне в сыновья годятся? — Ты же такой красивый. Годы вообще не отразились на твоём лице, — искренне сказал Тэхён. — Зато решили отразиться на моей пояснице, — хохотнул Чимин. — Боюсь, постельные игрища с молодым альфой она не выдержит.       Тэхён не выдержал и тоже расхохотался. — Господи, как же жизненно. И почему природа так жестока? — Слышал, это плата человека за прямохождение. У нас у всех есть остеохондроз, увы. — Да неважно, — отмахнулся Тэхён от импровизированной лекции по неврологии. —Прислушайся к моим словам и воспользуйся одним из своих сотрудников. Я часто проходил мимо офисов, когда приходил к тебе выпить кофе — в твоей компании работает много привлекательных альф. Я бы даже сходил на свидание с парочкой, — продолжал стоять на своём Тэхён. — Думаешь? Я не замечал... Я вообще не смотрю на коллег и сотрудников-альф как на потенциальных партнёров. На работу я хожу работать. — Именно поэтому ты и застрял в этой трясине с Намджуном, которую ты так гордо называл отношениями. Поди, думал, что он разведётся со своим? Ан-нет, такие не разводятся.       Чимин поморщился. Он пьяным не был, поэтому не мог так легко это выслушивать. Так что нужно перевести тему. Спорить с Тэхёном он не хотел по большей части потому, что тот прав. Пусть и жесток. — Хорошо. Найду я молодого альфу. И как его соблазнить? Ты ведь понимаешь, что я не могу так просто вызвать подчинённого к себе и предложить ему секс без обязательств? К тому же, незащищённый секс. Да и... я инфекций боюсь, — нехотя признался Чимин. — С Намджуном было как-то... надёжнее.       Тэхён закатил глаза. Он никогда не понимал, как можно делить своего альфу с кем-то. Это же вопросы микрофлоры... Одно дело супруг — он может не знать об изменах, но другое дело — любовники... Они же в курсе, что альфы не в карты со своими мужьями-омегами по ночам играют... Учитывая, каким плодовитым оказался Ёнджун... Но, видимо, любовь действительно зла. Тэхён не хотел это проверять. Его надежды найти прекрасного верного супруга испарялись с каждым днём, когда он становился свидетелем всякой грязи, происходившей в семьях друзей и знакомых. Вернувшись к теме ребёнка, Тэхён продолжал сыпать идеями: — Устрой корпоратив или что-то подобное. Скоро ведь Рождество. Там посреди веселья и посмотришь, кто больше всего тебе понравится в неформальной обстановке. А анализы... думаю, можно сделать вот что...       На том и порешили. Чимин сетовал, что будущий ребёнок уже дорого обходится ему. Он подарил своим сотрудникам-альфам до тридцати лет незапланированный чек-ап в своём медицинском центре в качестве поощрения за хорошую работу, остальным же сотрудникам были выданы равноценные подарки на выбор — кому бытовая техника, кому возможность купить акции компании по выгодной цене. И это всё вдобавок к премии. Учитывая, что Чимин с лёгким сердцем подписывал все необходимые документы о проведении трёхдневного корпоратива с обязательными тимбилдингами и развлекательной программой в одной из самых лучших гостиниц на курортном острове Чеджу, омега пришёл к выводу, что... очень сильно хочет ребёнка. Он даже думал о том, какое имя дать ему, в какую школу и университет отправить учиться, думал, сможет ли стать таким же хорошим родителем, какими были его папа и отец...       Дело оставалось за малым — зачать малыша. А дальше будет понятно.       Омега не вспоминал о Чон Чонгуке с момента их неловкой встречи, пока не сел в самолёт. Да и вспоминать на самом деле было нечего. Только его аромат, пронесшийся шлейфом возле места Чимина в первом классе самолёта, заставил обернуться вслед и захотеть... познакомиться поближе. Чонгук разве не кто-то вроде стажёра или младшего сотрудника в отделе аналитики? Чимин ничего не понимал. Вспоминая приблизительные оклады своих подчинённых в зависимости от должности и опыта работы, он задавался вопросом, откуда у Чонгука деньги на билеты в первый класс. Хотя... это неважно. Мало ли, может, он свою мечту исполнил. А может, у него просто богатые родители, а в компанию он устроился ради опыта и хорошего резюме. Чимин даже не догадывался, насколько близок он был к правде. Правда, у Чонгука были несколько иные намерения... — Чонгук? — окликнул альфу Чимин. — Это ведь ты?       Чонгук обернулся и у омеги перехватило дыхание. Не так, как бывало во время панических атак, а по-другому. Приятно так перехватило. И в груди потеплело. Чонгук выглядел ещё красивее. Высокий, с правильным мускулистым телосложением, длинными волнистыми волосами, небрежно собранными в хвост, он был похож на суперзвезду. Прямо как сам Чимин двадцать лет назад... Омега, конечно, и сейчас выглядел сногсшибательно, но молодость есть молодость. Красота в молодости для омег — это как богатство для альф. Чимин бы пожертвовал половиной своего состояния, чтобы продлить молодость хотя бы на десять лет. Он смотрел на Чонгука, вспоминал лучшие годы своей жизни и чувствовал себя так... защищённо. И сам будто начинал чувствовать себя моложе. — Добрый день, господин... Чимин, — поправил себя Чонгук, вспомнив их уговор в клинике. — А мы, оказывается, рядом сидим. Какое прекрасное совпадение. — Да... — протянул Чимин. И не смог пересилить своё любопытство. — Ты решил поменять билеты? — А-а, да. Я люблю путешествовать в комфорте, — ответил Чонгук так, будто для него это обыденные вещи. — Да, я тоже... Что ж, тебе надо разложить свои вещи, верно? Не буду задерживать тебя.       Чимин пытался уснуть и не мог. Чонгук не подходил к нему, не нарушал его личного пространства, однако окутывал своими феромонами. Чимин не знал, специально он это делает или это его естественное состояние после гона. И ему вспомнилась та ситуация в клинике... у него ведь есть беременный омега? Чимин мысленно корил себя за то, что его, по всей видимости, притягивают женатые или по крайней мере собирающиеся жениться альфы. А Чонгук... он такой красивый. Впервые после Намджуна Чимину кто-то понравился с первого взгляда. Да так, что невозможно было спокойно спать, когда за перегородкой кто-то настолько привлекательный. Чимин даже его медицинскую карту загрузил на планшет, пока они ещё не взлетели. Идеальная спермограмма, хоть сейчас предпринимай попытки зачать ребёнка. Остальные показатели здоровья в норме, да и инфекций половых нет. Но беременный омега...       В итоге Чимин не выдержал. Постучавшись к Чонгуку и дождавшись, пока ему откроют, он так прямо и спросил: — Как дела у твоего омеги? С ребёнком всё хорошо?       Лицо Чонгука стало выражать отчаяние. — Он не мой омега. И никакого ребёнка нет, — отрывисто ответил он. — В смысле не беременный? — Чимин хотел бы обрадоваться, но не мог позволить себе этого раньше времени. А вдруг Чонгук заставил его сделать аборт? Внешность ведь может быть обманчива. — Что-то... что-то случилось? — Нет, Чимин... я... это такая необычная история... — Чонгук запнулся. Отчего-то он выглядел так взволнованно. Это даже как-то мило. — Позвольте объяснить вам всё как есть. Я постараюсь коротко всё рассказать. — Не торопись ты так, я никуда не убегу, — усмехнулся Чимин. — Может, присядете рядом? — предложил вдруг Чонгук. — Неужели история настолько длинная? — риторический вопрос.       Спустя секунду Чимин сидел бок о бок с Чонгуком и... наслаждался. До чего же дивный у альфы природный аромат. А вот история и вправду оказалась прелюбопытнейшая. Чимин даже усомнился в том, что смог бы соблазнить Чонгука даже в теории. Точнее, соблазнить бы, вероятно, смог, но вот зачать ребёнка... — Дело в том, Чимин, что у меня довольно состоятельные родители. У них свой бизнес. Небольшой, но прибыльный. И... и это привлекает ко мне много внимания со стороны омег. К сожалению. Это началось ещё с моего совершеннолетия. Видимо, во мне видят выгодную партию, поэтому и пытаются... использовать. Это не первый раз, когда омега после... э-э... — Чонгук замялся, — после... после близости говорит, что ждёт ребёнка. От меня. Обычно они приходят к моему отцу в офис. В таких случаях план обычно такой: отвезти омегу на обследование и сопоставить срок беременности — это если она действительно есть — с приблизительными датами... — Датами вашей "близости", — закончил за альфу Чимин и рассмеялся. — Слушай, ты такой взрослый и, судя по всему, довольно опытный, а так стесняешься называть вещи своими именами. И что, ни разу беременность от тебя не подтверждалась?       Чонгук нахмурился. — Я всегда осторожен. Никогда не был с омегой без защиты, если говорить прямо. Поэтому нет, даже если подтверждался факт беременности, то факт отцовства — никогда.       Чимин натянул на лицо неискреннюю улыбку. — Знаешь, — сказал он со смешком, — я думаю, что у твоих родителей бизнес далеко не небольшой. Скорее всего, я твоих родителей даже знаю.       Чонгук замер на мгновение. — Я... Чимин, а вы расскажете, что делали у доктора Ха?       Альфа предпочёл резко сменить тему, но Чимин уже сделал свои выводы. Ни один уважающий себя омега не будет изображать беременность перед обычными бизнесменами. Правда, в личном деле про родителей Чонгука написано, что они владеют парочкой небольших ресторанов. Но при желании достоверную информацию можно скрыть. Не то чтобы Чимин прямо горел желанием узнать, с кем на самом деле имеет дело. Просто не будет такое большое количество омег гнаться за наследником двух ресторанчиков. Расчётливые хитрые омеги обычно всегда нацелены на кого-то более денежного. А ещё Чимин пришёл к выводу, что завести ребёнка от Чонгука точно не получится, раз уж он такой осторожный и всегда предохраняется. Омега решил, что даже пытаться не будет. Лучше использовать для этих целей кого-то менее бдительного. С другой стороны... — Погоди, то есть ты не хочешь детей? — Чимин, в свою очередь, проигнорировал вопрос Чонгука. — Раз ты так осторожничаешь...       Чонгук замялся. — Не то чтобы я их вообще не хотел, — он неловко почесал заднюю поверхность шеи. — Просто... дети должны появляться в законном браке. И я не могу воспитывать ребёнка с человеком, который пытается меня обмануть. Или использовать. Как-то так. — Ясно... — протянул Чимин. — Думаю, твоя жизненная позиция правильная. Ты, конечно, моего мнения об этом всём не спрашивал, но всё равно знай — как человек из такой же состоятельной семьи с небольшим бизнесом, — на этих словах он подмигнул альфе, — в целом я тебя понимаю.       С другой стороны, если всё-таки получится соблазнить Чонгука и уговорить его на секс без презервативов, то в случае беременности Чимин даже говорить ему ничего не будет. Просто уволит и всё. Чонгук не будет за ним гнаться. Вот только как сделать так, чтобы они не предохранялись? В голову Чимину пришла "гениальная" идея — можно просто... просто испортить презервативы и уговаривать никого не придётся. Он быстро одёрнул себя и при первой же возможности вернулся на своё место. Да, размечтался... Кто сказал, что Чонгуку вообще нравятся омеги постарше? Точнее, настолько старше? На "милфхантера" он не похож.       Как бы то ни было, час полёта прошёл как пять минут. Чимин не успел отдохнуть, но хорошо провёл время. Чонгук покорил его своим остроумием и хорошим чувством юмора. А ещё своей стеснительностью, которая проявлялась в моменты, когда Чимин внимательно разглядывал лицо альфы. Такой красивый и такой смущённый. Давно Чимин такого не видел. Ему казалось, что подобные Чонгуку альфы просто обязаны быть самоуверенными и — совсем чуточку — самовлюблёнными.       Но Чон Чонгук оказался грёбаным исключением из правил. Чимин даже успел пожалеть о том, что потратил столько средств на организацию корпоратива, в то время как подходящий кандидат на роль отца его ребёнка около года ходил где-то рядом.       Он оказался лучшим во всём.       Во-первых, внешность. Дело в том, что Чонгук полностью во вкусе Чимина — высокий, мускулистый, с волнистыми волосами до плеч, будто вышедший из рекламы Сalvin Klein. Объективно он унаследовал лучшее от своих родителей — большие глаза, крупноватый нос, ровные зубы и просто идеальное телосложение. Доктор Ха бы точно одобрил "кандидата".       Во-вторых, альфа хорош в построении и управлении командой. Чимин организовал большую развлекательную программу, куда входили не только шумные вечеринки по вечерам, но и самый настоящий тимбилдинг. Важна ведь не только внешняя привлекательность. Для Чимина большое значение имели и лидерские качества. Его ребёнок унаследует империю Пак, поэтому оба родителя должны иметь талант к ведению бизнеса и управлению компанией. Сам Чимин здорово прокачал свои лидерские качества с момента ухода его родителей — вынужден был, и всё же он уверен, что гены тут играют первостепенное значение. Кровь не водица. А к Чонгуку прислушиваются, несмотря на его юный возраст.       В-третьих, Чонгук хорош во всех возможных видах спорта. Стрельба из лука, бег, баскетбол, теннис, бильярд, настольные игры, плавание, мини-гольф... Все сотрудники компании, включая Чимина, наблюдали за Чонгуком с открытым ртом. Любовались, завидовали, восхищались, вдохновлялись... Чимин же фантазировал о... всяком. Мечтал соблазнить Чонгука и в то же время не был уверен в успехе. Он понимал, что ему нужно иметь и запасные варианты, но никак не получалось думать о ком-то другом. Как можно, когда есть Чонгук?       Конечно, внимание Чимина привлекали и другие альфы, но то был невыгодный контраст на фоне Чонгука. Омега даже решил вести список достоинств каждого молодого альфы. Рядом с именем он писал прозвище, которое придумал сам. В итоге в его списке были: "душнила", "память как у рыбки", "пухляш", "плоские шутки", "смол дик энерджи" и "Аполлон". Аполлоном, конечно, был Чонгук. Выбор очевиден...       В-четвёртых, Чонгук образованный и умеет правильно применять свои знания. Это опять же показали соревнования в командных играх, где нужно было составить правильную тактику для решения определенных рабочих задач.       В-пятых, Чонгук хорош в шахматах. А у Чимина на это особенный пунктик. Единственный мужчина в жизни, кто смог его обыграть — это Намджун. Собственно, именно благодаря шахматам они и сблизились — Чимину было интересно обыграть альфу.       Это, пожалуй, самые волнительные три дня в жизни Чонгука — у него появился шанс привлечь внимание Чимина. Он буквально из кожи вон лез, чтобы показать омеге, мол, вот он я, заметь меня, я ведь так стараюсь выделиться! И наконец ему выпала такая возможность. Год попыток наконец начал приносить плоды. На вечеринке после тимбилдинга кто-то достал шахматы и это стало подарком судьбы. Слово за слово, бокал за бокалом, партия за партией, где лидером ожидаемо стал Чонгук, — и к ним в итоге присоединился и Чимин. Наконец-то он смотрит на альфу с искренним интересом! Наконец-то видит Чонгука по-настоящему! Спасибо строгому отцу, который с детства заставлял его ходить на шахматы. — Не против, если я сыграю белыми? — спросил Чимин, устраиваясь на стуле напротив поудобнее. — Вам можно всё, — ответил Чонгук, обнажив идеальные зубы в улыбке. Чимин сглотнул ставшую вязкой слюну и сделал первый ход.       Спустя полчаса вокруг играющих собралась толпа. На доске осталось буквально несколько фигур. Кто-то умудрился даже сделать ставки. Чимин не был против такой "алчности" — пусть сотрудники отдыхают и развлекаются. Да и мысли его были заняты желанием победить очередного альфу в шахматах. Но неожиданно для себя он совершил роковую ошибку, благодаря чему и был повержен. То ли засмотрелся на красивые татуированные пальцы Чонгука, то ли на его глаза и идеальное лицо... Как бы то ни было, победа альфы была честной. И, как ни странно, это ни капли не расстроило Чимина. Ему давно хотелось быть побеждённым хоть кем-то в этой жизни, кроме Намджуна. Может, в этом была причина его одиночества?       Вскоре толпа вокруг них рассосалась. На победу Чонгука поставило около четверти собравшихся и они решили отпраздновать это у бара, заказав целый сет из шотов с текилой. Чимин же продолжал смотреть на шахматную доску и мысленно анализировал партию. Как Чонгуку удалось победить? — Вы не сильно расстроены? — спросил вдруг Чонгук. Прямо сейчас он даже немного жалел о том, что решил дожать омегу в игре. Но с другой стороны... он обязан был одержать победу, чтобы Чимин разглядел в нём нечто большее, чем просто очередного подчинённого. — Не особо, — солгал Чимин. Фоново факт проигрыша всё равно раздражал. Но Чимин решил повернуть ситуацию в свою пользу. — Слушай... может, реванш?       Чонгук удивлённо воззрился на Чимина. Ему кажется, или это шанс, подаренный самой судьбой?.. Стоит проявить смелость или даже нахальство. — С удовольствием, Чимин, — сказал он. — Но здесь так шумно... Может, продолжим в номере?       Чимин прикусил губу. Ему только этого и надо. — Да, полагаю, в моём люксе нам будет удобнее.       Они торопливо собрали фигурки в коробку, то и дело соприкасаясь пальцами. Между ними словно всполохи электричества проходили. Это было так приятно...       Ещё приятнее было ехать плечом к плечу в лифте. Затем запереться в люксе и разложить доску с шахматными фигурами прямо на постели, проигнорировав просторную гостиную с огромной софой. А потом на кровати оказался разложен и сам Чимин, причём с задранными на плечи Чонгука ногами. Всё произошло так спонтанно — пара бокалов вина, выпитых альфой, неторопливые перемещения фигур на доске, а потом одно неловкое движение, из-за которого Чимин "случайно" сбил белого короля Чонгука своим ферзём и нагловатое: — Упс, я нечаянно...       Закушенная нижняя губа, кокетливый взгляд — и Чонгук окончательно поплыл. Чимин даже не старался скрыть своё намерение трахнуть этого альфу. Его рубашка оказалась приспущенной с одного плеча в то же мгновение и он просто позволил ей спуститься ещё ниже.       Партия в шахматы была отложена на потом. Чонгук скинул доску с фигурками на пушистый ковёр и приступил к главному. — Я так долго этого ждал... — Чонгук покрывал открытые теперь шею и плечи Чимина лёгкими поцелуями и шептал нежности и признания. — Да, я тоже, Чонгук, я тоже! — Чимин же готов был сказать всё, что угодно, лишь бы Чонгук не останавливался. — Возьми же меня скорее...       Чонгука немного удивлял такой напор, но он не мог упустить шанс впечатлить омегу. Он ведь столько лет в него влюблён... Чимин неожиданно громко вскрикнул, когда язык Чонгука коснулся его самых интимных местечек. Как же давно его никто не ласкал подобным образом. Если раньше он думал, что процесс зачатия малыша будет средненьким, потому что альфы помоложе обычно ничего не умеют, то теперь ему хотелось предпринять как можно больше попыток. Чонгук — бог секса. Если бы существовала религия, где надо поклоняться такому богу, то в качестве идола бы взяли именно этого альфу. Чимину хотелось встать на колени. Но это успеется, ночь длинная. Главное сейчас — получить узел Чонгука. — Я готов, Чонгук... войди в меня... прошу.       Чонгук остановился на мгновение и посмотрел Чимину в глаза. Нос и щёки альфы блестели от естественной смазки и это зрелище заводило лучше любых фантазий. У Чимина никогда такого не было... Искусных любовников было достаточно, но в процессе близости он всегда представлял неприличные сцены с участием других людей. С Чонгуком же всё по-другому. Запах альфы сводит его с ума, ласки горячат тело, а истинное обожание в глазах не позволяет думать о чём-либо, кроме него самого. Чимин бы, возможно, даже хоум-видео позволил с собой снять, если бы Чонгук попросил... Он бы пересматривал это порно позже... позже, когда они расстанутся. От этих мыслей его отвлёк настойчивый поцелуй. Чонгук целовал его и что-то говорил. — Что? Повтори, я не расслышал. — Чимин, ты на таблетках? Или мне сходить за презервативами? — Брови Чонгука горестно надломились от одной только мысли, что ему придётся оторваться от вожделенного омеги и идти за защитой. А вдруг возбуждение спадёт и Чимин передумает продолжать? Беспокойство окутало его и воздух вокруг загорчил. Какая искренняя реакция. — Да, конечно, я на таблетках, Чонгук. И чист. Трахни меня скорее. С узлом. Я весь вечер об этом мечтал.       Чимин не мог поверить в свою удачу. Чонгук не только взял его без презерватива, так ещё и распустил узел, не переставая целовать его. Во время сцепки они продолжали ласкаться какое-то время, а потом Чимин почувствовал лёгкую усталость, после чего они просто лежали в обнимку. Всё-таки ему почти сорок, да и он плохо спал прошлой ночью. Чонгук уложил Чимина на себя сверху и накрыл его одеялом. — Ты такой красивый... Хороший альфа, взял то, что было предназначено только ему, — пьяно прошептал Чимин в губы альфе и провалился в прерывистый сон.       Проснулись они всё так же в обнимку, только уже лежа на боку в позе большой и маленькой ложек. Чимин не помнил момент, когда сцепка закончилась. Впрочем, не помнил он и то, как Чонгук обтёр его влажным полотенцем и укутал одеялом. И как шептал слова любви на ухо... После пробуждения Чимин думал лишь о том, чтобы снова получить узел Чонгука. Нельзя упускать шанс зачать. А потому он просто оседлал альфу нехитрыми манипуляциями. В этот момент ему думалось, что он просто ужаснейший любовник. Наверняка Чонгука будили минетами и завлекали танцами на пилоне, стриптизом или эротическим массажем. Чимин тоже был таким со своей первой любовью... Сейчас же ему не хотелось этих бесконечных постельных игр. Он просто отдавался со всей искренностью, что была в его душе. Чонгук не заслуживал лжи и жестоких психологических игр. Чимину незачем привязывать его к себе, незачем делать его одержимым собой. Он умеет, но ни разу это не принесло ему счастья.       Чонгук же не мог поверить своему счастью, видя звезду в своей постели и чувствуя её на себе. Чимин красивый и это не поменял даже возраст. Он всё такой же изящный, тонкий, каким был двадцать лет назад. Такой же молодой, несмотря на то, что щёчки его пропали. В семнадцать они создавали контраст на фоне сексуальной фигуры, подчёркивая юность. Сейчас же перед Чонгуком взрослый самодостаточный омега, который искренне наслаждается своим телом, внешностью, жизнью и альфой, на котором скачет так, будто от этого зависит его жизнь. Чонгуку оставалось только зафиксировать бёдра омеги своими сильными руками и получать удовольствие. Кончили они одновременно и Чимин не позволил Чонгуку снять его с себя, чувствуя, как внутри распускается узел. По мере того, как увеличивался член альфы в основании, Чимин сделал ещё несколько движений вверх-вниз, трахая себя узлом и вызывая у Чонгука громкие низкие стоны. Абсолютно все альфы любят эту практику в постели, но не все умеют трахать узлом так, чтобы не навредить омеге, а наоборот принести удовольствие. Чимин в этом отношении был исключительным. Эта способность так искусно управлять своими интимными мышцами и кончать от данной сексуальной практики была одной из ключевых причин, почему Намджун раз за разом изменял своему супругу и оказывался между ног Чимина. Теперь в сетях омеги оказался и Чонгук. Впрочем, молодой альфа всегда был в них.       Чонгук влюбился в Чимина, когда ему было пять лет. Увидел его в рекламе, а затем в мыльной опере и влюбился. Говорил, что женится на нём. Всякий раз, когда на рынках продавали фотокарточки с Чимином, Чонгук тыкал пухленькой ручкой в них и требовал у родителей или нянечек скупить всё, что было с лицом Чимина. Все члены семьи устали от изображения омеги уже через несколько месяцев, но Чонгук был настырным и безнадёжно влюблённым. И для него стал трагедией день, когда Чимин объявил, что уходит из шоу-бизнеса навсегда. Это означало одно — больше коллекция из фотографий, игрушек и предметов интерьера с его лицом пополняться не будет. Чонгуку тогда было шесть лет. Он сильно грустил, пусть и первое время его эмоциональное состояние поддерживали старые журналы с Чимином из его модельного прошлого. Он по сей день не мог понять, почему влюбился именно в этого омегу. Моделей ведь много. Но в Чимине всегда было что-то родное. Что-то, что отозвалось внутри Чонгука целым калейдоскопом эмоций. Хотелось стать для Чимина всем, в чём бы он ни нуждался. Но потом все журналы закончились, все сериалы с ним были пересмотрены много раз, коллекции фотографий и игрушек скуплены, и Чонгук серьёзно захандрил. Родители сжалились над ним и поручили своим людям фотографировать Чимина на официальных мероприятиях так, будто омега до сих пор являлся звездой. Фотографии всегда обрабатывались профессионалами и распечатывались. Чонгук был благодарен родителям за такую заботу. Конечно, они не делали ничего просто так. Свежие фотографии с Чимином были средством манипуляции. Будешь хорошим сыном — получишь новые кадры. Получишь надлежащее образование — сможешь устроиться в его компанию. А потом возглавишь свою, станешь достойным его. Чимин ведь не может выйти замуж за неудачника, верно? Чимину нужен самый успешный альфа, именно поэтому Чонгук должен хорошо учиться. Такой был когда-то уговор. Но родители просчитались в одном — они не ожидали, что Чонгук всё-таки добьётся своего. Считали это блажью, обычным глупым хобби своего ребёнка. Не сразу восприняли всерьёз любовь Чонгука к омеге на четырнадцать лет старше. А когда поняли, что всё настолько по-настоящему, стало уже поздно.       Единственное, что казалось Чонгуку странным в сложившейся ситуации — то, что Чимин так внезапно обратил на него внимание. Альфа ведь целый год проходил мимо него, за ним, здоровался, распускал феромоны, а всё было без толку. Конечно, Чонгук понимал, что из-за похищения Чимин попросту не мог вот так просто подпустить к себе кого-то. Собственно, факт похищения и стал отправной точкой для Чонгука, когда он решил добиться расположения Чимина во что бы то ни стало. Он думал подступиться к вожделенному столько лет омеге, когда станет главой компании отца. Когда станет кем-то в глазах Чимина. Когда они будут на равных. Но когда все социальные сети взорвала новость о том, что главу корпорации Пак похитил безумный одержимый им альфа, Чонгук места себе не находил. Он не спал все три дня, пока искали Чимина. Заставил отца подключить все связи, чтобы вызволить своего омегу из лап сумасшедшего сталкера. И у них получилось. Отец Чонгука пожелал остаться анонимным, когда передал полиции информацию о предполагаемом местонахождении омеги. Тогда-то Чонгук и решил действовать. Похититель был одержим Чимином — он тоже помнил его модельное прошлое. А похитил он омегу с целью сделать его беременным, а потом, когда поздно будет делать аборт, жениться. Узнав все подробности дела, Чонгук был в ярости. И подумал, что станет тенью Чимина и будет оберегать от подобных альф. Лучше пусть он будет всегда рядом, чем какой-то маньяк.       О чём Чонгук не знал, так это о том, что Чимина настолько шокировала человеческая природа, что у него после похищения критично снизился овариальный резерв и начиналась паническая атака при одной только мысли о потенциальном сталкерстве. Надо же, безумец нашёл его спустя почти двадцать лет после завершения модельной карьеры! Уму непостижимо! И не просто похитил, а собирался дождаться его течки и оплодотворить. Этот мерзавец ещё и его учётную запись взломал в приложении для отслеживания цикла. Весь организм омеги взбунтовался и течка всё не наступала. Похититель паниковал, а Чимин всё это время молился богу, чтобы всё обошлось и этот сумасшедший его не тронул. Молитвы были услышаны, но его тело продолжало бунтовать. Когда течка не пришла даже спустя полгода, Чимин насторожился и решил обследоваться. Выяснилось, что такой стресс спровоцировал ранние возрастные изменения и теперь его ждут трудности в наступлении беременности. Услышав об этом в первый раз, Чимин ни капли не расстроился. Подумаешь, станет бесплодным раньше времени. Зато больше не будет мишенью для похитителей. Через несколько месяцев он снова вернулся к доктору Ха на плановый приём — в прошлый раз ему выписали курс фитопрепаратов для стимуляции нужных гормонов. Чимин действительно послушно пропил их, но улучшений не заметил. Точнее, заметил только ухудшения. На его лице появились первые заломы и кожа будто стала дрябловатой. Вот это заставило его запаниковать по-настоящему. Он стал религиозно посещать косметолога и это вроде как помогло. Пусть и ненадолго. Доктор Ха по-прежнему докучал ему рекомендацией забеременеть как можно скорее. Чимин не понимал, как это возможно, если у него нет течек? Медицина же, как оказалось, шагнула дальше некуда, — существуют препараты, способные поднять фертильность вне циклов течки, и препараты, способные спровоцировать её при условии, что Чимин найдёт себе альфу для зачатия. Даже если не найдёт, течку они бы все равно спровоцировали в рамках подготовки к ЭКО, поэтому у Чимина было всего несколько месяцев на поиски подходящего партнёра. Но ни те, ни другие лекарственные средства ему уже не понадобились — их все ему заменил молодой "жеребец" по имени Чонгук.       Альфа был неутомим в постели. У Чимина давно не было мужчины, способного удовлетворять его несколько раз подряд именно членом, а не пальцами и языком. Да и никого моложе тридцати в его постели не было, если так подумать... Это сколько же великолепных альф Чимин упустил из-за Намджуна? А мог ведь провести молодые годы, разделяя постель с такими, как Чонгук. Что ж, время всё равно уже упущено, так что надо с лихвой насладиться выпавшей возможностью сейчас. Чем Чимин и занимался все выходные. И они остались с Чонгуком в отеле ещё на неделю из-за... течки. Организм омеги словно понял, что находится в безопасности и что наконец-то в его жизнь пришёл хороший секс, так что почему бы и не начать размножаться? Течка продлилась пять дней, три дня из которых Чимин не помнил. Всё, что было в его памяти, — это то, как Чонгук вертел его как хотел и брал даже в самых необычных позах, применяя всю свою изобретательность. Краснея, Чимин вспоминал, как сосал его идеальный член, находясь в положении верх тормашками на руках Чонгука, который в то же время вылизывал припухший анус омеги. Как сам делал римминг альфе, наслаждаясь его низкими стонами. Неужели никто никогда не стимулировал Чонгука там? Чимин прикусил губу, думая о том, как бы убедить Чонгука открыться ему в этом плане. Хотя... зачем? Они ведь всё равно скоро расстанутся. Нужно примерно три недели, чтобы гормоны в крови показали, что беременность наступила. А пока не настанет этот момент... можно наслаждаться сексом дальше. Пока Чонгуку не наскучит.       Три недели затянулись на три месяца. За это время Чимин уже два раза успел побывать на плановом приёме у доктора Ха. На первом омега услышал долгожданное: — Поздравляю, Чимин-и, у тебя будет ребёнок. Срок уже четыре недели, — Кажется, доктор Ха был счастлив больше, чем сам Чимин. — Можешь поздравить и отца. Кстати, кто он? Надеюсь, не твой женатый любовник? — Нет, что вы! Вы ведь сами сказали, что с ним нельзя! Я молодого альфу встретил. Помните Чонгука? — А... тот герой-любовник, — неодобрительно произнёс врач. — Хотя бы молодой. Но ведь он жутко ненадёжный, Чимин... — А я не собираюсь замуж за него, так что это последнее, что меня интересует. Но он хороший, правда. Такой трепетный, милый, бережёт меня от всего подряд... Даже двери не позволяет мне самому открывать и сумки сам таскает. Настоящий джентльмен. Правда, он не знает, что я сто килограмм от груди могу жать. — Вот это тебе сейчас запрещено, — строго сказал доктор. — Но ты уверен, что он не станет тебе супругом?.. Может, кто-то другой в твоём окружении есть, с кем ты можешь начать роман и выйти замуж? Ребёнку нужна полная семья, в наше время так и было... — Доктор Ха, вы сейчас предлагаете мне выдать ребёнка от Чонгука за чужого? — со смешком спросил Чимин. — Не ожидал от вас такого... — Для благого дела маленькая ложь это ничего страшного. — Вот как... В любом случае, у меня никакого альфы, кроме Чонгука, нет. Он точно ещё не настроен жениться, да и мне это не нужно... Так что пора мне уже приглядывать роддом самому.       Сказав это, он почувствовал лёгкую грусть. Не так он представлял свои сорок лет. Он ведь... так надеялся на то, что когда-нибудь станет мужем Намджуну и создаст с ним свою ячейку общества. Неужели так плохо просто хотеть быть счастливым?.. А о том, чтобы рассказать Чонгуку о беременности и стать его супругом, и речи не было. В голове Чимина был барьер и подобное представлялось невозможным.       Но не для Чонгука. После того, как беременность Чимина подтвердилась, омега стал беречься. Такой была рекомендация доктора, да и он сам очень не хотел потерять ребёнка. А потому секса с Чонгуком стало гораздо меньше и в целом близость из грубой, животной превратилась в нежную. Альфа будто интуитивно чувствовал изменения в теле Чимина и уже не старался брать своё, а просто подолгу ласкал любимого, иногда даже без продолжения с проникновением. Чимин же, в свою очередь, не пытался исправить ситуацию. Он стал часто чувствовать себя уставшим по вполне объяснимым причинам. Так что сил на активности не хватало. И как-то всё равно было на секс. Если Чонгука перестанет устраивать формат их отношений без интима, то так тому и быть. Дело ведь молодое.       Чего Чимин не ожидал, так это того, что спустя пару месяцев приватных встреч в особняке омеги Чонгук захочет начать ходить на свидания. Настоящие романтические встречи в ресторанах, походы на выставки, культурные мероприятия. Так, чтобы за руки прилюдно держаться и много гулять в живописных уголках Сеула. Покупать парные вещи и составлять совместные планы на будущее. А когда омега замешкался с ответом, то услышал: — Ты стесняешься меня, да? — сказанное таким расстроенным голосом, что у Чимина даже сердце сжалось в груди. Они любовались видом с балкона на втором этаже особняка. — Нет... конечно, нет, Чонгук...       Видимо, ответ Чимина его не убедил. — Это потому, что я не такой крутой, как твой бывший? — упоминание Намджуна почему-то укололо. — Как там его семья, кстати? Не планируют пятого ребёнка? — Это не твоё дело, — холодно сказал Чимин и отвернулся к окну. Он пока не понимал, обидно ему или же всё равно. Ощущалось что-то между. Он знал, что в светских кругах о его "интрижке" с уже женатым Намджуном знали и писали в мелких сообществах в интернете и записи эти регулярно удалялись. Да, пресса молчала, но это благодаря взяткам. — Прости, Чимин, — Чонгук понял, что наговорил, и поспешил обнять омегу сзади и поцеловать за ушком. По томному вздоху он понял, что уже прощён. Но рано было расслабляться. — Прости. Я сам не свой почему-то. Мне просто хочется сводить тебя на красивое свидание, куда ты бы принарядился. Чтобы все видели, как ты любим и счастлив. Чтобы видели, каких ухаживаний ты достоин. Что... что не надо больше скрываться от чужих глаз. Что тебя надо показывать, одаривать вниманием, подарками, поездками в самые красивые места. И не бояться фотографироваться вместе.       Чимин будто окаменел. А действительно... все годы отношений с Намджуном они тщательно скрывались от чужих глаз по понятным причинам... за исключением тех первых трёх лет, когда их бурный роман постоянно обсуждали в прессе. Те три года были самыми счастливыми, несмотря на уход родителей Чимина. — Хорошо, Чонгук, — он развернулся в руках альфы так, чтобы стоять к нему лицом. — Давай сходим на свидание. Может, в японский ресторан на Мёндоне сходим? — он специально сказал про одну из самых людных улиц в Сеуле. — С тобой куда угодно, просто скажи мне название, и я забронирую столик, — столько обожания в глазах Чонгука Чимин не видел никогда. Его сердечко пропустило удар. — А ещё меня на презентацию новой коллекции Гуччи пригласили. Пойдёшь со мной? Правда, там будет очень много журналистов... — Это мне подходит, — поспешил согласиться Чонгук. Вдруг омега передумает? — Постараюсь выглядеть хорошо, чтобы они не говорили, что у тебя плохой вкус на альф. — Ты невозможный, — сказал Чимин и поцеловал альфу.       Следующие два месяца были наполнены всем тем, чего Чимин был лишён в юности. В возрасте Чонгука всё, о чём он мог думать, была работа. Да, денег было много, чего не скажешь об обычных представителях молодёжи, однако вот таких простых радостей всё равно не было. Не было свиданий, от воспоминаний о которых по телу мурашки идут, а в сердце поселяется трепет. Из-за того, что в свои двадцать лет он был знаменитостью, он не мог позволить себе вот так просто целоваться в людных местах. В двадцать три он был практически забыт прессой, но к тому времени его отношения с Намджуном претерпели крах. Оставались разовые ничего не значащие встречи и краткосрочные отношения, от которых вреда было больше, чем пользы и приятных воспоминаний. Он уже не надеялся ощутить тот трепет, который описывался в любовных романах от легчайшего прикосновения красивого альфы к себе, от его пронзительного взгляда. И уж тем более не думал о том, чтобы вот так просто обнимать и целовать его без каких-либо лишних мыслей.       На четвёртом месяце беременности Чимин понял, что такое любить и быть любимым по-настоящему.       Не желая рушить сказку, в которой он сейчас жил, постоянным ожиданием расставания по инициативе Чонгука, омега решает бросить его сам. Чимин думал, что если расскажет о беременности, то их отношения рассыплются во мгновение ока, причём не самым приятным образом. Он ведь изначально солгал о том, что принимает таблетки. Да и тот разговор в самолёте о расчётливых омегах, желающих женить на себе Чонгука, не прошёл даром. Чимин начал замечать, как стремительно набирает в весе и постепенно округляется в животе. Ему не хотелось проходить через унизительную процедуру определения отцовства, которую Чонгук бы наверняка потребовал сделать. Если не он, то его родители. Нельзя допустить подобное. Надо придумать, из-за чего они расстанутся...       Повод для расставания нашёлся сам. Всё это время они встречались на территории Чимина и ему в голову не приходили мысли о том, что надо бы и у Чонгука дома побывать. В связи с беременностью его когнитивные навыки резко снизились — доктор Ха сказал, что это нормально, — да и честно говоря, Чимину давно не двадцать и финансовые и бытовые условия альфы его мало волновали. Конечно, невооружённым глазом видно, что Чонгук не живёт в какой-нибудь захудалой студии с крошечной квадратурой. Он всегда опрятный, редко надевает один наряд дважды и ни разу не позволял закрывать Чимину счета в ресторанах. Как-то раз, когда они гуляли по торговому центру, у омеги порвалась лямка на сумке, и Чонгук просто тут же купил ему новую, причём от того же бренда. И всё же Чимину не было интересно жильё альфы. Чонгук нравился ему сам по себе... и это делало задачу экологично расстаться невероятно трудной. Пока альфа не привёл его на свою территорию.       Квартира была роскошным пентхаусом в одном из хорошо охраняемых районов Сеула. Не помпезной, а именно в стиле так называемых "старых денег". С одной стороны, казалось, будто в квартире абсолютно стандартная планировка, ремонт и мебель. Но если приглядеться, то в каждой детали угадывалась продуманность и функциональность, а ещё вместо типичных "икеевских" атрибутов интерьера были весьма дорогие аналоги. Одни стулья стоимостью тысячу долларов за штуку говорили о том, что владелец денег, мягко говоря, не считает. Чимину нравилось. Он даже остался в квартире на пару дней, но только потому, что слишком устал, чтобы возвращаться к себе, а не потому, что в объятиях Чонгука спится лучше. Утром ему очень захотелось блинчиков, но не было молока. Чонгук, как хороший альфа, отправился за ингредиентами сам, веля Чимину оставаться в постели.       Без горячих рук Чонгука вокруг талии стало неуютно, и Чимин решил хотя бы душ принять. Его полотенце вчера пришло в негодность, так что он пошёл искать новое. Думая, что это прачечная, Чимин толкнул дверь и словно попал в совершенно другой мир... Мир, состоящий из его лиц. Повсюду в этой "тайной" комнате были развешены старые плакаты с ним и фотографии из журналов, освещающих светскую жизнь. А ещё были кадры, которые точно никем ранее не публиковались. За ним следили! Точнее, за его выходами в свет. Окинув взглядом комнату ещё раз, Чимин увидел большую кровать и понял, что это спальня Чонгука. Судя по его запаху на покрывале и постельном белье. Чонгук маньяк? Или... — Что за... — Чимин попятился назад и ударился спиной о чью-то грудь. — Я объясню, — с сожалением произнёс Чонгук. — Не так ты должен был узнать обо всём.       Чимин обернулся с шокированным выражением на лице. — Ты... ты такой же, как тот человек? Ты больше не выпустишь меня из квартиры? — губы его дрожали, а на глаза навернулись слёзы. Старая травма дала о себе знать в который раз. Но от Чонгука ведь совсем не веяло опасностью или нездоровым желанием им обладать... Нет ведь? Или да? Неужели Чонгук такой же, как человек, похитивший его почти полтора года назад? — Нет, Чимин! Я не такой, клянусь! Ты волен делать всё, что тебе хочется, и я бы никогда не стал насильно тебя где-то удерживать! — поспешил оправдаться Чонгук. — Я просто влюбился в тебя, когда мне было пять лет. И с тех пор собирал твои фотографии со всех твоих публичных выходов. Ты — мой самый большой мотиватор в жизни. Так было и будет всегда. — Ты... ты сумасшедший! — воскликнул Чимин и толкнул Чонгука в грудь. Это был второй раз в жизни, когда он жалел о своей короткой карьере телезвезды. Он перевёл дыхание. — Как такое возможно?       Чонгук убедил Чимина присесть в гостиной и рассказал свою историю. О том, как почувствовал в нём что-то родное даже через экран и несмотря на то, что по сути он был совсем ребёнком. — Знаешь, это было что-то волшебное, Чимин. Никогда в своей жизни я не ощущал ничего подобного, даже когда вырос и мой интерес к омегам стал из платонического ещё и физическим. Ты был для меня словно божество. Я не имел прямого доступа к тебе и думал, что отношения с другими омегами заставят меня забыть о чувствах к тебе... Никто не воспринимал мою любовь всерьёз. Думали, что это обычное восхищение красотой Звезды... Но нет. Всё оказалось куда сложнее. Моё естество всегда стремилось к тебе. Я окончил ту же бизнес-школу, что и ты, пробовался в модели, актёры, чтобы хоть как-то приблизиться к тебе. Изучал твоё окружение. Родители отказывались мне помогать в этом и отказываются до сих пор. Но окончив университет, я смог устроиться к тебе в компанию. И когда увидел лично впервые, понял, что пропал... Я и так пропал тогда, ещё в пять лет, но ощутив твой запах, увидев твоё лицо так близко на одном из совещаний, я понял, что мои чувства к тебе никогда не были просто поклонением Звезде по имени Пак Чимин. Я пытался привлечь твоё внимание, даже феромоны распускал, но ты не обращал на меня внимания. До того корпоратива, помнишь? Я не знаю, что это была за магия, но с тех пор всё изменилось и я наконец стал чувствовать, что вселенная дала мне шанс. Шанс быть со своей путеводной Звездой.       Чимин словно находился под гипнотическим влиянием этих чёрных глаз. Он слушал и не мог поверить, что человек, точнее, альфа может так любить. Он сам бы наверное давно забыл кумира из детства. А Чонгук... столько трудностей преодолел. Неужели его чувства настолько серьёзны или это просто навязчивая идея? Вдруг он, как только добьётся Чимина, может, даже женится, превратится в сущий кошмар? Но ещё страшнее было думать о том, что вот эта сказка, из которой вышел Чонгук, возможна. Что даже куча молодых привлекательных омег не смогли заставить его забыть о Чимине и своей цели. И именно поэтому его ответ Чонгуку был жесток. — Извини, но для меня ты ничем не отличаешься от безумца, похитившего меня после свидания полтора года назад. Нам лучше расстаться, Чонгук.

***

       Чонгук не сдавался. Конечно, он был уволен. Чимин даже охрану свою удвоил, чтобы не терзать своё сердце всякий раз, когда альфа пытался подобраться к нему. Чимин решил сосредоточиться на работе, но получалось плохо. В какой-то момент он сдался и приехал к Тэхёну с вином и закусками из любимого ресторана друга. — Ты идиот, — заключил захмелевший и ставший от этого предельно честным Тэхён после того, как выслушал часовой монолог Чимина и выпил порядка четырёх бокалов. — Тебе буквально с неба свалился классный альфа, а ты его отшил. Будучи беременным от него. Вот честно, я таких идиотов сроду не встречал. — И тебе не кажется странным то, что он всю жизнь пытался стать ближе ко мне? — Ну... пути любовные неисповедимы. Он ведь ничего противозаконного в отношении тебя не делал. Да и ты сам выбрал его... — Я тогда не знал, что он настолько помешан на мне. — Разве это не классно? Хотя... ты же у нас наоборот недоступных любишь. — И Тэхён сказал фразу, которая заставила Чимина задуматься. — Вот поэтому ты столько лет потратил на женатого любовника. — Всё не так... — попытался оправдаться Чимин, но в глубине души понимал, что Тэхён прав. — Вот только не надо говорить мне о вашей великой любви и обязательствах Намджуна перед семьёй! Любовь способна вскружить голову в двадцать, но в тридцать у тебя уже давно другие мозги, другие мысли. Ты прекрасно осознавал, что делал. И он, кстати, тоже. Он прекрасно знал, что тратил твои лучшие годы и осознанно вводил в заблуждение, что вот ещё чуть-чуть — и он разведётся с Ёнджуном. При этом продолжая делать с ним чудесных деток одного за другим. Хочешь сказать, что было не так? Не удивлюсь, если ты опять вернёшься к Намджуну, ведь ты так любишь рушить свою жизнь своими же страхами. В своей голове ты всё так же недостоин сказки, которая случилась с тобой благодаря Чонгуку. Да, мы изначально не думали, что всё так далеко зайдёт, когда планировали эту авантюру с отцом ребёнка, но то, что происходит между вами — это какая-то сказка.       У Чимина случилась передозировка правды. Он не выдержал этого потока и взорвался эмоциями. — Сказок не бывает! Мои родители жили в идеальной сказке и рано ушли! Оба! У них было всё — неземная любовь, деньги, здоровье, я, в конце концов! И всё равно это всё ушло во мгновение ока! Они оставили меня, они не получили своё "долго и счастливо"!       Для Тэхёна это стало открытием. Кажется, за все годы их дружбы они наконец докопались до причины того, почему же Чимин проживал свою жизнь вот так. Почему не замечал хороших достойных альф вокруг себя, коих наверняка было много. Почему растворился в Намджуне. — Чимин-и... но ведь гарантий нет нигде... даже если ты выберешь жить вот так, вечно одному, — Тэхён ласково погладил друга по руке. — Сейчас ситуация другая, ты несёшь ответственность не только за себя. Твой ребёнок... твоему малышу нужен отец. При условии, что он адекватный и любящий. Чонгук кажется именно таким. Ты вообще видел, как он смотрит на тебя? Он никого вокруг не замечает. Но решать тебе, бояться дальше или позволить себе чувствовать надёжное плечо альфы рядом. — Это сложно, — прошептал Чимин. По щекам его скатились горячие слёзы. — Я ведь обманул его, использовал, как предыдущие его пассии. Не могу же я так просто прийти к нему и признаться во всём. — А почему нет? Тебе сорок, тебе нужен был здоровый ребёнок, зачатый с помощью молодых сперматозоидов. Нормальный альфа поймёт. И вообще, не хотел бы он детей — использовал бы презервативы с тобой. Не маленький ведь. Неужели не знает, что омеги могут беременеть до пятидесяти? А вообще я бы на твоём месте рассказал об обмане и проверил его чувства. Если обидится, как детсадовец, — значит, не достоин он быть тебе спутником жизни. Если простит — значит, любит по-настоящему. Как бы то ни было, аборт всё равно делать уже поздно, не отвертится...       Разговор с Тэхёном преследовал Чимина даже во снах. Он грешным делом даже подумывал пару раз приехать к Чонгуку домой. Но не успел — Чонгук сам его нашёл. Чимина пригласили на Сеульскую неделю моды, где представили новую коллекцию одного из его любимых брендов. И он ожидал чего угодно, но только не появления на сцене Чонгука в качестве модели. На альфе был базовый оверсайзный костюм бежевого цвета, но на нём он смотрелся как на боге. Не то что на Чимине, который вынужден пока скрывать живот от посторонних глаз. На Чонгуке всё смотрится шикарно. Омега никогда не видел никого красивее — это он мог сказать на все сто. Он не знал, то ли это любовь застлала его разум, то ли беременность заставила отключить мозги, или же это объективная реальность. Но ему было всё равно, что это. Чимин просто любовался Чонгуком, идущим по подиуму так, будто он рождён для этого. И почему он не смог стать моделью? Даже Чимин с его ростом смог покорить подиум когда-то. Неужели Чонгук не захотел стать знаменитостью? Как бы то ни было, Чимин, сидевший в первом ряду в самом конце подиума, с трепетом смотрел на то, как альфа подходит всё ближе к гостям. Вот он спускается и становится неясно, это часть шоу или... чистой воды импровизация. Особенно та часть, когда он становится вплотную к Чимину, опускается на колено и целует омегу в губы при всех. Десятки вспышек ослепляют их, но им плевать. Чимин отвечает на поцелуй. Он так скучал по этим губам с капризным изгибом, так скучал по этим сильным рукам, поглаживающим его щёки. Чимин сдался на милость судьбы. Как будет, так будет.       Перформанс Чонгука закончился так же внезапно, как и начался. Он с трудом оторвался от губ вожделенного омеги, изящно поднялся, погладил Чимина по щеке напоследок и вернулся на подиум. Отчего-то он был уверен, что ему и слова никто не скажет — его выходка привлекла внимание прессы и об этом точно напишут везде, где только можно, подняв бренду продажи. Главное было не это.       Чонгука волновало лишь то, что Чимин ответил на поцелуй. Значит, любит! Правда, охрану он по-прежнему не ослабил, но она передала омеге гигантскую корзину с красными розами, которую Чонгук отправил на следующий день после показа. А ещё на стене в спальне появилась серия новых фотографий, сразу ставшая гвоздём его коллекции, — кадры с их страстным поцелуем.       Чонгук пока об этом не знал, но Чимин тоже распечатал и эти фотографии, и кадры, сделанные ранее, когда они только начали встречаться. Омега лежал на своей кровати, поглаживал ставший совсем круглым живот и разговаривал с малышом, которому уже дал имя. — Смотри, какой у тебя красивый отец. Да и папа вообще-то тоже ничего! — усмехнулся он. — Но отец просто мистер Вселенная. Обожаю его... Знаешь, Саран-и, я так хочу быть с ним. Но боюсь, что он меня разлюбит. Мне кажется, это было бы самым болезненным моментом в моей жизни. С другой стороны, думаю, надо рискнуть. Я думал, что дам тебе свою фамилию, но ты будешь зваться Чон Сараном. Ты плод нашей любви и страсти. Уверен, ты тоже вырастешь красивым альфочкой или омежкой. С такими-то родителями грех не родиться красивым! Ну ладно, ерунда это всё. Главное, чтобы ты был здоровым и счастливым, а остальное приложится.       С этими мыслями он и уснул, не обращая внимания на то, что некоторые фотографии смялись под его руками. Утром он примет решение позвонить Чонгуку и предложить встретиться где-нибудь на нейтральной территории. Вот только судьба всё решила за него.       Днём была назначена встреча с одним из иностранных инвесторов. Причём договорились они встретиться в ВИП-кабине одного из любимых ресторанов Чимина. Там он когда-то любил проводить время с Намджуном... И, казалось бы, нужно было сразу заподозрить подвох. Но Чимин с округлившимся животиком окончательно стал глупеньким. Подумал, что это просто совпадение. Увидев в дверях ВИП-кабины бывшего, он понял, что ему пора в самый настоящий декретный отпуск. Такими темпами можно и компанию потерять, если не быть бдительным. А ещё Чимину подумалось, что ему абсолютно точно нужен Чонгук. Он умный и не позволит омеге разбазарить своё состояние. Энцефалопатия беременных — это не шутки. — Здравствуй, Намджун, — спокойно поздоровался он. — Так это ты инвестор, с которым у меня назначена встреча? Почему сам не позвонил? Я ведь уже отказался от твоего предложения... давно.       Сейчас Намджун уже не казался ему привлекательным физически. Да, объективно он был красивым зрелым мужчиной, не пренебрегающим уходом за собой, однако больше сердце Чимина не ёкало при взгляде на него. Но и негативных эмоций Намджун не вызывал. Омеге было как-то... ровно. Возможно, дело было в беременности, но факт оставался фактом. Намджун — это просто глава из книги прошлого Чимина. Прекрасная глава, но уже не о любви. — Я развёлся, — сразу приступил к делу Намджун. Он достал из нагрудного кармана пиджака синюю бархатную коробочку с подсветкой и положил её прямо перед сидящим за столом Чимином. — Выходи за меня. — Как пошло, — задумчиво произнёс Чимин и уставился во все глаза на Намджуна. Но к кольцу не притронулся. — Это "Графф"? Такое же кольцо носит Ёнджун, насколько я знаю. Ну, то, что ты подарил в качестве извинений за выкидыш. Как он сейчас?       Чимин просто констатировал факты и смотрел на свою первую любовь пустым взглядом. Некоторые мечты сбываются слишком поздно... когда уже не надо. Прямо сейчас омега поверить не мог в то, что мечтал о разводе своего бывшего. Если подумать, он мечтал сделать семью Ким навеки несчастной. Неужели он всерьёз думал построить счастье на чужом горе? — Чимин... Ты серьёзно переживаешь сейчас о Ёнджуне? — Да, — честно ответил омега. — Мне его жаль. Он столько лет потратил на человека, который не любил никого, кроме себя. Слушай, а почему вы развелись? Это его инициатива, да? Явно ведь не твоя. — Моя, — без тени сомнений сказал Намджун. — Я... я когда увидел твой поцелуй с тем юнцом в прессе, понял, что не хочу больше без тебя. — И развёлся одним днём, — продолжил за него Чимин. — Ёнджуна я не обидел. Он получил половину моего состояния, — попытался оправдаться Намджун. — Ёнджун — папа твоих детей. Было бы бесчеловечно оставить его ни с чем. Так всё было просто, да, Намджун? Ты всё это время мог развестись и не делал этого? Почему же развёлся сейчас? У меня и раньше случались романы. — Чимин нахмурился. — Что такого ты увидел в этом "юнце", что решил развестись и жениться на мне?       Намджун удивлённо посмотрел на Чимина. Но предпочёл оставаться предельно честным. — Я увидел то, что привык считать своим. — И что же это? — Любовь в твоих глазах. Ты впервые в жизни смотрел на чужого альфу так, как когда-то смотрел на меня. — А сейчас? Сейчас в моих глазах ты видишь любовь к тебе?       Намджун молчал. И молчание это было громче любых слов. Он проиграл. — Не расстраивайся, Джуни, — пожалел его Чимин. Это милое сокращение мысленно отправило Намджуна на двадцать лет назад. Во времена, когда он был предельно счастлив, возвращаясь по вечерам к самому желанному омеге во всей стране. Чимин добавил с тёплой улыбкой: — Мы с тобой всё равно никогда не смогли бы пожениться. Даже если бы я продолжал любить тебя. — Почему? — Хрипло спросил Намджун.       И спустя мгновение всё стало ясно. Чимин поднялся из-за стола и расстегнул полы просторного пиджака. Взгляд Намджуна устремился к прелестному круглому животу омеги. Он проиграл дважды. — Вряд ли ты бы женился на омеге, беременном от другого, — с улыбкой произнёс Чимин и неосознанно погладил свой животик. — Не настолько ты смелый. — А ты думаешь, что этот щенок смелый? Думаешь, он женится на тебе? Возьмёт ответственность? Он бросит тебя, как только поймёт, что ты не просто поправился. И тогда ты вспомнишь обо мне, — бросался ядом Намджун. Никогда в своей жизни он не испытывал такой душевной боли.       Чимин же не реагировал на попытки ужалить. Сам понимал, что Намджун говорит это всё от досады, что его план провалился. Что ж, надо уметь принимать, что не все ожидания сбываются. — Но Намджун, между нами ведь давно всё кончено, о чём мне вспоминать? Даже если Чонгук меня бросит... — в горле появился ком от этой горькой мысли, — это будут не твои проблемы. Я сам хотел этой беременности и сделал всё, чтобы её получить. Я ведь тоже заслуживаю счастья. Заслуживаю ребёнка. Я тоже хотел стать папой четверых, как Ёнджун. Теперь у меня появился шанс стать папой хотя бы одному ребёнку. Ну и что, что Чонгук может меня бросить? Зато у меня, у нас, останется плод нашей любви.       В этот момент дверь резко открылась и на пороге появился запыхавшийся Чонгук. Чимин не мог поверить своим глазам. По всей видимости, Чонгук услышал только пару последних предложений и бросился к омеге. — Я тебя никогда не брошу, Чимин! — Горячо возразил он и взял руки Чимина в свои и поцеловал каждую по очереди. На Намджуна он уже не обращал никакого внимания. — Я... боже, ты беременный! — Ты не замечал, что я округлился? — Неверяще спросил Чимин. Отчего-то ему в голову лезли только вот такие глупые вопросы. — Замечал, конечно... — озадаченно сказал Чонгук. — Но я и надеяться на это не мог, думал, у тебя просто гормоны шалят... Ты мне и округлившимся очень нравишься. В смысле... даже если бы ты изначально был полненьким. — Я не полненький, — возмутился Чимин. — Конечно, нет, — тут же согласился Чонгук и обнял омегу, прижав к себе настолько близко, насколько позволял восхитительно круглый живот. Он повернулся лицом к Намджуну и сказал холодно: — А вы можете оставить нас. Как видите, ваш план не сработал. Чимин вас больше не любит.       Чимин же наслаждался запахом своего любимого альфы. Ему было настолько всё равно на происходящее вокруг. Он чувствовал себя восхитительно беременным и ужасно счастливым. Очнулся он только спустя несколько минут, пока Чонгук рассказывал, как сильно соскучился. И поделился тем, как очутился здесь. Оказывается, Намджун пришёл к нему пару дней назад после выхода серии статей с поцелуем на показе. Он посадил Чонгука в комнату видеонаблюдения за ВИП-комнатами в ресторане и велел ждать. Сказал, что Чимин всегда будет выбирать его. Чонгук не хотел верить его словам, он не сомневался в чувствах Чимина к нему, но в итоге согласился проверить. Вдруг Намджун каким-то образом окажется прав?.. О своём согласии Чонгук пожалел в первую же минуту, когда увидел Чимина на экране. Как же он скучает по омеге, просто словами не передать. Потом был момент с кольцом, они о чём-то говорили, а потом... Потом Чимин встал и сердце Чонгука забилось как сумасшедшее. Это было невозможно ни с чем перепутать. Чонгук сорвался в ту же минуту и выбежал из кабинета охраны. Пока добежал до ВИП-комнат, до его ушей донеслись лишь слова о том, что он может бросить Чимина из-за беременности. — И, признаться, более глупых слов я из твоих уст не слышал, — заключил Чонгук. — Никогда тебя не брошу. — Ты не знаешь, о чём говоришь, — сказал Чимин. — Я... я старый. — Ты зрелый. И чертовски сексуальный. — У меня морщинки скоро появятся. — У меня они уже есть, так что будем морщинистыми вместе. — У меня тяжёлый характер. Я очень, очень капризный. — Я тоже, — с улыбкой сказал Чонгук. — А ещё я очень упёртый. — Я жду ребёнка. — Я вижу. — Чонгук, чего ты от меня хочешь? — спросил Чимин, смаргивая слёзы. — Чего ты... чего ты вообще пристал ко мне? — Ребёнок ведь мой, верно? — с надеждой спросил Чонгук, не обращая внимания на грубый тон. Омега молчал. — Чимин, Чимин, Чимин... ребёнок ведь от меня? — Даже если и от тебя, то что? Что ты сделаешь? Аборт делать уже поздно, я сам прекрасно его воспитаю. Тебе... тебе вообще не надо ни о чём беспокоиться. — В каком смысле не надо беспокоиться? — Чонгук схватил своего омегу за плечи, не давая ему ни шанса на то, чтобы сбежать. — Чимин, мы поженимся! Ты не будешь рожать этого ребёнка не в браке!       Чимина словно гром поразил. Этот юнец хочет... жениться? — Ч-что? Свадьба?.. — Знаю, это неожиданно, Чимин, но я всё равно планировал сделать тебе предложение, — сказал Чонгук с улыбкой. Он чувствовал облегчение от того, что омега перестал сопротивляться. — Чонгук... — Выражение лица Чимина стало очень грустным. — Чонгук, ты не понимаешь, да? Я просто... я использовал тебя. — Что, прости? — Я тебя использовал. Я... помнишь, ты спрашивал, зачем я ходил к доктору Ха? Он мне тогда сказал, что у меня осталась последняя возможность забеременеть. И велел найти молодого здорового альфу и сделать ребёнка от него. Естественным путём. Я тебя соблазнил и использовал, чтобы забеременеть. И планировал разорвать связь сразу после того, как всё подтвердится. Прости, я понимаю, как это неприятно слышать. Но ты должен понять меня. Надеюсь, ты поймёшь меня, Чонгук. — То есть на самом деле ты не любишь меня? — севшим голосом спросил альфа. Чимин поднял на него удивлённый взгляд. Он только что признался в своих корыстных мотивах, а Чонгука интересует любовь? Он сумасшедший? — Ты не слышал меня? Я сказал, что использовал тебя и твою сперму, чтобы забеременеть, а ты спрашиваешь о моих чувствах? — Я всё правильно услышал, Чимин. Но... неужели ты вообще ничего не чувствуешь? Неужели наша связь, твои слова, твои реакции, поступки... неужели всё было ложью? Ты обманывал меня и изображал симпатию? Ты... неужели ты такой? — Чонгук не мог скрыть своё разочарование в голосе. И в глазах тоже.       Сердце Чимина ухнуло вниз. Он... он не готов видеть разочарование в глазах Чонгука, это рвёт его душу в клочья. Это... это больно. — Ничего я не изображал! — воскликнул он и взял лицо Чонгука в свои дрожащие ладони. — Я был искренен от начала и до конца! Я влюбился как дурак в юнца, которого собирался использовать и бросить! Да, я влюбился в тебя, Чон Чонгук! Влюбился как ненормальный!       Чонгук перебил его пламенные признания страстным поцелуем. — Влюбился, влюбился, влюбился... — шептал он в перерывах, снова и снова целуя любимые пухлые губы. — Ты влюбился в меня, Пак Чимин, я так счастлив, я самый счастливый альфа на свете...       Чимин не мог поверить в то, что происходило. Он слегка отстранился. — Чонгук, но ты же не любишь, когда тебя используют. Тебе не неприятно от того, что я сделал? — Используй меня полностью, Чимин, — с улыбкой ответил Чонгук, склонив голову набок. — Только... только люби меня. Давай заведём как можно больше детей в будущем. Но я хочу помогать тебе во всём. Используй меня так, как ты хочешь. Не только в зачатии.       Спустя несколько часов они лежали в обнимку на постели Чонгука в комнате, увешанной фотографиями Чимина. Омега ощущал себя довольно необычно. У него никогда не было секса в такой обстановке. Отдавало подростковщиной. Но ему нравилось. Он сам ведь до двадцати лет был таким хорошим мальчиком и никогда не обжимался с одноклассниками. — Вообще это когда-то было родительским домом, — сказал Чонгук, заметив, как Чимин разглядывает убранство в его спальне. — Потом мы резко разбогатели — точнее, состояние семьи вышло на новый уровень — и переехали за город. Этот пентхаус достался мне по наследству и я переделал тут всё, кроме своей спальни, где регулярно дрочил на твои фотографии, — шутливо добавил он. — Фу! Мерзкий! — Чимин так же в шутку начал бить Чонгука кулачками в грудь. — Это ж надо так испортить красивую историю любви! — А что такого в самоудовлетворении? Вполне естественный процесс. И секс тоже, — невозмутимо ответил Чонгук. — Как бы то ни было, эта комната подарила мне множество прекрасных воспоминаний. А ты расскажешь мне, как решил использовать меня в качестве донора спермы?       Чимин густо покраснел. История ужасно глупая. Но Чонгук выслушал её с большим интересом. Ему было любопытно, как Чимин дошёл до этого всего. — Уау, ты кучу денег потратил на реализацию, — заключил альфа. — А мог просто написать мне что-то вроде "го секс"? Ноль потраченных вон и куча удовольствия вдовесок. — Я не понимаю твои зумерские выражения.       Они расхохотались. — Так вот зачем ты устроил весь этот цирк с чекапами! — вспомнил Чонгук о том странном периоде жизни. — А я ещё думал, почему не могу выбрать покупку акций твоей компании вместо медицинских обследований! И думал, зачем мне делать спермограмму. Господи... ты действительно такой один, Пак Чимин. Но акции я всё равно купил. И куплю ещё, мне нравятся показатели.       Надо же... Чонгук в своём возрасте уже думает о том, чтобы преумножить состояние своей семьи. Это восхитительно. Чимин всегда любил таких амбициозных альф, которые чётко знают, чего хотят. И... учитывая, что у них будет ребёнок... Чимин понимает, что очень, очень хочет стать частью семьи Чонгука. Он тяжело вздыхает. — Что? Что-то болит? — Нет, ничего не болит. Я просто думаю, что скажет обо мне твоя семья. Мне кажется, я им не понравлюсь. — Главное, что мне ты нравишься. — Только нравлюсь? — Ну... может, что-то большее. Если поцелуешь, конечно. — Какой ты сразу нахальный стал, Чон Чонгук, — с нежностью в голосе укорил альфу Чимин. Но поцеловал.       Утопая в объятиях альфы весь оставшийся день, Чимин думал о том, какая же жизнь интересная штука. Ещё он думал о том, что когда любят, — ждут. Чимин теперь это точно знает. И что ожидание настоящей любви того стоит. Даже если речь о долгих девятнадцати годах до первой встречи.