***
9 сентября 2023 г., 20:05
Из небольшого кирпичного домика слышалась громкая динамичная мелодия. Катя никак не могла поверить, что на такой маленькой площади способно разместиться самое именитое казино в городе, где ежедневно, таинственным образом, у игроков пропадали десятки тысяч купюр. Обратить внимание на нелегальный объект, конечно, стоило давно — по мнению самой Кати, но другим людям не особо хотелось лезть на рожон игромании, ради того, чтобы доказать наличие там денежных ставок. Ходили слухи, что хозяин казино — Ростислав Мякотин, способен обанкротить даже самого убеждённого противника азарта. То ли гипнозом, то ли удивительной харизмой и даром убеждения. А может быть, все вместе. И всё-таки, когда появились новости о том, что в этом заведении начались финансовые кражи (на сей раз, в прямом смысле этого слова), полиция остаться в стороне не смогла.
На рейд выехало около десяти человек, большинство из которых Катя видела впервые. Но знакомые лица в их рядах всё же имелись, например Ксюша Власенко — матёрый следователь, первой обнаружившая местонахождение казино, Ксюша Клыкова — её коллега-оперативник, ловкая и меткая. И Настя Клевцова. Последняя была медиатором. Её вызывали только в самых крайних случаях, когда решение конфликта не дипломатическим путём предполагало перестрелку, или чего похуже. Короче, без примирителя обойтись было нельзя.
Катя почти не нервничала. Ещё бы! Несколько лет работы оперативником убивают всё, что похоже на нервы. Был лишь скромненький приятный мандраж, предзнаменующий что-то интересное и опасное. Кто знает, какое оружие использует Ростислав для своих грязных делишек?
— Ну что, начинаем, товарищи? — бодро объявила Ксюша, подходя к тяжёлой металлической двери, которая являлась входом в царство незаконных развлечений: — Голову не теряем, про задание не забываем! Досье хорошо изучили? — несколько человек кивнули: — Проверьте магазин, перед тем, как будете заходить.
Катя послушно опустила руку под короткую теннисную юбку (в лучших традициях одежды для вечеринок), нащупала пальцами портупею и извлекла от туда небольшой пистолет. Патронов было достаточно. Перед глазами проплыл ряд похожих папочек с фотографиями разных людей на первой странице. У неё была хорошая визуальная память, так что она не сомневалась, что сможет узнать кого-то из посетителей или хозяев казино.
Сегодня они работали мирно — под прикрытием, по крайней мере, большую часть вечера, так что толпа ребят из силовых структур осталась ждать их снаружи. Оперативные работы начнутся только в том случае, если им будет грозить опасность, или обстоятельства для облавы будут самыми идеальными, но иметь при себе рабочие средства для защиты — что-то из разряда очевидного.
— Кто? — прогремел суровый голос из открывшегося перед ними окошка в массивной дверце. Катю наличие серьёзной охраны в таком помещении нисколько не удивило.
— Мы по рекомендации. — с этими словами Новикова протянула бугаю по другую сторону от неё три аккуратных бумажки, которые представляли из себя пригласительные билеты — для неё, Насти и Ксюши Клыковой. Их любезно отдал полиции таинственный информатор. Лично с ним никто не виделся, но в отделе ходили слухи, что этот человек занимает здесь высокую должность. Власенко играть (даже ради задания) не позволяли принципы и религия, так что она взяла на себя контроль над спецназом.
Дверь открылась, пропуская их в зал. Комната выглядела намного более внушающей изнутри — с высоким потолком, широким светлым паркетом и огромным количеством игровой атрибутики.
— Что желаете попробовать первым делом? — раздался недалеко от Кати услужливый голос. Она повернулась, осматривая его владельца. Им оказался юноша, потрет которого много раз мелькал на обложках материалов по делу. Никита Черкасов — администратор казино, занявший эту должность относительно недавно. Игроки, участвующие в следственном процессе, дали ему кличку «балабол», учреждая, что он может заговорить до беспамятства, и даже полагая, что он мог быть виновником таинственных краж.
— Дурака. Можно? — спросила Катя, осматривая помещение. Пожалуй, дресс-код этого места ей описали не совсем верно. Большинство людей были не в молодёжной классической одежде, как предупредил информатор, а в костюмах, а-ля сошедших с кадров «Крёстного отца» — длинных коктейльных платьях, винтажных брюках, пиджаках. Черная тенниска, галстук и оверсайзовая рубашка казались до ужаса неуместными. Она выглядела, как агент 007, если бы он решил стать корейской школьницей, но на фаната игр похожа нет была.
— Конечно, столики для этой игры у нас в другом конце зала, давайте я вас провожу. — предложил Черкасов, скользя взглядом по Катиной одежде и хмурясь. Новикова заметила, что Клыковой и Клевцовой занялись другие работники, так что они разбрелись в противоположных направлениях.
«Неужели я настолько выбиваюсь, что на меня надо так пялиться?» — подумала Катя, фыркая про себя. По дороге она тщательно фиксировала глазами всякого человека, который был похож на образ из её памяти. За барной стойкой, например, сидел Сафило — один из совладельцев. Он пристально смотрел в ноутбук, находящийся по левую сторону от различных напитков. Нетрудно было сообразить, что на экране высвечивались кадры с камер видеонаблюдения, расположенных по всему периметру комнаты. Рядом с игровыми автоматами сидела парочка постоянных посетителей — Михаил Суров и Морозов Ярослав. Они всегда бились только друг с другом. В зоне карточных боёв она заметила «Королеву дурака» — Машку Волкову, легенду этого заведения. С ней могла потягаться только ещё одна его владелица — Настя Масалова, чем она сейчас и занималась. Черкасов ненадолго отвлёкся, помогая перетасовать карты, так что Новиковой удалось подслушать кусочек их беседы.
— Я слышала, что тут начались кражи. — нахмурилась Волкова: — Ваш авторитет подорван.
— Мы — лучшее казино в городе. Но, если ты боишься… — заговорчески ухмыльнулась Масалова: — То мы можем сыграть на что-то другое.
— На драгоценности?
— Нет. — Настя не смогла сдержать смешок: — Это варварство! На акции. М? Как насчёт Газпрома?
Обе рассмеялись, доставая из элегантных сумочек долларовые купюры, и пожимая руки. Тарасов Ярослав — известный городской предприниматель, ненароком проходящий мимо, нежданно захотел присоединиться к ним.
— Только осторожнее. — предупредила его Машка: — Говорят, что она кидает в печку всех, кто её победит. Ну, кроме меня.
***
Никита с Катей продолжили маршрут, в поисках свободного столика. Наконец, для неё нашлось и место, и противник. Им оказался Максим Гуламов — местный знаток истории, идеальный стартовый оппонент. Он был очень силён в Екатерине второй, и совершенно беспомощен в дураке. Ещё и удача её не подвела: в пачке оказался набор из козырной десятки, дамы, короля и туза. Не карты — золото. С Максимом она разделалась за десять минут, забрала честный выигрыш, поспрашивала того немного об устройстве игрального дома и кражах, осмотрелась, и уже готова была подыскивать себе нового противника, как в зале засветилась новая фигура. Молодой темноволосый человек, вошедший через дверь для персонала, аккуратно повесил чёрный пиджак на спинку свободного стула, оставаясь в элегантной ярко-баклажановой рубашке и белых перчатках. Очки для зрения он сменил солнцезащитными, чем-то напоминающими авиаторы. «Ростислав Николаевич Мякотин. Тот самый» — подумала Катя: «Ну посмотрим, что он для нас приготовил» А приготовил Мякотин огромный тёмный саквояж, который деловито поставил на тот же стул, перед покерным столом. Мазнув взглядам по фишкам и поздравив победителя, он извлек из саквояжа предмет. На секунду Катя подумала, что там мог отлично поместиться чей-то труп, но достал Ростислав отнюдь не что-то криминальное, а… Обычный саксофон. Бережно протер инструмент специальной салфеткой и поприветствовал кивком нескольких людей. Сафило, Настя и Никита зачем-тот надели очки — такие же, как у него. Кате показалось, что Черкасов хочет что-то сказать ей, но того быстро отвлёк Мякотин, давая какие-то указания. Черкасов согласился и попросил игроков ненадолго прерваться. Возле столиков немного понизился свет, свободная площадь, наоборот, стала освещаться ярче. — Дорогие друзья! В этот прекрасный вечер, специально для вас, звучит саксофон Мякотина Ростислава! Из игрового зала послышались аплодисменты. Заиграла музыка. Начался аккомпанемент от Ростика. Катя удивилась нестандартному выбору — «Сан-Франциско» группы «Кармен». Мякотин наслаждался моментом — он не только играл, но и танцевал так динамично и раскованно, насколько это было возможно с инструментом в руках. Люди в зале замерли. И если в начале Катя предположила, что их тоже впечатлило выступление, то потом… Потом она заметила, как несколько рабочих, облачённых в тёмные очки шарятся по карманам и сумочкам посетителей. В то время, как другие их совершенно не замечают. Глаза Максима были стеклянными, и совершенно ничего не выражали. «Этот чёрт, что, всех загипнотизировал? А те, что в очках, защищены от действия?» — неверно усмехнулась она про себя: «Но почему тогда я могу двигаться?» — и правда, у Кати шевелились и руки, и ноги, и шея — и она вполне была в сознании, хотя никаких очков на ней не наблюдалось. Чего нельзя было сказать про Клевцову и Клыкову, ручную кладь которых уже вовсю обследовали воришки. Настя, Никита и Сафило пристально наблюдали за их работой. «Надо как-то его прервать! Но как?» — подумала Новикова, замечая, как некоторые из грабителей выходят через чёрный ход. Долго думать не пришлось. Один из оставшихся потянулся к её сумке, и больше изображать загипнотизированного выступлением человека у неё не получилось. — Руки за спину! Полиция! — крикнула она, быстро извлекая из портупеи пистолет. Воришка опешил, не ожидая такой реакции, и быстро оказался прижатым к столу: — Щуплый гад. Ну и славно! Лежи так. В этот момент, все присутствующие, облаченные в темные очки, резко рванули из домика. Подкрепление очнулось не сразу, только пусть некоторое время, в зал стали протискиваться ряды спецназа. Началась толкучка, в которой резко перестал звучать саксофон. Посетители отмерли и начали паниковать. Катя повертела головой, в поисках повязанного Ростислава, но глава криминальной организации будто испарился. Наконец, её взгляд зацепился за похожую фигуру, недалеко от выхода. Во всеобщей суете, никто не замечал Мякотина, обернувшегося в чьё-то драповое пальто и надевшем привычные прозрачные очки, а тот поджидал момент, когда сможет безнаказанно покинуть своё же заведение. Катя рванула к нему. Мгновение — и на ошарашенном Ростиславе оказываются наручники, позаимствованные Новиковой с барной стойки, временно заимствованной полицией. — А я сразу понял, что на тебя не подействовало. Интересно, почему? — улыбнулся он, и не давая Кате времени на ответ продолжил: — Ты должна меня отпустить. Что тебе нужно? Деньги? Связи? — Мне нужно, чтобы ты заткнулся и сдался следствию. — твёрдо отчеканила Катя: — Поэтому мы прямо сейчас идём к начальству, и ты сдаёшься. Мякотин покачал головой, каким-то невидимым образом освобождаясь от наручников, и вручая их Кате. — Очаровательно наивно. Хотела бы поймать меня — уже давно сказала бы разблокировать все выходы. О чём хотела поговорить? Новикова тяжело вздохнула. И правда, ей стоило предупредить других, а не пытаться поймать его самой. Теперь Ростислав наверняка думает, что ей действительно от него что-то требовалось. — Ни о чём. Пойдём. — Почему я должен идти, я же освободился от наручников, и в любой момент могу сбежать? Катю накрыла волна гнева. Эта харизматичная зараза, что, её за работника порядка не считает?! Ростислав не сдержал смешка и посмотрел ей прямо в глаза, будто прочитав её мысли. — Ну ладно, пойдём. Так даже интереснее. Точно не хочешь дать мне ещё немного побыть на воле? — Это в суде решат. — сухо бросила Катя, кивая на наручники: — Надевай обратно. Несмотря на спокойный уверенный тон, ей на секунду стало жаль, что такого шикарного изворотливого человека могут посадить далеко и надолго. Ну ладно, выкрутиться как-нибудь. Людей обманывать плохо.***
Передав Ростислава в руки органов, она вышла на улицу. Рыжие волосы развивались, вторя порыву небольшого осеннего ветерка. Дресс-коду времени года она тоже не очень соответствовала, так что быстро начала мёрзнуть. На плечи легла чья-то куртка. — Простите, я специально немного переврал, чтобы вас было можно отличить от обычных посетителей. Новикова обернулась. Перед ней стоял Черкасов. Совершенно свободный. — Так это ты?.. — Да, я — информатор. — коротко ответил он, скрещивая руки и вглядываясь в даль, где виднелись мигалки приближающегося подкрепления. — Ни за что бы не подумала. Приятно познакомиться. — Я бы тоже. Что вы в полиции работаете. Такая яркая и импульсивная! Сработали, конечно, неаккуратно, но главное — что всё вышло. Вот и думай, как воспринимать эти слова: то ли комплимент, то ли нравоучение. К зданию подъехали бронированные фургоны и несколько полицейских седанов. В одном из них оказались Татьяна Георгиевна и Татьяна Викторовна — кураторы дела, одни из главных лиц местного полицейского штаба. В фургоны начали постепенно грузить часть воришек — тех, кого успели поймать. После этого принялись за их начальство. Сафило держали под руку два массивных спецназовца. Несмотря на маленький рост, тот хорошо владел боевыми искусствами, поэтому успел заехать обоим по самым болезненным местам. Первый — Малащук, ещё как-то стерпел, но второй — Васильев, взывал от боли, и даже ненадолго отпустил его. Впрочем, скоро подошли ещё несколько ребят, и повторить попытку побега у Сафило не вышло. Масалова долго не выходила из помещения, долго беседуя о выгоде с Клевцовой и ещё несколькими ребятами. Наконец, один из них объявил, что она проходит, как свидетель, и вязать её не надо. «Знаменитая неподкупность наших органов» — покачала головой Катя, вздыхая. Настя приблизилась к ней. — Мне сказали постоять с вами рядом. Раз уж так вышло… Хотела сказать, что ты его уделала. Максима. И Ростислава Николаевича. Но ты не подумай, мы не остановимся. Скоро все выйдут. А мы с тобой встретимся на даче показаний. Может даже подружимся, а? — в этот момент её кто-то окликнул, и Масалова, подмигнув на прощание, отошла. — Молодец, Катюша! — похвалила её Власенко, наблюдая за тем, как Ростика грузят в полицейский фургон. Он посмотрел в глаза Новиковой и прошептал что-то, вроде «сумочка». Катя нахмурилась, опуская руку в сумку и нащупывая там что-то тонкое и холодное. Присмотревшись, она поняла, что это была цепочка из белого золота, с маленькой подвеской в виде ключика. — Ксюша, проверька-ка, у кого из них украли. — сказала она, протягивая следовательнице украшение. Та кивнула и положила предполагаемую улику в герметичный прозрачный пакет. Пока Татьяна Георгиевна проверяла целостность команды и благодарила всех за слаженную работу, Татьяна Викторовна в привычной манере напомнила про необходимость составления отчётов. А на мольбы сделать завтра, потому что время позднее, ответила: — Отчёты можно и ночью делать.***
Украшение, кстати, оказалось не краденным. Ростиславу сделали его на заказ за несколько месяцев до происшествия, во вполне законном ювелирном магазине. И всё-таки, носить его Катя не решилась. Чувствовала какой-то подвох. Только Мякотин знал, что доверил ей на хранение ключ от тайного сейфа в казино, найти который не смогла даже полиция. Однажды он заглянет к Кате в гости и потребует вернуть подарок. Совсем не джентельменский поступок. Но ей обязательно перепадёт какой-нибудь процентик. В качестве компенсации морального ущерба и платы за молчание. А то, кто знает, что придёт в голову этой необычной девушке.
