Нельзя умереть дважды

— С чего бы отделу по борьбе с наркотиками уничтожать улики? — в замешательстве спрашивает Торп. — У меня нет других объяснений, — спокойно парирует Уэнсдей, методично делая снимки на свой смартфон. — Думаю, стоит спуститься к ним. — Ну, если хочешь внеплановую кремацию, то вперед. — Не смешно, Уэнс, — напарник бросает на неё укорительный взгляд. — А я и не шучу, — отвечает ему Аддамс, поглядывая в бинокль: — Чёрт! Моя машина! — осеняет ее. — Что с ней? — не понимающе спрашивает напарник. — Серьёзно? Агент Торп, соображай! Они могли её заметить, — раздраженно отвечает Уэнсдей. — Тогда нас обоих ждет внеплановая кремация, — возвращает ей колкость Ксавье. — Надо валить отсюда и желательно незаметно. — Ну, если учесть, что мы в прериях и этот холм единственное укрытие, мы в жопе, — справедливо замечает Торп. — Придётся ползти, — равнодушно заключает Аддамс. — Что?! Это пальто стоит восемьсот долларов! Аддамс на секунду теряется от слов Ксавье, но быстро находит, что ответить: — Что ж, тогда я из машины посмотрю, как оно великолепно горит. Парочка бесшумно огибает холм, незаметно отступая с тыла к машине, находясь в опасной близости к неизвестным в синих робах. Едва они выбираются на равнину и погружаются в траву, тишину нарушает громкий рингтон телефона. Он заставляет неизвестных переглянуться и обнаружить, что их телефоны молчат. Быстро сообразив, что на территории посторонний, главный жестом отдаёт команду «осмотреть периметр». — Торп, какого хрена?! — шипит Аддамс, выразительно смотря на карман пальто, откуда верещит телефон. — Я даже не знал, что здесь есть сеть! — шёпотом оправдывается Ксавье, судорожно похлопывая себя, чтобы понять в каком из карманов лежит чёртов мобильник. — Выключай, живо! Чёрт, они услышали… Ксавье спешно достает телефон из кармана: — О, это та девушка из кофейни, — неуместно радуется напарник, кажется тут же забыв, что они на задании и их вот-вот могут обнаружить. — Пригласи ее на свои похороны, болван! — девушка закатывает глаза, мысленно задаваясь вопросом как вообще такого непроходимого идиота взяли в бюро. Агент отклоняет вызов, направив звонок на голосовую почту. Неизвестные в синих робах уже разбрелись по полю, всерьез намереваясь найти лишних свидетелей. Аддамс и Торп неподвижно лежат в траве держа на мушке своих искателей: — Сколько у тебя? — спрашивает Уэнсдей, не отвлекаясь от наблюдений. — Трое. А у тебя? — Ксавье шепчет в ответ, удерживая прицел на одном из мужчин, что так удачно стоял спиной. — Четверо. — Сколько нам ползти? — По прямой метров шестьсот, но надо ползти там, где высокая трава, поэтому вдвое больше. — Хреново, доктор Аддамс. — Да неужели?! Это ты сам догадался или кто-то подсказал? — язвит доктор и ползком направляется вперед, Торп следует за ней, то и дело ловя себя на мысли, что вид ему открывается просто шедевральный. Уэнсдей, будто прочитав его мысли, произносит: — Будешь пялиться на мой зад, я выколю тебе глаза и залью формалином, а потом подарю тебе на день рождения. — Твои способы флиртовать, конечно, далеки от идеала, но мне они кажутся забавными, — отшучивается Ксавье. Уэнсдей страшно раздражают его шуточки и непрофессиональное поведение. Из-за него им придется ползком пробираться к машине. Не прошло и получаса, как она была на волоске от смерти и уже снова ей приходится рисковать жизнью. Она стерла коленки, и безнадежно испортила свой пиджак, но несмотря ни на что — ползла. Торп, на удивление, продолжал свой путь в тишине и ей показалось, что двигаются они не так уж и медленно. Машина оказалась в зоне видимости, но возле неё их ожидал неприятный сюрприз. Двое крепких парней из поисковой группы обнаружили её раньше и старательно осматривали снаружи. — Нужно открыть ее, — говорит кто-то из них. — Вот ты и открывай, вдруг она заминирована, — отвечает ему коллега. — А в чем-то он прав, — хохотнул Торп. — Заткнись! — прошипела Уэнсдей. — Ты слышал это? — спрашивает неизвестный. — Да, кажется оттуда, — жестом показывает второй в сторону, где прячутся напарники. — Торп, что ты делаешь?! Торп?! — недоумевает Аддамс, наблюдая, как ее напарник собирается выдать себя. — Доверься мне, ты поймешь, что делать, — Ксавье прячет пистолет за пояс и подняв руки встает с земли: — Парни, спокойно, это моя машина! — Ты кто такой? — металлическим голосом выпаливает один из парней. — Я Кевин, слегка заблудился, вот вышел осмотреться и ну… отлить, — Торп улыбается и шагает к ним. — Стой, где стоишь! — двое направляют на него автоматы и явно не намерены шутить. — Хэй, ребят я без оружия. Видите? — Агент показывает поднятые вверх руки, но не останавливается. — Я сказал — стоять! — в бешенстве кричит второй и выпускает очередь прямо у ног Ксавье. Тот останавливается, машинально складывая руки за голову. Аддамс наблюдает за тем, что происходит и верно понимает план Торпа. Он отвлекает их, чтобы Уэнсдей добралась к машине. Неизвестные с силой толкают агента вперед, указывая куда ему идти. — Ребят, это лишнее, говорю же, я заблудился. Давайте просто разойдемся, как в море корабли, и навсегда забудем друг о друге? — Ксавье продолжал болтать без умолку, раздражая своих конвоиров и без того злых, как сторожевые питбули. — Захлопни пасть! — командует один из них, толкая Торпа дулом. Уэнсдей дожидается нужного момента, когда все трое отходят достаточно далеко и ловко пробирается к машине. Она бесшумно открывает водительскую дверь и забирается внутрь, но завести двигатель, не привлекая внимания, не получится. План её напарника был ненадежным, слишком много переменных и слишком мало шансов, что они выберутся из прерий живыми. Бросив сосредоточенный взгляд на удаляющиеся фигуры мужчин, она все же заводит мотор и тот издает внушительный рёв. В ту же секунду двое в синих робах оборачиваются, направляя автоматы на драгоценный Додж Доктора Аддамс. — Эй, мою машину угоняют! — вопит Торп и двумя точными движениями глушит своих надзирателей. Он срывается с места в сторону несущейся на него машины. Уэнсдей тормозит юзом и открывает пассажирскую дверь летящему в неё Торпу под звуки автоматных очередей и свиста пуль. — Ты ранен? — вдруг произносит Аддамс, неожиданно даже для себя. — Вроде цел, — отвечает ей напарник, ощупывая торс. — Тогда откуда кровь? — Что? Где? — Ксавье бросает взгляд на полы своего плаща, насквозь вымокшие в крови. — Кажется, задело, — буднично произносит он, одернув окровавленную ткань с ноги. Аддамс выжимает максимум из отцовского Челленлдера то и дело поглядывая на рану и в зеркало заднего вида. — За нами нет хвоста, — отвечает на не заданный вопрос Торп. — Это пока, — холодно бросает Уэнсдей, шестеренки в её голове крутятся также быстро, как меняет свое положение стрелка спидометра на панели управления: — Сними галстук и затяни жгут. Дело дрянь. — Пустяки, просто царапина. — Нет не царапина! У тебя пробита бедренная артерия. — Девушка мысленно рассчитывает упущенные минуты и количество крови, которое успел потерять напарник. — У нас гости, — игнорирует он слова своей напарницы, берет телефон и набирает номер. — Что ты делаешь? — Свою работу! За нами хвост! — выпаливает Ксавье, пока ждет ответа на звонок. Наконец трубку сняли: — Это Агент Торп. Нужно подкрепление, адреса нет — это резервация, ищите по геолокации. Да, черт возьми, это федеральная земля, а значит и наша юрисдикция! — Ксавье отключает микрофон гаджета и выпускает его из рук. Преследователи не собираются отступать. Огромный внедорожник, несмотря на свои габариты, развил нехилую скорость, а значит в считанные минуты нагонит их. И кто бы не сидел в той машине, они явно не собирались вести переговоры. Выстрелы и очереди одна за другой летят в сторону Доджа, со свистом пролетая мимо, чудом не задев. — Под твоим сиденьем кейс, достань его, — командует Уэнсдей. — Зачем? — Нужно тебя заштопать, иначе ты истечешь кровью. — Просто отвези меня в больницу, где лечат живых людей, — не унимается Ксавье, намекая на её специализацию. — Да, я лучше разбираюсь в причинах смерти, но если ты сейчас же не достанешь этот хренов кейс, разрыв бедренной артерии станет причиной твоей. И тогда ты точно окажешься на моем столе. Ты меня понял?! — отрезает Аддамс почти переходя на крик. Она смертельно устала от споров. На сей раз Торп повинуется и достаёт небольшой кейс из-под своего сидения. — Открой. Код 164810, — командует девушка. Замок кейса издает щелчок, Агент откидывает крышку и видит перед собой три противопехотные гранаты, набор полевого хирурга и аптечку. — Так ты не шутила! — восклицает Торп. Аддамс хватает гранату и слегка сбрасывает скорость. — Держи руль! — спокойно произносит Уэнсдей, по пояс высовываясь из окна. Ксавье спешно хватает руль до конца не веря в то, что происходит. — Когда я скажу, ты переключишь скорость и нажмёшь на газ, ты понял? — продолжает отдавать команды она. — Да. — На счет три. Один, два… — Аддамс отрывает чеку и бросает её в сторону догоняющего их внедорожника: — ТРИ! Торп со всей силы жмет рукой на педаль газа. Позади раздаётся оглушительный взрыв. Внедорожник не задетый огневой мощью переворачивается от резкого торможения. Уэнсдей возвращается на свое место, вжимая педаль в пол. Время на исходе, рану нужно зашить. Вдоль трассы она замечает заброшенную ферму и паркуется за амбаром. Торп едва остается в сознании и бледнеет с каждой секундой. Аддамс откидывает его кресло, достает полевой набор и разрезает брюки. Кровь бьёт фонтаном, она накладывает жгут и проверяет пульс. Ксавье до странного молчалив. — У нас нет времени на анестезию. Я должна достать пулю и очень быстро зашить. Ты должен быть в сознании, поэтому не вздумай отключаться и молчать, — Аддамс не верит, что говорит это. — Когда встретил тебя в баре, не думал, что через пару недель буду удирать с тобой от преступников через прерии, — неожиданно впадает в откровения Торп. Его голос уже не звучит так оживленно, он выдавливает части предложения с паузами, часто моргая. Видимо слова про смерть произвели на него впечатление. — Нет, я серьезно, — продолжает он: — ты же помнишь, что мы вместе пошли на выпускной? — Неужели? — Да! Никто не ожидал, что ты примешь приглашение. А я — больше всех. — Сейчас будет больно, — монотонно говорит Доктор Аддамс и вводит щипцы в отверстие в ноге. Ксавье не издает ни звука, только кусает рукав от боли. В ловких руках Уэнсдей пуля поддается очень быстро, она вдевает шелковую нить в иглу и накладывает 4 внутренних и два наружных шва. Ксавье героически выдерживает операцию, которая напрочь вышибает из него остатки сил. — Готово, — констатирует Аддамс. — А должно быть так холодно? — девушка на секунду касается лба Ксавье, чтобы прочувствовать насколько упала температура. — Нет, не должно. Я отвезу тебя в больницу. Продолжай говорить, не отключайся. — И все-таки, Уэнс, почему ты согласилась? — Меня Ларч убедил пойти. — Кем бы он ни был, я рад, что он… — фраза обрывается на середине. Туман в голове становится слишком густым и тело перестает слушаться. Он боролся из последних сил, оставаясь в сознании, пока адреналин ещё гулял в его крови. Но чем дальше колеса Челленджера несли их от злосчастных ангаров, тем стремительнее сознание покидало Ксавье. — Торп, Торп! Черт бы тебя побрал, — ругается Аддамс и снова набирает не приличную скорость. Ксавье отключился и Уэнсдей не знает сколько у нее есть времени, чтобы довезти напарника до больницы живым. *** Уэнсдей тормозит у станции скорой помощи, оставляя на асфальте черные полосы от покрышек. Она с остервенением толкает дверь приемного покоя с суетливыми медсестрами и ординаторами. — Человек ранен, — голос Аддамс эхом разносится по вытянутому помещению. Все, кто был неподалеку, обернулись в попытках понять, что вообще происходит. Несколько медбратьев, едва заметив её, тут же отнеслись всерьез к её словам. По локоть в крови, со стертыми коленями и в грязной одежде, она выглядела так, будто помощь требовалась ей. — Мисс, вы ранены? — Я доктор. Нужна каталка, физраствор, глюкоза, два пакета плазмы и операционная, — речь Уэнсдей звучит так уверенно, что у сотрудников скорой помощи не возникает сомнений в её словах. Уже через пару секунд, окруженного капельницами и дежурными, Торпа везут в операционную. Аддамс машинально следует за каталкой, молча наблюдая за отточенными движениями коллег, пока те не скрылись за дверью с надписью «посторонним не входить». Она опирается о стену и медленно сползает вниз прикрыв глаза. — Вас осматривал кто-нибудь? — чей-то голос возвращает её в реальность. Уэнсдей открывает глаза и видит перед собой пожилую медсестру. — Нет, я в порядке. — В таком случае позвольте я отведу вас умыться. Вы будто только с войны. Что у вас случилось? — Не могу разглашать, это федеральное расследование. — Тогда я вызову кого-нибудь из ваших, как полагается. Раздевшись по пояс Доктор Аддамс принялась отмывать запекшуюся кровь Ксавье с рук и лица. Она терла кожу, пока вода вновь не стала прозрачной. Ссадины на коленях и локтях надоедливо ныли, наверняка она найдет в них не один десяток заноз. В ушах стоит звон от тишины, в которой Аддамс оказалась после насыщенного утра. Вскоре в больницу нагрянут агенты из отдела внутренних расследований. Ноги сами привели её обратно к операционной, где она продолжила бессмысленно таращиться на горящую табличку «идет операция». Наверняка Уэнсдей простояла бы так до конца операции, но её отвлек знакомый грохот каблуков. Она обернулась, чтобы подтвердить свою догадку — грозная и величественная будто айсберг фигура директора Уимс направлялась прямо к ней. — Потрудитесь объяснить, Доктор Аддамс, — без церемоний начала она. Уэнсдей уже набрала воздух в легкие, чтобы изложить суть дела, но из операционной бодрой походкой вышел немолодой хирург. — Вы та самая девушка, что привезла его, — утвердительно говорит хирург. — Что с ним? — вмешивается Уимс. — Он в полном порядке. Должен сказать, он жив благодаря вам, Мисс… — Я доктор. Доктор Аддамс. — Что ж, не каждый хирург на операционном столе способен выполнить столь сложный шов, не то что в салоне автомобиля. В какой клинике вы работаете? — Я патолог в ФБР, — спокойно произносит Уэнсдей. От удивления брови хирурга взлетают вверх. — В таком случае ФБР несказанно повезло. Надумаете сменить специализацию, буду рад принять вас в ординаторы. Выражение лица Уимс смягчается от услышанного и она тут же переключает внимание на врача, чтобы расспросить о состоянии агента и прогнозах, так и не дав Аддамс толком ничего ответить. — Мэм, до утра мы поместим его в реанимацию, к нему никого не пустят, поэтому нет смысла находиться здесь, — сказав это, хирург удалился, скрывшись в длинных коридорах. Директор Уимс и Доктор Аддамс молча вышли на улицу. Из открытой двери Челленджера капала кровь, сиденье насквозь сочилось ею, а брошенное на пол автомобиля пальто Торпа за восемьсот долларов навсегда превратилось в бурую ветошь, неподлежащую восстановлению. — Удалось задержать кого-нибудь? — спрашивает Аддамс, слишком спокойно, учитывая обстоятельства. — Только тех, что подорвало. Их сейчас допрашивают, — отвечает Уимс, так и не поинтересовавшись, что отстраненный сотрудник делал на выезде. — Ангары? — спрашивает Аддамс, заранее зная ответ. — Догорели как спички к нашему приезду. Вы нашли что-нибудь? Надеюсь эта свистопляска стоила того, потому что община резервации в бешенстве и требует объяснений. — Думаю, им стоит требовать их от того, кто арендует их землю и стоит за всем этим. — И от кого же, Доктор Аддамс? — Джозеф Крекстоун. Директор Уимс изменилась в лице от услышанного имени. Этот человек был слишком влиятельным, чтобы вот так просто его обвинять. — Жду ваш рапорт завтра утром у себя на столе. И надеюсь, в нём достаточно доказательств, чтобы бросаться подобными обвинениями, — сказав это директор направилась к своей машине, оставив Уэнсдей наедине с Доджем, таким же потрепанным, как и она сама. Аддамс подняла пальто в надежде найти камеры целыми. Поиски увенчались успехом и она извлекла окровавленный зип-пакет с миниатюрными камерами. Вспомнив про образцы вентиляции, Уэнсдей проверила на месте ли они. Сев в машину, она положила уцелевшие улики в бардачок и достала пачку красных мальборо.