Молоды и невинны, как лето

Чонвон рано повзрослел. Он и сам не знал, почему так случилось. У него не было младших братьев или сестёр, за которыми родители просили бы приглядеть, чуть ли не спихивая все обязанности на старшего ребёнка. Его любили, не требовали идеальных оценок или беспрекословного повиновения, никто не ругал мальчика за разбитую чашку или порванные штаны. Детство Яна было идеальным. Да и сам он был хорошим ребёнком. В детстве он много смеялся и играл с родителями, знакомился с каждым на детской площадке во дворе, посещал кучу кружков, был любопытным и вежливым. Все соседские старушки просто души в нём не чаяли, а друзья родителей с радостью поздравляли их с каждым достижением их прекрасного сына. А потом в каком - то момент блеск в детских глазах исчез. Чонвон по - прежнему оставался добрым и вежливым парнем, продолжал радовать родителей, рассказывал им смешные истории и ярко улыбался. Только улыбка была скорее настольной искусственной лампой, нежели мягкими лучами весеннего солнца. Но Ян не замечал этих перемен в себе. Он вообще решил перестать замечать что - то "в себе". Он решил игнорировать непонятные мысли в своей голове, ощущение одиночества и грусти. Просто больше уходил в работу, помогал по дому, занимал себя всем, чем только мог, лишь бы не заглядывать в потаённые углы своей юношеской запутавшейся души. Вот только сколько от себя не беги и не прячься, всё равно останешься рядом. И тогда в жизни Яна появился он. Джей был ярким, живым, громким и настоящим. Таким, каким Чонвон перестал быть. И вместе они стали словно самая желанная конфета из сладкого набора на новый год: красивая, манящая обёртка и вкусная сладость, в которой действительно чувствовался вкус настоящего шоколада. Блеска в глазах Джея хватило бы на то, чтобы осветить самую тёмную, беззвёздную ночь, превратив её чуть ли не в рассвет. Его свет отражался в потускневших глазах Яна, оставляя там свой блеск так, что, казалось, будто и сам паренёк снова засиял. С Джеем появлялось ощущение, что все проблемы исчезают, разрываются на тысячи маленьких ничтожных кусочков, а пустота в груди заполняется искренним громким смехом парня. С Паком было хорошо. С ним было спокойно. Чонвон действительно начинал верить, что всё снова возвращается. Что он снова тот ребёнок. Такой, каким и должен быть в этом возрасте. Вот только Джей не всегда был рядом. Ян снова умело избегал себя. Снова придумал и убедил, что всё хорошо. Цветок по - прежнему был прекрасен и даже казался живее, солнечные лучи ласкали его зёленые листья, вот только вода в горшке так и оставалась сухой. Если представить, что он любит свою жизнь, что в ней есть много всего прекрасного, красиво и интересно, так ведь и станет, правда ведь? От общения с Паком было хорошо. Ровно до того момента, пока Чонвон не возвращался домой. Ровно до того, пока мысли снова не наваливались на него. И становилось хуже. Встречи больше не радовали, потому что становилось завидно и обидно, что он не может стать таким же, как его друг. Таким же свободным. Чтобы в голове были только молодость и цветущее лето, а не вечная пробирающая до самых кончиков пальцев зима, наполненная мыслями о будущем и своей никчёмной жизни. А может стоит просто уйти от этих иллюзий, покинуть этот фальшивый оазис и отдаться полностью метели внутри, стать с ней, наконец, единым целым?

° ° °

Чонвон лежит на зелёной траве, раскинув руки в стороны. Ветер нежно ласкает бледную кожу, глаза парня прикрыты, кончики пальцев левой руки чувствуют едва ощутимое прикосновение чужих пальцев: рядом, в точно такой же позе, лежит Джей. Только на лице его играет блаженная улыбка, да взгляд устремлён в голубое небо, где проплывают белоснежные облака причудливых форм. Последние тёплые деньки лета. И Ян всё решил. Сегодня он тут в последний раз. Сегодня он оставит здесь свою надежду, притворство и Джея. Хотя оставлять его совсем и не хочется. Наоборот, хочется забрать его с собой навсегда, чтобы он всегда был рядом, чтобы не было чувства пустоты и бесконечного одиночества. Но это невозможно. Поэтому нужно скорее оторвать этот яркий любимый пластырь, чтобы потом не стало ещё больнее. - Джей, я больше не приду, - выдыхает Чонвон, открывая глаза, но не смотря на друга. - Куда? - не понимает парень, переводя искрящиеся глаза на Яна. - Никуда не приду, - он вздыхает и садится, скрещивая ноги. - Сюда, к тебе домой или в наш любимый парк. Я больше к тебе не приду, Джей. Мне надоело. - Вонни, я что - то сделал не так? Обидел тебя? Что ты такое говоришь? - Пак моментально садится, взгляд его обеспокоенный и даже напуганный. Он хочет прикоснуться с другу, но тот убирает руки. - Нет, Джей. Ты всё делаешь правильно. Неправильный тут только я. И это всё из - за меня. Мне надоел не ты или наше общение, мне надоел я. Надоело то, что я чувствую после. Я больше не могу. Не могу бежать от себя и всего этого. Я не могу больше прятаться от реальности в своих иллюзиях. Пора оставить это всё. Пора признаться. Но для этого мне нужно уйти, прости, - Чонвон поднимается на ноги, не дожидаясь ответа, и медленно, но уверенно делает шаг прочь. Его резко разворачивают и сильно толкают в плечи. Не ожидавший этого парень летит на траву и больно ударяется о землю. Сверху на него накидывается Джей и хватает за воротник рубашки, приподнимая и слегка встряхивая. Чонвон же болтается, словно тряпичная кукла, никак не пытаясь остановить друга, на лице которого гримаса злости вперемешку с болью. - И ты просто так уходишь? - голос его хриплый. - Без точных объяснений просто решаешь бросить меня и все наши воспоминания, потому что ты запутался? - он заставляет Яна посмотреть ему в глаза. Они по - прежнему полны света и огня, даже сейчас. - Я не запутался, - шепчет парень. - Я никогда не был распутанным. С нашей первой встречи я был таким, просто прятался и делал вид, что всё супер. Потому что с тобой я действительно верил, что это так. Пока не оставался снова один на один со своим жалким отражением в зеркале. Пока снова не встречался со своим пустым блёклым взглядом. - Джей ослабляет хватку, и Ян раздражённо спихивает его с себя, снова поднимаясь на ноги. - Я ненавижу это! - кричит он на сидящего на земле, опешившего Пака. - Я ненавижу видеть то, как ярок и беззаботен ты. Ненавижу видеть, как весело проводят своё время другие, зная, что я сам убил себя и всё, что могло у меня быть. Понимать, что я сам медленно отнимаю у себя своё счастье по маленьким кусочкам. Ненавижу то, что всё понимаю, но ничего не могу поменять, так и продолжая прятаться и пытаться внушить себе, что всё нормально. Что это просто я такой, что это мой путь.Но какой - то хуёвый путь! - он на секунду отворачивается, делая глубокий вдох и зарываясь рукой в чёрные волосы, чтобы затем снова продолжить. - Я ненавижу каждую грёбаную мысль в своей голове. Мне хочется приложиться к стене, лишь бы перестать думать. Перестать что - то требовать от себя. Просто хочу снова стать тем ребёнком, вернуть блеск глаз и яркую улыбку. Вот только не получается. Всё кажется фальшивым и жалким. Поэтому я просто уйду. Просто приму это всё и останусь. Перестану пытаться выбраться, а пойду дальше. Но для этого мне нужно оставить тебя. Ты помогал мне всё это время, но я понял, что делал всё только хуже. Прости меня, мне правда очень жаль, - и он не врёт. Во взгляде любимых глаз Джей видит, что Яну действительно больно, как и ему самому сейчас. Он не видит иного выхода, кроме как уйти. Он думает, что просто перестаёт прятаться и идёт на встречу лицом к лицу с этим пугающих холодом. Вот только он, как раз наоборот, просто снова сбегает. - И зачем ты потратил свою юность на то, чтобы вырасти, - бросает вдогонку уходящему Чонвону Джей. И парень замирает. Медленно, словно во сне, Ян оборачивается и смотрит на всё также сидящего на земле друга. - Я... хотел стать лучше, - голос дрожит. - Хотел стать гордостью родителей. - И стал? - тихо произносит Джей. - Стал, - вторит Чонвон, смотря словно куда - то сквозь парня. - А ты сам - то счастлив? Стало ли это лучше для тебя? Или ты так и продолжаешь куда - то бежать? - Джей не ждёт ответа. Чонвон медленно снова садится на землю. В глазах собираются слёзы. Он поднимает голову к яркому небу. И под лучами солнца его глаза блестят. - Самое лучшее, что ты можешь сделать - это, наконец - то, попробовать стать счастливым, - Пак поднимается и медленно подходит к Яну, опускается рядом с ним. - За летом всегда идёт дождливая тусклая осень, а затем холодная одинокая зима. Но ведь потом опять будет весна, что согреет своими лучами и окутает запахом цветущей природы. А там снова вернётся лето. И тебе не нужно уходить. Давай просто пройдём и осень, и зиму, чтобы добраться до твоей весны и лета. Вместе. Джей аккуратно, боясь спугнуть, протягивает руку к Чонвону. Тот выглядит так, словно находится в непонятном трансе, но Пак знает, что тот всё слышал. Он медленно укладывает чужую голову к себе на колени и начинает неспеша поглаживать мягкие волосы юноши. Чонвон снова прикрывает глаза, а по щеке стекает одинокая солёная капелька. Ветер всё также нежно ласкает бледную кожу, по голубому небу по - прежнему плывут причудливые облака. И Чонвон всё же остается на этом зелёном поле. Повзрослеть он уже успел, и теперь пора насладиться юностью.