На спор

— Да, давай уже сделаем так, блять, а то эти двое нихуя друг другу не признаются, — фыркает Влад, немного задирая голову к верху. — Ей-богу уже заебали то в одно, то в другое ухо про свою любовь жужжать! — Ну раз сам Владислав Череватый обращается к богу… — Лина не договаривает, потому что это, собственно, и не нужно. Парень подхватывает её смех, легко приобнимая подругу за плечо, наклоняя ближе к себе. — Ну а чё? Хули они такие тупые, я понять не могу! Ходят рядом, трутся постоянно вместе, слюни друг на друга пускают, я уверен, что даже дрочат — представим, будто я тебе не говорил этого, но Димка рассказывал про эротический сон с Олегом. Если они не сделают первый шаг, то мы сделаем это за них! — Охуенно сказано, Чери! — девушка поддерживает друга, проводя ладонью по его коротким волосам. — Мы всё устроим просто на высшем уровне!

***

День X наступает всего через трое суток, в субботу, когда старшеклассники собираются дома у одного из ребят, чтобы отпраздновать конец четверти и первого полугодия. А это можно сделать с большим удовольствием и желанием, хотя бы ради того, чтобы отдохнуть перед началом усиленной подготовки к экзаменам. Декабрьское сочинение сдали все и сдали с первого раза, что стало ещё одним поводом для радости. Хотя бы из-за этого можно провести предновогоднюю вечеринку, чем, собственно, подростки и занялись. Влад скачет к однокласснику, у которого решили устроить вписку, чуть ли не вприпрыжку, уже предвещая окончание этого вечера. Дом у Кости большой, даже можно сказать, огромный: двухэтажный, с большим количеством комнат и коридоров. Гецати предупредил о том, что если у кого-то не получится пойти к себе домой, он может спокойно остаться у него: в распоряжении подростков было несколько кроватей, надувные матрасы, на случай, если всем не хватит места. Влад же передал Косте их с Линой коварную затею, поэтому юноша также освободил одну из гостевых спален для двух друзей, что никак не могут начать встречаться, хотя сохнут уже, наверное, год четвёртый. Вообще обе параллели одиннадцатых классов буквально топят за эту пару, Олега и Димы, прозвали ребят «дилегами», и ждут, пока те, наконец, сойдутся. Вот сейчас Владу с Линой пришла просто охуительная идея о том, как наконец заставить друзей признаться друг другу в чувствах, и как же хорошо, что они оба любят принимать вызовы. Череватый приходит одним из последних, когда все остальные человек двадцать пять уже собрались. Кто-то танцует, кто-то перекусывает на кухне, девчонки делают красивые фотографии, стоя на балконе в одних платьях. Как бы не перемёрзли ещё. Но Влад обходит одноклассниц, бегло здоровается с ними, подходит к более нужному для себя месту: к лучшим друзьям, что сейчас расположились полукругом около кальяна, в зале. Череватый быстро приветствует всех, жмёт руки парням, приобнимает девушек и плюхается на краю дивана, рядом с Линой. Она же сидит около закадычной пары: Олега и Димы. Первый закидывает руку на плечо Матвееву, сейчас затягиваясь кальяном с яблочным вкусом, пока младший что-то рассказывает другим ребятам. Очевидно, Олег хочет привлечь к себе внимание Димы, поэтому разворачивается, выдыхая дым ему на лицо. Юноша едва зажмуривается, а потом начинает заливисто смеяться, упираясь макушкой в крепкое плечо Шепса. Тот остаётся доволен этим жестом, расстягивается широкой улыбкой, утыкаясь носом в волосы младшего, остаётся в таком положении. Влад переглядывается с Линой, Костей, подмигивает им: всё идёт точно по плану. Юноша начинает пить пиво, поданное ему откуда-то со стороны, облизывает пересохшие губы. Двое друзей опять смеются, обнимаясь ещё крепче. Рядом с ними пустых бутылок гораздо больше. — Дима, можем, пожалуйста, сфоткаться? А то ты обещал мне в последний день, а мы так и не сфотографировались, — начинает разворачивать план Лина. — Ага, — Матвеев улыбается, зажмуриваясь в ложбинке шеи Олега. Вдыхает любимый запах и поднимается, чувствуя крепкие руки на талии. — Давайте побыстрее только, — командует Олег, передавая трубку от кальяна Владу. — Обязательно, — Джебисашвили хватает Диму за запястье, начиная осторожно утягивать его в соседнюю комнату, чтобы вдруг плохо не стало. Хотя Матвееву, кажется, сейчас очень хорошо. Они делают много фотографий, обнимаются, Дима по-дружески целует подругу в щёку, немного висит на ней, чувствуя, как алкоголь ударяет в голову. — Лин-н-н, — тянет парень. — Да, Димочка? — девушка запускает руку в мальчишеские волосы, начиная их перебирать. — Какой он, сегодня, сука, красивый. — Олежа всегда красивый, да. И ты тоже красивый очень. Я уверена, Олег точно также считает. — Какой «считает»?! — немного нервно бросает парень. — Нихуя он так не считает… — С чего ты взял? — интересуется Лина. — Вы сейчас чуть не поцеловались, пока в обнимку сидели… Уже все видят между вами эту тонкую грань друзей и влюблённой парочки. Вам бы за ручку ходить и не отпускать друг друга никогда, но вы почему-то мнётесь оба… — решив больше не затягивать, девушка перешла к самой сути. — Слушай, а чего ты вообще на месте сидишь? Бери всё в свои руки, раз он ничего не понимает! — В каком смысле? — хмурится Матвеев. — Ну, скажем… Тебе слабо ему сделать минет? — Чего? — ошарашенно переспрашивает Дима, но с ненавязчивой улыбкой на лице, благодаря которой Лина понимает — он завёлся и ему понравилась предложенная идея. — Ну, минет. Знаешь, оральный секс… — Да понял, я, понял, — закатывает глаза парень. — На слабо значит берёшь? — Ага. Отсосешь ему сегодня? — Посмотрим, — загадочно отвечает парень.

***

Проходит ещё полтора часа, ребята окончательно напиваются, успевают чуть-чуть протрезветь, наедаясь горячими вкусностями, потом продолжают пить. Садятся в большой круг, начиная играть в разные настольные игры, которые позже перетекают во всеми излюбленное «правда или действие». По началу задания похожи на детские, но при этом становится смешно: куча песен, пьяных танцев, щекотка, непонятные слова — и всё это целых полчаса. Наконец подростки начинают переходить к чему-то более серьёзному и интересному. Череватый широко улыбается, когда задаёт вопрос Шепсу: — Олеж, правда или действие? — Действие! — усмехается парень, поправляя волосы, смотрит с достаточно заметным вызовом, готовый выполнять даже самые дикие желания. — А поцелуй-ка человека, к которому ты не равнодушен. Парня, — зачем-то уточняет Влад, вытягиваясь в спине. — Или слабо? Олег медлит пару секунд, обдумывая то, что сказал друг. Губы дёргаются уже в нервной усмешке, но Шепс достаточно быстро смахивает её с лица. — Да запросто! Проходит ещё секунда, две, три. Юноша переводит взгляд на Диму, что сидит, затаив дыхание. У младшего губы дрожат, он нервно покусывает их, вытирает капельки пота со лба, что успели появиться на теле пару минут назад. — Диман… поможешь? Я думаю, это задание для нас двоих. Девчонки пищат, парни смотрят с явным интересом и азартом в глазах — так долго все ждали этого момента. — Да запросто, — Матвеев рвано копирует Олега, присаживаясь к нему поближе, смотрит в такие родные серо-голубые глаза, снова облизывает губы, чем, признаться, возбуждает старшего. Олег мягко укладывает свою ладонь ему на талию, немного сжимая её, не сводя взгляда, подаётся вперёд, только после этого закрывая глаза. В первую секунду Дима тупо сидит, никак не отвечая на поцелуй, пока Шепс мастерски орудует своими губами и языком. Матвеев начинает неловко целовать в ответ, сцепая руки на плечах юноши, тянется ближе, когда Олег подхватывает друга, подсаживая его на свои колени. Дима углубляет поцелуй, чувствуя, как языки переплетаются вместе. Становится очень жарко и теперь пот бежит под тонкой черной футболкой, которую сейчас крепко сжимает Олег. Матвеев перекладывает ладонь на шею юноши, немного оттягивает отросшие пряди на затылке, получает стон в ответ. — Воу-воу-воу, ребята! — почти с ошалевшим видом прерывает их Влад. Дима снова стонет, но на этот раз это скорее стон разочарования. Он отрывается от губ первым, прижимаясь лбом ко лбу Олега, а потом, не слезая с него, начинает смотреть на Череватого. — Ну чё? — Чё «ну чё»? Вы тут чуть не сожрали друг друга! — произносит Влад. — А по-моему всё прекрасно было! — хлопает в ладоши Лина. — Может вам лучше уединиться? — сверкая лучезарной улыбкой, предлагает Череватый. — Кость, есть свободная комнатка? — Ага, на втором этаже крайняя справа. Пойдёте? Олег хочет что-то ответить, но Дима прерывает его, резко вспомнив о своём обещании. — Пойдём! Но скоро вернёмся! — теперь уже он смотрит с вызовом на Джебисашвили, что усмехается в ответ, как бы тоже напоминая про «слабо» парня. Дима хочет встать, но к его удивлению, Олег приподнимается вместе с ним, крепко держа за бёдра. Они сталкиваются носами, Матвеев не сдерживается, обнимая мощное тело сильнее, ноготками вжимаясь в кожу на спине. Олег шипит от удовольствия, касается губами шеи парня, проводит по ней языком, и, схватив поудобнее, начинает подниматься по лестнице на второй этаж. Нужная комната оказывается открытой настежь, парни сразу заходят туда, и даже не удосуживаются прикрыть за собой дверь. Олег опускает Диму на пол, руки движутся ниже к ягодицам, в то время как младший проводит ладонями по крепкой спине, изучая её пока что в одежде. Они продолжают целоваться, сейчас уже почти не сдерживают стонов. Матвеев вновь отстраняется первым, захлопывает дверь и закрывает её на замок, чтобы им не помешали в ближайшее время. — Не думаю… что у Кости… есть смазка, — бормочет юноша между поцелуями, пока Шепс бесстыдно залезает руками под футболку, а Дима начинает дрожать от этих движений. — Спорим, мы и без секса отлично справимся? — подмигивает старший. — Спорим! — Шепс быстро стягивает с юноши футболку, пока тот помогает ему сделать тоже самое. Они плавно переходят на кровать, Олег нависает сверху, спускаясь лёгкими поцелуйчиками вниз по телу. — Такой красивый… — хрипло произносит юноша. — Сексуальный… И только… мой. Дима стонет, запрокидывая голову, слегка приподнимается, высовывая язык. Облизывает солоноватую кожу на ключице, оставляет лёгкий укус и снова зализывает ранку. — Я об этом мечтал уже два года, — признаётся Матвеев, когда рука друга давит-давит-давит ему на ширинку, и Олег начинает стягивать с него штаны с бельём. — Я три, — одежда летит вниз и старший начинает медленно надрачивать, заставляя Диму поджать пальцы на ногах, выгнуться в пояснице чуть-ли не до хруста позвонков. Матвеев сдерживает рык, прикусывая губы до крови, быстро слизывает её и просит: — Перевернись. Теперь сверху уже Дима. Он обводит пальцами сильные мышцы, в некоторых местах оставляет засосы, сжимает пах Олега, пока тот учащено дышит. Матвеев расстёгивает ширинку на чужих джинсах, приспускает их и через бельё прикусывает член, ощущая на языке слабый вкус выступившей смазки. Шепс громко стонет, после чего приподнимает подбородок Димы. Юноше приходится подтянуться, чтобы поцеловать старшего в губы, затем он снова опускается вниз, полностью снимая ненужную одежду. Матвеева очень сильно ведёт, и уже не от алкоголя, а от того, что сейчас в принципе происходит. Парень проводит языком от основания до головки достаточно крупного члена, вбирает его в рот, плотно сжимая губы. Олег сжато мычит, приподнимаясь на локтях, правой ладонью комкая простынь. Дима же немного хрипит, когда берёт чуть глубже. Всё же пока не приноровился делать это. Юноша обхватывает свой ствол ладонью, начиная надрачивать себе, прерывается, перекладывая руки на бёдра Шепса, сильнее сжимая их. Снова берёт в рот до звёздочек перед глазами, пока Олег не приподнимает его, чтобы парень немного отдышался. Вскоре Дима снова начинает сосать, на этот раз более умело, помогая себе руками, пока Шепс стонет откуда-то сверху. — Дима-а-ан, я сейчас, — Олег не договаривает, но Матвеев только сжимает ствол губами плотнее. Немного дёргается, когда из него начинает выходить семя, едва кашляет, но послушно всё глотает, вытирая рот после этого рукой. Не успевает отдышаться, когда чувствует, что его крепко обхватывают за поясницу, начиная подтягивать куда-то наверх. Когда член касается разгоряченной кожи живота, Дима скулит, пока Олег прикладывает ладонь к его ягодице, сжимая её рукой. Второй же обхватывает ствол, начиная надрачивать, почти сразу срываясь на быстрый темп. Младший утыкается во вспотевшую грудь, прикусывает кожу на ней, целует, сдерживая стоны. Совсем скоро доходит до пика, впивается ногтями в оголённую кожу, закатывает глаза в немом стоне и бурно кончает, пока Олег делает ещё несколько движений по инерции, отпуская член. — Я люблю тебя, — спешно произносит Дима, ведь может ещё хоть что-то сказать после оргазма. — Я люблю тебя ещё больше, — Шепс снова целует его в губы.

***

— Ебутся наши голубки! — Череватый довольно спрыгивает со второй ступеньки лестницы. — Не зря мы всю эту махинацию проводили!