612

“Здравствуй Я снова пишу тебе и даже не знаю, какое это письмо по счёту. На моих часах уже давно за полночь и сегодня снова шестое декабря, прошло ровно шесть лет. Символично, правда? Ровно шесть лет назад мы переступили черту и тогда не стало меня. Образовались мы. Такой вот забавный симбиоз. И прошло около трёх лет, как и нас не стало. Три года я пишу тебе сказки о своих днях и не понимаю, зачем я это всё делаю. Наверное ты спросишь «Как ты?» я в порядке, уволился с той ничтожной работы, наверное сотой по счёту, а на последние деньги переехал к нам. Тут ничего не поменялось, даже не поверишь, хоть и прошлые жильцы делали ремонт. Я проверил каждый угол, всё тут ещё наше. С того дня я не приходил сюда больше. А теперь здесь нет тех серых стен и на кухне больше нет твоей доски с мелками. Но я их верну, если ты захочешь. Так глупо рассказывать тебе что-то, когда хочется написать одно слово.." Прости. Это было одно из тысячи писем, которое Тэхён так и не отправит. Не отправит, потому что не знает адреса, не знает ничего про получателя. Надо заварить кофе, тогда ему станет легче. Надо перекурить на балконе, тогда все мысли уйдут прочь.

***

— Я заварил твой кофе, – запах дешёвого кофе 3в1 бьёт в нос, а горячие руки уже на плечах, — о чём ты всё время думаешь? — Как мне повезло с тобой. Чонгук улыбается за спиной, он это знает. Чувствует. Тэхёну не нужно видеть глазами, ведь сердце видит в разы больше. Они могут позволить себе хорошую кофемашину, завтракать и ужинать в ресторанах, но он готов отдать все свои деньги, ради этого пакетированного кофе, которое будет приносить его человек. Даже рядом с ним не нужны сигареты, но эта дурная привычка не покидает. Что-то внутри требует хотя бы одну сигарету в день, но и её отбирают. — Смешивать сигареты и кофе плохо, знал? - Чонгук сам докуривает чужую сигарету и садится на стул рядом. Вид с их балкона не меняется уже год. Год, с миллионом воспоминаний в этих стенах. — Когда ты стал таким умным? — С тех пор, как стал жить с тобой. тобой И до него оставался таким. Чонгук успел за этот год отчислиться и снова поступить, в этот раз на программирование. Такой непостоянный. Они разные. Тэхён любит стабильность, он годами пьёт один и тот же вид кофе, не умеет прощаться со своими старыми привычками и часто отказывается от чего-то нового. Даже взять эти сигареты. Первый раз закурил именно этими и с самой школы не изменяет им. Но вот Чонгук совсем другой. Любит открывать что-то новое, браться за всё сразу и бросать, если не понравится. В свои 22 успел поменять множество профессий, бросить трижды университет и столько же поступить заново. Отличный художник, в спорте всегда первый, за что не возьмётся - всё выйдет. Тэхён ему даже завидует. Хотел бы тоже так, не просчитывать каждый шаг с точностью. И даже сейчас, сидя с ним на балконе, он замечает огромную разницу между ними. Их внешность - контраст, увлечения, стиль, манеры, речь.. Каждый второй их общий знакомый удивляется этому дуэту. Но у них есть что-то общее, что-то единое для двоих на этом излюбленном балконе мы и навсегда.

***

Бежать сегодня никуда не нужно, никто не звонит ему в 6 утра и не требует мчаться на работу с охапкой бумаг. Никому больше нет дела до него. Хочется зарыться в одеяло и пролежать на кровати весь день, все года разлуки с ней. Было ли у прошлых жильцов то, что было у них? Сходили ли они с ума находясь на этой постели, а молили бога, чтобы это никогда не прекращалось? Он не знает, не хочет знать чужой истории. Их история была краше, ярче, горячее сотни других. Никто не сможет также ублажить на этих простынях кого-то, как это делали они. Тэхён помнит всё, каждый райский момент в этих стенах. Он помнит взгляд Чонгука, как в них отражалась собственная улыбка и как сладко звучали чужие слова. Почему сейчас всё кажется сказкой? Чем-то вымышленным и таким недосягаемым? У него же было столько партнёров до и после, каждый был по своему горяч, сексуален, но никто не видел того, как он сгорал в чужих руках и как плавился он в своих. — Мне так хочется тебя здесь.. сейчас.

***

— Я хочу тебя, - шёпот и влажные тела соприкасаются друг с другом. Шёпот, а внутри всё кричит об этом, горит. — Я весь твой. и всегда буду твоим. Чонгук отдаётся в холодные руки и они обжигают его тело. Они никогда не занимались сексом. Нет, это слово слишком паршиво звучит, слишком просто, чтобы описать всё, чем они действительно занимались. Грубо срывали одежду друг с друга на пороге, когда терпеть уже никто не хотел, как вгрызались в тела и боялись отступить, остановится на пару секунд. Никто не бежал первым, никто не обсуждал и не спорил, кто же сегодня будет сверху. Это всё так неважно, когда ты так сильно хочешь его. Своего человека. — Ты так беззащитно выглядишь,- широкая спина полностью накрывает Тэхёна и он чувствует себя таким уязвимым, — и пару минут назад ты сказал мне тоже самое. На все насмешки Тэхён затыкает Чонгука поцелуем. «Не говорил я такого». Он даже не помнит, когда же они переступили грань дозволенного и стали настолько ненасытными друг другом. Когда ему стали нравится эти игры с собой, когда он стал таким беззащитным.. Позволяет себе быть таким с ним, только с ним и позволил, разрешил целовать там, где никто и никогда не смел его касаться. Это дозволено только Чонгуку. И тот знает, знает и целует, оставляя на теле сотни ожогов от поцелуев. Ему так мало этого. Они так сходят с ума до самого утра. Целуются, кусаются и играются как дети в совсем не детских забавах. Каждая ночь остаётся в памяти, запоминается каждый вздох, каждый взгляд. А с утра их ждёт утренний кофе 3в1 и поцелуи за столом. Чонгук не завтракает, а Тэхён злится на него, что у него так и остались подростковые замашки. Потом они убегают по разным сторонам, но всегда возвращаются обратно. Кажется, что с таким темпом уже пролетел не один десяток, кажется, что их даже не съела бытовуха и у них не бывает скандалов. Но каждый раз, эти двое вспыхивают как спичка и не всегда могут справиться с этим. Они ссорились. Ссорились, что вся посуда с полок летела, а на следующий день приходилось убираться несколько часов. Тогда никто не ночует дома. Тэхён бродит по городу и заночует в каком-нибудь отеле, пока Чимин принимает у себя Чонгука и на телефон от него приходят сообщение "Вы меня уже оба заебали". Обижаются друг на друга и больше всего на себя. Чонгук приходит с утра незаметно, шепчет на ухо, что любит, а Тэхён не смеет промолчать и клянётся, что будет любить бесконечно. Насколько это долго? Пока не закончится их бесконечность. *** Он проспал больше трёх часов. Сон был слишком сладок, приторно сладкий и до сих пор липнет на губах. Сегодня нужно посетить ещё с десяток мест, как и каждый год. Места, где навсегда остались «мы». Это традиция, которой не должно было быть. Отдал бы всё, чтобы её не существовало и вернул остальные. Вернул бы традицию, когда каждую пятницу ходили в кино на последний сеанс, традицию с бессонными ночами, традицию с ужином на берегу реки. И тот самый вагончик.. На пассажирском сидении старенького KIA валяется пошарпаное пальто и исписанный блокнот, а в голове снова всплывает картина из воспоминаний. Из воспоминаний, когда пассажирское сидение не бывало пустым и внутри не было так холодно. Когда ехали на всех скоростях и не боялись будущего, не скучали за прошлым. «Ты хочешь, чтобы мы попали в аварию из-за тебя?» Тогда б это была самая романтичная смерть. «С тебя хуёвый романтик, знал?» Но тебе нравится. Тогда ему было хорошо. Сначала он ставит свой джаз и они едут практически в тишине, но после включается плейлист Чонгука. О нет, ему нельзя давать доступ к магнитоле. Тэхён уже и сам стал знать все песни Linkin Park и всё благодаря Чонгуку. Насколько же он фанат. Даже стоя в пробке, ему абсолютно плевать на открытые окна, на то, как разрываются динамики в машине и как Тэхён уже во всю смеётся с него. Он поёт во весь голос, отбивает ритм барабанов по всему в авто и это для него счастье. Чонгук свободный, искренний и яркий рядом с Тэхёном. Но был ли он таким же с ним? Его место назначения - давно забытая часть старой набережной. Когда-то, ещё до них тут было пристанище «золотой элиты» города. Прдростки, которым некуда бежать, какие-то бродяжки и просто ребята с желанием отказаться от социальной жизни, оставались тут надолго. Под мостом до сих пор стоит заржавевший вагон, который для многих был спасением. Возможно и сегодня, эта железка примет его к себе снова. Тэхён останавливается рядом и резко выходить стало страшно. Вокруг никого, но в тоже время огромная толпа и у всех одно лицо. Он помнит так много, что память сжирает всё новое изнутри. Ему не хочется нового, плевать и на настоящее, когда воспоминания греют лучше, когда именно они укрывают по ночам и гладят по щекам. Никакое настоящее не заменит этого. …я твоё худшее настоящее и счастливое прошлое. Он помнит, как Чонгук часто сбегал от него, от себя. Сбегал от проблем именно сюда. На своё место. А Тэхён всегда догонял.

***

Мчаться в три часа ночи за новеньким спортивным байком и молиться, чтобы не потерять его из виду, не упустить его прямо сейчас. Они не ссорились, нет, кажется, что ничего ещё не успело произойти, чтобы вызвать такую реакцию. Но Чонгуку так проще, проще сбежать от всех и не устраивать истерик. Чонгуку легче, когда никто не видит его таким, с проблемами, с плохим настроением и резким. И Тэхён не должен этого видеть, но почему-то он хочет, хочет остановить его каждый раз. Возможно он не сможет его остановить потом, но сейчас должен удержать. Берег ночью пустой, виден лишь силуэт, который освещают фары мотоцикла и тишина. Тэхён любит тишину, Чонгук это знает и знает, что именно он сейчас смотрит за ним со стороны. — Мне надоело быть за твоей спиной,- Чонгук заговорил первым, но не смеет повернуться лицом и тем более посмотреть тому в глаза. — Ты ведь во всём лучше меня. У тебя работа, стабильность, родители, уважение, деньги, а я шатаюсь по ветру и не могу удержаться на одном месте. Почему я такой, скажи мне. Мы вместе три года, как ты меня вообще терпишь и почему я умудряюсь тебе завидовать? — Ты знаешь, что это всё неправда. — Правда. Кому нужны мои картины, если я их тут же выбрасываю? Мне нужны. — А мой разряд по боксу? Да чушь это и сломанный нос впридачу. У меня нет мечты, нет цели. Я купил эти два колеса благодаря тебе. Я выгляжу жалко в твоих глазах. — Кому нужно всё это? А кому тогда нужен я? Чонгук замолчал. Почему он это сказал? Тэхён ему нужен, без него пропадёт. Нет, он сможет и дальше работать где-нибудь в три смены, сможет продолжить рисовать и возможно вернётся в большой спорт. Но Тэхён нужен ему не для этого. Он просто не сможет без его смеха, без разговоров о будущем и прошлом сидя на кухне, не сможет и без дыма его тяжёлых сигарет. Нужен, но он боится сказать ему это вслух. Тогда он сам станет ненужным. Опять это детское поведение. — Снова пошёл дождь, правда? - Тэхён улыбается, пока рукой тянется к чонгуковым волосам и притягивает чужую голову к своему плечу, останавливая поток мыслей. Чонгуку не хватает именно его плеча, но сам же сбегает от него. Почему? Сам виноват, что мысленно отрекается от помощи и ночами прижимается к чужой спине, боясь попросить повернуться. — Помнишь, как мы познакомились? Ты пришёл устраиваться к нам в офис, но мой босс был ещё тот мудак, которого не устраивали такие статурные мужчины в команде, - Тэхён продолжает гладить Чонгука по волосам и слышит его недовольное бурчание, — поэтому он тебя не взял в команду. Но кое-что он не учёл, что мне такой точно понравится. А ещё тот момент, когда ты разлил на него свой недопитый кофе, так особенно. Это было очень хорошо, знаешь. — А ты у нас любишь плохишей, - крепкие руки уже обхватывают талию и голова поднимается к лицу напротив. — Нет, я люблю тебя. Поверь, мне не нужен идеальный ты, мне просто нужен ты. Ведь без тебя я никто, поверь. Они стоят так ещё долго. Такой большой и взрослый Чонгук, становится совсем крохотным и беззащитным, в руках у такого сильного человека, как Тэхён. Хотя тот себя таким не считает, но другим его никто не знал. Они ночуют в машине, до самого утра смотря на воду через окно и думая о друг друге. Никто не перебивает чужие мысли, а молча соглашается с ними. Обратно они вернуться вместе, никто не будет вспоминать этот вечер вслух. Тэхён всю дорогу будет сигналить рвущемуся вперёд Чонгуку, чтобы тот соблюдал дистанцию и никуда не удрал. *** — Но ты всё таки удрал, милый. Сидя на берегу, он подмечает, что здесь всё совсем другое. Всё по-другому без него. «Я снова на твоём месте. Сегодня холодно, но ты меня греешь. Тут появились чайки, хотя в прошлом году я их не замечал. Они слишком наглые и отбирают моё письмо к тебе. Хочешь, я отдам его им и может быть..» Может быть тогда ты получишь его. — Шесть лет прошло, - дрожь проходит по телу, — Я так скучаю, ты ведь слышишь меня? Прости, что скучаю. Кутаясь в старое пальто, его накрывает истерика. Он винит себя во всём, что упустил эти три года, что не знает где он и с кем. Ничего не знает о Чонгуке. Ничего. Винит себя, что тогда не закрыл свой рот, что не удержал его и не знает, что сейчас с ним. Ему не нужно было говорить, что больше не хочет никого видеть, что ему он больше не нужен. Ему нужно было просто быть честным. Сказать, что сейчас ему нужно побыть просто одному, а не рвать всё на корне. Он просидит так час, два, снова напишет это мерзкое прости и не сможет встать на ноги после. Лучше бы он не подошёл к нему тогда, лучше бы не целовал в ту ночь, не говорил «люблю», не желал и не был с ним. Если бы он мог вернуться в тот самый май, упасть на колени и держать чужие ноги на месте. Он бы смог искупить свою вину? — Чимин? Прошло ещё около трёх часов, на улице становится всё темнее, поздняя осень даёт о себе знать, а дрожащие руки потянулись к телефону. Он осмелился снова прочистить все социальные сети, чтобы найти хотя бы кого-то, кто мог бы помочь ему, кто бы дал ему надежду на ещё одну встречу с прошлым. Новый телефон не хранит больше старых номеров Чонгука, которые перестали ему отвечать ещё три года назад. Однажды он всё же ответил, в последний раз, прежде чем оказался недоступным для Тэхёна навсегда. Тогда ему ответили и сказали лишь два слова «парк. завтра». Этих слов хватило, чтобы просидеть на лавке всю ночь и дожидаться утра, пока не встретит знакомую тень среди десятка других. Они просидели в полной тишине, отвлекаясь на сигареты и даже не посмели посмотреть друг другу в глаза. Это была последняя их встреча, а после Тэхён оказался заблокирован везде, а вместо привычного "Чонгуки" горело "Пользователь не найден". А он и не пытался больше связаться с ним. — Кто это, - по ту сторону слышна музыка, десяток пьяных голосов и такой же голос отвечает сейчас, — говорите громче. — Это Тэхён, - в ответ слышится недоверительный смешок, от чего продолжать свою речь не хочется вовсе. — Ты не знаешь, как я могу связаться с Чонгуком? — С кем? С Чонгуком? Ты меня смешишь сейчас. — Я не вовремя. — Нет, подожди. Ты дал ему уйти три года назад, а сейчас звонишь мне с этим вопросом? Блять, да ты же нихуя не знаешь оказывается. Я скажу тебе только две вещи, остальное отправлю SMS. А после он не помнит ничего. Не помнит, как бежал к старому вагону, как держал в руках помятую бумажку, как он пролетел полгорода и искал шестой ряд с двенадцатым местом. Он очнулся, когда оказался прикованным коленями к земле.

"Хэй,

помнишь ещё меня? Сегодня шестое декабря, вот как получилось. Выпал первый снег, я обожаю снег, только холодно до жути. Я хотел что-то сказать тебе. А, я продал его, ещё продал пару картин с тобой. Ты не обижайся, я не рисовал твоего лица. Что ещё я тут должен написать.. Не умею я это всё делать, знаешь. Я узнал, что тогда.. я виноват. Только сейчас смог понять тебя. Со мной было тяжело. Ты сделал это так, чтобы остаться в моих воспоминаниях плохим,да? Но картина оказалась иной. Я был на похоронах. Ты выглядишь неважно, тебе не идёт это.

Я трус, что побоялся узнать всю твою правду и решил избежать её всеми путями. Ты не вини себя только там, ну знаешь, как бывает. Забудь мои слова, которые я сказал тогда.

Если и читаешь это, значит всё таки нашёл меня. Не такой я красивый теперь, да? Чимин говорит, я похудел, больше не возбуждаю таких, как ты. Нет, ну он просто язвит, я ему не верю.

Сегодня шестое декабря и я всё ещё тебя — до бесконечности»

«Я не успел приехать к нему, он просто держал в руках записку и оставил мне сообщение, чтобы я спрятал её в каком-то фургоне» Место встречи: шестой ряд, двенадцатая плита. Дата смерти: шестое декабря.