Сентябрьский дождь

В офисе охранника сидел немолодой мужчина, следя за камерами, он неспешно выпивал кофе, борясь за ясность ума. За стенами сильно дул ветер, ведь уже был сентябрь, погода значительно испортилась за неделю. Однако Уильяму было всё равно на погоду, он желал поскорее закончить свою смену и вернуться ко сну у себя в кабинете. Как давно он не был дома, какое сегодня число, какой день недели? Синяки под глазами синевато-фиолетового цвета не сходили уже какую неделю, глаза были лишены смысла. Он скатился до того уровня, когда после тяжёлого рабочего дня лавочка – это счастье. Где-то в пиццерии раздавались детские и подростковые голоса, играла музыка. Почти обессилев, Афтон поставил кружку куда-то ближе к вентилятору, а сам сполз на стол, положив голову на руки и закрыв глаза. Так ничего не было слышно, и он чувствовал себя в безопасности, хоть и никакой опасности рядом не было. Пока тело поднималось и опускалось, Уильям слушал своё дыхание, но вдруг вздрогнул. Кто-то прошмыгнул внутрь офиса. Могло ли это быть человеком или это были лишь галлюцинации из-за недосыпа? Он ощущал присутствие. Несмотря на усталость, его тело всё ещё могло вздрагивать, хоть и лучше было бы посмотреть на вошедшего. Вздрог, и чья-то рука стала гладить растрёпанные волосы. Он так давно не получал никакого тактильного контакта, что сейчас был так напряжён, что открыл глаза шире обычного. Кто это мог быть? В горле и животе стало появляться какое-то странное чувство, сердце быстро забилось. Он поднялся со стола и посмотрел в сторону, в которой предположительно стоял человек. И действительно, там стоял его сын. Рука, которая гладила его сейчас просто висела, а второй он опирался об стол. Спустя мгновенья тишины последний вздохнул и сказал. — Смена уже закончилась... Уильям мог поверить этому и даже не стал осматриваться вокруг в поисках часов. Однако что его сын здесь делает? Стоило спросить – думал он, продолжая, смотреть куда-то в стену. — Ты перерабатываешь, пап, – сказал Майкл. В его голосе отчётливо слышалось беспокойство. — Всё в порядке, я в норме – он посмотрел на сына с фальшивой улыбкой. Не услышав ответа, он продолжил говорить более оживлённо ради парня. — Какое сегодня уже число? – всё так же с улыбкой он продолжал смотреть на обеспокоенное лицо. — 9 сентября, пятница – сказал он и перестал опираться об стол, неловко положив левую руку себе на шею. Уилл был в недоумении. „Сентябрь? Девятое? И пятница... Уже?” – с весёлого лица смылась улыбка, и слегка удивлённый взгляд упал на стену. Пока отец осознавал, сколько времени он провёл в стенах пиццерии его сынишка опустился на колени перед ним на что Афтон обратил внимание, переведя взгляд обратно к сыну. Худощавая и немного трясущаяся рука легла на правую щёку Уильяма. Большой палец стал медленно поглаживать синевато-фиолетовую кожу под глазом так аккуратно, будто боялся спугнуть причину своего беспокойства. — Давай пойдём домой, – грустными глазами он смотрел в глаза своему, папе упрашивая пойти с ним. Рука немного опустилась и перестала гладить щёку, но не прекратила её касаться. Серовато-голубые глаза смотрели прямо в сознание, и в них читалась детская надежда, будто сейчас он пытался попросить поиграть с ним. Парень очень хотел забрать Уилла с собой. Последний же не смог устоять милым глазам, так и просящим того, на что он уже согласился. — Хорошо, Майки, – с искренне доброй улыбкой тепло сказал мужчина. На душе стало чуть лучше и даже теплее благодаря сыну. Обрадовавшись ответу, парень поднялся с колен и стал наблюдать за тем, как его родитель поднимается из-за стола, опираясь на руки. Он наверняка устал. Пока они шли по правому коридору, были слышны обыденные звуки. Чей-то маленький ребёнок плакал, какие-то дети громко смеялись, и музыка привычно играла. Выйдя в свет, глаза не сразу привыкли к жизни, вокруг было много людей. Женщина успокаивала своего ребёнка, держа того на руках, большая группа парней и девушек стояла у стены, смеясь. Где-то были компании родителей, что подружились из-за дружбы их детей. Всё было таким живым, таким обыденно приятным. Даже некоторые подростки, стоявшие по одному, не казались грустными, а наоборот, выглядели спокойно и будто были в настроении. Жизнь кипела. — Столько людей, – он поделился своим удивлением с младшим. — Сейчас довольно холодно, вот люди и заходят погреться. Ну, а потом включаются и заказывают что-то, веселятся, – мягко посмеявшись, пояснил тот. На лице появилась ухмылка, всё это было таким приятным. Эта семейная атмосфера, которой у него долго не было, заставляла задуматься о своём «овощном» состоянии. Мужчина постарался не показывать свою небольшую грусть. В служебном помещении, где была гардеробная, для рабочих никого и почти ничего не было, однако скоро должны были прийти охранники, работающие в ночную смену. — Тебе, наверное будет холодно... – сказал Майкл, снимая две куртки с висящих рядом с друг другом крючков. Вернувшись к отцу, уже осмотревшему раздевалку, он подал ему куртку. На этот раз он осматривал то, в чём пришёл в прошлый раз. «Тогда был летний день. Светило солнце, но дул сильный ветер. Уильяму пришлось надеть своё бледно фиолетовое пальто и, к сожалению, он прогадал. Солнце пекло, даже несмотря на ветер, было жарко, и он единственный был в пальто на улице. До пиццерии пришлось идти жарясь в пальто. Было неловко, когда работники, что оделись легко, увидели слегка намокшую из-за пота рубашку...» Может сегодня погода достаточно холодная для пальто? Майк тоже был в пальто, соответственно погода должна подходить. Застегнув все пуговицы, последний держал в руках шарф и о чём-то размышлял. Афтон с интересом разглядывал сына. Младший подошёл ближе к своему родителю и заботливо стал завязывать шарф ему на шее. — Это, твой шарф? – чувствуя, как покоряется его сердце, мужчина смущённо улыбнулся и отвёл взгляд. Эта забота была такой привлекательной и приятной, что даже на душе стало теплее. — Ты можешь замёрзнуть, а у меня пальто тёплое, – спокойно сказал он, заботясь. Улыбка растянулась ещё шире. О нём так давно никто не заботился, он просто погряз в работе и не вылезал из пиццерии продолжительное время. Майкл не мог не заметить реакцию отца на его внимание, но также не мог прекратить радоваться тому, что может поухаживать за ним. Ему хотелось помочь старшему и дать ему всё внимание, что он заслуживает. Удивительно было чувствовать эту любовь в семейных отношениях. — Спасибо, – неловко посмеявшись, он поблагодарил заботящегося. Всё-таки, это было действительно очень приятно. Выйдя на улицу, Уильям ощутил значительную разницу температуры в пиццерии и снаружи, в него подул сильный холодный ветер. Он вновь прогадал с погодой, и на этот раз она была холоднее. — Сколько туч, – подметил последний. — Лишь бы дождь не пошёл, зонтик я с собой не взял, – всё так же беспокоясь о здоровье родителя, предупредил он. Дорога проходила в тишине, временами дул ветер, а тучи так и не исчезли. Может даже наоборот только стали чернее и гуще. Всю дорогу старший думал. Причём это были не весёлые мысли. Начали падать небольшие капли первого за месяц дождя. Тут мужчина остановился. — Прости... – виновато сказал он опустив голову к полу. Парень тут же остановился и вернулся на пару шагов назад. — За что? – он не понимающе смотрел. — Меня не было дома пару недель, а ты пришёл и... – он замолк. Ему не хотелось расстраивать сына ещё и своими грустными мыслями. На что сам сын внимательно слушал, то что говорил любимый человек. — И делать всё это... – он прикрыл руками лицо, ему было стыдно. Майкл пытался подобрать слова, но быстро понял, что здесь нужно было не это, он добро улыбнулся и подошёл к Афтону. Осторожные руки сына опустились ему на спину. Дождь усилился, капли падали всё сильнее и сильнее. — Всё хорошо, пап, – мягко говорил парень. Мужчина обнял его в ответ, чувствуя тепло на душе и холод в теле. Пошёл сильный дождь. — Холодно, но с тобой, – он выдохнул рядом с ухом сына. Тепла в душе стало ещё больше, отец только доливал любви в этот кубок. — Тепло, Майки, – он искренне улыбнулся сыну, убрав голову с его плеча, но не убрав руки с плеч. Ему подарили улыбку в ответ. Волосы уже были мокрыми, по лицу текли капли дождя. Одежда тоже от части намокла. — Я люблю тебя, папа. Каким бы ты не был, – закончив эту фразу, он закрыл глаза и неловко посмеялся. По телу Уильяма прошлись мурашки, а на лице улыбка стала ещё шире. Сердце быстро билось, – он должен был сказать это. Должен был признаться. — Я люблю тебя, Майки, – сердце билось как бешеное, он это сделал! Он смог! Значит он сможет показать любимому человеку, как сильно он его любит. Сердце Майкла также быстро билось, ему было всё равно на дождь. Мужчина, поддавшись вперёд, впился в губы парня, слегка толкнув того назад. Он чуть не потерял равновесие, но быстро вернулся к норме. Даже дождь как будто исчез. Им обоим уже было не важно шёл ли дождь и были ли прохожие на улице, они нужны были друг другу. Младший Афтон отвечал на поцелуй старшего прижимаясь к его губам. Руки произвольно легли на талию Уилла, прижимая его ближе. Пальто обоих промокли, однако это было неважно. В поцелуе была страсть, разогревающая их, и ещё желание прижаться как можно ближе к друг другу. Более сильное впивание в губы и странное желание перейти на что-то большее. Горячее дыхание среди дождя. Среди ледяного, сентябрьского дождя...