Не дышит

      Залетев в автобус, Лёва на секунду почувствовал себя в безопасности. Да, эта безопасность мнимая, но какая есть. Он опёрся о поручень, слабость в теле уже не давала стоять, и встретился взглядом с водителем. - Парень, с тобой всё в порядке? – лучше вопроса было не найти. Хлопов сейчас отключится от боли, ведь стратилат вырвал у него кусок плоти, но да, всё в порядке. - Спешил, упал, ударился. – выдавил Лёва и прошёл, хотя, скорее, проковылял к сидениям. Повезло, автобус был пустой – лишние крики, а может и лишние жертвы, совсем не нужны.       Сев, парень убрал руку от живота, взглянул на масштабы проблемы и подавился паникой. Пульс сильнее начал бить по ушам, дыхание, только восстановившись, снова сбилось, а кровавое месиво, на месте которого ещё пару минут назад был торс, пронизывало всё тело болью. Горячая кровь растеклась по телу Лёвы, пропитав штаны и оставляя следы на сидении. «Спешил, упал, ударился» никак не объяснит водителю, откуда у него лужи крови в салоне. Хотя это последнее, о чем надо переживать. Главное – не отключаться, выжить, а потом уже Валерке всё рассказать и вернуться за Глебом.       По пустой дороге автобус ехал относительно быстро, так что, как минимум половина крови ещё оставалась в нём, когда парень дошёл до их с Валентином Сергеевичем штаба. Однако этой половины было явно недостаточно, чтобы иметь силы на открытие тяжелой железной двери. Лёва скользнул по стене гаража вниз – для него всё кончено, хотя это даже не самое страшное. Для него всё кончено и это было напрасно – вот, что страшно.       Ужасно клонило в сон, перебороть это Хлопов уже не мог и закрыл глаза. – Прости, Валера..я так и не успел.. – слова тонули в звуках, издаваемых ночным городом. Шелест листьев, лай собак, скрип тормозов и чей-то голос рядом. - Лёва…- выдохнул Игорь с полными ужаса глазами. Как водитель, он первый увидел тело рядом с гаражом и резко нажав на тормоз выскочил из машины. – Лёва-Лёва…ты чего…Лёва – мужчина беспорядочно шарил глазами по телу товарища, боясь притронуться.       Из-за резкого торможения, Носатов ударился об арбалет и вышел из машины, потирая руку. – Корзухин, это что…- наткнувшись взглядом на тело рядом с Игорем доктор побледнел, - Лёва…- и подлетел к парням. Он приложил к шее Хлопова два пальца, чтобы нащупать пульс и чуть успокоился. – Ещё жив.       Валера почувствовал запах крови сразу, как Игорь открыл дверь машины. Он слышал, как она бежала по венам и вытекала из тела. Он чувствовал, как сердце, что уже один раз не билось, снова пропускает удары. После того, как из машины вышел Валентин Сергеевич, впустив ещё больше запаха свежей крови, лицо Лагунова покрылось венами, хотелось выпить это тело без остатка и закончить мучения сердца раз и навсегда. Но нужно держать себя в руках. Валера не зверь.       Парень тихо вышел из машины и подошёл к уже открытой двери штаба. Посмотрел внутрь – Валентин Сергеевич мечется по шкафам, а Игорь кладёт тело Лёвы на стол. От понимания, что, возможно, самый верный друг в жизни Валеры может умереть, так и не став им, ком в горле собирался, но от запаха и вида крови разум туманился и всё, кроме голода, уходило на второй план.       Сдерживаясь и существуя сейчас на пределе своих возможностей, Лагунов зашёл в гараж.       Доктор кинул на него презрительный взгляд, но не стал ничего высказывать, лишь продолжая мыслить в слух, – Если я ничего не сделаю, мы не успеем довезти его... – Мужчина пробежался взглядом по полкам. – А что я, блять, сделаю.       Валера подошёл к телу, смотря, как заворожённый, на закрываемую рукой Игоря рану. Не отводя глаз, он взял товарища за руку, чувствуя уходящее, но всё же тепло. Как Лёва может быть таким живучим. - Давайте скорую вызовем, где телефон? – стараясь не смотреть на умирающего парня, Игорь оглядел помещение в поисках аппарата. - Нет здесь телефона, – доставая бинты и обезболивающие, буркнул, больше злясь на себя, Валентин. – Мы можем только перевязать его, прокапать и молиться, едя в больницу. – раскладывая упаковки шприцов, ампулы и бинты, - Отойди, Валер – Носатов перекрестился, - Игорь, помогай, - мужчины сняли с парня верхнюю одежду и закатали его футболку.       Вколоть морфий, промыть рану, перевязать. Ничего сложного, но как же страшно. Руки доктора тряслись, и он не мог даже вскрыть ампулу с анестетиком. - Твою мать то…- Он посмотрел на Валеру, - уколы ставить умеешь?       Лагунов сглотнул, проходясь взглядом по телу Лёвы и вновь беря его за руку. Совсем похолодели. – Это его не спасёт. – Парень посмотрел на Игоря, ища поддержку, - Но я спасу.       Доктора будто по голове ударили. На самом деле он понимал, что перевязка не сможет спасти Лёву и дать Валере его укусить – единственный шанс Хлопова на относительное выживание. Мужчина опустил руки на стол. Он помнил, как долго Лёва приходил в себя после того, как к нему вернулись воспоминания и заставить его получить новые – настоящее преступление. Но дать мальчику окончательно умереть, без возможности вновь вернуться...просто бесчеловечно. - Мы не можем его потерять, Валентин, Сергеевич, - положив руку на плечо мужчине сказал Валера. – Не можем.       Игорь согласно кивнул и поправил Лёвину футболку. - Это всё такая хуйня, - Валентин отвернулся, сжимая и разжимая кулаки в пугающем бессилии. Он достал пачку сигарет, - если по моему возвращению он не будет дышать – вы закончите так же. – Мужчина вышел, тихо закрыв за собой дверь.       Комната, наполненная почти сочащейся кровью, готовое блюдо на столе, никто не останавливает тебя, да и если бы даже захотели не смогли. Сказка, а не ночь для любого вампира. Любого, но не Валеры, ведь главное блюдо его товарищ, который должен вернуться к относительной жизни. Опустившись к шее, Лагунов втянул запах Лёвы. Спасибо оберегу, никакой реакции нет. Парень обнажил клыки и сделал первый глоток. Совершенно не такой вкус, как у сцеженной – отличается как парное и сухое молоко. Даже легкий стухший привкус не портит момент. Второй глоток. На обращение, вероятно, хватило бы и просто укуса, но живая кровь так манила.       Третьего глотка не было – тронувший Валеру Игорь заставил того опомниться. Парень отпрянул от тела и вцепился в шкаф, пробивая пальцами дверцу. Чувство удовлетворения заполняло его. И это было отвратительно. - Мне теперь вас обоих караулить…кошмар…- постарался разрядить обстановку Игорь, видя, что его друг выбит из колеи. – надеюсь, от этого не будет ещё больше проблем? – мужчина посмотрел на свои руки, измазанные кровью. - Узнаем это, когда он очнется, - Валера вернулся к столу. – Но сейчас, когда нет необходимости думать только о его спасении. – он глянул себе за спину, - Почему...стратилат пытался его убить? - Очевидно, в общем-то, - Игорь включил воду в раковине. – Ты же и сам понимаешь? Лёва знает, кто такой стратилат. Теперь нам остаётся только подождать немного и тоже узнаем. – он заметил капли крови на своей футболке, - только подождать..       Валентин Сергеевич вернулся примерно через час. Валерка с Игорем к этому времени почти отмыли стол по контуру Лёвы и думали, куда и как его пересадить, чтобы смыть остальное. Доктор достал небольшое зеркальце и подошёл к ним. – ну, как он? – мужчина поднёс зеркало к лицу Лёвы. - Валентин Сергеевич, - начал Игорь, - вы сегодня перенервничали, - слова Игоря, а тем более отсутствие признаков дыхания на зеркальце совершенно не понравились мужчине. - Не дышит…- доктор опёрся о стол, ища точку опоры, - вы..       Лагунов отошёл на противоположную от него сторону стола и продолжил мысль Игоря, - вы, вероятно, забыли, - он отогнул край футболки, показывая почти зажившую рану, - но вампиры не дышат.       Доктор всем своим естеством выдохнул. Лёвка мёртв. Но мёртв до тех пор, пока Валентин не убьёт стратилата.