Осколки прошлого

      — Доброе утро, Даш.       — Доброе.       Утро в семье Пчёлкиных началось с традиционных фраз. Даша обняла мужа, а затем отправилась в ванную, чтобы умыться. Настя стояла на кухне и готовила завтрак на всю семью — ей хотелось поднять настроение отцу. Маленький Рома держал в руках ложку, что-то весело щебеча. Он довольно быстро научился говорить простые предложения.       — А кто тут у нас такой карапуз?! — Настя поставила запекаться курицу для отца и подбежала к Роме, начиная щипать его за щёки и щекотать. Мальчик засмеялся, демонстрируя пока беззубую улыбку. Пчёлкина была уверена, что её безграничная любовь к брату взаимна — иначе почему он так радуется её возвращению с универа и начинает даже пританцовывать?       — Доброе утро, мелкота, — Пчёлкин зашёл на кухню, протирая глаза под звук работающего телевизора — как раз показывали выпуск новостей. Витя не вслушивался, но, спустя несколько секунд, до его ушей долетели обрывки фраз про самоизоляцию и новый вирус, который уже достиг России.       — Насть, крутани звук, — попросил мужчина, заострив внимание на экране.       — А?       — Звук громче сделай, говорю!       Настя взяла пульт в руки и нажала нужную кнопку. Даша в этот момент как раз зашла на кухню и хотела что-то спросить, но Пчёлкина-младшая лишь прижала палец к губам, а на недоумевающий взгляд мачехи кивнула на экран телевизора. Казалось, что весь дом замер в ожидании важной информации.       — И начинаем программу со срочных новостей, которые заставляют серьёзнее отнестись к проблеме расползания коронавируса. С понедельника, 30 марта, в Москве и области, независимо от возраста, для всех вводится режим домашней самоизоляции. Это означает, что жителей уже не просят, а обязывают не покидать свои дома и квартиры без веской причины. Пик заболеваемости не пройден. В этих условиях необходимо действовать на опережение.       — Твою мать… — Витя даже не заметил, как ругнулся при маленьком сыне.       — Жители Московской области обязаны соблюдать социальную дистанцию не менее 1,5 метров. Исключение — поездки на такси. Все организации и предприятия должны обеспечить гражданам условия для социального дистанцирования. Речь идет о нанесении разметки или установления специального режима посещения. Гражданам с подтверждённым коронавирусом и тем, кто помогает предупредить распространение инфекции, противовирусные препараты выдаются бесплатно. Безработные с 1 апреля начнут получать региональную компенсацию. Включая все обязательные выплаты по безработице, сумма составит 15000 рублей. Также безработные, направленные на обучение, продолжат получать стипендию. Покидать квартиру разрешается только в случаях: — обращения за экстренной (неотложной) медицинской помощью и иной прямой угрозы жизни и здоровью; — поездок на работу; — совершения покупок в ближайшем работающем магазине или аптеке; — выгула домашних животных на расстоянии, не превышающем 100 метров от места проживания (пребывания); — необходимости вынести бытовой мусор…       Далее слово передали мэру Москвы, который попросил горожан соблюдать спокойствие и внимательнее относиться к своему здоровью.       — Подождите, а как же школа? — первая отреагировала Даша. — Получается, учебный год закончится досрочно?!       Витин телефон зазвонил, и мелодия Рамштайна стала настоящим предвестником апокалипсиса. Настя доделала завтрак, но слегка дрожащие руки выдавали волнение. Она слышала о новом заболевании «коронавирус», которое пошло из Китая, но не думала, что оно коснётся России и так много поменяет в их жизнях.       — Это мы будем постоянно сидеть дома? Да мы в дурку уедем! — начал ругаться Витя, сбрасывая вызов спама. — Ещё и непонятно, что за зараза ходит — вдруг я заболею и умру?!       — Так, спокойно, — Даша, как всегда, проявила благоразумие и холодный разум. — Никто не умрёт и не заболеет, если мы будем соблюдать простые правила. Да, меня тоже пугает вся эта история с карантином, но мне лучше посидеть дома, чем заболеть. Ничего сверхъестественного от нас не требуется. Всё будет хорошо. Говорю, как бывший медик, — Пчёлкина-старшая подмигнула. Её расслабленное настроение передалось по цепочке всем окружающим.       — За что я тебя люблю, Даш — так это за твою мудрость и хладнокровие в хаос, — Витя положил руки на талию супруги. После этого семья наконец погрузилась в завтрак.

***

      Сказать проще, чем сделать.       Даша поняла, что её мечта о внезапных каникулах не сбудется. Уже утром директор направила ей ссылок десять, по которым она должна зарегистрироваться. Пчёлкина не была профи в вопросах современных технологий, поэтому испытывала сложности с регистрацией.       — Введите пароль от госуслуг. Я ввела, — ворчала она. — И он пишет, что я не найдена. В смысле я не найдена, если я всё делаю и ввожу правильно?       — Проверь раскладку, — посоветовала Настя, жуя яблоко. И — бинго! — она была права: Даша успешно авторизовалась на «РЭШе». Однако, эта победа была очень маленькой и незначительной: предстояло завести аккаунт в «Zoom» для видеоуроков.       Даша очень сильно злилась. Ещё давило то, что телефон постоянно жужжал: все чаты, которые только существовали, активизировались. Пчёлкина не успевала отвечать людям на их сообщения. В какой-то момент женщина выключила уведомления и обняла Рому. Полежала с ним, успокоилась, взглянула в его маленькие глазки и пошла дальше бороться с «Zoom».       Даша посмотрела на свой план урока, который должен был пройти завтра. Презентации, раздаточные материалы — Пчёлкина их уже распечатала. Должно было быть задание по группам, а затем открытый стол, где ученики бы поделились впечатлениями. Теперь на этом всём можно было ставить жирный крест. И как переделать этот план — также было неизвестно. Пчёлкина пользовалась видеозвонками только один раз — когда Витя летал в Германию за лекарствами для матери. Одно дело общаться с любимым, а другое — рассказывать ребятам тему. И как это будет происходить — Пчёлкина не имела понятия.       Решила положиться на судьбу.

***

      Сначала Пчёлкин-старший не верил в коронавирус. Он считал, что это выдумки Запада, чтобы отвлечь внимание людей от других проблем. Даше стоило огромных трудов объяснить, что вирус существует и им можно заболеть. Пчёлкина боялась даже не за себя, хотя она ещё не понимала, как «работает» ковид: она думала о Вите.       Во-первых, ему пятьдесят лет — в таком возрасте любая болячка может ударить очень сильно. Во-вторых, у Вити ВИЧ, и как будет взаимодействовать «корона» с этой инфекцией — неизвестно. Может, Витя умрёт в этот же день.       Именно этот аргумент и привёл Витю в чувство. Он начал слишком хорошо соблюдать все требования безопасности. Даша навсегда запомнит, как она открывала дверь курьеру, а потом садилась на пол и обрабатывала упаковки антисептиками и хлоркой.       Большая проблема была с масками. Бедные Настя с Ваней оббегали почти все аптеки Москвы, но не нашли их — бдительные москвичи расхватали пачками. Здесь ребят спасла Лиза Филатова — она тогда проходила практику в поликлинике и смогла раздобыть масок двести.       Когда семья Пчёлкиных выбиралась на улицу (чаще всего, чтобы дать Роме подышать свежим воздухом), они напоминали борцов с зомби: перчатки, маски, которые закрывали почти всё лицо. Витя тогда шутил:       — Даш, такими темпами можно спокойно ограбить магазин, и тебя никто по камере не узнает.       — Папа, девяностые давно прошли, — напомнила Настя. — Забудь о воровстве.       Маску надевали даже на карапуза Рому. Только он её усердно снимал, не понимая, что от него хотят. Она ему явно не нравилась: непонятная, не даёт дышать нормально. Словом, одно огорчение.       Витя в общественных местах вставал на полтора метра даже от близких людей. Когда к нему пытались подойти, он орал:       — Дистанция для кого придумана?!       И Даша поняла, что в своей аргументации немножечко перестаралась. Хотя… Какая разница — главное, что, с высокой вероятностью, Витя не заболеет.

***

      Даша уставилась в экран ноутбука, где вместо привычных лиц — 30 чёрных квадратов с надписями «Камера выключена».       — Ребята, включите камеры, пожалуйста! — голос звучал неестественно бодро. Даше было некомфортно поначалу от ощущения лёгкой шизофрении: она общалась с экраном ноутбука, надеясь получить ответ. — И будьте любезны, напишите свои настоящие имена и фамилии. Я вас отмечаю у себя в тетради, и разобрать, кто тут «СосискаВТесте228», «ХомякМиша» и «ПольскаяКорова2004» я не в силах. Окей?       — Извините, Дарья Николаевна! — раздался звонкий голосок ребёнка. Сосиска в тесте стала Михаилом Коньковым, а ХомякМиша — Николаем Жегловским.       — Вы можете не ставить также свои фотографии, хотя я была бы рада видеть ваши лица. Но давайте обойдёмся без Шреков, пожалуйста!       В ответ — тишина. Потом один квадрат ожил:       — Дарья Николаевна, у меня интернет лагает… — голос явно притворялся хриплым.       — А голова у тебя не лагает? Я ещё три дня назад говорила о том, что будет видеоурок! Тем более, я вижу, что ты играешь во ВКонтакте, в «Копателя Онлайн».       Квадратик понял, что его поймали с поличным, и включился в процесс урока. С организационными моментами было покончено — Пчёлкина начала рассказывать новую тему, записывая что-то маркерами на доске, которую покупали Роме для рисования. Рука очень быстро уставала.       — Дарья Николаевна, а вы можете включить демонстрацию экрана, пожалуйста? — попросил ученик. Даша не очень поняла, что от неё хотят и переспросила.       — Вам надо нажать Alt+F4! — посоветовал юный гений IT-технологий. Даша сделала это и вышла с конференции. Она не расстроилась, подключилась заново и сказала:       — За креативность ставлю отлично. Но за срыв урока — два. Так… Всё-таки, у меня есть для вас презентация, как тут нажать, чтобы была демонстрация… — Даша нажала на какую-то кнопку и задний фон резко обновился. Теперь Дарья Николаевна сидела в самолёте. Детвора покатилась со смеху. Наконец, Даша разобралась с кнопками и смогла показать презентацию.       На этом казусы первого онлайн-урока не прошли. В разгар объяснения темы, когда Даша объясняла конвергенцию, Витя решил тихонько зайти на кухню, чтобы поесть чипсов. Всё шло отлично, Витя насыпал себе в тарелку чипсов и собирался идти в комнату, как вдруг споткнулся о ступеньку и упал, уронив тарелку. Помимо грохота, на который Даша обернулась, Пчёлкин заорал:       — Блять, какого…       В этот момент он осознал, что идёт видеотрансляция и замолчал на полуслове. Однако, было уже поздно: дети слышали всё и хохотали громче, чем шестиклассники над словом «многочлен». Даша побагровела от стыда и не знала, как выкрутиться из ситуации.       — Сейчас был урок культуры русского языка. То, как нельзя изъясняться ни в коем случае, — только и смогла сказать Пчёлкина. Дети угомонились и, кажется, забыли этот казус. Потом, за кадром, Даша дала Вите подзатыльник и поругала за сквернословие.       Со временем, женщина привыкла к новым вызовам педагогики и научилась работать с презентациями. Однажды Витя застал её за созданием слайдов с анимированными митохондриями.       — Ты уже 6 часов сидишь… — он положил руку ей на плечо. — Рома скучает.       — Они должны это увидеть! — она упёрлась лбом в клавиатуру. — Хотя бы так…       — Ты умница, — Витя коснулся губами виска супруги. — Иди отдохни, пожалуйста.       Даша кивнула, поднявшись с места, отошла от монитора и легла на диван. Пчёлкин сохранил недоделанную работу и налил в кружку чай с мятой — бывшая Котова очень любила его за успокаивающее действие.       — Вить, мне… Я не знаю, как объяснить свои ощущения, — Даша приподняла голову, глядя на мужа, который ставил на поднос вкусняшки. — Да, я спокойно переношу карантин и пандемию, но… Мне так непривычно. У меня сбился прежний ритм жизни, понимаешь? Я привыкла вставать в восемь утра, садиться в машину и приезжать в школу, видеть тридцать глаз, слышать ребячий визг на переменах. Видеть моих учеников вживую. А сейчас я как психичка, общаюсь с ноутбуком и даже не понимаю, слушают ли меня.       — Скажи, чтобы камеры включили. Если не включат, скажи, что типа родителям скажешь, и они надают по жопе.       — Бить детей по жопе, Пчёлкин — непедагогично и вредно. Можно объяснить ребёнку по-другому, без применения физической силы, но суть даже не в включённых камерах. Мне нравились живые уроки, понимаешь? Я знаю, что это на время, рано или поздно коронавирус спадёт и я буду снова вести уроки в школе, как раньше… — Даша глотнула чай и раскрыла пачку круассанов. — Я не жалуюсь, если что, просто захотелось поделиться мыслями.       Действительно, это был чуть ли не первый раз, когда Даша делилась тревогами с Витей. Она привыкла носить их в себе, но сейчас просто не могла по-другому: друзей она увидит нескоро, Настю тревожить не хотелось, Рома ещё маленький. Оставался супруг.       — Ты можешь делиться любой своей мыслью, даже жаловаться. Я же понимаю, что ты не робот, и тебе тоже бывает грустно. В этом и есть одна из функций брака, как мне кажется — поддерживать друг друга в испытаниях. Карантин — это тоже испытание, и мы должны пройти его вместе. Ты только обещай, что, если тебе моя морда надоест за этот месяц, ты скажешь честно, хорошо? — Витя положил руку на бедро Даши, и она кивнула.       — Хорошо, — Даша рассмеялась.

***

      Вечер. Витя яростно колотил по экрану смартфона:       — Чёртовы технологии! В моё время, мы в министерстве финансов без этой фигни обходились!       — Что случилось? — Настя обрадовалась возможности разнообразить свою рутину и быть полезной. Витя выругался:       — Ничё не работает! А мы с Санькой договорились по видео созвониться! Уже, блин, устали шарахаться друг от друга.       — Пап, успокойся, я сейчас всё сделаю, — Настя нажала на кнопочки, перезагрузила приложение, и действительно — оно заработало. Витя нажал на вызов Саши и едва не уронил телефон, когда на экране возникло лицо друга.       — Охереть! Это типа ты меня видишь?! — воскликнул Витя. Он помахал рукой, и Белов-старший сделал это в ответ. Минут двадцать они смотрели в экран, удивляясь и смеясь.       — О! — он торжествующе тычет в экран. — Всё работает!       Друзья стали общаться. Витя, пародируя истинных блогеров, показывал домашних. Даша закрылась, угрожая подать в суд за съёмку. Пчёлкин прошёл три круга по дому, рассказывая что-то. И тут Настя ухватила его за руку:       — Папа, ты только что включил кошачий фильтр!       На экране появляется Витино лицо с виртуальными усами и кошачьими ушами. Саша расхохотался и стал мяукать.       — Настя, выруби быстро этих котов!       Настя сделала скриншоты, и только после этого помогла отцу обратиться в человека. Но стоит отметить — Белый очень много смеялся.

***

      Александра Белова давно называли человеком необычных решений. Но, когда началась пандемия, он нашёл новое призвание — доставка продуктов нуждающимся гражданам прямо на дом.       Это началось с простого желания поддержать пожилых людей, которым сложно передвигаться. Постепенно идея переросла в масштабную акцию взаимопомощи, ставшую примером гражданской солидарности.       Каждое утро, проснувшись рано утром, он одевался в рабочий фартук и резиновые сапоги, садился в старую «Газель» и отправлялся в путь. Маршрут составлял заранее: список адресов с подробным описанием заказов размещался на специальном сайте, куда обращались граждане с просьбой доставить продукты.       Первым пунктом назначения была маленькая квартирка бабушки Анны Петровны, расположенной в старой пятиэтажке. Когда машина подъехала к дому, Александр вышел наружу, надел медицинскую маску и достал пакет с овощами, фруктами и молоком.       Старушка открыла дверь, а увидев министра, изумлённо ахнула и поспешно пригласила войти.       — Александр Николаевич, ну зачем же так напрягаетесь?! Могли бы отправить кого-нибудь другого…       Саша весело улыбнулся и пожал плечами:       — Аннушка, дорогая, кому же помогать, если не нам самим? Кто, кроме меня, доставит такие свежие помидоры прямо к вашему порогу?       Следующий пункт маршрута находился в престижном районе города. Здесь жил известный художник Василий Фёдорович, недавно перенёсший операцию. Художник сидел на диване, потягивая чаёк, и рассеянно смотрел в окно.       Минут десять понадобилось Александру, чтобы убедить художника добровольно принять помощь — после долгих уговоров, тот согласился, благодарно пожав ему руку.       Наконец, вечер закончился посещением детского сада, расположенного неподалёку от центра. Заведующая Мария Сергеевна вышла навстречу министру, восторженно приветствуя его появление.       — Спасибо большое, Александр Николаевич! Ваши поставки помогают воспитателям накормить наших ребятишек свежими фруктами и мясом!       Вернувшись вечером домой, уставший, но довольный, Александр долго стоял у зеркала, рассматривая своё отражение. Сегодня он сделал доброе дело — это наполняло сердце радостью и гордостью.       Его поступки вызвали широкий резонанс в СМИ и соцсетях, став символом человечности и заботы о ближних. Репортёры охотно снимали сюжеты о том, как обычный гражданин помогает своему городу пережить тяжёлое испытание, показывая пример патриотизма и любви к Родине. Саша был против этих материалов: ему нравилось помогать простым людям, искренне, от души.

***

      Лиза Филатова, третьекурсница медицинского, стояла в просторном коридоре инфекционного отделения, одетая в белый защитный костюм, плотно облегающий тело. Лицо её почти полностью скрывалось за прозрачной пластиковой маской, сквозь которую едва различались карие глаза. От волнения, девушка нервно поправляла наушник рации, постоянно теряя связь с медсёстрами.       — Алло, Лиза? Ты там жива ещё? — раздался голос Наташи, старшей сестры отделения.       — Да-да, я тут, просто… кажется, заблудилась, — смущённо ответила Лиза, поглядывая на таблички с номерами комнат.       Она двигалась осторожно, внимательно оглядывая палаты. Повсюду царила тишина, нарушаемая лишь редкими шумами аппаратуры и тихими разговорами врачей. Время от времени, дверь одной из палат распахивалась и оттуда выходил человек в костюме полной биологической защиты, мгновенно исчезавший за углом коридора.

***

      Лиза вошла в комнату №114. Внутри лежал пожилой мужчина средних лет, спокойно смотрящий в потолок. Его дыхание было ровным, но на губах играл лёгкий румянец усталости.       — Здравствуйте, Павел Николаевич, — тихо сказала Лиза, подойдя ближе. Мужчина повернул голову, улыбнулся уголками рта и слегка кивнул головой.       — Привет, красавица, — ответил он низким голосом, чуть хриплым от болезни. — А чего такая печальная стоишь?       Девушка уселась рядом, откладывая планшет в сторону.       — Просто боюсь, что делаю недостаточно много, — призналась она, глядя на больного. — Хочу помочь вам поскорее выздороветь.       Мужчина вздохнул глубоко, медленно выдохнув воздух.       — Видишь ли, милая моя, никто не обязан лечить всех сразу. Даже врачи помогают каждому пациенту отдельно. Так же и ты должна относиться к своим силам. Главное — верь в себя и продолжай двигаться вперёд. И ты же ещё учишься, ты студентка! Но ты уже делаешь много для своего возраста. Врачам сейчас очень нужны руки.

***

      Проходя мимо соседнего кабинета, Лиза услышала чей-то плач. Осторожно заглянула внутрь и увидела молодую женщину с ребёнком на руках, сидящую на краю кровати. Девочка плакала, прижимаясь к груди матери, широко раскрыв испуганные глаза.       — Что случилось? — спросила Лиза, подходя ближе. Женщина подняла взгляд, быстро сморгнув слёзы.       — Ей страшно, доктор сказал, что у неё пневмония… — прошептала она дрожащим голосом. Лиза мягко положила руку на плечо женщины, успокаивающе гладя девочку по голове.       — Вы справитесь, поверьте мне, — произнесла она твёрдым голосом. — Ваша дочь сильная девочка и мы сделаем всё возможное, чтобы ей стало легче.       Женщину словно осенило: впервые за долгое время, на её лице мелькнула слабая улыбка надежды.       Вечером, возвращаясь домой, Лиза почувствовала странное тепло внутри себя. Волонтёрство подарило ей нечто большее, чем опыт ухода за больными: оно научило её состраданию, внимательности и готовности делиться любовью даже в самые трудные времена.

***

      Первая стадия прошла, началась вторая — все уставали от четырёх стен. Больше всего от этого страдал Витя Пчёлкин. Он смотрел на своих, которые были заняты чем-то: Настя штудировала учебники по юриспруденции, Даша проводила уроки и переписывалась с учениками, Рома… Рома спал. А Витя ничем не мог заниматься — единственным его хобби была политика.       Начало четвёртой недели самоизоляции застигло мужчину врасплох. Уже сутки его голова отказывалась соображать ясно, мысли путались, сознание погружалось в вязкое болото бессмысленных переживаний. Сидя на диване, он глядел в одну точку, упёршись лбом в ладонь.       Минуты тянулись бесконечно. Нервы натягивались струнами, готовые лопнуть от малейшего прикосновения.       «Надо отвлечься» — подумал он, вставая с места. Открыл холодильник, набрал воды из-под крана, принялся нарезать хлеб. Едва успев начать, почувствовал внезапный приступ тошноты. Закружилась голова, ноги подкосились и Пчёлкин рухнул на пол.       Немного придя в себя, он попытался встать, но снова потерял равновесие. Тогда он решил лечь отдохнуть. Несколько часов проспал крепким сном, а когда проснулся, за окном был уже поздний вечер следующего дня. Взглянув в зеркало, заметил глубокие круги под глазами и осунувшееся лицо.       Решительно поднялся с постели, оделся и отправился на кухню приготовить чай. Сделав пару глотков горячего напитка, вдруг поймал себя на мысли, что чувствует себя значительно лучше.       Но это лишь на пару часов. За окном завыла сирена, предупреждая, что нужно оставаться дома. Пчёлкин вспомнил о своём заточении и вновь был огорчён.       Витя стоял посреди гостиной, взявшись за голову, и орал песню Rammstein на всю квартиру:       — «ICH WILL RAUS!».       Даша, не отрываясь от проверки тетрадей по фотографиям, ответила:       — Перевод не нужен, спасибо.       Витя измерил все комнаты шагами (ровно 127 от кухни до балкона). Затем остановился у окна и долго смотрел вдаль, на свободу, которая для него пока была недоступной.       — Слушай, — Витя пристально разглядывал кактус на подоконнике. — Он… Подрос?       Даша вздохнула:       — Это пластиковый кактус, Вить.       — Точно?! — Пчёлкин пошатнулся. — Значит, я уже галлюцинирую.       Ночью Даша проснулась от странных звуков. Витя сидел на кухне в трусах и противогазе (да, он нашел его в кладовке), и жарил яичницу, бурча:       — Комендантский час… А я всё равно на кухне… Бунт!       Утром Пчёлкин построил крепость из туалетной бумаги в центре гостиной. В начале пандемии он закупил кучу рулонов, когда увидел заголовки, что есть риск остаться без бумаги. Также он приобрёл годовой запас гречки и имбиря.       — Это наша новая граница. Заходите только по пропускам!       Рома с восторгом сдал ему рисунок своей ручкой и получил проход через крепость. Даша просто принесла кофе и оставила у «границы».       — Так, это уже никуда не годится, — объявила Даша, ногой расшибая крепость. — Вить, тебе надо чем-то заняться. И нам всем. Предлагаю совместный досуг. Будем смотреть фильмы, читать книги или собирать пазлы.       — А ещё давайте снимать тиктоки! Вот сейчас есть тренд на песню «August»! Папа, если мы с тобой снимем это, то обязательно залетим!       — Сначала институт закончи, будь любезна, потом залетай куда хочешь, — возразил Витя. — И никаких залётов, вот как решите с Ваней сделать ребёнка, пройдите все анализы…       — Витя, «залететь» — это не про беременность. Это значит попасть в рекомендации и набрать большое количество лайков и подписок, — объяснила Даша. Витя посмотрел на них двоих, как полоумных. Ни один вариант его не тронул.       Казалось, что решение проблемы не найдётся. Пчёлкин отвлекался, когда общался в «Zoom» с друзьями. Фил прямо по связи занимался спортом, тягал гантели; Космос исследовал звёздные карты; Саша тихонько общался с Витей. Но они не могли быть на связи весь карантин и, когда вылезала надпись «Звонок завершён», Пчёлкин погружался в тоску — такую же тёмную, как экран ноутбука.       Нет, он не был одиноким. Просто так вышло, что все члены семьи были чем-то заняты большую часть дня, а Витя, в своё время, отрёкся от всех дел.       Утром Пчёлкин лежал на полу в гостиной, уставившись в потолок, и монотонно считал:       — Пятнышко номер один…       Вдруг над ним возникло пухлое личико с торчащими в разные стороны светлыми волосами. Рому только покормили и он бегал по квартире, имитируя самолётик. Сейчас мальчик приземлился возле отца.       — Папа, па-а-па! — Рома ткнул ему в нос пластиковым динозавриком. — Рррр!       Витя сначала закрыл глаза, предпочтя одиночество:       — Сынок, папа сейчас спит.       — Не-а! — Рома плюхнулся ему на грудь. — Папа, ди!       Витя открыл один глаз и присел на диване. Ромка прыгал, улыбаясь и с любовью глядя на большого папу. Витя посмотрел на малыша и взял его на руки, принявшись кружить по комнате.       — Ты ж мой вертолётчик! — малыш звонко рассмеялся.       Витя слышал, как веселится его сын и понимал — вот оно, спасение в самоизоляции. Пчёлкин абсолютно оправданно может окунуться в детство и играть с малышом.       Рома надел Витину старую министерскую бабочку и побежал по кухне, крича:       — Я папа! Я ду-у-урак!       Витя напыщенно фыркнул и недовольно пополз за ним:       — Вот я тебя поймаю, самозванец!       Они три круга проползли вокруг дивана, пока Даша, у которой было окно между уроками, не сняла это на видео для семейного чата. Случайно застала картину, тёплую и умиротворённую. Пчёлкиной стало спокойнее, что муж перестал сходить с ума и нашёл себе новую роль — отца. Вернее, она была всегда, просто сейчас её значение усилилось.       Витя догнал Рому и забрал бабочку, как трофей, помахав ею в воздухе.       — Сынок, смотри! — Витя подбросил бабочку к потолку. Рома замер с открытым ртом, когда она медленно опустилась ему на голову.       — Оп-па! — засмеялся он и шлёпнулся на попу. Затем схватил подушку, лежащую рядом и принялся ею «избивать» отца. Витя сделал вид, что смертельно ранен и упал на пол, закрыв глаза. Вскочил через минутки две и кинул подушку в Рому, а тот увернулся, спрятавшись за горшком…       Через час, вся квартира была в перьях, а Витя обнаружил, что уже 40 минут не вспоминает про ковид.       Вечером семья Пчёлкиных сидела на кухне, разглядывая фото с Ромой из альбома, который сделала Настя своими руками. Даша поставила перед Витей чай:       — Ну что, министр, выживешь?       Он потянулся к экрану ноутбука, где Роспотребнадзор опубликовал новую статистику заболевших «короной».       — Знаешь, — Витя ухмыльнулся, смахивая уведомление, — я уже выиграл. У меня есть лучшее средство против карантина. Это вы — мои близкие и мои друзья.       — Пап, ну я сейчас заплачу, — Настя смахнула слезу, а Даша погладила Витю по спине.

***

      Через месяц карантинные ограничения смягчили. Рома по-прежнему будил папу по утрам, тыча в лицо игрушечным «стегозавром», только теперь кричал: «Папа, ди гулять!», не понимая, что гулять они смогут не скоро.       А когда вечером вся семья собиралась за ужином, Витя иногда ловил себя на мысли, что эти четыре стены — вовсе не тюрьма, а место, где он наконец-то научился быть просто папой.       И, когда в сотый раз звучало «Du Hast» на рингтоне звонка, Витя уже не орал его в отчаянии, а подпевал, качая на плече хохочущего Рому, пока Даша с Настей покатывались со смеху над их «концертом».       2020 год был непростым, но они показали себя с лучшей стороны: стали добрее, искреннее и великодушнее. Они оказались ближе, чем могли себе представить, и смогли справиться с множеством задач. Они стали теми, кем всегда хотели быть: любящими и настоящими, благодаря своим близким.

Конец