(what's your) resonance frequency

      В красочном и захватывающем мире академии, где студентов делят на крошечные глупые категории, Бомгю нехотя признавал, что он склоняется к кинестетическому обучению.       И это не означает, что он просто учится на практике. Это означает, что он учится на собственном опыте — ему требуются болезненные уроки, прежде чем предупреждение о том, что не следует делать, по-настоящему вдолбится в его голову. Например, как он, будучи надменным ребенком, не послушал инструкцию своего друга Кая о необходимости надеть соответствующую экипировку, прежде чем попытаться воспользоваться роликами брата, назвав его слишком нервным, и в итоге заработал рассеченную губу.       Или другой случай в старших классах, когда Кай строго-настрого запретил ему прятаться в баскетбольной стойке, чтобы не ходить на уроки физкультуры. Он так и сделал. Очевидно. Все закончилось тем, что ему пришлось убирать весь спортзал и заставлять Кая отбывать наказание вместе с ним.       В свои 22 года, выполняя удивительную четырехлетнюю миссию по получению университетского образования, он должен был иметь достаточно опыта, чтобы понять, что каждый раз, когда Кай бросает вызов его словам, это заканчивается тем, что Бомгю сеет семена своих собственных катастрофических, ужасных решений. Забавно, но, похоже, кинестетический стиль обучения — или, как его еще называют, упрямство — остался с ним и после наступления положенного возраста зрелости.       В частности, к всеобщему удивлению, он, вопреки просьбам Кая не заключать никаких пари с Чхве Ёнджуном из отдела бизнеса, заключает пари с Чхве Ёнджуном из отдела бизнеса.       В его защиту можно сказать, что они весело проводят время в безопасных условиях своей собственной квартиры. Только они втроем, лучшие соседи по комнате, общающиеся за жареной курицей и пивом, и, поскольку в его организме слишком много дешевой выпивки, Бомгю склонен принять любой вызов, брошенный ему.       — Бомгю, я говорю это как самый трезвый человек в этой комнате. Не играй в эту дурацкую игру и не принимай его дурацкие ставки, — пробормотал Кай, пытаясь спасти шкуру Бомгю, отобрав ручки. — Он гораздо трезвее тебя, не смей играть с ним в это.       На эти мудрые слова Ёнджун только цокнул.       — Заткнись, Кай, ты просто расстроился, что проиграл мне пари на прошлой неделе и вынужден был поменяться со мной танцевальными классами.       Кай обиделся на слова Ёнджуна, скрестил руки и наконец-то оставил ручки Бомгю в покое.       — Я должен был преподавать Lip & Hip в классе Субин! А ты, петух хренов…       — Спас тебя от вечного позора.       Бомгю был вынужден согласиться с Ёнджуном: его бедный друг пытался всеми возможными способами привлечь внимание несчастного председателя студсовета, и на это было невозможно смотреть без слёз. Хотя вряд ли это было целью Ёнджуна. Не может такой человек как он делать это из-за доброты сердечной. А значит, и Бомгю не стоит принимать от него никаких вызовов. Но…       — Мм… — от этих слов у него затрепетало в груди, чувства обострились до предела. Ладно, может быть, он опьянел больше, чем следовало бы. Но это всего лишь игра, и он бы точно надрал Ёнджуну задницу в импровизированный пивной понг. — На видео игра выглядела забавно…       — Вам, ребята, нужно удалить Тик Ток и подышать свежим воздухом.       — Присоединяйся, дорогой. У меня есть несколько вещей, которые я хотел бы, чтобы ты для меня сделал.       Слева от него послышался рвотный позыв, а Бомгю отпраянул, готовый уничтожить своего соседа-неудачника, если тот блеванёт на него.       — Серьезно, иди протрезвей, Чхве Ёнджун. Я скорее умру, чем сделаю что-то для тебя.       Слова Кая остались без внимания, и Ёнджун просто отмахнулся от него, надув губы, и отошел на несколько метров, чтобы поставить пустой стакан перед ними обоими.       — Только первая ручка считается. Я первый. Бомгю будет петь и танцевать под Queencard в костюме зайчика из Playboy для школьного шоу талантов.       Он делает бросок, отправляя ручку в полет на несколько футов, и Бомгю внезапно охватывает ледяная ясность и ужас, когда ручка царапает бок чашки и падает на ковер.       Он издаёт резкий вздох облегчения, на мгновение протрезвев от осознания того, как близок он был к тому, чтобы действительно "спеть и станцевать под Queencard в костюме зайчика из Playboy для школьного шоу талантов".       — Господи, черт возьми. Ты действительно набухался в край.       — Я же говорил тебе не связываться с Джунни. Он ходил на большее количество вечеринок, чем уроков. Пивной понг он уже знает по мышечной памяти, — язвит Кай, переворачиваясь на живот и наблюдая за ними с зевотой.       А тот лишь разминает руки без всякой причины, раздражая Бомгю до глубины души.       Он должен победить.       — Этих вечеринок больше не будет, мой милый Кай. Теперь все мое внимание приковано к тебе.       Его слова вызывают коллективное отвращение и у Кая, и у Бомгю — их отношения слишком запутанны, чтобы одурманенный алкоголем мозг Бомгю мог понять хоть что-то в данный момент.       — Отвали. Ладно, — пробормотал он с кислым видом, держа ручку так уверенно, как только могла его трясущаяся рука, и закрывая один глаз, чтобы попытаться прицелиться. — Чхве Ёнджун перестанет мешать Каю соблазнять других людей и найдет в себе силы перестать преследовать его, как нормальный человек.       Он запускает ручку через всю комнату, и Кай с шипением шлепает его по руке.       При этом ему нет никакого дела до того, что Ёнджун вполголоса подхватывает, что это полная неправда и что у него "стальные яйца и ему не нужно уничтожать Чхве Субина, чтобы получить того, кого он хочет". Вместо этого он с досадой ворчит, когда ручка пролетает прямо над чашкой и приземляется на унизительном расстоянии от нее.       Возможно, Кай был прав, говоря, что он слишком пьян для этой игры.       — Чхве Бомгю, ты обрекаешь себя на смерть, — прорычал Ёнджун, закатывая рукава, чтобы взять другую ручку и сузив глаза. — Чхве Бомгю будет стоять на столе и исполнять стриптиз во время первого экзамена через две недели.       — Джунни! Что за хрень! Никто этого не делает!       Ёнджун комично моргает, его гнев рассеивается от слов Кая, и он поднимает руки в знак примирения.       Бомгю фыркает. Что это было? Чёртов симп?       — Ну ладно, я пошутил. Чхве Бомгю загрузит Тиндер и попросит первого, кто смахнёт его вправо, стать его репетитором.       Это звучит не так плохо, как провал на экзамене и расследование по факту возможного мошенничества и сексуального проступка. Но Бомгю, если уж на то пошло, подает надежды. И не успевает Ёнджун закончить свой раунд, как уже придумывает какое-то абсурдно унизительное наказание для своего глупого соседа по комнате.       Пока не услышал зловещий лязг пластика о пластик.       У них были полы с ковровым покрытием.       С ковровым — блять — покрытием.       Он мгновенно поднимает взгляд на чашку, и смешки Ёнджуна затихают на заднем плане: дурацкая ручка стоит в злобном пластиковом стаканчике, безобидно смотря на него, как всегда.       Стоит идеально в стаканчике.       Ни шатания, ни неустойчивости, ни надежды на спасение Бомгю.       Он роется в голове в поисках наказания, о котором упоминал Ёнджун.       Видимо, в этом нет необходимости, потому что через несколько секунд ему в руки суют телефон, сопровождаемый громким вздохом Кая и ликующим злорадством изверга, из-за которого он оказался в такой ситуации.       — Что я тебе говорил о ставках с ним, Бомгю?       Нехотя Бомгю разблокировал свой телефон, чтобы дать Ёнджуну возможность загрузить приложение, который делал это с излишним энтузиазмом, и скривил лицо, когда тот решил, что лучшим вариантом для его фотографии будет запечатлеть нынешнее ужасающее состояние Бомгю. Он уверен, что его лицо раскраснелось от алкоголя, губы, вероятно, отвратительные и жирные от количества жареной курицы, которую он съел всего несколько минут назад, а волосы, вероятно, плоские и сальные.       А что? Были выходные, он не выходил из дома с тех пор, как в пятницу закончились занятия.       — Ты не можешь сделать селфи получше?! Я выгляжу как дерьмо!       — В этом-то и дело.       — Неважно, — в конце концов сдается он. Молясь о том, чтобы наказание поскорее закончилось.       Кай забирается к нему на колени, чтобы из любопытства посмотреть на телефон.       — Ты, как всегда, выглядишь мило. Но ты же знаешь, что это плохая идея? Тиндер основан на местоположении, а значит, скорее всего, тот, с кем ты встретишься, живет в нашем общежитии и, возможно, тоже учится в нашем университете.       О боже. О боже. Ужас наполняет его вены, проявляясь в виде самой милой улыбки на лице, которую только можно придумать.       Он прочищает горло, старательно подражая голосу Кая: — Ёнджунни…       Ёнджун даже не отрывает глаз от телефона Бомгю. Воплощение дьявола.       — Не-а. Я уже сделал тебе легкую ставку. Ты ни за что не выкрутишься. Я даже делаю все за тебя!       — Я не просил об этом!       — Формально просил. И я тебя тоже несколько раз предупреждал, — вздыхает Кай, поглаживая его по спине. — Мои соболезнования.       Ворчать и жаловаться бесполезно, Ёнджун продолжает яростно набирать текст в биографии, Бомгю старается один глазком заглянуть в текст, чтобы это не было заметно.       Как неудачно. Уши горят, когда он видит унизительные слова, образованные каждым быстрым нажатием маленьких пальчиков Ёнджуна. Я Бомгю, 22 года, сексуальный, очень люблю горячих и умных мужчин. Пожалуйста, будьте умными, мне нужны УМНЫЕ мужчины, которые помогут мне с курсовой (и не только 😉😉😉😉🍆💦💦💦💦).       — Что за хрень, чувак! Ну хоть баклажан-то удали?!       Ёнджун с презрением смотрит на него и удаляет один эмодзи, не давая ему ни капли пощады, после чего нажимает зловещую кнопку «Сохранить».       И тут эта крыса — жалкое подобие человека — изгибает палец, постукивая им по подбородку, в его мускусном мозгу явно рождаются злые мысли.       — Предлагать анкеты красоток — слесните вправо — или всех подряд — влево?       — Подожди! — крикнул он, и в нем внезапно забрезжил проблеск надежды. Если он продержится какое-то время и ни с кем не будет встречаться, то в конце концов все лягут спать, и он сможет просто удалить свой профиль и это проклятое приложение со своего телефона. Наверняка к тому времени никто уже не проснется. — Я хочу направо. Не хочу, чтобы меня знали какие-нибудь чудаки.       — Хорошая попытка, Бомгю. Настоящего чудака не отличишь по его профилю.       Со злой ухмылкой он несколько раз проводит пальцем, даже не глядя на экран, и Бомгю чувствует, как вена на его виске чуть не лопается.       — Господи, мать твою, Чхве Ёнджун, мать твою, возьми себя в руки…       Они замирают, и наступает полная тишина, когда в воздухе раздается зловещий звон уведомления, как колокол смерти.       Собственный смертный колокол Бомгю.       И тут же раздается громкий крик Ёнджуна. Так быстро? Бомгю не знает, что делать — польстить или насторожиться.       Но когда Ёнджун заходит на профиль человека, который только что слистнул его, он в полном ахуе. Этот чертов парень наверняка был сомом.       — Пиздец, а он горяч, — говорит его сосед по комнате без задней мысли. — Посмотри на этот гребаный пресс. Тренажерный зал мог бы использовать его для промо-акции. — Его коварный большой палец без всякого стыда пролистывает маленькую карусель изображений.       — О, ничего себе, да. А еще он очень симпатичный.       Кай. Из всех людей. Бомгю схватился за грудь. Предательство.       — Чхве Субина тебе теперь недостаточно, а?       Их ворчание и споры быстро превращаются в белый шум.       — Прекратите! Прекратите. Это явно какой-то странный урод!       Как всегда, его слова остаются без внимания, а злые пальцы Ёнджуна уже работают, набирая текст. Бомгю желает, чтобы Кай женился на Чхве Субине именно в этот момент, и тогда Ёнджун проживет одинокую и несчастную жизнь, как он того заслуживает.       — О, он ответил.       Кровь стынет в жилах, а руки выхватывают телефон у Ёнджуна. Choi Beomgyu Приветик ;) 1.50AM

Kang Taehyun Привет! 1.51AM

      — Боже, он пишет смс как пятидесятилетний урод. Я прекращаю общение!       — Если честно, Кай тоже так пишет, но посмотри на него, он очарователен и сексуален, просто попробуй это, он кажется милым!       Когда Бомгю отказывается, у него быстро отбирают телефон, и пальцы Ёнджуна проносятся по крошечной клавиатуре, прежде чем он успевает произнести хоть слово протеста. Choi Beomgyu Так значит… ты умный и сексуальный? 😮💨😮💨 1.52AM

Kang Taehyun Лол. Если это то, что тебе нравится? 1.52AM

      Бомгю полностью смывается. Это очень похоже на автомобильную аварию, когда все выглядит ужасно, но он не может оторвать глаз от искореженных обломков.       — Ты… Ты портишь мою репутацию! — безрезультатно лопочет он, получая лишь очередное сочувственное похлопывание по спине. — А он, похоже, эгоистичный засранец.       — Тонкая грань между самоуверенностью и самовлюбленностью. Он кажется приличным парнем. — На этот раз это говорит Кай, и от этого предательства его кровь закипает, и кажется, что пар начинает вылить из ушей.       — Он почти ничего не сказал по существу! И он буквально у этой грани прямо сейчас!       Видимо, всем наплевать на его слабые аргументы, потому что Ёнджун начинает озвучивать очередное ужасающее сообщение, которое он набирает, ужасно гнусавым тоном, отчего Бомгю хочется вырвать себе кишки и лечь в лужу с внутренностями, лишь бы спастись от этих страданий. Choi Beomgyu ммм… секси~ как раз то, что мне нравится <3 1.54AM       Бомгю уже не может терпеть это, он, пресекая махинации Ёнджуна, выхватывает телефон и с остервенением набирает текст. Choi Beomgyu помогите мне с экзаменом по физике, пожалуйста, спасибо. 1.54AM       Он быстро переключает экран на какой-то лист с практическими заданиями, присланный в их групповой чат, и делает поспешный скриншот, прежде чем отправить его в Тиндер. И, самое главное, прежде чем кто-то сможет увести этот богом забытый разговор о неловкости дальше в ад.       — О, чувак, ты только что лишил всех удовольствия.       — Не буду врать, если Кан Тэхён — реальный человек, которому тоже нравятся твои странности и причуды, то это может оказаться золотом.       Повернувшись, он шлепнул Кая по плечу, вызвав недовольный вскрик.       — Единственное золото здесь — это то, что вы оба рассматриваете мое унижение как комедийное золото.       Но его облегчение было недолгим, потому что после пяти минут попыток Кая и Ёнджуна обосновать, почему Бомгю должен преследовать этого случайного незнакомца по-настоящему, он получил другой ответ.       И это чертовски хороший ответ.       Это ответ на все четыре вопроса на странице тренировочного листа, который Бомгю поспешно отправил своему собеседнику, начертанный на листе бумаги с предельной четкостью и с небольшими пояснениями, аккуратно написанными красным цветом.       По случайному совпадению, именно красным цветом окрасилось его лицо, когда он отметил, как старательно незнакомец помогал ему с ответами.       Если этот человек не сом и не побежал за мгновенной помощью в ChatGPT или к какому-нибудь гению физики, значит, он безумно щедрый, отзывчивый (может быть, и ищет что-то взамен от этой молодой упругой плоти, но все же), горячий и умный.       И этот щедрый, отзывчивый, горячий и умный парень счел его достойным того, чтобы провести пальцем вправо.       Его голова закружилась. Это должно быть шутка. Еще одна жестокая шутка над ним.       Подавив в себе чувство унижения, Бомгю тисками вцепился в телефон, пресекая все попытки Ёнджуна совершить какую-нибудь глупость с этим парнем, и поспешно, как молния, заблокировал свой телефон.       Громкий стук сердца заглушает восторженные визги и фанбойство на заднем плане.       — Вечеринка окончена! Кыш! — кричит он, делая неуклюжий кувырок вперед, чтобы убежать от них, при этом его вялая, одурманенная алкоголем голова грозит взорваться фонтанами желчи и мозгового вещества.       Спотыкаясь на шатких ногах и не обращая внимания на крики двух соседей по комнате, он закрывается в своей маленькой комнате и падает прямо на кровать, его лицо горит, а в ушах звенит от внезапной тишины. Несмотря на ноющие сомнения в себе, мать не воспитывала его неблагодарным ребенком, и он ледяными руками разблокирует телефон, на мгновение ослепляя его бликами чата. Choi Beomgyu Привет, спасибо большое, извини за все эти сообщения, я не хотел показаться таким мерзким человеком. 2.06AM

Kang Taehyun Твои друзья уже ушли? 2.07AM

      Бомгю замирает. Естественный инстинкт — проверить окружающую обстановку, чтобы убедиться, что Ёнджун и Кай не поджидают его в кустах, чтобы застукать за розыгрышем в Тиндер. Так что все в порядке. У него есть пара вариантов: он может быть порядочным и благодарным человеком, каким его воспитали, и коротко объяснить ситуацию.       Или же он может просто проявить максимум энтузиазма и ответить Тэхёну большим пальцем вверх — что он, очевидно, и сделает.       Говорите искренне, думайте искренне, поступайте честно. Бомгю в этом преуспел.

Kang Taehyun Значит, это действительно было пари? Надеюсь, мне удалось как-то помочь, ты выглядел довольно печально на своей фотографии в профиле, и я подумал… 2.08AM

      Сухо сглотнув, он едва успевает сообразить, что ответить…

Kang Taehyun Между прочим, я действительно считаю тебя симпатичным. 2.08AM

      Говорите честно, думайте искренне, действуйте добросовестно.       Бомгю нажимает кнопку «домой», удаляет приложение и отбрасывает телефон в сторону.

***

      Иногда Вселенная действует ужасающе загадочным образом. И эта самая Вселенная без предупреждения вбивает напоминание о своей силе прямо в череп Бомгю. Более того, все происходит так быстро, что он даже не успевает сообразить, что же, черт возьми, только что произошло. В одну секунду он уже мчится в комнату отдыха кампуса, пока Кай не завладел хоккейной машиной, чтобы потом сексуально нагнуться и попытаться соблазнить Субина, но тщетно — ему очень дорога репутация его лучшего друга. И в следующую секунду он врезается в стену.       В стену из целой массы с безошибочно узнаваемым великолепным лицом, которое он никогда не сможет забыть.       Невероятно, что чувак Кан Тэхён, разыгрывающий свидание в Тиндер, существует в реальной жизни. Он стоит прямо перед Бомгю и моргает своими огромными красивыми глазами, которые так и сверкают, когда Бомгю смотрит на него воочию. Чьи это глаза? И как, блин, Кай угадал с тем, что тот парень из Тиндера был из их университета?       Два дня назад его дважды разыграли, и он не хочет, чтобы о его постыдной глупости вспомнили еще раз, особенно в присутствии такой красотки.       В минуту слабости он едва не срывается с губ и не называет имя Кан Тэхёна. Но тут его мозг включается в работу и выдает несколько полезных напоминаний.       Во-первых, Кан Тэхён может и не знать, что именно с ним он общался в приложении буквально 48 часов назад. Во-вторых, он был откровенно смущен, и Тэхён, узнав, что они учатся в одном и том же университете, станет билетом к еще большему унижению.       А Бомгю это сейчас не нужно, спасибо большое.       — Мне очень жаль, — пробормотал он, пытаясь выскользнуть из поддерживающих его рук, пока уши светятся алым.       Ему это не удается. Впечатляюще. И в этот момент он понимает, что помимо того, что Тэхён горяч, он ещё и ведёт себя как настоящий мальчик-трахальщик: так он вытягивает руку, чтобы заблокировать побег Бомгю.       — Я не собираюсь оплачивать медицинские услуги.       Тэхён смеется, легко и весело. — Не притворяйся, что не узнаешь меня.       Глаза Бомгю непроизвольно расширяются, и он понимает, что выглядит, должно быть, как тупица, ошарашенный и так уставившийся на Тэхёна.       — Ого, ты себе льстишь, я понятия не имею, кто ты такой.       — Ладно, мистер завсегдатай Тиндера.       — Извини, но я никогда не пользовался приложениями для знакомств до этого дурацкого пари!       Прикрытие было сорвано, но Бомгю почти не сопротивлялся. Не то чтобы он был самовлюбленным, но лицо у него вполне узнаваемое, и немного лестно, что Тэхён помнит, как он выглядит.       — Ну так что. Ты меня преследуешь?       Краснея, Бомгю смотрит, как Тэхён надменно складывает руки, а на его лице все ещё красуется раздражающая самодовольная ухмылка.       — Определенно нет, я даже не знал, что ты здесь учишься. — Как уважительно. Разве ты не говорил, что тебе нужна помощь с репетитором? Ты ушёл прежде, чем я успел предложить какую-либо помощь.       — Это было пари, Кан. — И тут он делает паузу, жутко медленно поворачиваясь к другому человеку. — И если я правильно помню, это ты меня кинул.       На его лице появляется самодовольная ухмылка — Choi Beomgyu: 1, Tinder Fuckboy: 0 — и тут же исчезает, когда Тэхён просто наклоняет голову, невинно моргая.       — Я думаю, ты милый.       Снова эти слова. Те слова, которые Тэхён послал ему бездумно, вероятно, как некую попытку флирта, не зная, как много они значат для Бомгю.       Бомгю, о котором часто говорили, что он смеется слишком громко и, возможно, фальшиво. Бомгю, который, по мнению окружающих, иногда становился слишком отстраненным — иногда он испытывал стресс, почему люди не могли понять, что он не может быть всегда радостным? Бомгю, который не смог построить близких отношений ни с кем, кроме друга детства и соседа по комнате, которому понадобилось ровно столько времени, чтобы войти в его маленький доверенный круг.       Тэхён почти не знает его лично, и, возможно, со временем он сделает те же замечания, которые в конце концов делали все остальные.       — О боже, да ты и впрямь факбой.       Тэхён нахмурился.       — Я не факбой. Разве это не означает, что я полный мудак? Не думаю, что то, что я сижу в приложении для знакомств, делает меня таким. Я не обманываю и не вру никому, чтобы залезть к ним в штаны.       Ладно, это заставило Бомгю почувствовать себя немного неловко. Ну и что, что профиль Тэхёна в Тиндер на 70% состоит из фотографий после спортзала, ну и что, что он сексуальный? Это не делает его мудаком. Если уж на то пошло, он чувствует себя немного лицемером, чувствует, что именно такие люди в прошлом делали о нем поверхностные предположения, не потрудившись понять его.       Бомгю вздыхает. Choi Beomgyu: 1, Kang Taehyun: 1       — Я виноват. Ты просто очень напористый. Это хорошо для тебя. В любом случае, спасибо, что нашёл меня симпатичным, и за помощь с тренировочным листом, это очень мило с твоей стороны. Правда. А теперь, если ты меня извинишь, я должен идти, чтобы помешать моему другу сделать несколько очень неловких вещей, чтобы соблазнить свою влюбленность.       То, что Тэхён успел схватить его за рюкзак, не стало неожиданностью.       Но это определенно выводит его из себя.       — Что такое? — прорычал он, обернувшись, и увидел, что Тэхён смотрит на него глазами полными серьёзности.       — Увидимся?       Проходит неловкий момент, прежде чем намек окончательно проясняется, и тело Бомгю реагирует самым унизительным и неподобающим образом.       Он краснеет.       Он чувствует, как кровь приливает к ушам и щекам. Боже, он весь горит.       Не его вина, что Тэхён чувствует себя до жути искренним, несмотря на то, что Бомгю действительно не уверен в собственном существовании.       — Э… Конечно.       — Хорошо.       Совсем не хорошо, и Бомгю падает на диваны, как только оказывается в холле кампуса, даже не удосужившись взглянуть на Кая, который, задрав задницу, ноет Чхве Субину о том, что не может дотянуться до хоккейной шайбы с того места, где находится.       Тем временем Бомгю думает, что только что увидел бога, судя по тому, каким неловким был этот обмен.       Действительно, бог.

***

      Бог реален. Бог реален в том смысле, что он реалистичен, как черт, и ругается на Бомгю за то, что тот совершенно не разбирается в цифрах.       Он студент архитектурного факультета, черт возьми, и прекрасно понимает, насколько важна физика для понимания того, как стоят здания, как они взаимодействуют с окружающей средой и как люди взаимодействуют с ними. Да, это были именно те слова, которые Кай нашел в Гугле, когда он не переставал спамить в чате их мини-группы о том, что физика не важна для такого архитектора, как он, и что это полный ад.       Ад — это не просто полная неспособность ответить на несколько практических вопросов.       Настоящий ад — это когда Бомгю просматривает каждый слайд в четырех тестируемых модулях, думает, что понял принципы, а когда переходит к практическим заданиям, видит совершенно незнакомые слова и цифры.       Настоящий ад — это Бомгю, рвущий на себе волосы в час ночи в школьной библиотеке за две ночи до экзамена, вынужденный подавлять рыдания, чтобы его не услышал один из пяти оставшихся студентов в ослепительно ярком помещении.       Но ад может быть и тем, что кто-то прерывает его мучения и путь к принятию неизбежного провала, встав перед ним, и тень непрошеного незнакомца отбрасывает на него мрачную тень, резко выбивая его из колеи.       — Это место занято?       Кто бы это ни был, он не дожидается ответа, и дребезжание стула о кафель отдается в лихорадочном мозгу Бомгю, как гвозди по меловой доске.       Голос незнакомца звучит как приторная конфета, которую тащат по глубинам его заторможенного мозга — так же, как во сне, когда он пытается бежать, но не может бежать достаточно быстро. Когда каждая попытка поднять ноги так быстро и так сильно, как он только мог, казалась невозможной и тяжелой.       Но тяжелым был не только голос этого человека, тяжелым было все, каждая попытка не завалить экзамен, потому что он посещал все лекции, старался изо всех сил на каждом практическом занятии, на каждой паре и контрольной работе, так почему же он такой тупой? Почему он не может понять ни одной чертовой вещи…       — Бомгю?       Тем временем Бомгю только энергично тряс головой, размахивая руками, пытаясь вслепую смести разбросанные по столу бумаги.       — Бомгю.       Теплые руки обхватывают его кисти, заставляя прекратить неконтролируемое движение.       Он чувствует, как человек напротив него ненадолго отпускает руки, чтобы смахнуть слезу со щеки. Она теплая, и ему почти хочется наклониться и закрыть глаза, на этот раз по-настоящему, чтобы темнота поглотила его целиком.       А, значит, он был настолько неловким, что пустил пару слезинок. Черт, он плакал. Да еще в присутствии Кан Тэхёна.       Ему не нужно было поднимать глаза, чтобы понять, что это Тэхён. Его голос был безошибочно узнаваем, и Бомгю даже стало смешно, как он может узнать голос человека, с которым общался всего пять минут, и при этом не может вбить себе в голову ни одной главы этого проклятого физического дерьма.       Он закрывает глаза, но не темнота поглощает его, а раскаленный огонь, так как блики от библиотечного освещения все еще горят на задней стороне век.       Если присмотреться, то можно различить силуэт Тэхёна, который неуклонно приближается к нему с каждой вспышкой красного огня на веках.       — Дыши. Медленно.       Он так и делает, испуская лишь одну заминку, пытаясь отрегулировать дыхание, пытаясь подчиниться отчетливому дыханию Тэхёна.       Постепенно возвращаясь к осознанию окружающей обстановки, он вдруг отчетливо осознает, как полностью склонился к прикосновению Тэхёна, прижался щекой к теплой ладони.       Как неловко, что все три раза, когда он общался с Тэхёном, то находился в каком-то ужасно жалком состоянии.       Дыша неровно, но не очень быстро, он отстранился от руки Тэхёна, быстро моргая влажными глазами.       — Извини. — Он хрипло смеется, голос звучит слишком грубо, слишком громко. Боже, как он жалок.       — Все в порядке. У тебя есть с собой вода?       Бомгю опускает руку, оцепенело роется в сумке, достает бутылку, но Тэхён берет ее и открывает.       Намерения Тэхёна предельно ясны, однако, когда он подносит бутылку к губам, это застает Бомгю врасплох.       — Попей немного. Тебе это сейчас нужно.       Он не находит в себе сил возразить, что он не ребенок, которому нужны указания, и слушает их безропотно. И жидкость, проходящая через горло, приносит странное облегчение. Он и не подозревал, насколько у него пересохло во рту и даже насколько потрескались его собственные губы.       — Как давно ты здесь?       Бомгю резко поднимает взгляд на Тэхёна, протирает глаза и смотрит на свой телефон, забытый на столе. Четыре пропущенных звонка и присланное несколько минут назад сообщение от Кая о том, что они приедут за ним в библиотеку, если он не ответит через 10 минут. Он покачал головой, быстро напечатал ответ, что все в порядке и он жив, а затем отбросил телефон в сторону.       — С полудня? Примерно.       На мгновение Бомгю чувствует себя маленьким под пристальным взглядом Тэхёна, как будто тот вот-вот начнет его ругать.       Но ругани не последовало. Вместо этого взгляд Тэхёна смягчается, и он кивает на грязный стол.       — Собирай вещи, мы переместимся в круглосуточный Макдональдс, чтобы ты мог перекусить, пока мы продолжим учиться.       Бомгю почти не дышит, чтобы прислушаться к его словам, разум затуманен от усталости и разочарования, последние слова заставляют его нервничать.       — Подожди. Мы? Я тебя почти не знаю.       — Но ты же знаешь, что я хорошо разбираюсь в физике. Я помогу тебе.       Как бы ни было заманчиво предложение и искренние, большие глаза Тэхёна, он остается скептиком.       — Нет, спасибо. Мне и так хорошо.       Любой другой человек уже сдался бы. Только Кай, извинившись, взвалил бы Бомгю на спину и отправил обратно с Ёнджуном, будь они на месте Тэхёна. И Бомгю не может не удивляться тому, что этот новый знакомый проявляет такую же заботу, как и его давние друзья, сохраняя терпение без малейших признаков раздражения.       — Я не самовлюбленный, и тебя я тоже не принижаю. Просто я сомневаюсь, что ты с научного факультета, так как никогда не видел тебя там, но физика — моя специальность, и я думаю, что смогу хотя бы предложить помощь, вместо того чтобы ты рвал на себе волосы в одиночку.       Не может быть, чтобы незнакомец делал все это для него. Особенно после того, как их первая пара "встреч" была обескураживающей.       — Что ты хочешь за это?       — Взамен я хочу, чтобы ты сел и поел. Я знаю, что ты ни за что не бросишь учебу сегодня, поэтому просто сделай это для меня в обмен.       Бомгю приходится проглотить удивление, сменив выражение лица на настороженное, чтобы скрыть, насколько его озадачила искренняя и заботливая просьба. Его настораживает, что малознакомый человек так легко читает его. Оказывать ему такую любезность, не требуя ничего взамен.       Заметив, что на лице Бомгю, вероятно, отразилась нерешительность, он снова вздохнул.       — Если хочешь, можешь считать это свиданием. Воспринимай это как то, что я помогаю тебе с физикой в обмен на свидание.       — В Макдональдсе на территории кампуса до часу ночи?       Тэхён надулся, выглядя немного расстроенным. Но это выглядит очаровательно, и Бомгю приходится бороться с желанием улыбнуться.       — Да. В Макдональдсе на территории кампуса в час ночи.       Вините в этом разочарование, от которого его мозг покрылся коростой и стал беззащитным. Или вините в этом напряженные и большие глаза Тэхёна, которые умоляют и в то же время несут в себе безумную уверенность — как будто он хочет, чтобы Бомгю ему доверял. Чтобы он поверил ему, как надежному человеку, в котором можно найти поддержку в трудную минуту.       — Хорошо. — Он старается не замечать, как восхитительна улыбка облегчения, украшающая лицо Тэхёна. — Ладно, пошли.

***

      За два года учебы в колледже Бомгю полностью осознал, что попал в опасный круг разрушительных привычек. Доходило до того, что он даже злился, когда Кай или Ёнджун пытались уговорить его сделать перерыв.       Но вот он сидит, откусывает первый кусочек яблочного пирога, и его язык покрывается медовым сиропом, а напротив него сидит Тэхён и послушно сканирует его листы.       Смакуя крошечные кусочки лакомства, он смотрит на собеседника, стараясь не упасть духом от того, как привлекательно тот выглядит, весь такой напряжённый и серьезный — весь сосредоточенный на помощи Бомгю, как никто другой.       Бомгю энергично трясет головой, привлекая внимание второго, который смотрит на него с забавной улыбкой.       — Ты в порядке?       — Угу.       Тэхён кивает, оставляя его жевать теплый десерт — единственное, что он мог съесть в этот поздний час.       Пытаясь отвлечься от Тэхёна, Бомгю тянется пальцами к блокноту, но его движение останавливает теплая, твердая ладонь.       Простите Бомгю за то, что он заикается и краснеет. Простите его за то, что он немного гей.       Тем временем Тэхён даже не поднимает глаз.       — Не раньше, чем ты доешь яблочный пирог.       — Я просто хочу почитать! — слабо протестует он, испытывая легкое облегчение от того, что Тэхён не смотрит на него и не может заметить, что все его лицо, вероятно, горит.       — Если ты хотел взять меня за руку, ты мог бы просто сказать об этом.       Тон Тэхёна дразнящий, но в конце концов он поднимает глаза и удивляется, когда Бомгю не делает попыток убрать руку.       Моргнув и приняв пустой взгляд собеседника, Бомгю забывая про всякую осторожность, вскидывает руку и переплетает их пальцы. Возможно, то, как расширились глаза Тэхёна, подтопило его смелость, и он наклонил голову и улыбнулся.       — Если ты хотел взять меня за руку, ты мог бы просто сказать. — Он усмехается, откусывая еще кусочек яблочного пирога, настроение на мгновение поднимается от их легкого общения.       — Надо же, и это ты назвал меня факбоем.       Бомгю пожимает плечами, несмотря на то, что его сердце бьется о грудную клетку. Возможно, это было довольно безрассудно, особенно, учитывая то, что он почти не знает этого человека. Он уже давно никого не подпускал к себе близко, но почему-то с Тэхёном он чувствовал себя в безопасности, чувствовал, что этот человек — тот, с кем он наконец-то может быть откровенным, когда видит его в таком жалком состоянии и не говорит ничего грубого.       Он старается не обращать внимания на то, что Тэхён не отпускает его руку.       Не расплетая пальцы, Тэхён огибает стол, усаживаясь рядом с ним, чтобы терпеливо изучать с ним учебный комплект и материалы курса.       Бомгю же старается не обращать внимания на то, как мягко, но твердо, терпеливо и в то же время горячо звучит голос Тэхёна.       Старается не обращать внимания на то, как гулко бьется в груди сердце, но в то же время тает от тепла.

***

      Если саморазрушительное поведение — это недостаток Бомгю, то его врожденная потребность не разочаровывать других — самый большой его недостаток.       Ведь после расставания с Тэхёном он едва успевает поспать в общежитии, как его сон и голова начинают плыть от формул и принципов физики, заставляя его просыпаться в панике.       Он должен сдать этот экзамен. Он должен сдать экзамен, чтобы не разочаровать Тэхёна тем, что кто-то, кого он почти не знает, потратил целую ночь на его обучение, потратил свое драгоценное время и доверился Бомгю, чтобы тот хорошо сдал этот дурацкий экзамен. Каким же он был бы бесполезным, если бы не смог справиться с легким экзаменом?       — "Все на твоем курсе могут это сделать, Чхве Бомгю, проснись, как ты хочешь получить диплом архитектора, если ты не можешь понять даже элементарных основ физики, все на твоем курсе не сидят в библиотеке, не заставляют бедного физика сидеть и часами учить тебя, они все равно понимают, почему ты не можешь, почему ты не хочешь…"       Иногда люди становятся жертвами страха неудачи. Бомгю стал жертвой страха потерпеть неудачу и подвести других.       Рациональность кричит ему, что нужно сделать перерыв. Тэхён уже говорил об этом несколько часов назад, когда они расстались — он взял с Бомгю обещание поспать не менее четырех с половиной часов перед тем, как приступить к работе, и поспать не менее шести часов до того, как ему придется проснуться для утренней газеты. Он даже повторил это в ответ на благодарственное сообщение Бомгю после того, как проводил его до общежития.       Но Бомгю полагает, что его ум слишком напряжен, чтобы принимать логические решения, потому что он смотрит на свои записи, помятые от того, что он рвал их края всякий раз, когда понимал, что не может вспомнить что-то из объяснений Тэхёна предыдущим вечером, или когда он последовательно ошибается в двух тренировочных вопросах.       И, возможно, он не осознает, как долго он обходился без чашки черного кофе, когда тусклый отблеск заходящего солнца оставляет его комнату в оттенках индиго.       В дверь стучат. Вероятно, Кай и Ёнджун уже в пятый раз за сегодня проверяют его.       Но сейчас он не может позволить себе отвлекаться.       Бомгю снова уставился в бумагу, ручка движется на автопилоте, мозг громко гудит от разочарования, когда он понимает, что ошибся в очередном вопросе. Боже правый. Тэхён показал ему, как это делается, всего несколько часов назад. Боже правый.       Он не может позволить себе провалиться.

***

      Непрекращающийся гул в голове не проходит и к тому времени, когда он впервые за весь день выходит из своей комнаты и направляется на экзамен.       Он осознает, в каком растрепанном состоянии находится. Накануне вечером он не выпил ни капли воды и не поспал ни секунды, а значит, у него вряд ли хватит мозгов удивиться тому, что Кай и Ёнджун уже проснулись и снуют по квартире в столь ранний час.       От общежития до экзаменационного зала 15 минут ходьбы, и он полагает, что у него останется еще около 15 минут на то, чтобы в последний момент пересмотреть формулы. 15? Подождите… Экзамен начинается через… Нет, он был прав, он начнется еще через 30 минут. Почему он даже не может правильно рассчитать время? Почему его голова такая медленная и неповоротливая?       Голова Бомгю закружилась, и он не понял, что споткнулся, пытаясь схватить воду, пока кто-то не вскрикнул и не потянул его за талию.       О боже. Может, у него ноги отнялись?       Он опрокидывается на того, кто пытается его поддержать, онемение заполняет его конечности, черные точки заполняют его зрение.       Задыхается.       Ему нужен воздух.       Может быть, в итоге он захлебнется, даже закашляется, но ему нужен воздух, ему нужно, чтобы бесконечное, надоедливое жужжание в голове утихло. Чтобы он отвалил, чтобы он мог, блядь, встать.       Он слышит, как его имя выкрикивают снова и снова.       Он хочет, чтобы они заткнулись.       Но ему и не нужно, голоса делают ему одолжение, становясь все дальше и дальше, когда он позволяет себе закрыть глаза.

***

      Иногда жизнь кричит тебе "пошел ты!" и оставляет тебя в самых худших ситуациях.       Тем временем Бомгю просыпается и с воплем "блядь!" так сильно бьет его по голове, что он едва не падает назад.       — Бомгю! — встревоженный голос Кая прорывается сквозь приглушенное предупреждение кого-то вдалеке о необходимости уменьшить громкость и следить за языком.       Несмотря на то, что голос друга пронзает его череп, беспокойство, сквозящее в его голосе, очень заметно, и чувство вины мгновенно захлестывает его грудь.       — Эй-эй, он только что проснулся, — бормочет Ёнджун, стоя за спиной Кая и успокаивающе поглаживая его по спине. — Ложись, Гю, у тебя, наверное, голова раскалывается. И не забывай про капельницу.       Слова не сразу доходят до сознания, и Бомгю смотрит на свою руку, запоздало морщась.       — Это я виноват, — причитает Кай, уткнувшись лицом в живот Бомгю. — Надо было выбить твою проклятую дверь.       Раздается еще одно строгое "шшшш", и Бомгю наконец-то понимает, где они находятся, а замешательство сменяется ужасающей игрой в словесные ассоциации.       Он находится в школьном медицинском центре.       Школа.       Экзамены.       Его гребаный промежуточный экзамен.       — Блять…       — Все в порядке, Тэхён сумел объяснить все преподавателю физики, и ты сможешь сдать работу позже на этой неделе. Он получил расписание твоих экзаменов и назначил тебе другую дату. — Ёнджун выходит из-за спины Кая и нежно ерошит его волосы.       На него словно вылили ведро ледяной воды, и он мгновенно проснулся.       — Тэхён? — Боже, какой у него голос. Тем временем Кай все еще трется щекой о его живот, и он не может удержаться, чтобы не погладить его по голове, чувствуя себя ужасно из-за того, что потревожил своего друга детства. — И, Кай, это не твоя вина. Не вини себя ни в чем.       Кай грустно хнычет, не желая отпускать его.       — Да… Мы будем подтрунивать над тобой, когда тебе станет лучше, но это ведь тот чувак из Тиндера, верно?       — … Да.       Ёнджун сжалился над ним, пощадив его простым взмахом бровей.       — Ладно, хватит.       — Ладно-ладно, в любом случае Тэхён как раз собирался тебя проведать, когда увидел, что мы тебя спускаем, чтобы доставить в медпункт.       Кай резко вскочил, едва не врезавшись головой в подбородок Бомгю.       — Ты совсем не двигался, не реагировал. Ты весь горел. Я думал, ты умрешь!       Он поморщился при этом воспоминании.       — Теперь я в порядке, не так ли?       Это вызывает два неодобрительных взгляда в его сторону, и он имитирует молнию у рта.       — В общем, — продолжает Ёнджун, вздохнув, — он увидел, как мы спускаемся, и помог нам доставить тебя сюда на своей машине.       — Он водит?!       — Не совсем понятно, но вроде да, и очень сексуальный, — фыркает Ёнджун. — В общем, после того, как врач пришел и подтвердил, что ты просто обезвожен и страдаешь от недостатка отдыха и питательных веществ, он отправился связываться с преподавателями твоего модуля. Сказал, что ты обязательно будешь переживать по этому поводу, как только проснетесь.       О. Бомгю не может отрицать того, что его желудок перевернулся. Тэхён будет очень разочарован. Мало того, что он не сдал промежуточный экзамен по физике, заставив его потратить свое драгоценное время на репетиторство, так еще и этот безнадежный человек решил нарушить свое обещание, не выспавшись и не поев как следует.       — Он скоро вернется, и вам обоим нужно поговорить. А тебе, — Ёнджун обвиняюще показывает на него пальцем, — нужно как следует его отблагодарить. Мы были так взволнованы, что, по сути, думал только он. Пожалуйста, не повторяйте этого, мы все очень волновались.       Бомгю ошарашенно кивает.       — Мне очень жаль, — бормочет он, обращаясь в основном к Каю, чьи черты лица омрачены стрессом.       — Все в порядке, теперь у нас есть Тэхён, который поможет держать тебя в узде, так что мы трое будем заботиться о тебе, а он один — целовать и укладывать тебя в постель.       Бомгю любит Кая всем сердцем, но иногда его лучший друг детства говорит самые ужасные вещи в самых неподходящих ситуациях.       Так, например, случилось с Тэхёном, который вошел в комнату как раз в тот момент, когда эти слова вырвались из уст Кая.       Он, конечно, мог бы ударить Кая и посмеяться над этим как над шуткой, но он не знает, почему при виде того, как тот входит в комнату, у него буквально вырывает дыхание из легких.       Возможно, это чувство вины за то, что он его побеспокоил и все его усилия пропали даром, а может быть, просто осознание того, что Тэхён так заботится о нем, выбивает его из колеи.       Как и было обещано, его друзья не дают о себе знать, хотя Ёнджуну приходится физически оттаскивать Кая, напевая (фальшивые?) обещания отправиться на поиски Субина.       В итоге Бомгю смотрит на свои руки, не решаясь встретиться взглядом с Тэхёном.       И действительно, каждую встречу Бомгю пребывает в состоянии унизительной растерянности.       — Мне очень жаль, — вздыхает он, наконец, набираясь смелости посмотреть на собеседника.       Он ожидает какого-нибудь "я же тебе говорил" и с радостью принял бы его — но ничего подобного не получает. Вместо этого Тэхён приподнимает бровь и присаживается на край кровати.       — О чем тут сожалеть?       Ладно, вопрос не звучит риторически, и это немного выбивает Бомгю из колеи.       — Я… зря потратил твои силы и время? Да и обещание нарушил. Ты даже не обязан был мне помогать, а я всего лишь сглупил, извини.       Он стыдливо опускает голову, но Тэхён рукой придерживает его подбородок, прося, чтобы он снова поднял на него глаза. Его прикосновение нежно, и Бомгю не знает, что и думать, его голова гудит от иррационального возбуждения.       — Эй, неправда. Во-первых, ты не зря потратил мои усилия. Работа отложена, а главное, ты мне ничего не должен. Тебе не нужно было давить на себя, потому что ты не хотел меня подвести.       Бомгю зашипел. — Откуда ты знаешь…       — У тебя на лице всё написано. Это не плохо, но у меня было ощущение, что ты будешь более строг к себе, потому что я потратил время, чтобы помочь тебе. Что, кстати, было совсем не то, что я хотел сделать. И ещё, не надо так о себе говорить. То, что ты сделал, было разрушительно, и ты пошёл по неправильному пути, да. Но не надо называть себя глупым. Это просто… не то.       Он делает паузу, обдумывая свои дальнейшие слова.       — Ты прилагаешь огромные усилия, чтобы сделать что-то как можно лучше, а упорный труд никогда не бывает глупым. Может быть, есть лучший способ сделать что-то, но не говорите, что вы глупы. А это значит, что я не приму "извини".       Это слишком много для его запутавшегося мозга, и Бомгю, похоже, уже совсем не думает, говорит первое, что попадается.       — Почему ты делаешь все это ради какого-то случайного парня, с которым ты познакомился на Тиндере?       — Ты не просто случайный парень, с которым я познакомился на Тиндере. Конечно, мы познакомились в основном в результате какого-то пари, но помимо того, что ты симпатичный, ты трудолюбивый, серьезный, а еще ты… твои губы красиво надуваются, когда ты глубоко задумываешься и пытаешься понять, и помимо того, что это просто визуально привлекательно, тот, кто много работает, гораздо сексуальнее, чем ты думаешь.       Он отвечает, не колеблясь ни секунды.       — Мы только познакомились, а ты уже привел меня в трепет, правда. Кроме того, мы уже выяснили, что я немного ботаник, верно? — Смех, который он издает, немного нервный, и Бомгю думает, что впервые видит, как всегда уверенный в себе Тэхён слегка взволнован.       Щеки горят, и он тянется к руке собеседника, чтобы взять ее своими онемевшими пальцами.       Как же естественно он чувствует свою руку в руке Тэхёна. Словно мышцы уже запомнили, что это удобно и правильно.       — Эй, Тэхён, — хрипло произносит он, собрав всю свою храбрость и заставляя себя не струсить, когда встречается с мягким взглядом Тэхёна. У него перехватывает дыхание, когда он видит, как расширяются его глаза, осознавая возникшее между ними напряжение. Наблюдает за тем, как кадык Тэхёна заметно подрагивает, а губы беззвучно раздвигаются.       Сейчас или никогда.       — Если ты не хочешь говорить "прости", то может быть, скажешь "спасибо"?       Он резко вдыхает, придвигаясь ближе, достаточно медленно, чтобы Тэхён мог отступить, если захочет.       Он этого не делает, глаза закрываются, чтобы Бомгю мог сократить расстояние и прижаться своими потрескавшимися губами к мягким губам другого парня.       Когда он отстраняется, его охватывает головокружение — не та боль, которую причиняло ему отсутствие сна. Это было такое головокружение от бесконечного пируэта на носочках, наполненное неуверенностью, трепетом, а главное — восторгом, когда он увидел, что глаза Тэхёна распахнулись, словно он хотел большего.       Как будто одного целомудренного поцелуя было недостаточно.       Как никогда раньше, Бомгю понимает, что это было нечто особенное. Это не просто волнение от случайного совпадения с горячим парнем на Тиндере. Это не просто благодарность тому, кто помог ему с дурацкой контрольной, а потом позаботился о нём, когда он по глупости пожертвовал своим здоровьем ради этой самой дурацкой контрольной.       Это был человек, который нашел время, чтобы узнать его, сказать ему, что он не «глупый», просто все идет не так, как надо, и терпеливо направлял его, не опекая и не делая ему замечаний.       Он чувствует, как уголки его губ кривятся в крошечной ухмылке.       — Удали то приложение, красавчик.

***

      — Ухаживать за тобой, чтобы ты был здоров, недостаточно для того, чтобы это считалось ухаживанием?       — Хм… нет, я думаю, тебе нужно больше заботиться обо мне и физически следить за тем, чтобы я спал все шесть часов. Например, в общаге и все такое.       — Ого. И ты назвал меня факбоем.       — Ага.       — Добавь в рацион объятия, и я согласен.       — Иначе зачем бы я делал это предложение?!