Три поцелуя

Юнги раскручивает пустую бутылку из-под соджу, игнорируя взгляд Чонгука с его заговорщическим «давайте в бутылочку на желание», потому что с его удачей, все желания младшему и уйдут, а у того слишком хорошая фантазия. Тэхен, самый трезвый и самый незаинтересованный в происходящем, лежит на коленях Чонгука и листает ленту в телефоне, иногда показывая ему мемы. В квартире еще был Сокджин, но он как вышел за чем-то в магазин, возможно еще за соджу, так и не вернулся. Но, так как квартира принадлежала ему, то возвращения ждать стоило. Хосок же, противоположно Тэхену, чувствует себя самой разряженной во вселенной батарейкой из-за количества выпитого, но продолжает держаться ровно, насколько позволяет его привалившееся к Юнги положение. С момента ухода Сокджина разговоры лениво сошли на нет, и каждый занимался своим делом, изредка переговариваясь. А повод для посиделок был конечно весомый. Отмечали новоиспеченные отношения Хосока. И подвох был в том, что отношений-то на самом деле не было. Но способа лучше отделаться от постоянного сводничества и «хен, давай сходим на двойное свидание вслепую» Хосок не придумал, поэтому слезно приполз к Юнги, умоляя помочь ему с этой проблемой. И ладно, если бы он не был частью компании, которого никогда не видели друзья Хосока, чтобы ворваться в их жизнь, поразвлекать месяцок, а потом порвать отношения. Но нет. Юнги был ее полноправной частью очень давно, поэтому, когда все узнали об их отношениях, обрадовались и завалили словами «А мы всегда знали». Что они там знали, Юнги особо вникать не хотел, но теперь не имел понятия, как им нужно было «расстаться», чтобы не испортить ничего в кругу друзей. Этой проблемой должен был заняться Хосок, как главный зачинщик, а пока они тихо-мирно изображали влюбленную парочку, держались за ручки, перекладывали друг другу в тарелки еду и всякое такое. Юнги, к удивлению друга, не отказался и от более близкого тактильного контакта, поэтому позволял себя обнимать, лежать на его коленях и сам не прочь был завалиться на Хосока. Но новая проблема пришла оттуда, откуда ее не ждали. А именно из интернета, будь он неладен, и Тэхена, который из него не вылезал. — Можно влюбиться в человека всего за три поцелуя, — внимательно читает Тэхен и тянет руки к своему лицу, чтобы показать где. — Нужно поцеловать в лоб, в щеку и в губы, — заканчивает, складывая губы бантиком. Чонгук после его слов наклоняется, чтобы чмокнуть куда-нибудь, но Тэхен отпихивает его лицо за подбородок, говоря «От тебя пахнет», поэтому младшему удается поцеловать только его ладонь. Юнги кряхтит что-то про глупых людей в интернете, которые придумывают факты, и элементарную логику, когда Хосок оказывается слишком близко к его лицу. — Ты чего? — шепчет Юнги и не успевает среагировать, когда Хосок с самым серьезным видом целует его в лоб. Юнги так и остается растерянно смотреть вперед, когда Хосок отстраняется и скатывается к нему на колени, сказав, что он на сегодня все. В этот момент в коридоре звонко брякают ключи о тумбочку и громким «Мамочка дома» Сокджин сообщает о своем возвращении.

•••

Перед сдачей зачета в коридоре стоит напряженная атмосфера, а уровень стресса буквально можно потрогать рукой. В тишине ужаса слышны только судорожные шуршания страниц тетрадей в попытках что-то запомнить, тихий скулеж «я ничего не помню» и приглушенные звуки из аудитории, разбавляющиеся громким «Следующий» от преподавателя. Тэхен радостно выпархивает, хлопая дверью, и машет своей зачеткой перед глазами одногруппников, хвастаясь автоматом. Чонгук, которому повезло родиться позже и он благополучно варится курсом меньше, закидывает ему руку на плечо и расспрашивает насколько там все жестко. Он прекрасно осведомлен, что Тэхен очень любит преувеличивать события и сейчас расскажет, как ему перед виском держали заряженный пистолет, прежде чем обрадовать автоматом, но это стоит того, чтобы побыть рядом. Хосок на подоконнике как мантру повторяет билеты, разыгрывая в голове, как он будет отвечать на вопросы и импровизировать, если что-то пойдет не так. Этот предмет не был его слабым местом, но любой экзамен или зачет заставлял его очень сильно нервничать, будто это было самое главное, через что ему предстояло пройти в жизни. — Ты следующий, — шепнула ему одногруппница, сверяясь со списком, и Хосок расценил это как угрозу. Руки сразу стали ледяными, а сердце кажется собиралось проломить ребра, чтобы свалить отсюда — настолько ему было стремно. «Скоро это закончится» — повторял он сам себе, но не мог ничего поделать с диким волнением перед неудачами. Даже Юнги рядом не делал все проще, хотя он надеялся, что его присутствие ему хоть немного поможет. Сам Юнги через это уже проходил, поэтому спокойно сидел рядом с другом, наблюдая за нервными студентами. В свое время он сдал этому преподу молниеносно и почти без нервов, так как вытянул именно тот билет, что знал лучшего всего. А вот Хосок выглядел так, будто собирался откинуться. Ничего лучше Юнги не придумывает, чем взять его за руки, чтобы хотя бы согреть. Его собственные руки всегда были горячими, от того младшие всегда грелись об него зимой, а сейчас он мог хоть немного помочь Хосоку. Тот даже трястись перестал от неожиданности, глядя как его руки тонут в ладонях Юнги. — Если он тебя завалит, то я знаю, где спрятать труп, — шутит с серьезным лицом Юнги, отчего Хосок криво улыбается, не до конца понимая, что сейчас происходит. И только, когда из аудитории раздается его имя, отмирает. Он отнимает свои руки, что как и щеки стали гореть теплом, а в следующую секунду быстро клюет Юнги в щеку и шепчет «Спасибо», убегая. Дверь за ним хлопает слишком громко для этой тишины, а старший все еще чувствует легкое прикосновение, припечатывая его ладонью. Зачет Хосок получает меньше чем за минуту.

•••

Они «встречаются» чуть больше месяца, так и не решив, как им стоит завершить эти отношения. Собственно, они не доставляют никаких проблем, делая их лишь чуть ближе друг к другу. Со стороны они может и выглядят как парочка для незнакомых людей и общих друзей, но вот между ними ничего не меняется, кроме…навязчивых мыслей. С момента, как они начали свои псевдо-отношения, прибавилось больше тактильностей и свиданий, которые они устраивали только «на всякий случай» и «вдруг нас увидят». И в такие моменты Юнги думал, что все как обычно, пока не ловил себя на разных мыслях. Однажды он подметил, что от Хосока всегда приятно пахнет, отчего старший старался находиться к нему ближе, а в какое-то свидание мысль «Он милый» не отпускала его весь день. А когда он засмотрелся на чужие губы, так чуть и не отпрыгнул подальше, чтобы не провоцироваться. На очередных посиделках в доме Сокджина вновь царит теплая атмосфера, приправленная парочкой бутылок соджу и никогда не успокаиваемым младшим. Чонгук дожидается, пока все войдут в подходящую для шалостей кондицию, когда резко садится на полу и хватает бутылку. Тэхену приходится отложить телефон и влиться в компанию, чтобы заманить старших на игру, которую сегодня не получится избежать. — Играем на желание! — громко заявляет Чонгук и обводит присутствующих взглядом, чтобы ни один Юнги не решил избежать игры. Юнги недовольно бурчит, что у Чонгука всегда жесткие хотелки, и случайно спихивает привалившегося на себя Хосока в сторону. Тот обиженно дует губы, но слишком наиграно, и говорит, что его не любят в этом доме. Сокджин сочувственно хлопает его по плечу. От Чонгука тянет азартом и чем-то демоническим, когда он постукивает короткими ногтями по стеклянной бутылке и с силой прикладывает ее к кофейному столику, прежде чем раскрутить. Юнги напрягается, когда ловит его взгляд, уже предчувствуя, как худеет кошелек от чужих желаний, как было в прошлый раз. Но бутылочка прокручивается, описывая пару кругов, и останавливается на Хосоке, который всегда за любой кипиш. — Я никогда не видел, чтобы вы целовались с хеном, — загадочно тянет Чонгук, а потом его глаза начинают сверкать. — Поцелуй Юнги-хена. Но в губы! В этот момент в Юнги что-то останавливается, когда сначала он ловит горящий азартом взгляд Чонгука, а потом переводит его на Хосока, который становится натянутым как струна. Он колеблется, не зная куда деть руки или сразу себя, а потом медленно приближается, упираясь в колени старшего. Свидания были, объятия были, поцелуи…таких поцелуев не было. Хосок касается его губ совсем невесомо, будто целует не своего «парня», а хрустальную вазу, на которую даже дышать нельзя. Его собственное сердце так грохочет в груди, отчего кажется, что все присутствующие здесь могут его услышать. И прежде, чем Чонгук успевает заныть, что это не поцелуй, сердце Хосока ухает вниз, когда Юнги притягивает его к себе и целует. Уже по-настоящему. Голоса Сокджина и Тэхена смешивается в одно громкое «ууу», когда они наконец отстраняются друг от друга, горя щеками, а Чонгук ухмыляется и только руками не потирает от собственной шалости. Все же хенам нужно лучше прокачивать свои актерские навыки или же перестать обманывать самих себя, когда они смотрят друг на друга «так». А факты Тэхена из интернета оказываются не такими уж и дурацкими.