and then, he was(n't) there.

      После Балтимора у Кевина начинаются кошмары. Это происходит очень странно — прошло уже несколько месяцев после похищения Нила, сам Джостен уже в лучшем состоянии, спокойнее спит и все реже просыпается от кошмаров или панически оглядывается после паранойи.       Но это не лучший период для Кевина, и, помимо обычных, вороньих, кошмаров, у него появляются кошмары про Нила. Про смерть Нила. Такие, когда его мозг насильственно убеждает сам себя, что Кевину все показалось, что реальность нереальна, что Нил, на самом деле, мертв.       Они были разными по своей сути. Это могли быть звонки от ФБР Ваймаку, который после рассказывал Лисам новость. Это могли быть резкие встречи с Эндрю на крыше, где Миньярд сообщал Кевину факт, а Кевин долго-долго и тихо-тихо плакал. Однажды это был личный звонок от Ичиро, который говорил лишь “Натаниэль мертв” и сбрасывал трубку, оставляя мир Кевина рушиться. Мозг Дэя не волновал даже тот факт, что Морияма никогда бы не соизволил позвонить Кевину лично.       Достаточно часто это были рутинные сны. Тренировки, занятия, иногда экзамены. Поцелуи с Эндрю. Мозг Дэя также не волновал факт отсутствия их отношений сразу после Балтимора. Эти сны не были привычными кошмарами, но были намного, намного хуже. Эти сны были наполнены знанием и смирением, что Нила больше нет. Воспоминаниями из реальности, которые казались лишь злобной шуткой.       Всегда помогали две вещи — пробуждение и нахождение Нила рядом настолько долго, насколько было физически возможно.       Но однажды Кевин не просыпается.       Его тело уже бодрствует, он открывает глаза, чувствует дополнительный вес на кровати, видит Нила, но его мозг — его мозг все еще спит. Его мозг все еще в кошмаре. Его мозг уверен, что Нил мертв, и что он сам с собой играет в непонятные и жестокие игры.       Потому что Нила нет.       Нил мертв.       А в дверном проеме стоит такой же мертвый Рико Морияма.       Он молчит, но смотрит на него. Так пристально, что у Кевина ком в горле и сердце замирает. Так, что он начинает сомневаться в собственном уме. Матрас под его руками слишком реалистичный, одеяло на его ногах слишком реалистичное, свет из окна слишком реалистичный.       Нил и Рико — нет.       Кевин знает, что они мертвы.       И Кевину страшно, потому что его мозг, видимо, хочет убить его вместо Мориям.       Поэтому он тянется к единственному реалистичному человеку, кроме себя. Он будит Эндрю, пугая его, но паническое выражения лица Дэя хорошо помогает Эндрю собраться.       Это “Мне страшно”.       Это “Я вижу Нила”.       Это вопросительный взгляд Эндрю и последующее: “И Рико. Рико пялится на меня из-за двери”.       Это “Я не могу, Эндрю”.       Это тихие всхлипы о том, что ему слишком больно видеть Нила. Это Эндрю, который спокойно будит реального Джостена и строго выпроваживает из комнаты.       А мозг Кевина все еще игнорирует неугодные факты.       Мозг Кевина перестает осознавать себя, и Кевин плачет, и плачет, и плачет, и плачет, и его руки трясутся, когда он на них смотрит, но почему-то перестают, когда Эндрю держит их.       Кевин поддается направляющей силе Эндрю, которая укладывает его себе на грудь, ровно над сердцем. Он слушает его биение и засыпает, продолжая плакать, потому что он живой. И Эндрю тоже.