С надеждой на будущее

— Ну мам, может не надо? Я же не виноват, что они ко мне лезут. А у меня здесь все друзья. Шестнадцатилетний парень с темными волнистыми волосами до плеч, ярко голубыми глазами и смуглой кожей сидел на краю кровати в джинсах и кофте, пока женщина лет сорока складывала вещи в большой чемодан. — Нет. Хоть ты и не виноват, но ваш класс полон идиотов. А в том интернате замечательная программа, мой брат там учился. Потом закончил прекрасный университет и теперь прилично зарабатывает. А ты только синяки зарабатываешь. Я весь прошлый год терпела, но не в первый же день учёбы приходить с разорванным пиджаком, тем более из-за девочки, которая тебе даже не нравится. В общем мама была права, и Артур это понимал, но он представить боялся, что будет, если в том интернате узнают, что он немножко по мальчикам. Нет, были и девушки, которые его привлекали, но с ним они не общались, а сам он подходить ни за что бы не стал. — А друзей новых найдёшь, — продолжала мама, — ты же человек разносторонний, красивый, кого-нибудь точно заинтересуешь. А что со здешними друзьями, так они если захотят общаться — письма писать будут. Ты так не смотри. Представь, что твой хороший друг живёт далеко и единственный способ с ним связаться — письма. Ты бы писал? — Ну да… — Вот и всё. Ты пойми, что там нет ничего страшного. Это как лагерь, только со школой. Там даже в наши времена всё было хорошо обустроено, а сейчас то уж точно только лучше стало. К тому же на каникулы можно выбирать: остаться там или поехать домой. И кормят там очень вкусно. В комнате всего два человека жить будут. Они пообещали тебе хорошего спокойного соседа подобрать, когда узнали, что ты не из-за оценок с поведением переводишься. Единственный минус — это школьная форма, но она не такая уж и страшная. Вообще твой дядя выпустился оттуда с отличительной медалью, поэтому тебя с удовольствием приняли, как только узнали, что ты его племянник. — И от меня будут ждать успехов во всём и сразу? — Нет, тебя просто будут хорошо учить вместе со всеми, а ты уже можешь задания брать дополнительные или на конкурсы записываться. Просто раз у тебя родственник там хорошо учился, значит он вряд-ли рассказывал об интернате плохо, и значит ты скорее всего не будешь яро протестовать и ломать что-то. — То есть на меня не будут возложены какие-то сверх ожидания? — Нет. Ты завтра сам обо всём узнаешь, а сейчас ложись спать, завтра вставать рано, — мама потрепала его по голове и вышла из комнаты. Артур попытался уснуть, сначала получалось плохо, но в итоге он задремал. Утром после долгого прощания с родителями и нудной поездки, перед ним показалось здание той самой школы. Коричневый и серый бетон с пластиковыми дырками окон, стоящее вдалеке за высоким забором. Ничего кроме уныния в душе не появлялось. Однако внутри как мама и говорила всё было устроено вполне неплохо. В холле стояло несколько мягких ярких диванчиков, пол был уложен светлой цветной плиткой, стены были обклеены фактурными обоями. Артура сразу встретил мужчина лет сорока в коричневом пиджаке и пышными усами. — Ты же Артур Уваров? Меня зовут Алексей Михайлович Разухов, я директор. Твою сумку отнесут в комнату, а мы сейчас сходим на экскурсию, чтобы ты понял, где теперь учишься. Артур кивнул, и они пошли. Директор показывал ему сначала классы и другие школьные помещения, потом они перешли в другой корпус, где жили ученики. Мужчина остановился перед дверью в конце одного из коридоров и протянул Артуру ключ. — Вот располагайся. Сейчас пока отдыхай, а после обеда пойдёшь на уроки. Телефоном можешь пользоваться до девяти утра и после пяти вечера, у нас их не забирают, но только до первого замечания, потом только по воскресеньям. Интернет здесь постоянный, так что сразу будет ясно, если ты был в сети. Расписание и учебники лежат на твоей кровати, форма тоже. Когда придёт время обеда, за тобой зайдёт твой сосед по комнате, его зовут Артём. Первые дни старайся ходить с ним, чтобы нигде не потеряться. Пока, надеюсь увидимся только на линейке. — До свидания, — Артур открыл дверь и зашёл в комнату: две одиночные кровати, шкаф в стене, два письменных стола, большое окно и пушистый ковёр. Всё снова в светлых цветах, на этот раз пастельные зелёный и коричневый. В освободившееся время он решил разобрать свои вещи. По расписанию оставалось ещё два часа, он управился за полтора. Ещё полчаса пытался понять здешнюю программу и переодевался в брюки, рубашку и бордовую жилетку. Ровно за пять минут до нужного времени в дверь постучали. Артур сказал, что он уже готов. В комнату зашёл парень ниже его на полголовы с прямыми до ушей волосами цвета пшеницы. Он выглядел взволнованным и смотрел слегка напуганно. — Привет, я Артём. Директор сказал проводить тебя, так что пойдём, и возьми учебники сразу, мы сюда до вечера не придём. — Привет, я Артур, приятно познакомиться. Ты не переживай так, я не злой. Они вышли из комнаты и направились в другой корпус. — Да я и не переживаю, просто не привык к соседям. — Я тоже. Всегда один в комнате жил, ни братьев, ни сестер, там вообще никто кроме меня и родителей не бывал. — А девушку, ты что ни разу её к себе не приводил? — Нет, с чего ты взял, что у меня есть девушка? Артём смутился. — Ну ты красивый, им такие нравятся. Извини, если это странно прозвучало. — Всё нормально. Но девушки у меня нет, а у тебя? Ты тоже очень красивый, многим из моего класса понравился бы, — Артур впервые говорил такое другому парню, в его школе такое не очень воспринималось, но это было очень приятно. — Спасибо. У меня тоже никого нет. Но в той школе со мной и не общались особо. — Ты из-за этого перевёлся? — Ну можно и так сказать. Смотри, мы уже пришли. Пойдём, покажу тебе наш стол. Столовая была огромным помещениям с пятью длинными столами для каждого класса с седьмого по одиннадцатый. В одной части стены были выкрашены в неяркий жёлтый, в другой — лёгкий бирюзовый. Мама не обманула, кормили тут просто божественно. Артур впервые со времён начальных классов, когда учился в частной школе в другом городе, съел весь школьный обед. Уроки здесь проходили хорошо. Не было ненужного шума и разговоров, которые так раздражали Артура. Хоть все ученики здесь — парни, и большинстао6из них было переведено для исправления поведения, но они вели себя тихо. Сегодня учителя хотели проверить, как он знает материал, чтобы в дальнейшем правильно с ним работать. Артур показал себя хорошо, чем вызвал их одобрение. И после трёх уроков, учителя, чьи занятия утром он пропустил, уже не смотрели на него скептически как иногда при встрече в коридорах. После окончания учебного дня по расписанию был получасовой отдых и дополнительные занятия минимум по одному из предметов на выбор. Артур не стал долго думать и решил идти туда, куда и Артём. Это оказалась биология. Не самый лучший предмет, но довольно интересный. Какого-то плана насчёт будущей профессии у Артура не было, скорее всего он пошёл бы работать в компанию дяди, а понимал он все предметы хорошо, так что роли это не играло. Но если необходимо, то почему бы и нет, к тому же это подарило возможность смотреть за увлечённым Артёмом. Как он слушает, отвечает, пишет, при этом будто вытягиваясь и обращая внимания только на доску с изображениями на ней. Артур никогда не видел, чтобы человек так сильно чем-то интересовался, даже здесь, что сейчас, что на уроках, все сидели спокойно. Но Артём не такой, он при первой же встрече понял, что с ним что-то не так. Даже их первый разговор был непонятным с этим обменом комплиментами. Артур бы не сказал, что почувствовал любовь с первого взгляда, скорее просто симпатию и заинтересованность. В столовой на ужине он спросил: — Почему тебе так это интересно? Артём чуть не поперхнулся чаем от неожиданного вопроса. — Ну как же по-другому. Ты же можешь понять как в тебе всё устроено, почему происходят те или иные вещи, от чего зависело, каким ты родился. Всё это безумно интересно, тебе так не кажется? И это только начало года, а потом там будут рассказывать о психологии, а это вообще нечто. — Фу, блять, сидел бы и молчал уже. Больной псих, как тебя только земля носит, — довольно крупный старшеклассник, проходя мимо, как бы случайно толкнул стул Артёма. — Ну тебя же как-то носит, — тихо сквозь зубы процедил он, чтобы тот парень не услышал. Артём сразу после этого взял свой стакан и вышел из-за стола, Артур поколебался, но потом всё же поспешил за ним. — Почему тот парень так сказал, — спросил он, когда они вышли из столовой. — Не обижайся, но это не твоё дело. Я не хочу об этом говорить, — в голосе Артёма чувствовались раздражение и усталость. — Хорошо. Всю оставшуюся дорогу они молчали. Когда оба оказались в своей комнате, Артём сразу сел за уроки, и в тот момент его надо было бояться, настолько безжалостно он расправлялся с кучей учебников. Покончив с ними, принялся перестилать постель, потом переоделся в обычную одежду и развешивал форму, после решил протереть пыль. Артур, который к тому времени только закончил с домашними заданиями и недолго поговорил с мамой, следил за ним, но когда тот направился к пылесосу, не выдержал. — Артём. Что с тобой такое? Ты такими темпами тут потолок помыть захочешь. — Я уже сказал, не твоё дело. — Очень даже моё. Ты тут пылесосить хотел, и мне пришлось бы шум слушать. Так что рассказывай. Бурно реагировать не буду и никому не скажу, обещаю. Артём задумался. Он по своей воле не рассказывал об этом никому и человек, которого он первый день как знает, вроде не самая хорошая для этого кандидатура. Но с другой стороны этот человек назвал его красивым, весь день улыбался, смотрел очень заинтересованным взглядом, и интересовался его состоянием. Может прошлогодняя ситуация и не повторится. — Тогда слушай, и если что не так, говори прямо, в лицо, чтобы не шептался потом с кем-нибудь. — Всё понял. — Мне парни нравятся. Артём смотрел на Артура, но какого-то презрения или недовольства на его лице не замечал. А потом он резко подскочил и подошёл к нему. Артём непроизвольно напрягся. — Да не бойся ты, ничего я не сделаю, — Артур отошёл на несколько шагов. — Мне тоже. — Что тоже? — недоуменно похлопал глазами Артём. — Парни нравятся. Так что всё хорошо, можешь не переживать. — Ты серьёзно? — А разве с таким шутят? — Ну да, глупость спросил. А ты уже с кем-нибудь встречался? — Нет, ко мне как назло только девушки липнут, причём те, которые совсем не нравятся. — Так тебе и девушки нравятся? — Да наверное, в них я не влюблялся никогда, но знаю несколько очень хороших. Я принципе ни в кого не влюблялся, максимум симпатия. А у тебя что-то было? — Неприятная история. Прошлой зимой несколько людей случайно узнали и вот совсем не оценили. До драки не дошло, за такое можно и из школы вылететь с записью в личном деле, после такого трудно куда-то ещё зачислиться. Но вот достают с тех пор практически регулярно. Особенно Глебушка, это тот сегодняшний, он типа главный, но болеет много, поэтому часто в больничном корпусе лежит, а когда выходит первым делом ко мне идёт. Но он в этом году уже выпускается, поэтому впереди меня ждут два спокойных года. Так что про хоть какую-то возможность отношений я смогу только через год подумать, сейчас лучше ситуацию не обострять. — Понятно. Но они же не будут против, что мы с тобой общаемся? — Если не будем давать поводов для слухов, то всё хорошо. — Ну вот и здорово, потому что кроме тебя мне тут больше никто не нравится. — Ты в каком смысле, если что, я предупредил, что ничего пока не надо. — Да как друг, как друг, не волнуйся. Мы же друзьями считаться можем? — Можем. Тогда в таком смысле ты мне тоже нравишься. И это не была стопроцентная ложь или правда, но что-то среднее. Чувства были, но слабые, неясные, новые. Со временем они могут вырасти, и вот тогда уже «нравишься» будет произнесено с другим, более осознанным смыслом.