Ищу

      Хранители имели высокий статус среди людей, как простых, так и лордов. Вступить в их ряды мог любой, однако нужно было пройти тяжёлые тренировки, где учили магии, тактике боя и местности пустоши, которая была за пределами стен. Некоторые, достаточно многие, прошедшие испытания и освоившие всю нужную базу, умирали в первые же секунды встречи с ищущими. Они замирали в страхе перед этими существами, которые, казалось, выползли из ночных кошмаров.       Твель пришёл в ряды хранителей после того, как при перевороте Центра, он лишился брата-близнеца. Оставшись в одиночестве, он решил отправиться на стену, чтобы хоть как-то послужить миру, как того и желал его брат. По прибытии на место, он осознал, что подобных ему там было совсем мало. Вперемешку с достойными мужами, там ошивались ещё и преступники.       Хранителями становятся раз в жизни и до конца. Случай Эбола — уникален. Чтобы выйти из их рядов, нужно письменное разрешение каждого короля, а вместе с тем принести дань в виде ста тысяч золотых. За эти деньги можно было бы купить неплохой дом и скот. Откуда такие деньги у друга, Твель спрашивать не стал. Эбол редко рассказывал о себе, а о прошлом себе — практически никогда. Его предыстория была покрыта мраком, потому он вызывал всё больше интереса у всех. Благодаря своим навыкам и физической силе, а также холодному уму, он быстро возвысился над остальными. Были те, кто его уважал и почитал, как Твель, но были и противники. Им он казался выскочкой. На нападки и словесные издёвки он отвечал молчанием, он всегда игнорировал людей, что пытались вывести его из себя. Вот только если кто-то осмеливался напасть на него, он уже не был столь отрешённым. В первый раз, парню, что пытался проткнуть его кинжалом — он отрезал руку по плечо. Во второй раз он и вовсе убил одного нахала. За подобные жестокие деяния ему ничего не было. На стене вообще были свои законы, которые были достаточно гибкими для таких как Эбол. Путь был долог, но скоро и он закончится. Твель с нетерпением ждал, когда сможет поспать в тёплой постели и насладиться своим новым титулом.       Однако они всё ещё в Замертвевшем лесу. Протоптанная дорога вела их куда-то за горизонт. Солнце светило, но не грело, лишь слепило, отражаясь ото льда. Эбол сидел на лошади, удерживая Шинсу. Она спала и лишь изредко приоткрывала глаза, чтобы убедиться, что они всё ещё в пути. Лошади не бежали галопом, как привыкли хранители, однако всё равно выглядели уставшими.       — Когда доедем, вам нужно будет сменить лошадь, а то боюсь, что обратно вы уже не доберётесь с ней. — Заботливо произнёс Твель.       — Лучше думай о своих новых обязанностях. — Сказал ему Эбол.       — А что там такого? — Искренне он удивился. — Я же всех там знаю, да и они меня. Со всеми лажу. — Раздумывал. — В принципе я помогал тебе раньше, так что с работой знаком. Управлять этими мужиками — не самое лёгкое дело, однако привычное для меня.       — Не будь так самоуверен. — Заметил собеседник. — Меня они слушали из-за страха. Советую взять себе в помощники Стювеля. У него твёрдый характер и сильная рука.       — Думаешь, что они не захотят видеть меня на твоём месте? — Вскинул бровь длинноволосый.       — Думаю, что они считают себя более подходящими кандидатами. Ты излишне добр и болтлив.       Твель был удивлён и оскорблён подобными словами. Возразить особо нечего было, однако обида не уходила. Хранители не были простыми людьми, в плане характера. У всех была соревновательная жилка. Каждый хотел лучшего для себя и в этом их нельзя было винить. Учитывая ещё и то, что статус главнокомандующего развязывает руки. После этого можно будет и не понести наказание за убийство, что уж говорить о возможности объедаться свежей и вкусной едой, а ночами выбираться в ближайший городок, где есть бордель.       — Думаешь, что я не смогу справиться со своим титулом? — Как-то отрешённо спрашивал Твель.       — Если Бешенный король и вправду придёт, и лично назначит тебя главнокомандующим, то проблем никаких не будет, вот только верить ему — большой риск. Пусть он и говорил, что придёт, чтобы лично даровать тебе новый титул, однако легче будет переиграть смерть в кости, чем предугадать его дальнейшие действия. Да и зачем ему это делать? — Задал риторический вопрос.       Твель не мог не согласиться. Всё, что говорил его собеседник — правда. Не верить в неё было бы верхом глупости.       Выслушав всё это, ему стало совсем грустно, поэтому Твель стал осматриваться. Он решил немного развеяться. Прислушиваясь к шелесту снега под копытами, он начал успокаиваться. Вокруг всё ещё было тихо. Эта тишина по началу сводила с ума, но со временем он свыкся с ней. Со временем вообще ко всему привыкаешь.       — А куда всё-таки вы пойдёте? Не в самом же деле в Обра-Нольес? — Решил он нарушить тишину.       — Она в том возрасте, когда формируется характер и социальные навыки. Думаю, что стоит отправиться в Центр. Там её многому научат, да и люди светлее, чем на Севере. — Раздумывал Эбол.       — И шумно до невозможности. Не думаешь, что она сама по себе слишком спокойная для этого королевства? — Спрашивал хранитель.       — Если ты предлагаешь Восток, то не думаю. Климат там не подходящий, да и монстров много, наводнений, ураганов. — Он повернулся и встретился взглядами с Твелем. — Если размышлять о Западе, то это королевство уже давно не принадлежит королю. Десятки групп разделили страну на куски и правят там, зарабатывая работорговлей и травой. — Эбол положил руку на голову Шинсы. — Если ты думаешь о Юге, то сомневаюсь, что ей это понравится. По началу она вообще боялась, что нынешний король Юга отправит за ней погоню, не хочу, чтобы она параноила на этот счёт. — Твель с Эболом шли в ровень. — Центр не лучший вариант, но и далёк от худшего. Куплю небольшой домик и устрою её в школу. Она достаточно симпатичная по меркам Центра, думаю ей будет нетрудно завести друзей.       — А я слышал, что красивым ещё сложнее быть в школе. К тому же она может связаться с плохой компанией.       — Она? — Эбол усмехнулся и приоткрыл её лицо, показывая Твелю.       Шинса сладко спала. Из-за погоды её щёки и нос постоянно были розовыми. Иногда шли сопли, но даже так она не вызывала брезгливости. Хранитель всегда считал, что недолюбливает детей, они ему казались мерзкими и никогда не вызывали умиления, ему не хотелось с ними сюсюкаться. В начале и к Шинсе он холодно относился, но пообщавшись, он понял, что они даже похожи чем-то. На такие размышления Эбол ему ответил, что Твель и вправду по интеллекту схож с двенадцатилетним ребёнком. Впрочем, хранитель с этого только посмеялся. Чувство юмора иногда сходилось у него с девочкой, так что общий язык они нашли легко. Твель протянул руку и легонько потрепал её по голове. От такого нежного прикосновения она даже не пыталась проснуться.       Путь они продолжали уже в тишине, каждый зарылся в свои мысли. Эбол смотрел прямо, как вдруг услышал чьё-то дыхание. До боли знакомое. Это было странно, ведь животные в этом лесу не ведут себя так громко. Это дыхание было неровным, диким. В какой-то момент в нос ударила вонь. Это был запах гнили. Твель тоже его уловил, они переглянулись и поняли, что подумали об одном и том же. В голову Твеля ударила целая куча мыслей, он был напуган и обеспокоен не столько самим существом, сколько причинами, по которым оно находится в этом лесу. Они остановили лошадей и спешились. Шинса начала потихоньку просыпаться, она непонимающе посмотрела на Эбола, но тот жестом приказал ей молчать. Она привыкла слушаться его, потому сразу же вжалась в плащ и попыталась тихо дышать. Сам же мужчина отстегнул плащ и укутал её в него. Запеленав девочку, он отдал её Твелю. Того этот жест вывел из мыслей. Он всё ещё был обеспокоен, но с Шинсой на руках поменял приоритеты и отогнал ненужные думы.       — Я сам. — Только и сказал Эбол.       Впрочем, хранитель не возражал. Существо было метра три в высоту. Оно тяжело и прерывисто дышало, со рта капали слюни и глаза не моргая, были обращены на Эбола. Его крючковатые руки были похожи на щупальцы. Одна из рук тащилась по снегу и из неё вытекала чёрная кровь, а вместе с ней иногда выпадали куски сгнившей плоти. «Кто-то поцапал» — подумал Эбол.       Существо обнажило клыки, его мощные ноги старались идти тихо, будто это имело смысл, когда противник стоял прямо перед ним. Носа у существа не было, вернее были только две дырки, вокруг глаз темнота, кожа впалая, серая и где-то просвечивались чёрные вены. Тоненькие и редкие волоски торчали из головы и выглядели до смешного нелепо. Суставы выгибались в непривычные стороны, путая своими действиями. Ищущий стоял во всей красе, на своих четырёх ногах. Эбол присмотрелся и приготовился к бою. Существо наклонилось вперёд, оно готовится напасть. При помощи магии, бывший хранитель создал меч. Огромный двуручный меч, который он удерживал одной рукой. Сталь в нём заменял лёд, а вдоль проходили маленькие разряды электричества. Эбол хорошо комбинировал свои стихии.       Наконец ищущий вскочил и быстрым, резким движением, ринулся к нему. Эбол бежал сначала прямо на него, затем, на удивление Шинсы, упал ему под ноги и проскользил под грудь. Меч прошёлся от начала его туловища, до самого конца, до куда лёд пронёс Эбола. Ищущий застыл, но ненадолго. Издавая хриплые стоны, а затем и истошный крик, он упал замертво, лишь иногда подёргивая ногой остаточными нервами. Эбол встал на ноги, опираясь на меч. Стряхнул с себя снег и кровь существа, после чего подошёл к нему.       — Ух ты! — Вскрикнула Шинса.       Твель хотел сделать ей замечание, но тут же вспомнил, как произнёс такую же фразу тогда, много лет назад, когда впервые увидел Эбола за работой. Там, конечно, был не такой слабенький и маленький ищущий, но впечатления у них были схожи.       — Это так круто! Ты убил монстра! — Продолжала девочка.       — Он был слабым и глупым. — Заметил Эбол. Ему казалось, что она должна была испугаться, однако её поведение было удивительным.       — Тогда это ещё более странно. — Озвучил свои переживания Твель. — Как такой недалёкий и слабый ищущий прорвался за стены? — Хранитель был и вправду напуган, но старался держаться перед ребёнком.       — Чёрт его знает.       — А что, если за стену прорвались? — С замиранием проговорил Твель.       — Не неси чуши. Мы уже рядом, так что на нас бы нарвалась целая орава этих тварей. — Ответил ему Эбол, но друг не выглядел спокойнее. — Есть много разных вариантов. — Начал он его успокаивать. — Некоторые платят главнокомандующим, чтобы они притащили им живых ищущих, для операций, опытов и прочего.       — Я знаю, но они хорошо охраняютс…       — А есть и те, кто хотят позабавиться. — Прервал его Эбол. Хранитель посмотрел на него непонимающим взглядом. — Ко мне приходили пару раз и просили примерно такого типажа ищущих. — Он кивнул в сторону трупа существа. — Они их используют для подпольных боёв, некоторые используют их как сторожевых псов, хотя это странная затея. Даже в цирк их пару раз брали, чтобы показать простому люду. — Твель заметно успокоился. — Да и много различных извращений в этом мире, так что подобное вполне возможно. А у стен мы его встретили потому, что он вернуться к своим пытался. Впрочем, уверен, что если не мы, то какая-нибудь аномальная змея бы его точно сожрала. — Эбол растворил свой меч в воздухе и подошёл к Твелю.       Последний в свою очередь, успокоился совсем. Он не знал о подобных пристрастиях у людей, но был крайне рад таким объяснениям. Эбол забрал с его рук Шинсу, которая всё ещё пыталась вести себя тихо, несмотря на недавние крики.       — Хвала Четверым, я уж боялся, что наши полегли. — С облегчением произнёс Твель.       — Ищущие такие страшные. — Шинса с интересом рассматривала останки существа.       Глаза ищущего больше не двигались, они были устремлены в разные стороны. Чёрная кровь уже растворила снег под собой и впитывалась в землю. Подобных существ она встречала на картинках в сказках, но видеть их в живую — другое дело. На своё удивление, она даже не испугалась его. Они не пугали её от слова совсем. Возможно дело в том, что она находилась за спиной отца и знала, что он достаточно силён. Эбол разобрался со своим плащом, после чего вновь оседлал лошадь. Твель же всё ещё украдкой поглядывал на тварь. Ему всё казалось, что она прямо сейчас вскачет и побежит за ними.       Впрочем, через пару десяток минут и эта тревога ушла, трупа уже не было видно давно.       — Мне на рассвете пришёл ворон. — Эбол начал доставать из кармана маленькую записку. — Ничего особо важного для нас, но весьма интересно. Королевство Запада празднует юбилей совместной жизни короля и королевы. Ровно десять лет.       — Ровно десять лет назад род Банли устроил резню во дворце и захватил трон, женив своих дев на королях. — Подметил Твель.       — Не без этого. — Эбол взглянул на Шинсу и погладил её по голове. — Ну и, само собой, Север вторгся в Центр, разграбил несколько деревень ближе к границе, теперь это официальный повод для войны.       В ответ на это заявление Твель только закатил глаза и раздражённо выдохнул. Эта новость не была удивительной или неожиданной. Все знали, что за действия короля последует расплата. Ведь когда род Банли захватил власть, то и королю Севера прислали предложение о браке с самой красивой и младшей дочерью рода. На это он приехал во дворец со своей свитой. На улице его встретили радушно, сам король вышел поприветствовать его. В этот момент они пытались показать ему свою дочь, но он взглянул на неё, рассмеялся и метнул взгляд на нищенку, которая пыталась найти объедки для своего сына. Он схватил её за руку и вывел к королю. Эта девушка была чуть моложе невесты. Её лицо уродовали шрамы от ожогов, а вместе с ними и порезы. Болезненная худоба не делала её красивее, как и обноски, которые прикрывали её наготу. Волосы, в которых пировали вши, были взлохмачены и коротки. Он крикнул во всеуслышание, что эта нищенка гораздо привлекательнее принцессы, которую вся семья так обхаживала. После этого он забрал эту бездомную с собой, сделав королевой, а сына — наследником. Когда дело дошло до свадьбы, он отправил приглашение дому Банли со словами: «Не печальтесь». Эти слова были написаны на зеркале, которое было доставлено принцессе.       Всё это Твель уже рассказывал Шинсы. Впрочем, он ей о многом рассказывал, ему нравилось учить её миру.       — Мы не сможем отправиться в Центр? — Опечалилась Шинса.       — Пусть и бывший, но я всё ещё хранитель, нас пропускают куда угодно, потому что мы не имеем права участвовать в военных и политических делах.       — А король Севера не будет злиться, что мы ушли? — Шинса боялась его, как и любой ребёнок.       — Сомневаюсь, что ему есть до нас дело. — Только и ответил Эбол. Шинса поглядела на Твеля, тот выглядел раздражённым. На носу появилась морщинка, а брови сводились к переносице. Он смотрел прямо, полный недовольства.       — Если бы этот псих только вёл себя более почтительно, то войны можно было бы избежать. — Твель взглянул на Эбола. — Ну или пусть всё сгинет в пустоши, но почему бы им не устроить такой же переворот, как и на Юге? — В моменте он остановился и взглянул на Шинсу, однако ей было всё равно.       — Сомневаюсь, что найдётся кто-то, кто сможет перехитрить и убить Бешенного короля. — Сказал ему Эбол, положив руку на голову Шинсы.       — Если короля Севера все так не любят, то почему его никто не сверг, как это было в Центре и на Юге? — Удивлялась Шинса. — Ведь не бывает настолько умных людей.       — Бешенный король близко к себе никого не подпускает, так что это сделать было бы трудно. Дом Банли и дом Инеиль были близки и даже входили в Королевский совет прежних правителей, им было легче в этом плане, а вот наш король и вовсе распустил свой совет, полностью переняв все обязанности на себя. Впрочем, говорят, что жена ему помогает, но я в это слабо верю. — Размышлял Твель. — От него даже собственные дети сбегают, что о народе говорить. — Развёл руками.       — А сколько у него детей? — Шинса любила слушать Твеля, хоть и не особо понимала о чём он иной раз толкует.       — Если правильно помню, то старший сын, узаконенный бастард и около девяти девочек. — Он нахмурился, вспоминая точное количество детей.       — Ого, так круто, настолько большая семья? — Удивлялась девочка.       — Это ещё не так много. На Западе рассказывали, что была семья чуть ли не из двадцати детей, хотя большинство и вовсе было приёмными. — Улыбался ей мужчина.       Рука Эбола не сползала с головы Шинсы, он лишь изредка её поглаживал. Для него это было своеобразным расслаблением. Пожалуй, сюсюкание с дочерью для него было успокоительным.