И сердце трудно перевести

В тот момент, когда Ю Джунхёк просыпается, он понимает, что что-то не так. Мягко говоря, он не самый разговорчивый человек, и ему это нравится. Для него это как безопасное пространство, потому что, хотя всё вокруг него меняется — меняются пейзажи, люди и слова, всё течёт подобно водному потоку, который никогда не сможет вернуться к своему первоначальному источнику, — но его разум, в основном, тот же. У него есть мысли, в которых он плавал снова и снова, которые кажутся рубашкой, которую ты носил годами, но он всё ещё не хочешь выбрасывать удобные мысли, те, которые делают его тем, кто он есть. И затем у него появляются эти новые мысли. Честно говоря, большинство из них относятся к одному человеку, но это то, что здорово в том, что он не очень искусен в разговорной речи. Он может держать их при себе, и он в безопасности. По крайней мере, здесь. Итак, когда он просыпается и чувствует, как слова и предложения скапливаются у него в горле, готовые вырваться наружу, как острый, обнаженный меч, он знает, что что-то не так. Ужасно, ужасно неправильно. Он оглядывается по сторонам, но, похоже, никто ещё не проснулся, что заставляет его немного успокоиться. Есть мелочи, которыми он гордится в своей личности, но это одна из них: способность сохранять спокойствие в ситуациях, которые ставят под угрозу его жизнь или его безопасность. Ю Джунхёк опускает голову на руки и думает. Существует не так много заклинаний или зелий, которые могли бы иметь такой же эффект, как это, и поскольку он узнал об этом сразу после того, как оно начало действовать, оно должно быть довольно высокого класса. Такая возможность есть, но он считает её одновременно самой реалистичной и самой невозможной. Сыворотка правды. Пока он обдумывает эту мысль, внезапный шум слева от него заставляет его привстать на цыпочки. "Что ты делаешь", - спрашивает Ким Докча хриплым после сна голосом и с трудом открывающимися глазами. Сначала Ю Джунхёк решает не отвечать, но обнаруживает, что не может остановить слова, срывающиеся с его губ. "Просто задумался". "О? Действительно не думал, что это, э-э, возможно", - зевает Ким Докча, почти засыпая снова. "О чём?" - добавляет он секундой позже, к ужасу Ю Джунхёка. Что ж. Главный герой этого романа никогда не был по-настоящему удачливым человеком. "О ...", - он стискивает зубы в попытке прекратить говорить, но это бесполезно. Как будто стальная рука разжимает его сцепленные зубы изнутри, его рот непроизвольно открывается, и незнакомые слова слетают с языка. "О том факте, что я, возможно, был отравлен". Что ж, это то, что выводит из себя Ким Докча, который внезапно встаёт, хотя всего несколько минут назад он выглядел так, словно проспал жизнь. "Что ты только что сказал?" Ким Докча почти кричит, уже подходя к Джунхёку. Он садится рядом с ним и прикладывает руку ко лбу другого мужчины. [Созвездие "Демоноподобный Судья Адского пламени" прячет лицо за своими руками руками.] [Созвездие "Демоноподобный Судья Адского пламени" скрипит.] [Было спонсированно 1000 монет.] Ю Джунхёк игнорирует сообщения, вместо этого сосредотачиваясь на том, чтобы не дать своим словам разгуляться, разрушая единственное безопасное пространство, которое ему удалось защитить в этом проклятом мире — свой разум и свои мысли. "У тебя нет температуры. Почему ты думаешь, что ты отравлен?" Спрашивает Ким Докча, его глаза нервно поблескивают, пока он изучает лицо Ю Джунхёка. О, как он прекрасен. Джунхёк не понимает всех этих людей, называющих его "Уродливым Королём". Он не только не понимает их, но ему бы очень хотелось врезать им. Потому что Ким Докча, возможно, просто самый красивый человек, которого он когда-либо видел. Хотя большинство сказали бы, что его внешность довольно безвкусна, Джунхёк думает, что за этим кроется истинная красота. Не каждый может это увидеть. Это в том, как его нос немного морщится, когда он концентрируется, это… Внезапная вспышка боли пронзает его сердце, и он снова говорит, сам того не желая. "Потому что я хочу поговорить". Он заставляет себя заткнуться, даже несмотря на то, что это причиняет ему новую порцию боли. Потому что я хочу поговорить о тебе и о том, как ты прекрасен, и когда ты положил руку мне на лоб, я действительно хотел, чтобы она осталось там, и я думаю, что я влюблён в тебя. Это определенно не его мысли, не так ли? Он… он не может этого сказать. Ему нужно найти решение, и быстро. "Пожалуйста, - бормочет Ю Джунхёк, собравшись с силами, которые у него ещё остались, - пожалуйста, свяжи меня, Ким Докча". [Созвездие "Демоноподобный Судья Адского пламени" упало в обморок.] [Созвездие "Узник золотой повязки" не понимает, что происходит.] [Созвездие "Демоноподобный Судья Адского пламени" пришла в себя, чтобы стать свидетельницей последующий сцены.] [было спонсированно 10000 монет.] "К чему ты клонишь?" Восклицает Ким Докча, и Ю Джунхёку кажется, что он даже немного краснеет, но слишком темно, чтобы сказать наверняка. "Ты такой красивый", - говорит он, но его слова подобрали идеальное вовремя, потому что он заглушает свои слова, кусая за руку. Ким Докча пытается оттащить, но безрезультатно. Только когда Ю Джунхёк думает, что сможет справиться со своими словами в течение нескольких секунд, он заговаривает снова: "Я думаю, мне дали сыворотку правды. Пожалуйста, положите что-нибудь мне в рот, чтобы я не мог говорить". Проходит несколько секунд молчания, а затем он продолжает, опустив голову: "У меня есть свои секреты, которые я хочу сохранить". [Созвездие "Скрытный заговорщик" заинтриговано.] [Созвездие "Демоноподобный Судья Адского пламени" улыбается как сумасшедшая.] "Ты что...… нет, неважно, я не думаю, что ты стал бы шутить о чём-то подобном", - говорит Ким Докча. Он оглядывается в поисках чего-нибудь, чем можно было бы завязать рот его компаньону, но когда ничего не находит, он отрывает маленький кусочек от своей рубашки. Ю Джунхёк никогда не отходил от Ким Докча, и теперь, когда другой мужчина немного наклоняется, чтобы он мог как следует завязать ткань, тем более. [Созвездие "Демоноподобный Судья Адского пламени" желает, чтобы обстоятельства были другими.] Что, чёрт возьми, это вообще должно означать? "Хорошо и ... мы закончили", - Ким Докча садится, и Ю Джунхёк может заметить, что беспокойство не покидало глаз его компаньона. "Я хочу иметь возможность обнимать тебя", - говорит он, но, к счастью, ткань блокирует его слова, поэтому они выходят неразборчивыми, и Ким Докча, кажется, не обращает на них внимания. Он даёт Ю Джунхёку немного уединения. Это ... мило с его стороны. “Ну, если это сыворотка или зелье, их действие должно прекратиться в определённый момент. Верно?” Ким Докча поговаривает мысли в слух, глядя на Ю Джунхёка в поисках поддержки, но регрессор качает головой. “Ты так не думаешь?” Ю Джунхёк кивает. “Ну, тогда ты думаешь, что это должно быть что-то вроде проклятия правды? И есть условие, которое ты должен выполнить, чтобы избавиться от него?” Ещё один утвердительный кивок. Это правда, что сначала Ю Джунхёк подумал, что ему дали какое-то зелье, но зелья с тобой не разговаривают . Он слышит голоса, которые побуждают его начать говорить: “Скажи ему”, - говорят они. “Будь верен себе”, - шепчут они. Ю Джунхёк хочет, чтобы они заткнулись. Он прикусывает ткань во рту, но внезапный приступ боли пронзает его сердце. Ю Джунхёк издает рычание, болезненно сгибаясь на коленях. Такое чувство, как будто вокруг его сердца натянута колючая нить — возможно, он не так уж далек от истины. Слезы собираются в уголках его глаз, и он не совсем понимает почему. Ощущение слез, стекающих по его щекам, ... странное. Как путь, по которому он ходил каждый день, прежде чем решил изменить дорогу, по которой он будет следовать. Первое было скрыто деревьями, травой и цветами, и теперь, когда он пытается ходить по нему с той же легкостью, что и раньше, он обнаруживает, что это невозможно. Ким Докча придвигается ближе к нему. Сидя так близко, в таком тихом месте, это кажется интимным. Долгий путь, о котором Ю Джунхёк давно забыл. "Эй, ты в порядке?" У Ким Докча такой успокаивающий голос, думает Ю Джунхёк. Если бы его жизнь была историей, он бы хотел, чтобы Ким Докча прочитал ему её вслух. Ю Джунхёк хотел бы сказать "нет", что всё в порядке, но предательское проклятие выдаёт это. Он качает головой, не смея взглянуть Ким Докча в глаза. Скажи ему. Ба-дамп. Его сердце замирает. Скажи ему. Ба-ба-бам. Его слова дрожат в слабой власти, которую он имеет над ними. Ещё один приступ боли, и на этот раз он падает, теперь полностью лежа на холодном полу. Он хочет, чтобы это прекратилось, он хочет, чтобы всё стихло. Он не знает, сколько он сможет это вынести. Внезапно он понимает, что это действительно может быть проклятием. Он никогда раньше не был так честен с самим собой. Ему бесконечно больно от того факта, что он действительно не может нести на своей спине все трудности. А потом он даже не понимает, что происходит. Руки Ким Докча обнимают его, поднимая. [Созвездие "Демоноподобный Судья Адского пламени" из ...] Он закрывает окно. Ему было наплевать на то, что они думают. Он оказывается лицом к лицу с Ким Докча, и по какой-то неизвестной причине они близки, очень близки. Он мог бы пересчитать его ресницы так близко. Его кожа излучает тепло, очень похожее на тепло пламени, исходит от пыльной свечи. Скажи ему, скажи ему, скажи ему, скажи… Ким Докча берёт его за руку и проводит большим пальцем по грубой коже. Ещё один электрический разряд, но не болезненный. Вместо этого глаза Ю Джунхёка сужаются к тому месту, где их пальцы переплетаются, и о... Ох. Похоже, что путь, по которому он не осмеливался идти, открывает перед ним свои стороны, приглашая его прийти. Ким Докча осторожно отнимает салфетку ото рта, не сводя глаз с Ю Джунхёка. Его рука дрожит, и всё же его движения кажутся такими энергичными. "У тебя не может быть никаких секретов, которые заставили бы меня меньше хотеть быть твоим компаньоном". Твой компаньон. Твой компаньон. Бабам-бамбап. Мой спутник, думает Ю Джунхёк. Его взгляд смягчается, и на секунду голоса в его голове умолкают. И затем, прежде чем он даже осознает это, слова, которые он так старался скрыть, заставить их вернуться в самые глубокие уголки своего сердца, вырываются у него изо рта, как прорвавшаяся плотина. "Ким Докча". Произнесение его имени заставляет Ким Докча вздрогнуть. "Как ты мог узнать все мои секреты? Как ... просто кто ты? Ты помнишь ночи, когда я плакал, пока не засыпал, или дрожь в моих руках, когда я сжимаю рукоять своего меча?" То, как мои мышцы пытаются остановить меня, говорит о том, что даже я сам себе враг. Все мои враги. А ты? Ты хочешь быть моим компаньоном?" Неглубокий вдох. "Ты знаешь ...?" "Да", - твёрдо говорит Ким Докча. "Я знаю о тебе то, чего даже ты, возможно, не знаешь". Ю Джунхёк устал от предполагаемой гениальности этого человека. Он не может знать всего, это просто невозможно. "Тогда ты знаешь, что я люблю тебя?" И, о, выражение лица Ким Докча. Ю Джунхёк сказал бы ему, что любит его в тысячу раз больше, просто чтобы увидеть этот взгляд. Он выглядит удивлённым, впервые с тех пор, как Ю Джунхёк познакомился с ним. "Ты ... ты", - наконец, Ким Докча, кажется, не находит слов. И Ю Джунхёк мог бы сказать что-нибудь другое, он мог бы рассказать Докча обо всём, что ему в нём нравится, но он никогда не был человеком слов. Поэтому вместо этого он бросается вперёд и прикасается губами к Ким Докча, который немедленно отстраняется. Секунду они смотрят друг другу в глаза. Глухой удар. Но он слышит не своё сердцебиение. "Ты ... ты только что поцеловал меня". Ю Джунхёк дьявольски ухмыляется, его проклятие начинает казаться намного легче, чем раньше. "Могу ли я на этот раз сделать это правильно?" Ю Джунхёк ждёт, но в тот момент, когда он видит, как Ким Докча слегка кивает головой, он больше не тратит время. Он делает шаг вперёд в этом путешествии. Новое и всё же такое, каким он когда-либо ходил. С Ким Докча на его стороне, конечно.