Дни

Слово «сквер» стало известно Леви ещё в тот момент, когда его жизнь перестала быть окутана мраком Подземного города, а Солнце всё чаще виднелось на горизонте. Но по-настоящему окунуться в нечто настолько из ряда вон бытовое и обычное, он смог только сейчас. В дни, когда думать об остатке газа в баллонах больше не надо, а кровь товарищей на его руках появляется, только если поплотнее закрыть глаза. Наверное, настоящее время можно было бы назвать спокойным, но вряд ли так скажет человек, неспособный стоять на своих двоих больше пары минут. — Здесь? — девушка, плотно державшая ручку для толкания кресла, шла позади, чуть замедляя скорость у очередной скамейки. Леви, поднимая хмурый взгляд, огляделся, убирая газету в свободный от его изрядно похудевших ног угол кресла. В этой части сквера деревьев почти не было, ни одна ветка не нависала над скамьей, и лишь парочка кустов с ярко-красными ягодами виднелась внедалеке. Взгляд Леви упал на уголок чуть в отдалении, прикрытый лёгкой тенью разросшегося розового куста. Может, осеннее Солнце и не способно вызвать удар, но глаза резать будет точно не слабее летнего. — Давай до той, — он легко махнул рукой, больше не разворачивая газету. Последние месяцы заголовки не менялись: нужные люди делали нужные миру вещи, постоянно изобретая что-то и дополняя уже изобретённые вещи, пара таких «новаторов» даже пыталась зайти к ним в дом, но сложно пройти дальше порога, когда путь преграждают высокие колёса инвалидного кресла. Должен ведь от него быть хоть какой-то толк. — Розы… неплохо, — девушка ободряюще кивнула, вынудив кудрявые тёмные волосы слегка подпрыгнуть в такт, и, хотя Леви не мог видеть этого движения, он точно его почувствовал: время, проведённое вдвоём в четырёх стенах нового дома, давало о себе знать. А, может, всё дело в остальных прошедших годах, которые было сложно назвать их совместной жизнью. Битвы, войны, потери, жертвы, вылазки… среди всего этого виднелись лишь редкие блëклые отпускные, которые были чем-то общим для них. Сейчас, в Марлии, всё и правда было иначе. Возможно, за столь долгий срок, у них впервые появилось время. — Мы могли бы дойти до самого конца и уже потом вернуться сюда. Леви чуть качнул головой, то ли соглашаясь, то ли, наоборот, противясь предложению. Его ответ всё равно был не важен в этом случае — они уже находились около того самого куста, а девушка умелыми и выученными движениями устанавливала коляску как продолжение скамейки. Ещё пару месяцев назад Леви мог бы сделать это и сам: никаких сложных действий, лишь крутишь колёса, мысленно надеясь, что они не наедут на мелкий щебень или прочую пакость. Но теперь, в нынешнем своём состоянии, Леви даже не противился посторонней помощи, А девушка, проверив, не отъезжает ли коляска в самые кусты, медленно села сантиметрах в десяти от Леви. Розовый куст благоухал, напоминая о том, что сейчас — самый пик сезона его цветения. Наверное, они не смогут просидеть здесь слишком долго, потому что подобные ароматы кружат голову не только в фигуральном смысле. — Сегодняшняя? — длинные, чуть загоревшие пальцы опустились к щитку с подлокотником, легко подцепляя сложенную газету. Видеть не только напечатанные буквы, но и самые настоящие фотографии вместо рисунков, всё ещё казалось чем-то невероятным. — Ты своей реакцией выдаёшь в нас чужаков, — напомнил Леви беззлобно, следя за тем, как девушка проводила подушечками пальцев по напечатанной фотографии какого-то здания, заставляя рисунок чуть смазаться и остаться серым пятном на ещё секунду назад чистом пальце. — Мне казалось, что эти три года мы себя выдаём просто своим нахождением здесь, а не чтением светских газет, — она ухмыльнулась, когда Леви протянул руку, чтобы вернуть себе газету, и слегка отодвинулась от него, не давая этого сделать. — Подожди, я правда хочу это дочитать, — не останавливая попыток остаться с газетой в руках, девушка покрепче ухватилась за края, смяв их, и начала читать. — «Было найдено новое вещество, убивающее бактерии»… — она многозначительно хмыкнула и, прочитывая уже куда тише инициалы учёных, всё-таки сдалась, возвращая газету Леви, но при этом пододвигаясь к нему поближе, чтобы досмотреть колонку. Едва её голова наклонилась к тексту, как непослушные волосы защекотали Леви щеку. — И давно ты увлеклась медициной? — скептично спросил он, также бегло просматривая статью. — Скорее, чтением газет. Пытаюсь себя чем-то занять, пока швейная фабрика переходит на какие-то новомодные машинки, — она тяжело вздохнула, чем заставила Леви с вопросом в глазах повернуть голову в свою сторону. — Знаешь, мне кажется, что где-то полгода этот мир развивается слишком быстро. Мы просто не успеваем за ним. Не думаешь? Леви снова вернулся к газете, лениво проходясь глазами по уже знакомому тексту. Вокруг и правда кружили сплошные изменения, реформы. Люди что-то создавали, меняли мир, менялись сами, словно пытались скрыть все те факты, которые изменили их жизни на понятное «до» и неизвестное «после». — Сложно привыкнуть к тому, что никогда раньше нас не окружало, — Леви произнёс это непривычно тихо, а потом, куда громче, ответил конкретно на поставленный вопрос. — Не думаю. — Может, ты и прав, — она пожала плечами и, оперевшись одной рукой о спинку скамьи, повернулась к кусту. — Интересно, если оторвать веточку, это кто-нибудь заметит… — Тебя не отстранили от работы, а лишь отправили в технический отпуск, но ты уже подалась во все тяжкие, — иронично заметил Леви, но на цветы тоже повернулся посмотреть. Такое движение давалось ему тяжело в последнее время, спина переставала позволять нормально двигаться, хотя, как думал сам Леви, главной причиной всего этого стало вечное пребывание в сидячем положении. Может, мир и правда двигался вперёд, только вот вряд ли «вещества, способного убивать бактерии» будет достаточно, чтобы поставить Леви на ноги. — Я же просто хотела… — Астрид осеклась, следя за внезапными движениями Леви. — Что ты, чёрт возьми, хочешь сделать? Леви, хватаясь обеими руками с двух сторон за подлокотники кресла, медленно, набирая в лёгкие как можно больше воздуха, пытался встать, передвинуться на скамейку. — Астрид… — он сжал челюсть посильнее, практически выдавливая это имя. — Место… Но Леви не успел даже договорить, как девушка вскочила, перехватывая его правую руку и тут же закидывая себе на плечо. Они уже не один раз ходили так по дому, даже выходили во внутренний двор, но, чем больше времени проходило, тем меньше ноги Леви могли нормально передвигаться, а он сам всё сильнее свыкался с креслом. До самой скамьи — меньше двух шагов, но времени, что было затрачено на эти передвижения, ушло куда больше, чем у здорового человека, чем потратил бы прежний Леви. Он пытался не держаться за Астрид, но она сама не отпускала его, пока они вдвоём не опустились на деревянное сидение скамьи. Леви мельком заметил яркое розовое пятно на уровне ладоней Астрид. — Когда ты успела? — он многозначительно посмотрел на слегка потрёпанный, наверное, им же, розовый цветок, который Астрид аккуратно прокручивала пальцами, держа за стебель. — За пару секунд до того, как ты сделал то, что сделал, — Астрид замолчала, только сейчас отпуская руку Леви, но оставляя ладонь на его необычно остром колене. — Хочешь снова попробовать? Леви сразу же отрицательно качнул головой, тем самым также убирая из своей головы любые частицы мысли о всех его прошлых попытках заново пойти. Они пытались сами, Астрид нанимала сиделку, даже Фалько и Габи какое-то время старались своими силами поставить Леви на ноги. Но он, с каждым днём чувствуя всё меньше силы в ногах, практически ощущая то, как клетки просто отмирают, понимал, что чудо не произойдёт. Никогда не происходило. Как у безрукого не появится новых пальцев, так и Леви больше не стопчет пару подошв на новой обуви. — Но, — вдруг снова заговорила Астрид, перед этим слегка прокашлявшись, — если ты всё-таки захочешь, то можем нанять ту же девушку. Как её звали? Элис, да? Она, вроде, неплохо справлялась. — Забудь, Астрид, — Леви, ненарочно вынуждая девушку убрать с себя руку, попытался закинуть ногу на ногу, как делал это раньше, но смог, лишь полностью сосредоточившись на этом действии. Одно простое движение — и то вышло с трудом. — Фантазии куда хуже мечт. — Я бы поспорила с тобой на этот счёт, но вижу, что ты всё равно не поменяешь мнения, — Астрид слегка скатилась вниз по скамейке, чтобы удобно расположить голову на плече Леви. Щекочущие кудряшки попадали ему в нос и травмированный, уже давно закрытый глаз, но он не убирал их, не отодвигался, а лишь инстинктивно жмурился и без интереса смотрел вдаль, сквозь кусты и деревья, куда-то, где стояли каменные дома и ходили небольшие скопления людей. Леви смотрел сквозь все это. Молчание продолжалось, но не казалось чем-то лишним. Леви, сложив газету в её первоначальный вид, отложил еë в ненавистное кресло, незаметно для Астрид пытаясь болтать носком левой ноги. Сама девушка, переплетая свои пальцы с пальцами Леви и чувствуя, как он чуть сжимает её руку в ответ, просто пыталась не думать о том, что лезло им обоим в головы каждый день. Жизнь (пускай и в абсолютно чуждом им месте) всё больше напоминала череду рутины, но отголоски прошедших событий всё равно каждый раз били с всё новой силой. И от этих кадров уворачиваться не получалось ни буду прикованным к креслу, ни спокойно бегая на своих двоих. Леви и Астрид плохо спали, открывая глаза за ночь чаще, чем люди моргают в течение дня, и не могли нормально смотреть на те остатки людей, что предпочитали носить жёлтые тканевые повязки на своих плечах. Когда мысли в их сознаниях закружились особым вихрем, мимо пробежала компания из пяти детей, которые ещё вряд ли ходят в школу. Все они одновременно что-то без умолку говорили, перебивая друг друга и посмеиваясь над этим. В сердце Астрид что-то с болью сжалось, она шумно выдохнула, чуть ëрзая головой на плече Леви. Один из мальчиков повернулся на них, чуть не споткнувшись о собственные ноги, поймал растерянный взгляд Астрид и лучезарно, хвастаясь недостатком пары зубов, улыбнулся ей. Она лишь смогла вымученно приподнять уголки губ, тут же отворачиваясь в сторону. Он ведь даже не был похож на него. — В норме? — спросил Леви, чувствуя, как начали чуть подрагивать плечи девушки, а каждый её новый вдох становился громче и протяжнее предыдущего, хотя она и пыталась это скрыть за зевком. — В полной, — ответ прозвучал также тихо, почти невесомо, и Астрид повторила его для уверенности. — В полной. Знаешь… — она прервалась, проводя рукой по лицу касаясь пальцами намокших уголков глаз. — Что? — Ты всё-таки прав. Фантазии куда хуже мечт, — Астрид положила цветок на самый край скамьи. — Они не сбываются.