Кастинг

Последний раз такое случалось с Джаредом примерно… никогда. Джаред выдыхает, отрывает взгляд от зажатых в ладонях листов с текстом роли и оглядывает забитый людьми коридор. На работе. Он на работе. У него почти получается. Он пробегает глазами по толпе парней, теснящихся в узком проходе. Все они, такие разные и такие… одинаковые в своём желании получить эту роль. И Джаред один из них. Ему тоже нужна работа. Не то чтобы за историей, изложенной на страницах сценария, маячила какая-то бешеная популярность, но… и совсем уж дурацкой идея не выглядела. У шоу были все шансы продержаться целый сезон. И Джаред очень хотел получить в нём роль. Одну из главных ролей. Ещё сегодня утром — да что там, ещё минут двадцать назад — Джаред даже оценивал свои шансы достаточно высоко. А почему нет? Он хороший актёр. У него есть опыт. И… он вполне симпатичный. И… Прямо сейчас он точно знает, что ему ничего не светит. Ни ему. Ни кому-то другому из этой полусотни парней, заполонивших коридор. А всё потому что… Взгляд сам собой цепляется за непослушный вихор коротко стриженых волос, широкий разворот плеч скрытый затёртой джинсой ветровки, обтянутую футболкой грудь и… возвращается к лицу. Чёрт! В горле мгновенно пересыхает…и всё вокруг исчезает: толпа людей, гул голосов, яркий свет дневных ламп… всё, кроме чуть склонённого в сторону листов с текстом, лица. Как заворожённый Джаред пялится на то, как шевелятся губы, наверняка проговаривая слова роли, и не может… вообще ничего не может. Даже моргнуть… Видимо, почувствовав столь пристальное внимание, парень отвлекается от своих листков, поднимает голову и отвечает Джареду взглядом на взгляд. Ощупывает Падалеки любопытным взглядом с ног до головы, возвращается к лицу и… улыбается. Джареда парализует. В буквальном смысле. Все мышцы в теле сводит, обжигает раскалённо-горячим и тут же сталкивает в озноб. Так, словно его на мороз выпихнули в одной майке. Ему надо сделать хоть что-то. Улыбнуться в ответ или… ну хоть просто отвести взгляд. Но его реально, будто инсульт разбил. У него даже рот приоткрывается и только что слюна, блядь, не капает. Он… Так и не дождавшись никакой реакции, парень слегка пожимает плечами и забывает о Джареде. Возвращается к своему тексту, перестаёт улыбаться, наклоняет голову, коротко облизывает губы, видимо разыскивая глазами место, на котором остановился, продолжает беззвучно повторять слова… а Джаред… Джаред внезапно понимает, что сейчас кончит. Тупо спустит в штаны, на глазах у всей этой толпы. И даже прикасаться к себе не понадобится. Достаточно ещё пару секунд посмотреть. Парень напротив снова облизывает губы. На мгновенье прикусывает нижнюю. И… до Джареда, наконец, доходит, что ему надо уйти. Если и не совсем, то хотя бы куда-нибудь. Хотя бы на несколько минут. Хотя бы в туалет. Должен же здесь быть туалет, в конце концов? Не сразу, но туалет находится. И хотя там тоже достаточно людей и даже мечтать не приходится об одиночестве, Джаред всерьёз раздумывает о том, чтобы запереться в кабинке и подрочить. Разглядывает в зеркале своё отражение и почти ужасается невменяемому выражению лица. Он выглядит как… как наркоман под дозой. Сумасшедший взгляд, прилипшая ко лбу чёлка, рваное дыхание… самый слепой идиот в мире сумел бы разглядеть, что уж кто-кто, но Джаред Падалеки сейчас явно не Сэм Винчестер. Но впрочем… Пофиг… Джаред распрощался с ролью, как только увидел этого парня. Зацепил взглядом вихор на затылке и… залип как придурок. Первый раз в жизни, в полной мере ощутив на себе, что такое животный магнетизм. Природное обаяние. Харизма. Или чёрт его знает что это! За полчаса Джаред так и не сумел подобрать определения. Зато с первых секунд понял, что ни у кого здесь нет ни единого шанса. Если этот парень хочет роль Сэма… он её получит. А он однозначно её хочет, судя по тому, как старательно повторяет текст. Ещё утром Джаред тоже хотел роль. А сейчас… Он прикрывает глаза и прислоняется лбом к прохладной поверхности зеркала. Лучше не становится. Перед глазами проплывают картинки того, как он улыбается в ответ, отклеивается от стены, протягивает руку: «Привет, я Джаред!». Делает хоть что-то, хоть отдалённо схожее с нормальным человеческим поведением, а не таращится стеклянными глазами и щёлкает отвисшей челюстью. Если бы он... то, может быть, они бы даже познакомились... Подутихшее было возбуждение, запитанное воображением, накатывает с новой силой и Джаред в отчаянии прикладывается лбом о зеркало. Да что, чёрт возьми, за херня с ним приключилась?! Он что, блин, симпатичных парней никогда не видел?! Видел. Конечно, видел. Иногда, даже, в своей постели. Но таких, как этот... да их просто в природе не существует! Не бывает такого, чтобы сразу всё! И глаза, и губы, и веснушки... Воображение рисует улыбку, внимательный взгляд, плечи, ладонь, сжимающую листок с текстом… Джареду становится жарко, а члену в штанах — невыносимо тесно… — Ты ненормальный! — сообщает Падалеки своему отражению в зеркале и тут же ловит на себе парочку любопытных взглядов, вспоминая, что не один, не у себя дома и даже не на вечеринке. На работе. Хорошо было бы забить на этот кастинг. Совсем. Он уже достаточно опозорился. И совершенно, абсолютно не в состоянии изображать из себя кого бы то ни было. Ни ради чего. Но если он уйдёт, будет очень сложно объяснить агенту, почему он свалил с кастинга, даже не дождавшись своей очереди. Он ушёл домой, так и не добравшись до продюссеров, не прошёл прослушивание потому, что… встретил влажную мечту всех людей на этой планете? Потому что у него так крепко встал на незнакомого парня, что все мозги в яйца утекли? Потому что всё, о чём он думал, это как затащить его в какое угодно уединённое место и отсосать? После таких объяснений Джаред останется не только без роли — без неё он уже остался, — но и без агента. Потому что кто, реально, захочет работать с сумасшедшим маньяком, представляя его интересы? Эти размышления заставляют Джареда, наконец, улыбнуться. Приводят в чувство. Он уговаривает себя отклеиться от зеркала и умыться. Становится лучше. Джаред приходит в себя настолько, что понимает, что проебал где-то свой листок с текстом. И теперь вообще непонятно, что делать дальше: идти к администратору на входе, чтобы выпросить новый, или одолжить у кого-то из парней. У… Стоп! Он решительно останавливает собственные мысли. Ещё раз умывается холодной водой. Проводит по волосам влажными ладонями и отправляется к администратору. Не он первый, не он последний. Все здесь нервничают. Все волнуются. Подумаешь, текст потерял… *** — Значит так, Падалеки! Я истратил всё отпущенное мне Господом красноречие и всё обаяние! Мне пришлось два раза рубашку переодеть — так я вспотел от усердия! Я как вагон с кирпичами разгрузил! Но… — Кэтч делает огромную, театральную паузу, прежде чем закончить: — … завтра ты пойдёшь на второе прослушивание! Ты слышишь? Джар?! — Эм… — Джаред очень старается сообразить о чём они сейчас говорят. Какое прослушивание? Почему второе? Как ему надо отреагировать? И, главное, на что? — Круто! — Максимально восторженно изрекает он в телефонную трубку так и не вкурив насчёт истраченного красноречия. — Не слышу энтузиазма! — Тут же реагирует Кэтч. — Ты что не хочешь эту роль? За твоей дверью очередь из продюсеров? Понятно, что это не полный метр и не ёбаный Бэтмен! Но если ты возьмёшь свою задницу в руки, и не будешь изображать из себя дебила, как в прошлый раз, Крипке даст тебе работу! — Крипке? Ты про что? Про то шоу? — Джаред честно пытается вспомнить название, но в голову лезут только воспоминания о непослушном вихре на макушке и прохладном зеркале. И нет… этого не может быть! Эта роль, она же… ну не слепые же они там все! Во главе с Крипке! Захуем им сдался Джаред если у них был… — «Про то шоу!» — Передразнивает его телефонная трубка голосом Кэтча. — Я начинаю сомневаться в том, что они были так уж неправы, когда решили, что им нужен кто-то более умный на эту роль! Падалеки, ты на самом деле дебил, и просто тщательно скрывал это от меня? Тогда повторяю! Для дебилов! У тебя завтра прослушивание. Кастинг. На роль Сэма Винчестера. И ты уж постарайся сделать так, чтобы тебя утвердили. Не знаю, что там… выучи наизусть Канта и засыпь их цитатами прямо с порога! У тебя есть целая ночь, чтобы подготовиться! Придумай что-нибудь! Но стань этим… как его?.. Сэмом к завтрашнему утру! Таким, чтоб у Крипке слюни потекли! В коне концов, я сделал свою работу! Сделай свою! — Да! Да, Кэтч! Я понял! Просто… растерялся. Они же прислали отказ. Я уже… — Джаред выдыхает воспоминания о куртке, плечах, вихре и улыбке. И заканчивает уже нормально: — Спасибо! Я им понравлюсь, Кэтч! И… нет, я не дебил! Я очень обаятельный, чертовски привлекательный НЕ дебил! Слюни будут не только у Крипке! Не волнуйся! Только это… пришли мне адрес и текст! — Уже. — Сообщает Кэтч и телефон пикает в ухо, принимая сообщение. — Вот теперь я тебя узнаю! Давай, Джаред, сделай так, чтобы я не зря потел! *** На этот раз в коридоре почти никого. И ждать не приходится. Джареда вызывают почти сразу. Он даже поволноваться толком не успевает. И по-настоящему, изо всех сил старается. Всё, чему учили на курсах, всё, чем наградила его природа и родители, весь свой опыт… Джаред включается так, что к концу отрывка вполне понимает Кэтча: ему бы тоже не помешало сейчас сменить футболку. И если его не утвердят, то… ну уж он-то точно сделал всё, что в его силах. — Спасибо, мистер Падалеки. — Говорит Крипке, как только он заканчивает читать. И как Джаред не старается, расслышать восторга в голосе продюсера у него не выходит. Придётся ему расстроить Кэтча… Или даже, возможно, Джаред всё-таки дебил. Иначе… — Подождите минутку. Сейчас… — Эрик останавливает его уже в дверях и тут же обращается к ассистентке: — Барб, а этот парень… ну, как его? — Он заглядывает в бумаги лежащие перед ним на столе и уточняет: — Эклз. Он ещё не ушёл? — Я не знаю, мистер Крипке. Полчаса прошло, возможно… — Ну, так узнай, Барб! Узнай! И если он здесь, пригласи его! Ассистентка выбегает из комнаты, задевая так и застывшего в дверях Джареда, а Эрик снова обращает на него внимание. — Значит, мистер Падалеки, вы хотите играть Сэма Винчестера? Так? — Да, мистер Крипке! Именно так! — Вам нравится этот парень? Этот Сэм. Что вы о нём думаете? — Я… не знаю. — Растеряно отвечает Джаред и тут же, вспомнив про дебила, добавляет: — Но судя по всему, семейка у него ещё та! И да… наверное, он мне нравится! И мне немного жаль его! И… — О! Мистер Эклз! Очень рад, что вы вернулись! — Перебивает его Эрик, обращаясь к кому-то у Джареда за спиной. — Барб, организуй парням текст. Отрывок со сценой на мосту. Мистер Падалеки, вы — Сэм, а вы, мистер Эклз — Дин. Перерыв десять минут. Надеюсь, этого времени, вам, ребята, хватит на подготовку. Джаред утвердительно кивает, улыбается, оборачивается к вездесущей Барб, чтобы взять у неё свой текст и… — Привет, я Дженсен! Фамилию ты уже слышал. — Он улыбается, протягивая руку и пока Джаред на автомате её пожимает, пытаясь отклеить язык от нёба, добавляет: — А я тебя помню! В прошлый раз ты очень сильно нервничал! Но я ещё тогда подумал, что здесь никому ничего не светит! Удивился, что меня пригласили сегодня… — В прошлый раз здесь был миллион парней! Навряд ли ты запомнил именно меня! — На тебе была зелёная футболка с «бешеной белкой», чёрная джинсовка и… да, чёлка была чуть длиней. Так? — Это… — Джареду очень хочется сказать, что это был не он. Если Дженсен запомнил его в таких деталях, то и как слюни по подбородку текли тоже, наверняка, не забыл. Джаред вёл себя как мудак. Пялился на него. Раздевал глазами. И сейчас ему так невероятно стыдно, что он физически чувствует, как загораются уши. — Ну да. Я вчера подстригся немного. И, похоже, ты меня правда помнишь… — Чувак! — Дженсен снова… снова улыбается своей невероятной, с ног сбивающей улыбкой и Джаред снова залипает. — Я хотел с тобой познакомиться! В прошлый раз. Но понял, что тебе не до этого, а потом… потом ты сбежал. А я расстроился. Так что… — Эклз разводит руками. — Извини, но я тебя запомнил… Джаред слегка хмурится, пытаясь въехать в ускользающий смысл только что услышанных слов. Но, несмотря на все усилия, речь Дженсена остаётся для него совершенно непонятным набором звуков. Ведь не мог же он в самом деле… сказать, что… — Я тебя обидел? Прости, блин! Ты меня не помнишь, это нормально! Я не в том смысле! Я тебя не клею, чувак! Так-то мне нужна эта работа! Ты не подумай… — Всё нормально. — Быстро отвечает Джаред, успокаивая почему-то разволновавшегося Дженсена. — Я ничего такого не думаю. — Добавляет он и скрещивает за спиной пальцы. Потому что последние две недели он только и делает, что думает о чём-то таком. О таком, какого Дженсен, наверняка и в виду не имел. — Тогда скажи хоть… как тебя зовут, мистер Па-да-ле-ки! Зубодробильная у тебя фамилия… — Дженсен улыбается слегка смущённо. И, кажется, даже немного краснеет. — Или мне тебя Сэм называть? — Джаред! Можно Джей! Сэм тоже можно! Можно… — Парни, вы готовы? — Голос Крипке возвращает Джареда в реальность. Заставляет заткнуться и опомниться. Перестать таращиться на веснушки на носу у Эклза и вспомнить о тексте. — Вот чёрт! — Оба они синхронно чертыхаются сквозь зубы. Переглядываются и смеются. — Да, мистер Крипке! — За двоих отвечает Эклз и шепчет Джареду: — Я читал раньше, но только Сэма! Вообще не помню, что там этот Дин! Я не планировал быть старшим братом! По пути к стульям, на ходу, Джаред с бешеной скоростью пробегает глазами текст. Он тоже читал до этого. И тоже Сэма. Но в голове у него пусто, как на кладбище. — Слушай, Дженс, если нас сейчас выпрут отсюда с позором… агент сожрёт меня с потрохами. Я уже не понравился им, — Джаред чуть заметно кивает головой в сторону сидящих за столом продюсеров, во главе с Эриком, — в прошлый раз. Кэтч танцы плясал с бубнами чтобы меня второй раз прослушали, а я снова нихуя не знаю текст. Так что, похоже, у тебя всё ещё есть шанс остаться Сэмом… — Эй! — Дженсен неожиданно берёт его за руку и чуть сжимает ладонь в своей. — Всё будет нормально! Просто… смотри на меня и думай, что ты хочешь в колледж, в Колорадо, домой, к своей девушке… куда угодно, чувак, но подальше от чеканутого старшего брата! Подальше от меня… так, Сэмми? Дженсен улыбается ободряюще, а Джаред понимает, что совершенно не так. И когда включаются камеры, Эклз подаёт реплику и Джаред начинает читать с листа свой текст… думает только том, чтобы никто не догадался, насколько он НЕ хочет ни в Колорадо, ни в Стэнфорд, ни домой, ни куда-то ещё, если это место будет далеко от… Дженсена. От его глаз, веснушек, улыбки, от надписи «Metalliсa» на его футболке и… чего уж там?.. от идеальной, обтянутой джинсами, задницы… *** — Знаешь, Эрик… а ведь правда что-то есть! Они, конечно, весть текст похерили и надо посмотреть картинку, но, кажется… кажется, это бинго! Как ты понял, что это сработает? Они что знакомы? Ты их знаешь? — Да отвали ты, Роб! Ты только что нудел, что Эклз идеальный Сэм! И что Падалеки похож на дебила! — Я беру свои слова обратно! Это всё потому что я устал и у меня от этих мальчиков в глазах рябило! — Нет, Сингер, это потому, что у тебя глаза в заднице! — Ладно! Ладно тебе! Я не спорю! В заднице, так в заднице! Но серьёзно, Эрик, как ты понял? — Да ничё я не понял, Роб! Пришла идея — я её озвучил! И… рано радоваться, мы ещё картинку не видели. Хер знает, что там через камеры… то, что ни оба красавчики… — Эй, Эрик! Иди сюда! Крипке вздыхает, но встаёт со стула и подходит к ноутбуку, на котором Сингер без звука просматривает кадры с последних прослушиваний. Бесконечные разномастные Сэмы и самому Эрику уже набили оскомину. И честно говоря, он уже сам плохо понимает, что именно ищет и что его всё время не устраивает. Неудивительно, что устали все. Неудивительно… — Я чёртов гений Роб! Я чёртов гений! — Он ещё какое-то время наблюдает за тем, как парни на экране обмениваются беззвучными репликами. Как кривятся губы у Сэма, когда он упрямо вздёргивает подбородок, чтобы казаться ещё чуть выше, чуть взрослее, чуть независимее… и как сверкает глазами Дин, расправляя плечи, сжимая кулаки, сминая листы с бесполезным текстом… — Пойди Роб… Пойди скажи Барбаре, чтобы закрывала эту лавочку. Я не знаю, что это… но это то, что мне нужно! И если это не Винчестеры, то… Он замолкает так и не договорив. Уже в абсолютной тишине и одиночестве досматривает съёмку. Дожидается мгновения, когда парни встают со стульев и выходят из кадра на секунду сталкиваясь плечами, и… прикрывает глаза, мысленно отматывая видео назад… пытаясь понять какой силой вот только что высекало эти искры и… Да к чёрту! Если ты выиграл в лотерею миллион баксов, не стоит доканывать мироздание вопросами «почему»! Забирай свой миллион! И… давай, Эрик! Делай своё шоу!