татуировка

— Какую на этот раз? — машинку бинтом обматывает, перчатки перед этим надела.  — Ебашь, на свое усмотрение. Хочу добить последнее место на руке. — на кушетку ложится, тянет шею и руку на подставку специальную кладет. Татуировка. — Кир бля, ты на себе хоть одно чистое место оставишь? Я же ща хуйню набью.  — Вилка, зная тебя, ты даже хуйню ахуенно сделаешь. — и обе смеются, заполняя комнату салона смехом.  — Набью тебе «Любите Вилку» и снизу прибор заебашу. Ходить всю жизнь с этим будешь. Ходить и любить меня.  Кира в лице меняется, заставляя Вилку переосмыслить все то, что она только что сказала. Малышенко глаза закрывает, мысленно ругая себя за слабость.  После чего они продолжили работу в полной тишине. Никто из них не проронил и слова. Двое в голове слова Ви крутили. Кира не могла понять, почему она сказала это, и как это воспринимать. А Вилка не знала, нахуя вообще рот открыла. Держала это в себе, так и дальше бы молчала. Меньше бы корила себя за это сейчас.  — Малышенко! Ты слышишь меня вообще? — Медведева перед глазами ее щелкает, обращая на себя внимание мастера. — Бабочку китайскую набей мне. 11 сантиметров как раз.  — А... да, да хорошо. Сейчас. — и телефон хватая, из комнаты выходит. Склад у них маленький был, и Вилка туда забегает, падая на стул и лицо в руках прячет.  Через пару минут на пол падают первые соленые капельки. Она плачет из-за своей же оплошности. Плачет, потому что снова облажалась.  — Дура.. — довольно громко. Всхлип истерический по комнате расходится, а слезы все сильнее текут.  Она знает, что у нее есть парень. Знает, что она не любит девушек. Видела все фото и сторис в инсте с каким-то красивым брюнетом с зелеными глазами. Малышенко изучила его вдоль и поперек, потому что не могла понять. Почему сука он, а не она?  Почему она не нравится Кире? Почему ей не нравятся девушки? И почему она так красиво смотрится с этим парнем..? — Вил, все хорошо? — на склад блондинка заходит, замечая зареваную Виолетту и на колени перед стулом падая.  Руки ее от лица убирает, рассматривая красную кожу и потекшую тушь. Вид, конечно, ужасный, кажется, что она плакала на протяжении нескольких дней.  — Что случилось? Кто обидел тебя? — глаза ее обеспокоенно на Вилку смотрят, руки ее кисти поглаживают, а Вилка еще сильнее плачет.  Не хочет чтобы уходила. Хочет, чтобы продолжала так ласково и успокаивающе гладить ее по рукам. Чтобы рядом была всегда. Чтобы.. — Ты слышишь меня? Малышенко, мать твою. — уже грубее. Чтобы ответила наконец-то.  — Обидел. Ты обидела. — кажется, что это все в мыслях крутится, только вот вслух она это говорит, замечая недоуменный взгляд Киры, которая в тот же момент на ноги становится, отходя на пару шагов назад.  — Объяснись.  — Не уходи, я прошу тебя. Мне хорошо с тобой. Блять, ты думаешь я просто так зову тебя на татухи? Я не знаю, что мне с собой сделать, не знаю как засунуть свои мысли и чувства далеко и надолго, чтобы я хоть одну ночь провела спокойно. Чтобы не листала ленту твоей странички и не рассматривала тебя по полчаса на каждой фотографии. А знаешь, почему? Потому что ты пиздец красивая. Глаза твои такие ахуенные.. Я так кайфую, когда прикасаюсь к тебе. Когда блять ты ненароком хватаешь меня за руки, или во время сеанса ближе к себе прижимаешь. Я реву каждую ночь, как ебаная сука, потому что у тебя есть парень. Потому что ты любишь его, это видно. Я смотрю на твои сверкающие глаза на фотках и сама улыбаться начинаю. А потом опять от слез опухаю, ведь вспоминаю что ты не со мной. А с каким-то ебаным парнем, которого любишь больше жизни. Я не могу уже держать все в себе. Кира, я просто не могу.. — все это она говорит на одном дыхании, захлебываясь в слезах и, когда заканчивает, на пол падает, ударяясь бедром о какую-то палку.  А Кира в себя прийти не может, ведь поверить в то, что сейчас сказала девушка очень сложно. Да и верить в это совсем не хочется.  — Что ты, блять, только что сказала? Какой парень нахуй, какая, сука любовь? Прости, но, я найду другого мастера. — и кинув последний взгляд, Медведева буквально выбегает из салона.  Она не хочет в это верить. И какой блять парень, если на акаунте у нее фотки только с братом. Даже не родным ей.  Домой доезжает за считаные минуты, тут же в ванну уходя и на кафельный пол садясь. Вода холодная тут же одежду пропитывает, которая уже прилипла к телу. Поверить до сих пор не может. Как так? Она нашла идеального мастера, по рекомендациям. Сука, влюбилась в третий сеанс, но неправильным это казалось. Еще тогда...давно еще казалось.  Что не может девушка девушку любить, не заложено так в жизни. Хотя никто не запрещал.. А она любила.  — Пиздец, блять.. — тихо. Но эхом по ванной большой раздается, доходя до самой Вилки.  *** — Вил, ты чего тут? Твоя эта выбежала так, что, я думала, двери..выбьет.. — Мишель в каморку заходит, замечая коллегу в ужасном состоянии. Про вид можно только молчать, ведь словами этого не описать.  — Все, да...хорошо. Правда, хорошо, я просто... просто,— снова рыдает, зарываясь руками в коротенькие волосы и оттягивая их еще сильнее.  — Зайка.. — с ней рядом садится, прижимая хрупкое тельце к себе и голову на грудь свою укладывая.  Малышенко в истерике. Киру все вспоминает, сильнее прижимаясь к другой блондинке. Та по голове ее поглаживает, успокоить пытаясь. Не получается ни черта.  — Успокаивайся. Не стоит она твоих слез. Совсем не стоит..— догадаться было не сложно. Вилка уже месяца четыре всему персоналу про клиентку постоянную рассказывает, все никак не успокаивась. Вот и доигралась сама.  — Ну что мне сделать, Миш..? Я же сама облажалась. Да еще и так хуево! — слезы вытереть пытается, только хуже делая. Тушь еще больше размазалась по лицу опухшему. Сейчас в таком виде идти никуда нельзя. Да и из этой комнаты она не выйдет до следующего сеанса. Слова о том, что Кира не придет больше отпечатались у нее в голове. И ой как надолго.  *** — Кира ну твою мать! Да сколько можно уже!? Почему ты не сказала? Почему ты, сука, опять не сказала ей!? — Рони руками машет во все стороны, даже взгляда на Медведеву не бросая.  — Отвянь, Рони, я не виновата в этом. Она мне кажется всю себя вылила, а я опять ушла. Так еще и сказала, что парень у меня есть! Блять, про Влада сказала, что это мой парень! Что она все мои фотки по раз так 200 пересмотрела. Что глаза у меня красивые. Думает, что я не лесбуха, хотя это совсем не так! После того случая на хате у Кати.. все совсем не так. — и голову опять руками закрывает, будто бы обнимает.  ( события происходят 7 лет назад.) В воспоминания переносится. В тот злосчастный вечер 2016 года. Март только начался, а все уже тусуются на улице. Только одноклассница Медведевой на хате всех опять собирает. Кире только 15 стукнуло, а ее везде звали. Ведь классной она тогда была. Все так говорили, поэтому и звали куда попало. А она ходила. Ходила, ведь дома быть не хотела. С батей пьющим уже точно.   Только это последняя тусовка на которую она пошла. В школу другую перевелась, а после и вообще в другой город уехала. Не возвращалась больше в Москву. Не хотела. Плакать начинала навзрыд, да и сейчас начнет.  Парень ей нравился тогда. До потери сознания нравился. Не могла сказать ему, ведь ниже ее по статусу. Принципы никуда не деть, как не пыталась. Не поняли бы ее.  А он кажется понял. По взглядам ее понял, по словам брошенным невзначай. Как с подругами о нем разговаривала. Слышал все.  Напилась она тогда ужасно. Вперемешку с сигаретами ее развезло в совсем другую от нужной сторону. В комнате уместилась, предварительно на защелку ее закрыла.  Только проснулась от ноющей и рваной боли внизу. Где-то в ногах и области живота. А когда встать попыталась, ее обратно уложили. Массивная рука мужская на горло Кире легла, придушив уж слишком сильно.  Тогда все и поняла. Облажалась по полной, забыв что защелки. Открыть ну очень легко. Не соображала ничего абсолютно.  А когда увидела, кто это был, зарыдала сильнее. Кричать пыталась, только из-за зажатого рукой Саши горла, не могла.  — Пожалуйста..больно..— тихо. Хрипло. Через стоны ужасной и разрывающей изнутри боли. Она любила насильника. Того, кто просто воспользовался бухим телом. И он знал, что она любит. Знал, что постоянно думает, рассказывает, кричит буквально об этом.  Сил кричать и пытаться вырваться уже не было. Простынь под ней кровью пропиталась. Не так она думала об этом. Да и что говорить, ведь даже не думала. Мыслей не было, что именно так все будет. Больно. Грязно. Неприятно. Да еще и с тем, кто нравился уже год как.  Закончил он спустя полчаса. А у Киры в глазах темнеть от боли начинало. Кончил на живот ей, последнее что почувствовала перед тем, как он вышел из комнаты.  Простынь в крови, внизу все тоже. Отвращение к самой себе окутывало вновь и вновь. С тех пор она не могла не развидеть в парнях его. Страшно было. Каждый раз, когда на парня какого-то засматривалась, Сашу вспоминала. Вспоминала и сразу же убегала куда то, чтобы слез ее никто не увидел.  А когда 18 ей стукнуло поняла, что не любит парней. Не может любить больше. Девушка ей одна понравилась, только вот уехала после. Только тогда и поняла что не такая она.. * — Медведева, ты вообще слушаешь меня? Опять что ли вспомнила..? — Рони рядом с ней на кровать садится. Голову дрожащую к своей груди прижимая и по голове гладя. Знала она все это. Доверилась ей Кира и никак не пожалела. Рони - лучшее что было в ее жизни.  — Я не могу.. не смогу. — всхлипывая. Громко так, что эхом по дому разнеслось. Успокоится она еще не скоро. Всю ночь глядя на белоснежные простыни своей постели будет вспоминать. Красные пятна, синяки на шее и слезы. Море слез.  *** Мучались обе. И изматывали себя уже две недели. Решила все Кира. А вернее подруга ее записала к Виолетте.  —  Ты ебанутая!?  — Это для вас же! Вы обе ебете себе мозги, а сами и слова друг другу сказать не можете. И меня не волнует что вы не виделись. — Рони на груди руки складывает. Победно смотря на Киру и улыбаясь.  — А сказать это раньше нельзя было? Почему именно тогда, когда мы к салону подьехали? Сука-а-а! — по рулю бьет, после чего из машины выходит, замечая, что Рони внутри осталась.  — Я тут тебя подожду, не хочу мешать. — и улыбается через окно. Медведева ей палец средний показывает, заходит в салон и уже в нужный кабинет проходит.  Видит, как девушка спиной к двери стоит, подготавливая все нужные материалы и место для сеанса. В груди кольнуло неприятно. Вспомнила вид ее в той каморке, пол с тусклым светом.  — Рони, да? Проходи, я уже почти все.  — Не Рони. — грубо вышло. Не хотела сказать именно так.  А Малышенко опешила кажется. Баночку с мыльным раствором на пол роняет, а та в свою очередь открывается, разливая всю жидкость по полу.  — Ты... ты что тут? А как же..— недоумение на лице читается, а Кира ближе подходит. Рони ей голову пробила всем этим еще вчера. И позавчера. И неделю всю.  К себе тянет, впиваясь в губы напротив и язык внутрь пропихивая буквально. Не волнует, что Вилка на три года ее младше. Главное, что ответила только что. А Кира отстраняется сразу же, за плечи Малышенко хватая и к себе притягивая.  — Нет у меня парня. И никогда не было. Любила. И очень сильно. Позже расскажу, может. Девушек люблю. И долго наверное, а на фотках брат мой. Двоюродный блять, поэтому даже не говори ничего о нем. Думаешь, я просто так к тебе уже который раз ходила? Сказала бы ты мне раньше.. мучала сама себя.  — Ты не лучше..— по щекам слезы потекли. Они ждала этого очень долго. Для нее долго. Каждый день длился вечность, но ничего не поменять было. Страдали обе.  — Знаю. Поэтому и пришла. Пора расставить все точки на свои места. Все, что ты мне сказала тогда.. блять это взаимно, но я не скажу что люблю тебя. Я просто не могу..— глаза вниз опускает, замечая как дрожат колени младшей.  На руки ее подхватывает, укладывая на застеленную кушетку и сверху наваливаясь. Футболка на пол летит, а джинсы по колен опускаются.  — Трахалась с кем-то?  — Я..нет. Никогда еще. Виолетта мнется, видит как Кира на колени становится, стягивая с девушки нижнее белье и оставляя хороший такой засос внутри бедра.  — Я не знаю, как правильно.. вести себя. Ну, ты понимаешь. — ноги разводит, смотря на Медведеву с покрасневшими щеками. Да что уж говорить, она вся красная была.  — Как хочешь. Кричи, стони, выкрикивай все что хочешь. Будь собой. Если что не так станет, неприятно, больно, мерзко. Скажи сразу же. — руки на ляжки ложатся, раздвигая ноги младшей на максимум. Язык шершавый по складкам проходится, задевая чувственную горошину и слыша первое подобие стона.  Палец большой клитор поглаживает, в то время как язык лизать продолжает. Смазку всю собирает, сглатывая и слюну выпуская, дабы сухо не было.  — Ну быстрее, Кира..  А та лишь улыбается. Представить себе не могла, что та еще девственница, хотя представляла совсем другое..  Язык вход во влагалище вылизывает, проталкиваясь внутрь языком и наконец чувствуя как ее за волосы схватили. В любой другой раз Кира бы скинула руку, но в этот понимала все. Слышала, как шатенка выкрикивает ее имя, вперемешку с полу криками, ведь они все же не одни. Да и кабинет не закрыт. Хотя обе сейчас даже не думают об этом.  Палец начинает поглаживать клитор быстрее. Волосы сжимают все сильнее, а крики становятся громче.  — Кира, я сейчас.. — выгибается, да так что спина хрустит. На кошку сейчас похожа. На котенка маленького.  — Рано. — быстро. С колен встает, наклоняясь к лицу девушки и губы ее целуя. Мягко, нежно так. Вилка плакать хочет и слеза одна все же катится по щеке. Кира не замечает, переходя поцелуями на шею пока два пальца вновь поглаживают мягки и горячие складки внизу.  — У меня через полчаса еще клиенты. Тебя ведь на маленькую записали..  — Слишком много болтовни.  Движения пальцами быстрее становятся. Ртом крики младшей ловит, заставляя давиться стонами и возбуждением. Кончить не дала еще раза два, пока в конце концов сама не сдалась, в последний раз пальцами двигая и чувствуя как сжимается все тело.  — Умница. Прекрасная просто. Сама красивая. — на ухо ей шепчет, помогая трусы с джинсами надеть и в себя прийти.  — Ты такая красивая, Кир.. — выпаливает резко, на ноги дрожащие спрыгивая и тут же падая. Киру за собой тянет. Не специально, просто первое за что можно  было ухватиться. Мыльный раствор все же нужно убрать.  ** — Так что бьем? — во все 32 улыбается Малышенко, осматривая пару девушек, что на кушетке сидят. Одна переживает, а вторая лишь улыбается так же глупо.  — Котят. Ей черно-красного, а мне черно-синего. — и за руку русую хватает, в то время как та заметно расслабляется.  — Да вы и сами как котята! Беленький и черненький. Ща все будет, пару минут и начнем. — Вилка уходит куда то, оставляя пару наедине.  — Лиз.. ты точно уверенна?  — Крис. Пора когда то начинать. Когда, если не на твой день рождения? — черноволосая улыбается, притягивая к себе блондинку и в губы целуя. Уже пять лет вместе. И если Лиза уже усыпана татуировками, то тело Крис так и не повидало одной.  А пока пара друг другом наслаждается, в каморке еще одна целуется. Кира там Вилку подождать решила, вот и подловила. У всех наконец то все стало на свои места.  ** — Кир, доброй ночи. Люблю тебя. — к блондинке ближе жмется, а та в свою очередь одеялом обоих укрывает. Год уже прошел, и они к Кире жить перебрались.  — Я тоже.  — Мм..?  — Люблю тебя, Вил. Засыпай.  Она сказала. Спустя год их отношений она наконец сказала это. У Малышенко слезы текут, а Кира спит уже давно. Первая все никак понять этого не может. Как она пережила все. что было с ней тогда? Она узнала. Не от самой девушки, а от подруги ее. И гордилась ей. Очень сильно гордилась.  Сейчас они на котят были похожи. Белый и коричневый. Которые безумно привязались друг к другу. А все из за обычной татуировки.