.
21 июля 2025 г., 01:33
тэхен открывает дверь машины и первым забирается внутрь, пока чонгук еще стоит над поверженным. его рука чуть дрожит на дверной ручке — не от страха, скорее от адреналина, который только сейчас начал отступать.
— поехали, — тихо, почти шепотом, говорит он, когда чонгук садится за руль.
парень молча кивает, бросив последний взгляд на улицу. двигатель заводится резким рывком.
в машине — тишина. только воздух, свистящий из приоткрытого окна, да тихий гул вентиляции. тэхен украдкой смотрит на чонгука.
— прости, что позвонил. я... не знал, кому еще.
чонгук бросает на него короткий взгляд, возвращая глаза к дороге:
— ты все правильно сделал.
— я не хотел, чтобы ты... — тэхен замолкает, глядя на след от крови на костяшках чонгука.
— неважно, — перебивает тот. — он заслужил. ты не должен был вообще это видеть.
они сворачивают на боковую улицу. чонгук останавливается у круглосуточного магазина.
— подожди минуту, — говорит он и исчезает в темном проеме.
вернувшись через несколько минут, он кидает в техенов руки теплую бутылку воды и пачку печенья.
— поел хоть?
тэхен качает головой.
— тогда ешь. я в тебя вложился.
чонгук снова запускает двигатель. в его голосе — то ли раздражение, то ли усталость, но в глазах — всё та же сосредоточенная забота.
через полчаса они уже у дома тэхена.
— хочешь зайти? — неуверенно спрашивает тот, открывая дверцу машины.
— нет. но я подожду, пока ты поднимешься, — отвечает чонгук, и в его голосе что-то чуть мягче, чем раньше.
тэхен поднимается на свой этаж и, уже стоя на балконе, смотрит вниз. машина всё ещё там. чонгук сидит, опершись лбом о руль.
тэхен не спит всю ночь.
чонгук не отвечает на сообщения.
утром в дверях появляется коробка с обезболивающим, пластырем и запиской:
«Не бойся просить помощи. Но если снова пойдешь гулять один — отберу ноги. Доброе утро».
и в конце — каракулями приписанное:
«P.S. джисону свечка поставлена. как просил».
