За маской хладнокровия

Судья Фонтейна известен всем своей холодностью, серьезностью, без какого-либо проявления чувств и эмоций, иными словами - ледышка. Строгий и сдержанный мужчина, который держит весь регион в своих надёжных руках, чего не скажешь о том же гидро архонте, которая постоянно бьет баклуши.  Месье Нёвиллета многие боялись, но очень любили. Он был тем, благодаря кому Фонтейн всё ещё не ушел под воду и до сих пор процветает, и если бы не он, кто знает, что сейчас было бы? - именно это постоянно слышит начальник тюрьмы, герцог крепости Меропид, чьё имя было Ризли.  Постоянно слышит о том, какой же их судья сдержанный, какой у него холодный взгляд и внешний вид, который заставляет терять дар речи. Какой же их судья красивый и гордый, настоящий аристократ и пример для подражания, мудрый и справедливый, но точно ли он является таким серьёзным, холодным и сдержанным?  Начальник тюрьмы сидел у себя в кабинете за рабочим столом и заполнял документы, держа в одной руке перо, а в другой чашку чая и параллельно думая о верховном судье. — Надо бы встретиться с ним. - сделав глоток ароматного зелёного чая, он переключил свой взгляд с документов на окно, за которым все также, уже третий день подряд, шёл сильный дождь.    — Льёт как из ведра. - произнёс мужчина себе под нос, сделав еще один глоток чая, возвращаясь к документам.     — РИЗЛИ! - дверь резко распахнулась и со всей силы ударилась об стену. - Ой! - подпрыгнув от резкого шума, произнесла маленькая голубоволосая девочка.     — Сигвайн, я же просил тебя быть аккуратнее. Неужели так сложно? - потирая указательным и средним пальцами висок, начальник тюрьмы прикрыл глаза, ожидая дальнейших действий от маленькой сахарной ваты на ножках.     — Извини, пожалуйста! - пододвинув ещё один стульчик к стулу Ризли, она села за его рабочий стол и протянула стаканчик с подозрительным напитком. — Я же тебе принесла вот это! Выпей, и сразу зарядишься силой и энергией! - мужчина сощурился в подозрении. Она опять за своё.    — Сигвайн, я уже выпил чай. В другой раз, хорошо?     — Ну ты как обычно ищешь отговорки! - девочка надула щечки и сделав обиженное лицо, отвернулась к окну. Ее внимание сразу же привлёк дождь. — Гидро дракону совсем грустно, видимо!     — Гидро дракону? - переспросил мужчина, тоже посмотрев на дождь за окном.    — Ага! Надеюсь, что он скоро перестанет грустить и в небе появится солнышко! - немного помолчав, она опять продолжила.   — Ты сегодня опять весь день будешь сидеть в кабинете?     — Да.     — Когда будешь ловить преступников, возьми меня с собой! И в зал суда тоже возьми!     — Если будешь себя хорошо вести, то я подумаю.    Начальник тюрьмы больше не вымолвил ни слова и продолжил заполнять документы.     — Клоринда, сейчас месье Нёвиллет находится у себя?     — Сегодня я его не видела. Ничем не могу помочь. - коротко ответила служительница, возвращаясь к своему патрулированию, больше совершенно не обращая никакого внимания на герцога, стоящего рядом. Ризли тяжело вздохнул. Эта девушка как обычно в своём репертуаре, во время работы ее лучше не отвлекать, а то так и на дуэль напроситься ненароком можно.    Ему нужно было отдать документы, которые он подписывал с раннего утра, верховному судье. Но если Клоринда не видела его сегодня, то, вероятнее всего, Нёвиллет находится правда у себя в кабинете. Но может ли он зайти к нему в кабинет без разрешения и спонтанно? Сейчас его это, конечно, волновало меньше всего, ведь ему нужно было встретиться с судьей не просто из-за документов. Начальнику тюрьмы хотелось вновь увидеть очаровательного элегантного мужчину, это и было основной причиной.   Сейчас герцог стоял уже перед дверью кабинета верховного судьи. Постучав один раз, никто не ответил. Может быть, спит? Постучал второй раз. Опять тишина.   Неужто правда спит? Ну не может же он обратно пойти. Ризли потянул за ручку двери, которая была, на удивление, открытой. Он прошёл внутрь, закрывая за собой дверь. Кабинет был огромным, наверное, вдвое больше чем его кабинет в крепости Меропид, хотя, это следовало ожидать от Нёвиллета. В кабинете был идеальный порядок. Мужчина явно очень любил чистоту, это видно сразу, как только заходишь внутрь. Да и сам Нёвиллет выглядит очень опрятно и ухожено.     — Месье Нёвиллет, вы здесь? - это прозвучало очень глупо, ещё и в пустоту, ведь никто не ответил. Может, все-таки, стоит просто положить документы на стол и уйти? Нет. Раз уже здесь, то нужно сделать то, ради чего пришёл. Начальник тюрьмы решил пройти дальше, и это было абсолютно верным решением, ведь сразу же после этого он увидел сладко спящего в кресле мужчину.   Подойдя ближе, Ризли увидел его лицо. Такое очаровательное личико с очень милыми слегка пухлыми щёчками, герцог часто представлял то, как Нёвиллет надувает их, когда на что-то обижается, это очень мило.   Аккуратно убрав белую прядь волос, падающую на лицо, он заметил следы от слез. Неужели этот серьёзный, холодный и неприступный как высокая стена, мужчина, плакал? Прямо здесь, скрываясь ото всех, от лишних взглядов, совсем один?     — Ризли?.. - приоткрыв сонные глазки, произнёс судья.     — мес.. - на мгновение герцог запнулся. Всё-таки, наедине им стоит общаться друг с другом без формальностей. — Нёвиллет, извини, что зашел вот так.     — Мм.. - сонно промычал тот в ответ, потирая руками глаза. — Что-то случилось?   Прямо сейчас, когда Нёвиллет смотрел на него такими сонными, слегка покрасневшими от слёз глазами, только что проснувшийся мужчина, он выглядел таким беззащитным и невинным, совсем не тот человек, которого все знают, совсем другой, совсем отличающийся от самого себя.    — Нет, ничего не случилось. Просто, я хотел тебя увидеть. - всё же герцог решил сказать всё как есть.    — Это очень мило с твоей стороны, как видишь, я в порядке. - зевая и прикрывая рот рукой, произнёс судья. Ризли понимал, что эти следы от слез нельзя оставлять без внимания, значит далеко не всё в порядке. Даже если судья плакал из-за какой-либо мелочи - герцог попрежнему не мог оставить это без внимания, он не хотел, чтобы этот очаровательный мужчина плакал и грустил.   Начальник тюрьмы встал на колени рядом с судьей и аккуратно обнял за талию. Нёвиллет был немного растерян от таких действий, но сопротивляться не стал.  Хотелось просто взять его и спрятать ото всех посторонних глаз, ото всех тех, кто мог ему хоть как-то навредить или обидеть.  Верховный судья аккуратно, словно чего-то опасаясь, обнял начальника тюрьмы за голову. Ризли сконцентрировал свой взгляд лишь на нём, и так было всегда. Даже среди большой толпы людей, он будет смотреть только на Нёвиллета и ни на кого другого.      — Можно я тебя поцелую? - от этого вопроса судья заметно смутился, но всё же начальник тюрьмы получил одобрительный кивок.  Герцог придвинул лицо к лицу судьи так, что они находились очень близко друг к другу. На мгновение время остановилось, сердце замерло и перехватило дыхание. Ризли смотрел на Нёвиллета так, будто тот - самое важное и дорогое в его жизни. Смотрел таким влюблённым, с толикой нежности, взглядом. От этого взгляда судья невольно смутился, в этот момент начальник тюрьмы, перестав сдерживаться, коснулся чужих губ, таких нежных и манящих. Нёвиллет, поддавшись искушению, приоткрыл рот позволяя чужому языку проникнуть внутрь, а длинные тонкие пальцы зарывались в тёмные густые волосы, сжимая их.   Герцог целовал судью так, словно это был их первый и последний поцелуй, целовал так страстно, но в то же время нежно, переплетая их языки, что кислорода переставало хватать.  Отстранившись от нежных губ судьи, Ризли встал с колен, тут же прижимая того к спинке кресла, нависая над ним и тут же прильнул к белоснежной шее, покрывая поцелуями уже ее, заставляя Нёвиллета томно вздыхать и ненароком вздрагивать от прикосновений мужчины. Начальнику тюрьмы хотелось покрыть поцелуями каждую часть тела судьи, хотелось подарить ему столько любви и ласки, сколько он никогда не получал, хотелось расцеловать его с головы до ног, но на самом деле этот мужчина заслуживает большего, чем просто поцелуи.  Нужно было сменить их, на данный момент, положение, именно поэтому начальник тюрьмы неохотно отстранился от чужой шеи, на которой уже красовалось несколько засосов. Он поднял мужчину, сидящего на кресле, на руки, чего тот категорически не ожидал,  и посадил на недалёко стоящий рабочий стол. Брюки и длинные сапоги судьи в то же мгновенье полетели на пол, рубашку совершенно не хотелось расстёгивать, ведь это занимает какое-то время, отчего Ризли хотел ее просто разорвать, но Нёвиллет категорически запретил это делать, аккуратно расстёгивая пуговицы самостоятельно. И хоть это и занимает какое-то время, со стороны это выглядело чертовски сексуально.   Наконец, расправившись и с рубашкой, которая вскоре полетела на пол вслед за всеми остальными вещами, перед герцогом  раскрылся прекрасный вид: полностью обнаженный судья, с раздвинутыми ногами и раскрасневшимся от смущения лицом.   Ризли провёл своей рукой по внутренней стороне чужого бедра, смотря на судью таким же похотливым и голодным взглядом. Сейчас Нёвиллет выглядел абсолютно невинным и милым, начальник тюрьмы себе и представить не мог, что когда-то сможет увидеть его с такой стороны: полным похоти и грязного желания быть вытраханным.      Пальцы герцога плавно и осторожно проникли внутрь. Судья прикусил нижнюю губу, дабы сдержать стоны. Другая рука начальника тюрьмы принялась ласкать уже набухшие соски, пока указательный и средний пальцы проникали глубже, двигались быстрее, они то расходятся, то сходятся, имитируя движения ножниц. Стоны, которые Нёвиллет так старался сдержать, предательски срывались с его уст, вгоняя его ещё больше в краски.  Ризли вновь прильнул к чужой шее, покрывая ее поцелуями и спускаясь вниз к ключицам, прикусывая нежную кожу.  Ему хотелось бы ещё немного помучить Нёвиллета, но у самого в брюках становилось уже довольно тесно. Одним быстрым движением он снял ремень с брюк и откинул к вещам судьи, наконец высвобождая уже налитый кровью член.      Ризли хотел было войти во всю длину сразу, но побоявшись того, что его партнёру будет больно, не стал этого делать.   Нёвиллет негромко вскрикнул от вошедшей в него головки члена, обвив руками шею герцога и прижимаясь к нему всем телом, тяжело дыша.     — Не бойся, я не сделаю тебе больно, - чмокнув Нёвиллета в щёку, тихо произнёс начальник тюрьмы, аккуратно входя глубже в горячее нутро. Над ухом слышны постанывания судьи, но Ризли хотел бы, чтобы тот стонал громче и извивался под ним, хотел бы видеть его очаровательное лицо.   Начальник тюрьмы начинал двигаться, постепенно набирая темп. Взгляд судьи , как и рассудок, на мгновение помутнел, ноги стали ватными, а тело горячим, словно поднялась температура, он совершенно не думал о том, что кто-то прямо сейчас мог зайти к нему в кабинет, или слышать его настолько громкие стоны, он не мог думать о чем-то другом, кроме мужчины, прямо сейчас трахающего его на его же рабочем столе.   В этот момент они оба потеряли связь с реальным миром и находились в своей собственной альтернативной реальности.   Ризли с жадностью сжимал руки на чужих бёдрах, ускоряясь и толкаясь глубже. Что бы подумали люди, если бы узнали, как их дорогой и уважаемый судья раздвигает ноги перед ним и так пошло и громко стонет? Верно. Они бы ничего не подумали, ведь Ризли никому никогда не позволит увидеть Нёвиллета таким. Никто, кроме самого герцогам, никогда не увидит Нёвиллета таким.    В один момент внимание Ризли привлекло некое свечение в области затылка судьи. Было похоже на то, что две пряди его волос начали светиться ярко-голубым свечением, начальник тюрьмы слегка прикоснулся к светящимся "прядям", отчего судья застонал ещё громче, чем прежде.    В этот момент, когда он прикоснулся к ним, Ризли понял, что это вовсе не пряди волос, а драконьи рога. Выходит, что Нёвиллет и есть тот гидро дракон, и теперь понятно, почему идёт дождь. Этот мужчина ещё более удивительный, чем кажется, и от этого чувства герцога к нему лишь усиливаются.     Когда в твоих руках находится верховный судья Фонтейна, который является ещё и гидро драконом, кажется, что в твоих руках находится весь регион. Смотреть на то, как Нёвиллет старается сдержать стоны, которые предательски срываются с его губ, как он извивается на этом столе и выгибается от неожиданно наставшего оргазма, было замечательно.    Ризли, войдя в горячее нутро полностью, кончает следом за Нёвиллетом. По спине судьи пробегают волны мурашек от необычно приятных ощущений, когда тёплая белая жидкость оказалась внутри него.   Начальник тюрьмы еще раз коснулся чужих нежных и до боли желанных губ, после чего заключает судью в крепкие объятия. Еще он понял, что Нёвиллет был похож чем-то на выдру, которую он недавно видел в Салосском морском плато, просто один в один, только вот сам мужчина был намного милее.    Смущение на лице судьи Ризли увидит ещё не раз, он в этом уверен, ведь теперь-то герцог после своей работы будет по первой же возможности идти к судье.     — Ризли.. - тихо произнёс Нёвиллет, тем самым заставляя того выйти из своих мыслей и все внимание сконцентрировать на нем. — Не уходи, пожалуйста.. останься..- вымолвил судья, сразу же отводя взгляд в сторону.   Это было невероятно мило, отчего начальник тюрьмы взял Нёвиллета за подбородок и повернул к себе, после чего сразу принялся расцеловывать его лицо, вгоняя тем самым судью ещё больше в краски.     — Не уйду, Нёви. Никуда я не уйду. - герцог смотрел на судью с такой нежностью и любовью во взгляде, как ни на кого другого. Судья был вовсе не строгим или хладнокровным, а наоборот очень милым и нежным. Перед Ризли сейчас находилось самое очаровательное создание на планете, и он благодарен небесам за то, что сейчас они вместе, и от этого на душе становится как никогда тепло, и на улице уже давно прошёл дождь, выглянуло солнце, а на небе появилась огромная семицветная дуга.