Признание

У Майки действительно очень сложная жизнь. Он лишился старшего брата в детстве, а совсем недавно погибла и младшая сестра по вине Кисаки, которого к счастью сбил грузовик. У Майки мог быть сводный брат, но тот погиб из-за опять таки Кисаки. Сано уже довольно долгое время просто сидит в своем гараже, не показывается на свет и желает просто сдохнуть, абстрагироваться от семьи и друзей, считая себя слишком опасным, поскольку близкие люди рядом с ним рано или поздно просто умирают, словно какое-то проклятие. Но одно оставалось неизменно… - МАЙКИ! ОТКРЫВАЙ БЛЯТЬ! - по металлической двери гаража раздались сильные удары от кулаков Доракена. - Доракен, ты прекрасно знаешь, что он и с места не сдвинется, - раздается уставший вздох Мицуи. - ДА МНЕ ПЛЕВАТЬ! ПУСТЬ ПОДНИМАЕТ СВОЮ НАГЛУЮ ЗАДНИЦУ! - рявкает в ответ Кен. - Доракен, может пусть он побудет один? – невольно пролепетал Ханагаки. Один только тонкий голосок голубоглазого, заставил Сано подняться и подойти к двери. Сквозь пелену сна и отчаяния он слышал только Ханагаки. Открыв дверь, Майки уставился на друзей пустым взглядом, после чего схватил Такемичи и затащил внутрь. Захлопнув за блондином дверь, Майки сжал парня в объятиях. Несколько секунд они могли насладиться тишиной, пока ахуевшие снаружи друзья не завопили вновь. Майки зашипел, ему не нравились настолько громкие звуки. Такемичи это заметил и закрыл уши Сано. - Я успокою их, если отпустишь, не бойся, я не убегу, обещаю, - шепчет Ханагаки. Хватка Манджиро мгновенно ослабевает, позволяя Такемичи приоткрыть двери. - Парни, идите домой, я здесь сам разберусь, вы его своими криками только больше нервируете, - неловко улыбается Ханагаки. Доракен сглатывает, заглядывая за спину Ханагаки, он сталкивается с мрачным, даже угрожающим взглядом лучшего друга вновь возвращается к Такемичи. - С тобой точно всё будет в порядке, он не выглядит дружелюбно, - обеспокоенно произносит Кен. Майки делает тихие шаги, подходит к голубоглазому со спины, обнимает его за талию. - Закрой двери, Мичи, - шепчет он хриплым голосом. Ханагаки сглатывает, но послушно закрывает двери, оставаясь наедине с маленьким, но до нельзя могущественным монстром. Такемичи осторожно переходит с Майки на диван, укладывается первым, а сверху на него забирается Сано, не отпускает, прижимается к нему так, словно намерен переломать парню все косточки. Такемичи не обращает внимание на сильную хватку. Он гладит друга по светлым, запутанным волосам, пытаясь хоть немного привести их в порядок. Сано сейчас находился в самой настоящей депрессии и отчаянно нуждался в ком-то, кто вытащит его из этого дерьма, видимо Такемичи по умолчанию стал спасательным кругом для этого человека. На протяжении нескольких дней они находились вместе, Ханагаки заставлял его есть, принимать душ и вскоре взгляд Майки всё же прояснился. Он постепенно приходил в себя, но моментами продолжал винить себя в смерти близких. Ханагаки впервые смог увидеть слезы самого сильного человека по его мнению. Тот откровенно рыдал, взобравшись на колени Ханагаки, обнимая того так сильно, что парню не хватало воздуха. Он терпел, позволяя выплакаться, поскольку проявление эмоций были уже значительным прогрессом. - Майки, я всегда буду рядом, скажи, я хоть раз обманывал тебя? Бросал в сложную для тебя минуту? – мягким, нежным голосом, произносит Такемичи. Сано затихает. - Нет, - надрывно произносит он. Ханагаки зарывается рукой в его волосы. - Вот и сейчас поверь мне, я никогда тебя не брошу, чего бы мне это не стоило, я всегда буду рядом, стану твоей поддержкой и опорой, не предам и подставлю плечо, чтобы ты выплакался, я готов ради тебя буквально на всё, - улыбается Такемичи. - Даже расстанешься с Хинатой? – тихо, практически одними губами произносит Майки. Ханагаки задумался. Вопрос его сильно удивил, поэтому, прикинув в голове и расставив все приоритеты, как бы он не хотел сказать нет, но вырисовывалось только «да». - Да… - тихо произносит он, чувствуя, что предает собственные цели и убеждения. - Тогда расстанься с ней! Прямо при мне! Я хочу видеть это своими глазами, Такемучи! – отчаянно произносит Сано. Ханагаки удивленно моргает. - Чем тебе мешают наши с ней отношения? Я думал, ты нас поддерживаешь, почему ты хочешь, чтобы мы расстались, Макйи? – выгибает бровь Такемичи. - Да потому что она не достойна тебя! – рявкает парень. Такемичи уже хотел возразить. - Я в сто раз красивее! Сильнее! Я куда лучше могу позаботится о тебе, Такемучи! – выкрикивает он, опуская голову на чужое плечо, - Прошу, ради меня, Такемучи… Мичи, умоляю… - шепчет надрывно Сано. Ханагки не успевает ничего сказать, как Макйи засыпает на его плече. Такемичи сжимает друга в своих объятиях, раздумывая над его словами. Майки приводил лишь факты, однако звучало это, как открытое признание в любви, в которое, Ханагаки просто не хотел и не желал верить. Буквально на следующий день, Сано изъявил желание пойти вместе с голубоглазым в магазин. Но Ханагаки поставил ему условия. - Я пойду в ванну только с тобой, - капризно заявил Сано, топнув ногой. На самом деле он не имел ввиду вместе принять ванну, ему нравилось, как Такемичи массировал ему голову и натирал кожу мочалкой. - Ей богу, как дитё малое, - ворчит парень и позволяет увести себя в ванную, где ванна была уже полна воды с пеной. Такемичи послушно намочил светлые волосы, выдавил на руку шампунь с цветочным ароматом, видимо таким пользовалась Эмма, а Майки теперь, в дань уважения и памяти, покупал только такой. Он мягкими, нежными движениями втирает шампунь в волосы, массируя кожу головы и слушая довольное мурчание и стоны со стороны Майки. Тому явно нравилось и скрывать своего довольного вида он даже не собирался. Пропущенных от Хинаты стало значительно больше. Вот только, когда Мичи хотел позвонить своей девушке, Майки выхватил у него из рук телефон и заблокировал номер. Так что в последние дни пропущенные уже были с телефона Чифую. Видимо тому тоже не сиделось на месте, и Хината решила воспользоваться телефоном друга. Не ровен час и эта парочка нагрянет в гости к Сано, чтобы получить ответы на все свои вопросы лично. Но пока что Ханагаки сосредоточил всё свое внимание на избалованном Майки, который, после своей депрессии выглядел значительно счастливее. После ванной, парочка действительно отправилась в магазин. Майки трещал не умолкая, ему даже не пришла в голову мысль о том, что Такемичи скорее всего не интересно его слушать. Но вместо того, чтобы поинтересоваться у парня, всё ли нормально, он поднимал на него взгляд, замолкая лишь на секунду. - А дальше что? Не молчи! – взбудоражено отзывался Мичи, пересказывая последние фразы и ожидания продолжения истории. Майки же просто как дурак улыбался и громко, но так счастливо смеялся. - Обожаю тебя, Такемучи! – лепечет он и льнёт к нему, обнимая. Обнимал он кстати не как обычно, а нежно и трепетно, как обычно Мичи обнимал Хинату в особенно романтические моменты. Вот только даже подобные действия не заставили его задуматься о скрытых мотивах. С Хинатой Ханагаки не виделся уже давно, а вот с Майки проводил каждый день. Он всё же вернулся к банде и быстро навел там порядок, возобновил регулярные собрания, словно и не брал никакого перерыва. Такемичи же регулярно ловил ревнивые взгляды, когда он проводил время с друзьями Сано. Особенно с Чифую, который, не стесняясь, лип к своему голубоглазому другу. Правда убийственная аура командира так хорошо ощущалась, что Мацуно тут же понимал границу дозволенного и отстранялся, уступая место Манджиро. Сано действительно плавно подкрадывался к Ханагаки и осторожно обнимал того а талию и никак иначе. Стоило Майки узнать про свидания Хинаты и Мичи, как тот нагло уводил Такемичи за собой по особенно пустяковым причинам. Хнагаки не мог ему отказать, отменяя свидания каждый раз. А совсем недавно Хината сама отписала ему, что не хочет видеть. - Где я так проебался?! – рыдал он в плечо Майки, пока тот обнимал друга и улыбался, довольный исходом. На самом деле, девушка не просто так с бухты барахты написала Ханагаки о расстовании…. Сано брел в сторону дома Тачибаны, он назначил девушке свидание, якобы с Такемичи. Ханагаки совсем не следил за своим телефоном в присутствии Сано. Нарядно обетая девушка, с легким макияжем и румянцем, улыбалась, предвкушая встречу с любимым. Заметив Майки, она думала поздороваться с ним, но Сано остановился перед ней. - А где Такемичи? – интересуется она, предполагая, что её парень явно не придет. Майки смирил её холодным взглядом. - Хиночка, мне не нравится, что вы с Мичи встречаетесь, я не позволю тебе забрать у меня любимого человека, после того, как практически вся моя семья погибла, расстанься с Такемучи и он будет моим, надеюсь ты понимаешь, что ждет тебя в случае отказа, я же могу много чего наговорить и он поверит мне, не тебе, не хочешь выглядеть в его глазах шлюхой и стервой, которая всего-лишь использовала его и встречалась из жалости, расстанься с ним, напиши завтра, что расстаешься, я проверю и ты это знаешь, - холодно произносит майки и разворачивается на пятках, уходя прочь. Его ждал Такемичи, чтобы пойти в новое кафе. - Мичи, зато у тебя есть я, забудь о ней, дурочка, не иначе, - делая голос сочувственным и печальным, он скрывал желание рассмеяться от собственной победы. Его самый лучшим призом за все годы стал любимый человек, которому осталось официально признаться в чувствах и предложить встречать. Майки терпел очень долго и наконец-то получил свое, то, что по его мнению по праву принадлежит ему. Разве он не заслужил чистую и светлую любовь? Мичи остается у Манджиро с ночевкой, в доме, а не в гараже. Так что рано утром, Сано пересилил себя и поднялся намного раньше Ханагаки. В планах было устроить идеальный день в конце которого, он собирался признаться в чувствах. Утро началось с того, что Сано хлопотал на куне. Вчера они купили все необходимые продукты из списка Майки. Сано не был уверен в своих возможностях приготовить что-то действительно адекватное. Даже у Эммы не с первого раза получились сырники, а ведь девушка была настоящей домохозяйкой, готовила отменно. Сано же нашел её книгу рецептов, завязал волосы в небрежный хвост, закасал рукава кофты и выдохнул, распаковывая творог. Он берет два яйца и добавляет их к творогу, следом идет мука. Он сыпет на глаз и надеется, что не добавил слишком много. Добавив сахар, парень тщательно всё перемешивает. Мансару, будучи уже в том возрасте, когда можно не спать ночами из-за странных повадков собственного организма, услышал на кухне копошение, а потому встал проверить, кто же из парней с утра пораньше шарится по холодильнику в поисках еды. Открывшаяся ему картина заставила охнуть и приоткрыть рот от удивление. Внук старательно изучал рецепты сестры и готовил завтрак. - Такемучи должно это понравится, - бормотал себе под нос Манджиро. Мансару тихо отошел от проема, от неверия, что Майки всё же пришел в себя и даже встал пораньше ради приготовления завтрака, заставило старика пустить слезу и вернуться в комнату. Такемчи просыпается незадолго до того, как Майки уже жарит сырники. - Господи нет…. Да почему же они расплываются как блинчики? – раздраженно шипит Майки. Такемчи появляется в проеме и облокотившись о стену, с мягкой улыбкой наблюдает за попытками Майки пожарить адекватные сырники. Наконец-то Сано догадывается добавить больше муки в саму творожную смесь. Следующая партия выходит идеально. - Блять…. Всё было на столько просто, я точно тупой, не зря взял побольше творога, знал же что накосячу, - причитает сам себя парень. Ханагаки подкрадывается совсем тихо со спины, обнимает Сано. - Ты большой молодец и для первого раза, ты превзошел сам себя, Майки, - мягко произносит Ханагаки сонным, слегка хриплым голосом. Сано краснеет, радуясь, что Такемичи не может увидеть его красное лицо. Он быстро возвращает самообладание, когда на кухню заглядывает Мансару, садясь за стол. - Я помогу с уборкой, - произносит Мичи, беря в руки губку. - Не надо! Ты мой гость и… - Майки, ради всего святого, прекрати, - строго произносит Мичи. Сано уступает ему. Они вместе убирают кухню, пока дедуля завтракает и наблюдает за столь семейной и теплой картиной, понимая, что Такемичи был самым лучшим выбором внука. Нельзя не заметить странную реакцию Майки на все действия и слова голубоглазого. Тот краснел, счастливо улыбался, и сам ластился к нему, подшучивая, Майки до глубины души любил этого человека и готов бы провести с ним остаток своей жизни. Мансару не понимал этой странной любви, но принимал выбор внука, тем более, что Ханагаки влиял на Сано только в положительную сторону, не было смысла останавливать Манджиро в сближении с любимым. Сразу после уборки, старик оставил молодых наедине, пусть завтракают и наслаждаться компанией друг друга. Ханагаки неустанно хвалил готовку своего друга, который всеми силами старался скрыть смущение и желание зацеловать возлюбленного, но останавливал себя, через силу относился к этим комплиментам безразлично. - Знаешь, тебе очень идет, может будешь заплетать полноценный хвостик, а не только челку? – произносит Ханагки, мягко улыбаясь. Майки кивает, а в душе пищит от счастья и умиления, клянется себе постоянно заплетать только этот хвост, раз Такемичи так пришлось по душе. - Мичи… я… - Сано кусает губы, - Прости, я отойду, - произносит он выбегая из-за стола. Такемичи устало вздыхает, безшумно следует за ним, заворачивает за угол и видит до ужаса покрасневшего Майки. - Майки, говори прямо, я же не тупой, всё понимаю, - улыбается Такемичи. Сано тянет парня на себя, давит на затылок, заставляя наклонится и впивается в любимые и давно желанные губы жадным, неуклюжим поцелуем. Они иногда сталкивались зубами, но Майки старался тут же исправится, проникая языком в рот возлюбленного. Он целовал страстно и жарко, так как хотел, так как чувствовал. - Я люблю тебя, - шепчет в поцелуй Манджиро, - Будь только моим, Мичи… Я никому тебя не отдам… моё сокровище, - шепчет в губы Сано. Майки впервые видит, как отчаянно краснеет Ханагаки. Его глаза мгновенно расширяются. Смотрят завороженно и огромной любовью. - Господи.. какой же ты красивый, - произносит он. Оставляя поцелуй на щеке любимого, - Мичи, мне нужен ответ… -Майки, я… я весь твой, до конца наших дней буду с тобой, - шепчет в ответ Ханагаки.