Cyberpunk Rising: Revengeance

Если определять уровень хаоса первой миссии Дэвида по десятибалльной шкале, где один — это хороший, без сучка без задоринки план, а десять — это что-то вроде последних дней Ворлд Маршал, Армстронг дал бы этому парню твердую семёрку. Знал бы он, что всё так повернётся, оставил бы Дэвида самого разбираться со своим дерьмом ещё дня четыре назад. Поначалу всё было нормально. Сенатор даже немного впечатлился уровнем профессионализма банды Мейна. На словах кража геоданных с тачки арасаковского работника казалась довольно лёгкой задачей, но Мейн на всякий случай приставил к ним своего гремлина — какую-то синекожую соплю, которая чуть не выела Армстронгу весь мозг по дороге к месту встречи. Зависело бы тут от него хоть что-то, Сенатор бы высадил её у ближайшего детсада и не парился, но постановкой операции руководил не он. К тому же, у девчонки, которую как оказалось зовут Ребекка, был при себе нехилых размеров дробовик, размером чуть ли не с неё саму. Так что Армстронг решил довериться банде Мейна и просто исполнять свою роль без лишних вопросов. Но, как оказалось, расслабился он рано. План был относительно прост, зато надёжен. Точнее, так Сенатору сперва показалось. Благодаря грамотной предварительной разведке удалось выяснить, что Цель, являющаяся водителем и телохранителем Арасаки по имени Максим, в своей жалкой жизни пылает страстью лишь к двум вещам — ставкам на арене и бухалову в одном конкретном баре. Проигрыш в одном закономерно ведёт ко второму, так что банда Мейна саботировала последний бой так, чтобы бедняжка Максим остался в дураках и направился заливать своё горе в свой любимый бар. Задачей Дэвида было просто украсть у мужика щепку, отдать её Дорио, чтобы та скопировала всё, что надо и затем спокойно уйти. Мейн и Киви курировали миссию издалека, поддерживая связь с остальными участниками операции. Армстронгу и Ребекке в свою очередь выпала роль наблюдающих, призванных импровизировать в случае, если что-то вдруг пойдёт не так. Ребекка дежурила внутри бара, Сенатор же, отъехав на безопасную, а самое главное не подозрительную дистанцию и устроившись поудобнее в своём автомобиле, наблюдал за ситуацией снаружи. Итак, держа в голове всё вышесказанное, назревает закономерный вопрос — что пошло не так? И Армстронгу хотелось бы сказать, что «всё», но нет, дело было в другом. Спалила их, в сущности своей, мелочь, пришедшаяся максимально не ко времени — надравшемуся бугаю вдруг позвонило начальство и потребовало его непосредственного присутствия. Произошло это до того, как данные успели скопироваться, потому Мартинезу пришлось украсть ключи, в то время как Ребекка столько, сколько могла отвлекала арасаковца на себя. Что было дальше это просто уже цирк с конями. Армстронг, наблюдавший за ситуацией со стороны, обратил внимание на то, что Дэвид в спешке ринулся к машине. Более того, моментом позже к нему подключилась и Люси. Сенатор, которого нихуя не предупреждали о подобных изменениях в плане, моментально набрал Мейна, обратившись к организатору всей этой операции с одним простым вопросом. -Какого хуя? -Всё пошло по пизде. — коротко бросил мужчина и отключился от связи. -Поразительно информативно… — прорычал Армстронг. Дальше больше. Только Сенатор решил позвонить Дэвиду, дабы уточнить ситуацию, как вдруг из бара вышел непосредственный владелец машины и начал весьма настойчиво требовать, чтобы пацан выбирался к чёрту из машины. Мартинез, то ли перенервничав, то ли психанув, завёл двигатель и сорвался с места… но что-то там не подрасчитал и врезался в столб. А потом в другой. Лишь с третьей попытки Дэвиду удалось наконец-то выехать на нормальную дорогу, но к тому моменту владелец машины уже предпринял безуспешную попытку прострелить водительское стекло из пистолета и теперь уже стрелял вслед автомобилю. -Кто, блять, учил его водить? — заводя двигатель, возмутился в воздух Сенатор, хотя уже догадывался по навыкам вождения Дэвида, что за руль он держался явно впервые. Стоило отдать этому Максиму должное — не каждый может пережить столкновение с машиной. Автомобиль Сенатора влетел в него на полной скорости и откинул на несколько метров вперёд, переломав руки и ноги. Но он выжил. Армстронг задумался было о том, чтобы всадить ему пулю в лоб между делом, однако для этого не было времени. Где-то там Мартинез сейчас впервые в жизни управлял автомобилем. И мужчине нужно было убедиться, что пацана не убьют и он сам не убьётся по дороге к точке сбросе. Вывернув обратно на маршрут, Сенатор начал следовать за Дэвидом и попутно набирать его номер. — Парень, какого хуя? — процедил он, дозвонившись. —Защита машины не дала нам вылезти, пришлось угонять! —Блять, за что мне это всё… — тяжело вздохнув, Сенатор покрепче схватился за руль и достал из кобуры револьвер — неприятности обещали начаться довольно скоро. — Ладно, держитесь. Прикрою вас сзади. И вправду, ждать долго не пришлось. Совсем скоро откуда—то сзади вынырнули два мотоциклиста. По токсичной расцветке, широким лыбам на дебильных рожах и острым катанам Стивен Армстронг без особого труда распознал в них Тигриных Когтей, чему очень сильно не обрадовался. «Почему всё говно в моей жизни обязательно ведёт либо к Тигриным Когтям, либо к Арасаке?» — подумал он скорее от усталости, нежели от отчаяния. Явись перед ним джин всего с одним желанием, Армстронг бы непременно загадал раз и навсегда стереть Японию с лица земли. На секунду Сенатор растерялся, не зная, куда смотреть: вперёд, где разъезжал Дэвид, впервые в жизни взявшийся за руль, или назад, где задорно хохотали Когти. Наконец определившись, Армстронг открыл окно и начал вслепую стрелять назад, пытаясь задеть хоть кого—то из Тигров. Особого эффекта это не дало. Несмотря на близкое расстояние, Армстронг так ни разу и не попал, зато заставил байкеров немного поуклоняться и понервничать, что было ему только на руку. —Впереди пробка! — что было мочи заорал Дэвид. — Что делать?! —Импровизировать! Резко дёрнув руль и выжав до упора тормоз, Сенатор закрутился на месте. Машина, завертевшись на месте, описала почти идеальный полукруг и развернулась чётко на сто восемьдесят градусов. Попутно Армстронг лишь частично запланировано перегородил путь одному из байкеров, так что тот, влетев в автомобиль на полной скорости, аж вылетел из своего седла, в то время как его мотоцикл остался позади. Пролетев несколько метров вперёд, несчастный ублюдок с силой впечатался в бордюр и выбыл из гонки, но, к сожалению, не умер — слишком уж крепкий оказался череп. Второй же мотоциклист умудрился проскочить мимо Армстронга, однако к тому моменту Дэвид уже каким—то образом умудрился выехать на встречку, перескочив бордюр. «Чёрт, у меня так вряд ли выйдет». — с досадой подумал Сенатор, вновь сорвавшись с места. —Я в обход, пацан! Двигай к точке сброса. Предоставив парня самому себе, Армстронг выехал с трассы и направился в Арройо по координатам Мейна. Именно туда они должны были ехать в случае критической ситуации. Признаться честно, Сенатор немного волновался. Он не был уверен, что Дэвиду по силам выбраться из этой заварушки. К счастью, опасения его были напрасны — спустя пару минут Мартинез отзвонился и заявил, что ему удалось сбросить самурая на байке с хвоста, так что он без проблем доедет до назначенного места. Облегчённо вздохнув, Армстронг двинулся по навигатору и довольно скоро доехал до нужного места. Краем глаза он заметил стоящую у склада машину арасаковца. «Значит Дэвид уже здесь». — понял мужчина, как вдруг обратил внимание на громкий, болезненно знакомый звук — то был рёв мотоцикла. Оглядевшись по сторонам, Сенатор увидел зелёный мотоцикл и его гогочущего всадника, направляющегося чётко к зданию склада. Погнав к нему наперерез, Армстронг пошёл на таран, однако наездник тоже его увидел, а потому успел спрыгнуть с мотоцикла, переместившись на широкую крышу автомобиля. Лезвие катаны, пройдя сквозь метал, как сквозь масло, появилось прямо напротив лица мужчины, чуть не задев нос. Сенатор резко затормозил, оказавшись около склада, и тем самым сбросил Когтя со своей крыши, так что тот прокатился кубарем на несколько метров вперёд. Вот только плюхнулся Тигр ровно под ноги Дэвида, а потому, быстро опомнившись, вновь ринулся в бой. —Какого… — не успев договорить и слова, Мартинез тут же получил сапогом в челюсть и отлетел назад. Перевернувшись на бок и уперевшись руками в землю, Коготь попытался встать, как вдруг заметил приближающегося в его сторону Армстронга и стоящую в стороне Люси, готовящуюся разрезать его на части своей моноструной. Грамотно, насколько это возможно будучи на стимуляторах, оценив ситуацию, Тигр пожертвовал своими ножнами, швырнув их в Сенатора. Мужчина уклонился, но наёмник и не пытался навредить ему — он выигрывал время, чтобы ринуться к девчонке. Занеся катану за спину, Коготь довольно загоготал, намереваясь пронзить грудь девушки. Ни Дэвид, всё ещё лежащий на спине, ни Армстронг, боящийся задеть хакершу шальной пулей, не успевали помочь Люси. Но Люси и не была нужна помощь. Грациозно скользнув в сторону и избежав столкновения с клинком, девушка обвила катану Тигра своей моноструной и дёрнула изо всех сил вперёд. Наёмник, явно не ожидавший такого поворота событий, от неожиданности разжал хватку на рукояти меча, так что тот отправился в полёт и приземлился за пределами досягаемости. Взбешённый, Коготь достал туз из рукава. Его рука раскрылась, а механические сегменты начали отступать в стороны, являя всем присутствующим бритвенно-острый клинок богомола. К счастью, воспользоваться им ублюдок не успел — подоспевший Армстронг, воспользовавшись отвлечением в виде Люси, произвёл три выстрела в корпус Тигра. Тот сделал шаг назад, но крови не потерял ни капли — подкожная броня полностью приняла на себя удар. -И всё?! — гогоча, прокричал Коготь, как вдруг ему в лицо, с хрустом сломав нос, прилетел револьвер Сенатора. Выругавшись, Тигр вслепую махнул клинком, но Армстронг с лёгкостью уклонился и со всей силы врезал наёмнику ногой в живот, так что тот аж отлетел назад. Увидев в этом возможность, Люси тут же подскочила к Когтю вплотную и попыталась обернуть моноструну вокруг его шеи. К сожалению, из этой идеи ничего не вышло — подоспевший максимально невовремя Дэвид с цветными ножнами наперевес попытался врезать ими по голове Тигра, но промахнулся и попал по хакерше. Окончательно взбесившись, наёмник наотмашь врезал по лицу Мартинеза, откинув его в сторону, и чуть не снёс голову Люси клинком богомола — благо оказавшийся в этот момент рядом Сенатор сумел остановить руку ублюдка и, обхватив её, перекинуть наёмника через себя. -Дэвид! — что было мочи, прокричал Армстронг, взяв сидящего и брыкающегося Когтя на удушающий. — Стреляй! Тут же поняв, о чём речь, Мартинез потянулся рукой к поясу, где находился купленный недавно самим Сенатором пистолет. Глаза юноши расширились от ужаса — пистолета не было. Кажется, он выпал ещё в самом начале драки. Тем временем Армстронг, поняв, что при Дэвиде нет пистолета, со злостью сжал челюсть и одним резким и отточенным движением свернул Тигру шею. Глаза мечника закатились, а его тело безвольно рухнуло наземь. Тяжело дыша, Армстронг поднялся на ноги, бросив в сторону Мартинеза взгляд столь холодный и презрительный, что у парня мурашки прошли по коже. В этот момент к их компании подъехал презентабельного вида фиолетовый спорткар, из открывшегося окна которого появилась довольная лыба Мейна. —Я не опоздал? — спросил он, бросив взгляд на лежащего на земле Тигра. И пускай Сенатору, по жилам которого всё ещё циркулировал адреналин, больше всего хотелось грубо послать главу банды на три небезызвестных буквы, но он взял себя в руки и спокойно, пусть и несколько хмуро, ответил. —Да нет, мы тут уже сами справились.

***

Вечеринка по случаю «успеха» миссии, на которую Сенатора затащили чуть ли не силой, представляла из себя одновременно знакомое и в то же время малоприятное зрелище. Армстронг, тоскующий по простым житейским пьянкам с членами Шестой Улицы, по всем критериям должен был ощущать себя здесь, как дома, но вместо этого он чувствовал себя лишним и хотел поскорее уйти прочь. Пилар, находившийся в центре парковки, игрался со своими имплантами рук и развлекал гостей, остальные члены банды разбрелись кто куда, а Дэвид сидел вместе с Мейном и о чём—то с ним разговаривал. О чём именно мужчина не знал и знать не особо хотел. Отхлебнув приличный глоток из своей бутылки, Армстронг скривился, но всё—таки проглотил жидкость. Пиво в этом мире было тем ещё говном. Но всё остальное — тоже. Потому Сенатор терпел. Пил, курил, давился и терпел, мечтая лишь о бутылке хорошего американского виски и пачке кубинских сигар. «Господи, если ты есть, скинь мне с неба Джека Дэниелса». Высшие силы протолковали желание Армстронга по—своему. Минуту спустя к нему с видом человека, делающего ему большое одолжение, подрулила Дорио с бутылкой сносного коньяка в руках. «Не Джек, но тоже неплохо». —Будешь? — просто спросила она. —Буду. — кивнул Сенатор. Разлив янтарную жидкость по стаканам, женщина протянула один из них Армстронгу, после чего они, не чокаясь, выпили всё до дна. На какое—то время между ними повисла комфортная тишина, однако Сенатор, наученный дурным опытом, прекрасно понимал, что сейчас последует какой—то вопрос или претензия. Иной причины протягивать ему бутылку помощи у Дорио не было. И как и всегда, он оказался прав. Как будто могло быть иначе. —Слушай, я обычно не лезу не в своё дело, но мне надо кое—что понять. Кем тебе приходиться этот пацан? —Вы по приколу все спрашиваете один и тот же вопрос? — чуть нахмурившись, недовольно пробурчал Сенатор. — Мне — никем. Но я за него ручаюсь. —Как же так вышло? —В связи с обстоятельствами, зависевшими от меня лишь частично. — ответил мужчина в своей типично манере — честно, но без конкретики. — Ещё вопросы есть? —Да. — кивнула Дорио, после чего ошарашила его неожиданным предложением. — Хочешь посоревноваться? — в недоумении уставившись на женщину, Армстронг подумал было, что она над ним смеётся, однако та была предельно серьёзно. — Армрестлинг. — пояснила она. Какое—то время Сенатор колебался, но потом, поведя плечами, решил, что в самой идее нет ничего плохого. Не то чтобы ему было чем ещё заняться здесь. —Почему бы и нет. Выбрав стол покрепче, да поприличнее и очистив его от всякого барахла, мужчина и женщина поставили локти на стол и сжали ладони друг к друга. В этот момент Армстронг слегка напрягся. Хватка у Дорио была нехилая, да и сама она в размерах ему уступала совсем немного. «Кажется, тут так легко я не выиграю». — подумал он, ощущая, как откуда—то из глубин его души поднимается соревновательный интерес. — «Походу, мне тут не только Мейна стоит остерегаться». Стоило только человеку, выбранному на роль судьи, досчитать до трёх, как Армстронг начал изо всех сил тянуть руку Дорио вбок, пытаясь одержать над ней верх. Однако та тоже оказалась не промах и ответила Сенатору тем же, так что их силы оказались практически равны. Секунды стремительно утекали прочь, но никто из них не мог пересилить другого. От напряжения у них обоих на лбу выступил пот, а у Армстронга от прилагаемых усилий даже вздулась вена на виске. Так и продолжали бы они соперничать, как вдруг Сенатор уловил краем глаза какое—то движение со стороны дороги — там, где сидели и болтали Дэвид и Мейн. Армстронг попытался, конечно, подать женщине знак, что, всё, хватит, есть дела поважнее. Но видите ли какая проблема… Дорио было плевать. Едва почуяв слабость со стороны Сенатора, она тут же воспользовалась этим, дёрнув руку мужчины с такой силой, что тот чуть не свалился со стула. -Ха, не такие-то у тебя и сильные руки, а? — окрылённая своей победой, громко воскликнула Дорио, подняв руки на бодибилдерский манер и хвастаясь мускулами. -Чёрт бы тебя побрал… — прошипел Армстронг. Дёрнула женщина и правда сильно, чуть сустав ему не выдернула. — Смотри туда. — сказал он, мотнув головой в сторону неизвестного гостя. Последовав его указанию, женщина посмотрела туда, куда указывал Сенатора, и тут же нахмурилась, когда из дорогого автомобиля навстречу Мейну выдвинулся мужчину. Он был высок, дорого одет и в каждом его движении сквозила надменная уверенность и превосходство. Когда он оглядел всю собравшуюся здесь компанию, Армстронг увидел в его надменном выражении презрение, но куда сильнее его напрягло наличие сразу четырёх глаз, три из которых находились на одной стороне лица. «Для чего ему столько?» — подивился он мысленно, как вдруг незнакомец зыркнул прямо на него. Заострив свой взгляд на Сенаторе, мужчина недобро прищурился, после чего вновь обратил всё своё внимание на Мейна, словно бы ничего и не было. — «Не к добру это». —Кто это? — спросил Армстронг, убрав руку со стола. —Фарадей. — процедила Дорио так, словно это было не имя, а ругательство. — Наш фиксер. Скользкий тип. —Давно с ним работаете? —Мейн работает. Несмотря на то, что я много раз предлагала ему сменить фиксера. —Не доверяешь ему? Фарадею в смысле. —Нет. У этого парня всё время что—то на уме. Не люблю таких. У людей, вроде него, даже если просто сигарету стрельнёшь, всё равно уйдёшь с ощущением, будто тебя где—то надули. Тебе такие встречались? —Да. — кивнул Сенатор, а сам подумал, что уж больно этот Фарадей напоминает ему Исиду и Рюноске. «Прям-таки трио хитрых пиздаболов — даром, что двое из них уже в могиле». —Часто? — не унималась Дорио. —Чаще, чем мне бы хотелось. — нехотя ответил мужчина. Тем временем Фарадей о чём—то беседовал с Мейном. И судя по выражению лица фиксера, беседа эта несла отнюдь не дружеский характер. Мейн был повёрнут к Сенатору спиной, но мужчина хорошо видел, каким напряжённым казался главарь их маленькой банды. Казалось, каждый его мускул был готов прийти в работу в случае чего, дабы защититься или, наоборот, атаковать. «Ещё один властный самодовольный хмырь в дорогом костюмчике». Словно бы услышав его мысли, Фарадей повернулся и посмотрел на Армстронга, а затем что—то спросил у Мейна. Завязался короткий диалог, суть которого так и осталась для Сенатора неизвестной, однако по его окончанию фиксер неожиданно развернулся и направился к столу, за которым сидел мужчина. Подойдя к нему вплотную, он, игнорируя Дорио, обратился напрямую к объекту своего интереса. —Мистер Армстронг. — холодно произнёс он. «Точь—в—точь Исида. Только меньше издёвки и больше пафоса. А так один в один». —Знаете меня? — хмуро поинтересовался Сенатор. —Наслышан. Если я не ошибаюсь, вы раньше работали при господине Исиде. Я видел ваше имя в файлах. — на этом моменте Дорио очень сильно напряглась и с немым вопросом глянула на Армстронг. Тот в свою очередь, не сводя глаз с Фарадея, коротко махнул рукой, как бы говоря, что позже всё объяснит. —И откуда у вас файлы главы отдела тайных операций Арасаки? —Купил. — дёрнув плечами, ответил четырёхглазый — буквально — мужчина. — Это важно? —Нет. А вот то, что вам от меня нужно — да. —Ничего. Совершенно ничего. — губы Фарадея растянулись в лёгкой ухмылке, от которой у Сенатора мороз прошёлся по коже. — Я лишь хотел пожелать вам удачи. Судя по вашему досье, Мейну очень повезло с вами. —Как мило с вашей стороны. — не сдержавшись, поддел Сенатор. —Спасибо. — не поведя и бровью, Фарадей чуть наклонился, нависнув тенью над Армстронгом, и, вперившись в него взглядом всех четырёх глаз, обратился к мужчине с вопросом. — Перед тем как я уйду, не окажете ли мне услугу? Скажите, когда Сигеру Исида умер, вы были там? Стивен Армстронг плотно стиснул зубы. Ему не нравился этот парень, ох как не нравился. Ощущение, словно бы он знает что—то такое, что можно использовать против него, не оставляло мужчину не на минуту. Он также осознавал и то, что Фарадей произнёс этот вопрос немного громче, чем следовало, словно бы привлекая к разговору внимание находящихся поблизости людей. В особенности его слова напрягли Дорио, которая наблюдала за этой перепалкой с таким видом, как будто была готова в любой момент застрелить их обоих. Однако, как и всегда, мужчина понимал, что самое важное здесь — это держать лицо. Какие бы карты ни были у Фарадея на руках, нельзя давать ему знать, что Армстронга это беспокоит. —Нет. — спокойно ответил Сенатор. — Это важно? —Нет. — всё так же флегматично ответил фиксер, после чего, блеснув напоследок чеширской улыбкой, направился прочь. — До скорой встречи, мистер Армстронг. —Сайонара. — недовольно буркнул мужчина. Даже когда Фарадей повернулся к нему спиной, он не расслабился, и лишь когда машина фиксера скрылась за поворотом, Сенатор позволил себе выругаться. — Мудила. —Я же говорила. — сказала Дорио и улыбнулась, но как—то натужно, словно бы её что—то беспокоило. Не зная, как ещё нарушить неловкую тишину, она какое—то время посидела на месте, после чего встала со своего места и махнула рукой. — Ладно, я на сегодня всё. Закончим наш спор в следующий раз. —Погоди минутку. — попросил Армстронг. — Слушай… А какая у тебя фамилия—то? —Гуннарсдоттир. —Блять, хер выговоришь. —Ничего, ты привыкнешь. К тому же, не всем нам так везёт с фамилией, как тебе, сильнорукий ты наш. — позволив себе небольшую, но на сей раз искреннюю ухмылку, ответила Дорио. — Ну, бывай. Махнув женщине на прощание, Армстронг тоже поднялся со своего места и направился к Дэвиду. У него ушло какое—то время, чтобы найти пацана в этой толпе, но в конце концов Сенатор обнаружил Мартинеза стоящим у дальнего конца парковки со стаканом какой—то шипучей смеси в руках. Вид у него был отчего—то задумчивый. —Привет, пацан. — произнёс Армстронг и занял место рядом с Дэвидом. — Чего грустишь? Из—за миссии? —Да нет. — нехотя буркнул Мартинез, и мужчина тут же обратил внимание на отсутствие в его голосе привычного задора. — И вообще, не грущу я. —Только одно из этих утверждений правда. Какое — тебе решать. —…Не из—за миссии. — спустя долгую паузу признался юноша. —А из—за чего? — проследив за направлением взгляда Дэвида, Армстронг увидел, что тот смотрел на ту беловолосую хакершу, которая и затянула его во всю эту историю. То, что её зовут Люси, Сенатор вспомнил лишь спустя пару секунд — сказывался выпитый алкоголь и абсолютное безразличие к любовному интересу своего подопечного. Рядом с хакершей в это время ошивался Пилар, так и норовящий распустить руки. Тут-то до Армстронга и дошло. — А, понятно… На секунду другую Армстронг крепко задумался. Что ему делать? И куда важнее, а надо ли ему вообще с этим что-то делать? Он ведь сюда не нянькой нанимался. Впервые в жизни он пожалел об отсутствии Родригеза рядом. Тот, хоть и мудак без совести и ответственности, в чужих эмоциях разбирался куда лучше Сенатора. Правда, в большинстве случаев он эти эмоции игнорировал, но при необходимости мог очень хорошо читать атмосферу. Невольно погрузившись в воспоминания, Армстронг припомнил случай из времён Десперадо. Тогда он впервые задумался о том, откуда у этого бразильца настолько тонкое чутьё, и решил спросить об этом своего самого верного, хоть и немного пришибленного, подопечного. Кажется, это произошло незадолго после того, как Сэм впервые присоединился к ним…

***

—Муссон! — недовольно прокричал Армстронг, так что его голос эхом разнёсся по саду с сакурой, и сделал ещё одну затяжку своей сигары. Это место бесило его до предела, но вот его подопечному оно, наоборот, нравилось, потому он большую часть времени ошивался именно здесь. В большинстве случаев Сенатор против этого не возражал. Его особенно позабавило то, какие тренировки Муссон любил устраивать здесь для киборгов десперадо. В саду, заполненном густым искусственным туманом, он заставлял солдат адаптироваться и кооперировать, устраивая своего рода прятки, где водилами были все, кроме него, а его задача заключалась в том, чтобы вырубить как можно большее число солдат до того, как его обнаружат. В лучшем случае, к концу игры из взвода тренированных солдат на ногах оставалась лишь половина. В любом случае, не прошло и пары секунд, как на краю черепичной крыши, блеснув белизной зубов, появился и сам киборг. Как он туда забрался догадаться было не сложно, а думать над тем, чем он там занимался Сенатору было лень, да и насрать, честно говоря — медитировал, наверное. — Вот ты где. — хмуро произнёс он, стряхнув пепел с сигары прямо в искусственное озеро. — Слезай давай, мне надо перекинуться с тобой парой слов. —Слушаюсь и повинуюсь. — елейным, как и всегда, голосом промурчал Муссон. Сделав шаг с края крыши, киборг начал падать вниз, как вдруг завис в воздухе. Намагниченное, разделённое на несколько частей тело застыло, испуская фиолетовое свечение, а после по кусочкам начало собираться внизу. От ног к бёдрам, от таза к туловищу, от шеи к голове Муссон собирался, как эдакий конструктор, не понеся от падения никакого ущерба. —Тебе обязательно каждый раз так делать? — недовольно скривившись, спросил Армстронг и беззастенчиво стряхнул пепел с сигары прямо на покрытую галькой землю. —Я репетирую. — произнёс Муссон так, как будто это что—то объясняло. —Репетируешь что? —Театральный выход. Никогда не знаешь, когда тебе понадобится произвести на кого—нибудь впечатление. —…Тебе когда—нибудь говорили, что ты пришиблённый? —Да, много раз. — ни капли не смутившись, подтвердил киборг. — В основном, это говорили вы, босс. —Без толку говорил, видимо. Ну, да ладно. Я к тебе по делу. Что там с психологическим профилем Родригеза, который я сказал сделать? —Составлен и дополнен исходя из моих личных наблюдений. —Отлично. Рассказывай, что узнал. Довольный, Муссон сложил руки за спиной и с видом знатока начал пересказывать начальнику созданное под Родригеза досье. Тот факт, что Армстронгу ничто не мешало просто взять и прочитать электронную версию, киборг деликатно проигнорировал — всё равно ему больше нравилось рассказывать вслух. —Полагаю, для вас не секрет, что Сэм наследник древнего японского рода. —Не секрет. А теперь объясни, почему мне не должно быть похуй. —Учитывая его происхождение, полагаю, имеет смысл предположить, что в его семье царили очень авторитарные настроения. Про его мать ничего неизвестно, но, держа в уме профессию отца, можно заявить, что Сэм воспитывался весьма строго. Даже жестоко. —Дай угадаю продолжение — его папочка хотел сделать из сына воина и достойного наследника, потому хреначил его ремнём за малейшую провинность. Не удивил, Муссон. —Сперва дослушайте. Как я уже сказал, отец Сэма вероятно был довольно суровым человеком. Но исходя из поведения Родригеза я считаю допустимым предположение о том, что он также мог быть суровым и без причины — вне тренировок. —Что ты имеешь в виду? —Пронаблюдав за Сэмом некоторое время, я пришёл к выводу, что он обладает повышенным уровнем тревожности. Несмотря на свой образ простачка, он обладает на удивление хорошей интуицией и невероятно хорошо читает эмоции других людей. —То—то он сразу затыкается, стоит мне только захотеть ему врезать. — пробурчал Армстронг скорее, чтобы выразить своё раздражение, однако в ответ на это Муссон неожиданно замолчал и крепко задумался. —Вероятно, как раз в этом всё и дело. — произнёс он после долгой паузы. — Будучи рождённым в атмосфере, где за любую провинность, любое невовремя сказанное слово можно получить наказание, он научился идеально читать настроение своего отца и предугадывать его действия. Подумайте об этом. Он всегда настороже. Он всегда обращает внимание на подобные детали, поскольку в его детстве любая перемена настроения могла повлечь за собой наказание. Сколько бы улыбок он не цеплял на лицо и сколько бы не шутил, он всё равно не может сбежать от своей тревоги. Его способность к чтению эмоций — это скорее не дар, а инстинкт выживания. В то время как его кичливая натура — способ этот инстинкт спрятать. —Хм… Армстронг позволил себе поразмыслить некоторое время над словами Муссона. Его собственное детство, как и детство почти всех в Десперадо, тоже не было особо радужным. Даже не зная конкретных примеров, Сенатор был уверен, что его воспитание тоже оставило на нём свои следы. И всё же, он никогда не испытывал того, о чём говорил сейчас Муссон — постоянной необходимости защищаться, словно бы боясь встретить неизвестного врага. Как и Сэм, он постоянно держал ухо востро, но не из—за страха, а ради своей выгоды и интересов. И, наверное, именно поэтому версия Муссона совершенно его не трогала. —Плевать. — наконец произнёс мужчина, бросив под ноги остатки сигары. — Если это значит, что он будет более послушным, тем лучше. —Как скажете. — с поразительной для любого другого человека, но вполне свойственной для себя лёгкостью принял Муссон, однако не удержался от возможности докончить свою мысль. — И всё же я не могу отделаться от мысли. Каким нужно было быть отцом, чтобы твой сын ни на секунду не мог ослабить бдительность в чужом присутствии? Волей—неволей задумаешься, какова она — доля самурая.

***

Вернувшись обратно в реальность, Армстронг вновь обратил внимание на Дэвида. Что сказать ему он не знал, да и не думал, что говорить что—то имеет смысл. Опять—таки, он ведь не в родители Дэвиду записался. А значит и утешать его он не обязан. —Поехали домой, наверное. — предложил он. Дэвид, ничего не ответив, последовал за ним. Забравшись обратно в машину и заведя двигатель, Сенатор обратил внимание на то, что Мартинез, всё ещё находившийся в раздумьях, просто смотрел в окно. Несмотря на прошедшее празднество, весёлым он не выглядел. Потому, несмотря на сделанный раннее вывод, Армстронг всё же сделал над собой усилие и похвалил юношу. — Ты хорошо поработал сегодня. Теперь пора отдыхать. —Спасибо. — только и ответил Дэвид. Больше они по дороге домой не разговаривали.

***

Сказать, что Мейн был раздосадован выговором со стороны Фарадея — это не сказать ничего. Из—за устроенного ими переполоха Танака, который нужен фиксеру один бог знает зачем, внезапно озаботился своей безопасностью и предусмотрительно сменил маршруты, по которым обычно ездит. «Умный сукин сын». — раздражённо подумал он и немного огляделся. «Посмертие», где они с Дорио сейчас и находились, являлось баром легендой, поскольку все легенды Найт—Сити начинались именно здесь. Ну, или почти все. Именно здесь собирались лучшие наёмники города, выпивая, обсуждая, договариваясь, а главное хвастаясь своими достижениями, мечтая однажды пополнить меню этого бара напитком со своим именем. Всё это происходило с молчаливого одобрения Бестии — самой известной фиксерши города, чьим правилам следовали все. Любой, кто попытался бы устроить бардак в её клубе, оказался бы вынесен из него вперёд ногами с пулей во лбу, выпущенной лично самой Бестией. Мало у кого в этом городе был такой шарм и авторитет, какими обладала она. А потому Посмертие было одним из немногих мест, где Мейн мог по—настоящему расслабиться, зная, что никто не посмеет напасть на него здесь. —А что насчёт Армстронга? — выдернув его из размышлений, спросила вдруг Дорио. — Что ты думаешь насчёт него? —Ну… — задумчиво почесав подбородок, начал Мейн. — Мужик он здоровый, прям—таки могучий, а потому слухи вокруг него ходят соответствующие. Если нам удастся переманить его к себе, я считаю, это даст нам большое преимущество. —Ммм, ясно. — безрадостно ответила Дорио, заставив мужчину нахмуриться. Что—то в её ответе не укладывалось в картину мира Мейна. Обычно, если Дорио не разделяла его мнение, она сразу же об этом и говорила, но в этот раз она свою мысль озвучивать не спешила. И он хотел узнать почему. —Какое у тебя красноречивое молчание. — любовно промолвил он. — И тем не менее, что—то подсказывает мне, что тебе есть, что сказать. —Фарадей узнал его. — сразу перейдя к делу, заявила женщина, заставив Мейна моментально напрячься. —В каком смысле? Что конкретно он сказал? —Сказал, что Армстронг работал на Сигеру Исиду — главу отдела тайных операций Арасаки. Может, помнишь, который разбился в Пасифике. —Отдел тайных операций… — задумчиво протянул Мейн. Звучало это по—настоящему солидно, а потому ещё более загадочно. — Это не хухры—мухры. Я слышал, с этой работы сбежать невозможно. —Ну, ему похоже удалось. Или он делает вид, что удалось. Фарадей также спросил, был ли Армстронг при смерти Исиды. —И что тот сказал? —Разумеется, «нет». — фыркнув, ответила женщина. — Как будто кто—то бы в таком признался. Не нравится мне это. Всё, что связано с Арасакой — опасно и пахнет дурно. —Это ты про Фарадея. — догадался Мейн. Дорио кивнула. Слишком много раз она показывала свою неприязнь по отношению к этому фиксеру. Бывало у них даже случались споры на эту тему. Мейн тоже недолюбливал Арасаку, как и все в этом городе, однако он считал, что деньги не пахнут. А потому, предвидя очередной спор, он достал свой самый излюбленный аргумент. — А как же Люси? —Люси исключение. — нехотя, сквозь зубы процедила женщина. — Она не меняет всей картины целиком. —Не меняет. — согласился мужчина, склонившись к своей напарнице и избраннице, с которой их связывали очень… необычные, скажем так, отношения. — Но что если таких исключений будет двое? —Не раскатывай губу. Мы ещё не знаем, чего он хочет. —А я и не раскатываю. — примирительно подняв руки, заявил Мейн, после чего, к удивлению своей дамы сердца, надолго замолчал. Увидев хмурость его лица, Дорио стрельнула взглядом в сторону мужчины, как бы спрашивая: -"Что у тебя на уме?». В том, что Мейн явно хотел что-то сказать, она даже не сомневалась. — Фарадей и мне кое-что сказал. — наконец произнёс здоровяк. — Насчёт Армстронга. -И что же? — блеснув огоньком интереса в глазах, уточнила женщина. -Сказал повнимательнее проверить его досье. — хмуро докончил Мейн. На некоторое время между любовниками повисла тягучая тишина. Дорио, несмотря на свою комплекцию, отличалась не только силой, но и острым умом. Она не знала ни химических уравнений, ни формул, ни способов к хакингу — ничего из того, чем обычно кичаться люди в пиджаках или дорогих электронных гарнитурах. Но чего у неё было не отнять, так это интуиции. И прямо сейчас эта интуиция кричала ей, что с этим парнем — Армстронгом — что-то явно, очень сильно не так. -Я наберу Киви и Люси — попрошу их посмотреть повнимательнее на его файл. — с решимостью во взгляде произнесла Дорио. — Если там есть следы работы Арасаки, уверена, они их найдут. Мейн только кивнул. Признаться честно, его и самого напрягал этот парень. Появляется из ниоткуда, устраивает переполох в городе и везде ходит с таким видом, будто он больше всех знает об этой жизни. Не случись в их жизнях Дэвид, они бы, наверное, никогда не встретились, но, раз уж пошла такая пьянка, мужчина решил удостовериться, что всё нормально. Киви, конечно, будет ворчать, что её опять заставляют заниматься какой-то мелочёвкой, но это ничего. Мейн знал — она поймёт. Ведь, как и всегда, речь шла о безопасности их банды. И если ради поддержания этой безопасности Армстронга придётся убрать… Что ж, значит так тому и быть.