Тёмное искусство: Ошибки прошлого

Иван, проснувшись поздним утром, не обнаружил Валерия рядом. Это не было чем-то необычным, мужчина рано вставал даже в выходные. Жаворонок, что тут скажешь. Сонно зевая, парень вышел на кухню, но и там возлюбленного не оказалось. В душе вода не шумела, туалет открыт. Значит, варианта всего два: либо у Лера появились срочные дела, и он уехал, либо... Заглянув в студию, Ваня наконец нашёл Чернакова. Тот стоял к нему спиной, перед мольбертом. На подставке находилась старая картина художника. Вероятно, самая "нормальная" из его работ, с позирующей девушкой-блондинкой в элегантном белом платье. Её руки скрывали изящные перчатки, голубые глаза смотрели с любовью, а губы застыли в нежной улыбке. Чёрный ещё в первый день догадался, что эта прекрасная незнакомка много значит для Валерия: неспроста он выставил на показ именно жуткий лесной пейзаж с ней. Парень бесшумно подошёл к мужчине и осторожно обвил руками его талию, прижимаясь сзади. — Как её звали? — тихо спросил он. — Шанель, — также тихо ответил Лер. — Красивое имя. Ей подходит. Художник молча кивнул, тоскливо глядя на холст перед собой. Иван поцеловал его в висок, а затем спустился на шею, покрывая её невесомыми поцелуями. — Я не встречал девушек прекраснее, чем она... — Чернаков запрокинул голову, опуская ресницы и подставляясь под ласки. — И не встречу больше никогда... Красками не передать, насколько нежной и грациозной она была в жизни... Ваня оставил засос на чувствительной коже, и возлюбленный прервался на едва слышный стон. — Ах... Ванечка... Шанель полюбила мой образ, но когда я раскрыл ей свою истинную суть, она не отказалась от своих чувств... Готова была принять меня и направить на верный путь... — Чёрный повернул мужчину к себе лицом и затянул в трепетный поцелуй, но тут же отстранился, позволяя продолжить монолог. — Такая светлая, мудрая душа... Я бы отдал свою жизнь за неё... Я бы отнял сотни чужих за неё... Парень плавно опустился на колени, и Валерий сразу коснулся его щеки рукой, мягко поглаживая. — Но вместо этого... Я забрал жизнь у неё самой... — Иван приблизился к паху мужчины и нежно поцеловал выпирающую ширинку, от чего тот судорожно выдохнул. — Я такой никчёмный трус, Ванечка... Испугался своей любви к Шанель и совершил непоправимое... Ваня расстегнул штаны Лера и приспустил их вместе с нижним бельём, оголяя гениталии, после чего накрыл горячий ствол ладонью и влажно поцеловал где-то сбоку. Художник протяжно застонал, зарываясь пальцами в чужие пряди волос. — А-ах, Ваня... Она не заслужила... Такого раннего и мучительного конца... — Чёрный провёл языком снизу вверх, а затем накрыл головку губами и впустил член себе в рот. — Агх!.. Ванечка!.. Боже... Смерть Шанель... Всегда будет на моей совести... Я никогда её не забуду... Никогда не... М-м... Не перестану себя винить... Парень активно стал двигать головой и языком, стараясь доставить как можно больше приятных ощущений. — Ах, да!.. Ванечка!.. Пожалуйста!.. — Чернаков сжал тёмные волосы, заставляя брать глубже. — Ещё, прошу!.. Я скоро!.. Иван слегка поморщился, чувствуя, как головка скользит в его глотку, но не смел сопротивляться. Мужчина закусил губу и резко замер, удерживая возлюбленного и изливаясь глубоко внутри. Когда железная хватка ослабла, Ваня отстранился и всё проглотил, стараясь отдышаться. Валерий тоже медленно приходил в себя после оргазма. — ...Где она похоронена? — прервал молчание Чёрный, устремив свой взгляд на Чернакова. Тот не ответил, печально посмотрев на дверь в кладовку. Парень вспомнил о большом морозильном ящике, что стоял там, и всё сразу прояснилось. — Вот оно что, — он поднялся на ноги. — Я не смог предать её тело земле... Это было выше моих сил... — Лер не сдержал слёз. Иван мягко стёр большим пальцем солёную влагу с его лица. — Тише, успокойся. Я это сделаю. — Спасибо... Спасибо, Вань... — однако успокоиться Валерий не мог, вздрагивая от рыданий. — Езжай сейчас в город, скупись в магазине. Молоко, яйца, овощи, фрукты, крупы, мука... У нас почти всё закончилось. Сконцентрируйся на этой цели и ни о чём другом не думай. Хорошо, Лер? Мужчина кивнул, стараясь взять себя в руки, и поцеловал парня. — Я люблю тебя... — с этими словами он быстро вышел из студии. Ваня замер, внимательно слушая то, как удалились шаги, хлопнула входная дверь и загудел мотор двигателя автомобиля. Выждав ещё две минуты и убедившись, что возлюбленный уехал далеко от дома, он направился к кладовой комнате.