И среди терновника растут розы (Иная судьба Алоиса Транси).

И среди терновника растут розы.

Глава 1

Я родилась в апреле 1876 г. в Лондоне, столице могущественной Британской империи. Мне повезло: моя семья имеет титул графов, являясь приближенными королевской семьи. Глава нашего рода, мой отец, граф Ред Роузенфорд также является членом палаты лордов, которая наравне с нижней палатой и королевой определяет жизнь наших земель. Высокое социальное положение позволяло отцу выбирать среди множества претенденток на его сердце, но как часто бывает в мире власть имущих, долг, а не зов сердца определил выбор. Именно поэтому отец женился на Аделии, моей матери. Несмотря на то, что брак был политический, спустя время родители искренне полюбили друг друга. Доказательством их любви явились дети, в числе которых и я – Грей Роузенфорд, а также два моих брата: старший Ричард и младший Чарльз. Наша семья была относительно дружной, но все начало меняться спустя 13 лет после моего рождения. 1888 г. Поместье Одор (Основная резиденция семейства Роузенфордов). Спальня Грей. Я прогуливалась по саду, где росло множество белых девственно чистых роз. Однако в этом море света, непорочности и беззаботности мой взор привлекла одна единственная алая роза. Она росла на отшибе волшебного сада, одиноко и дико. Подойдя к ней ближе, я прикоснулась к её шипастому стеблю и мгновенно распорола палец, но не одернула руку. По какой-то неизвестной причине, мне захотелось только сильнее обхватить ощетинившийся степень, чтобы, удобрив почву собственной кровью, дав покинутой розе утолить свою жажду. А с моих губ непроизвольно сорвалось имя: «Алоис!». - Госпожа, госпожа! Пожалуйста, просыпайтесь. Вы опоздайте к завтраку. Тревожный голос моей служанки Бетти заставил меня открыть глаза. Таинственное имя «Алоис» всё ещё звучало у меня в голове. - Вы сегодня долго спали. Вы же знаете, что господин и госпожа не терпят опозданий. – сказала Бетти, расчесывая мои русые волосы перед зеркалом. - Просто мне приснился один сон, который все никак не выходит из головы. Я посмотрела в зеркало: аккуратный аристократический нос, травянисто-зеленые глаза, более-менее выразительные скулы и бледная кожа – вот что представляла моя внешность. В обществе я считалась весьма привлекательной, но не первой красавицей. Хотя о моей наружности и говорили, что она относится к тому типу внешности, которая с возрастом только хорошеет. - Надеюсь, что это был приятный сон, а не кошмар. – вежливо, стараясь не нарушить личного пространства, произнесла горничная. Спустя час я вышла к завтраку. Вся семья уже была в сборе. Над столом был привычно вывешен герб нашего семейства, на котором была изображена алая роза, окруженная терновым венком. - Извините за то, что заставила Вас ждать. Родители молча кивнули, а младший братишка Чарльз приветливо улыбнулся. - Тебе стоит быть более пунктуальной. Видимо ты так ничего и не вынесла с уроков этикета. Этот голос я узнаю из тысячи, ведь он принадлежал брату Ричарду, который был старше меня на два года. Несмотря на то, что у него, как и у всех детей семейства Роузенфорд, были запоминающиеся травянисто-зеленые глаза, характерами мы были абсолютно разные. Поскольку он был признан будущим наследником графского титула по старшинству рождения, а его успехи в учебе были удовлетворительными, то он чувствовал себя хозяином положения и часто отпускал в мой адрес язвительные замечания. - И Вам доброго утра «дорогой» брат. – отчеканила я с нескрываемым презрением. - Все ли хорошо сестрица, обычно ты никогда не опаздываешь? – пытаясь подбодрить меня, поинтересовался Чарльз. - Вы слышали последние новости? – сказал отец, не дав мне ответить. - Сын и единственный наследник ныне покойного графа Транси нашелся. Ходят слухи, что он был чудом обнаружен ещё при жизни графа и уже несколько месяцев живет в поместье своего отца. Видимо недавно почивший Транси не спешил представить сына обществу до того момента, как тот освоит элементарные правила этикета и осознает свое новое положение. Однако теперь, когда графа не стало, существование наследника влиятельного рода нельзя было более скрывать. Сын ныне покойного графа был похищен 13 лет назад. В то время весь высший свет обсуждал эту новость, однако подробности этой истории остаются неизвестными. - Отец, - вкрадчиво поинтересовалась я, - а как зовут нашедшегося мальчика? - Алоис. Алоис Транси. – ответил отец. Когда я услышала то самоё имя из моего сна, в груди что-то ёкнуло. - Было бы интересно взглянуть на него… - задумчиво пробормотала я. - Да, я согласен с сестрицей! Он же тоже из графской семьи, как и мы. – с нескрываемым любопытством произнес Чарльз. - Наверняка этот «Алоис» очередной самозванец, который вытащил счастливый билет и не может нарадоваться свалившийся на него роскоши. Ты так наивен и глуп, Чарльз. – злобно протянул Ричард. - Воистину! Для нашей семьи истинное благо, что именно я являюсь наследником. - Старший брат, вы очевидно невнимательно слушали отца, а во всем вините Чарльза. Алоис Транси пропал ещё младенцем и лишь недавно вернулся, кто знает, какие трудности ему пришлось преодолеть, находясь вдали от семьи. Как вы можете называть это «счастливым билетом»?! – закипая от злобы, но пытаясь сдержать себя, прошипела я. - Довольно, дети. – властным тоном отрезала матушка. Аделия Роузенфорд, в девичестве Де Бланш, происходившая из древнего аристократического рода, была очень волевой, порой жесткой, но любящей матерью. Семья Де Бланш, имеющая в качестве герба белого благородного оленя, всегда стояла на консервативных позициях, выражая интересы старой знати. Однако мой дедушка по отцовской линии, которого звали Торн Роузенфорд, был сторонником расширения прав мелкого дворянства и так называемых нуворишей. Нувориши - в прошлом зажиточные простолюдины, будучи отмечены монархом, обретали благородный статус. Королевская власть использовала так называемую «новую аристократию» для ослабления палаты лордов, где заседает старая знать. Поскольку дедушка не имел жестких убеждений и чувствовал рост влияние нуворишей, то, ведомый желанием оградить семью от каких-либо потрясений в будущем, он сблизился с новыми политическими силами и безоговорочно поддерживал все устремления королевской власти. Такая позиция сделала его приближенным короля Вильгельма IV, а впоследствии и королевы Виктории, что выразилась в новых земельных пожалованиях, денежных поощрениях, а также престижной должности главного герольдмейстера, который заведовал вопросами титулатуры благородных родов. Однако подобная позиция дедушки привела к конфликту с семьёй баронов Де Бланш. По итогу, серьезных разногласий между могущественными семьями удалось избежать только благодаря браку моих родителей. Отец пообещал придерживаться политики нейтралитета, явно не примыкая ни к какому лагерю. - Спасибо, Аделия. – сказал отец, улыбаясь матушке. Молодой наследник прислал нам приглашение - продолжил он, переведя взгляд на нас. - Сейчас ему необходимо опровергнуть претензии своего дяди, который утверждает, что нынешний Алоис является самозванцем. Именно поэтому в поместье семьи Транси будет устроен прием, насколько мне известно, то приглашены лишь семейства графов, а также местная знать. Очевидно, что молодой наследник чувствует ещё себя неуверенно для того, чтобы организовывать особенно пышное и грандиозное торжество, ведь это может породить нежелательные слухи о его расточительности, но и молчать он больше не в состоянии. Однако я и Ричард поедем осматривать владения. Поэтому Чарльз, Грей, вы будете представлять нашу семью. - Повеселитесь на приеме, но не забывайте о манерах. – ласково произнесла матушка. - Обязательно! – одновременно выпалили мы.