И среди терновника растут розы (Иная судьба Алоиса Транси).

Глава 12. Наши шаги гулко раздавались в одном из многочисленных коридоров поместья. Вдруг, Клод резко остановился, совершив поворот на 180 градусов. Его взгляд устремился на меня, а губы вытянулись в самодовольную ухмылку. - Мисс Розенфорд, - сказал он, растягивая слова, - что вы знайте о господине? Вопрос оказался риторическим, а потому дворецкий немедленно продолжил. – Полагаю, что вы не ставите под сомнение, что Алоис Транси является несчастным сыном почившего графа. Однако, правда гораздо интереснее. - Что вы имейте ввиду? - Тот, кого вы знайте как Алоис Транси, не является таковым, по крайней мере не по рождению. Хотя, надо признать, сейчас мой господин ассоциирует себя именно с этим именем. На самом же деле, его настоящее имя – Джим Маккен. История, которую рассказал граф при вашей первой встрече является вымышленной, но не полностью. Он вырос в деревне вместе со своим братом Лукой, рано потеряв родителей, детство его было действительно тяжелым. После же смерти Луки при загадочных обстоятельствах, так называемый «Алоис» оказался в особняке уже немолодого графа Транси, который имел страсть к особому роду развлечений. Однако, как дворецкий, здесь я вынужден остановиться, поскольку жизнь Джима Маккена в этом особняке до становления графом является очень деликатной темой. Вы же понимайте? - Нет, я не понимаю, - пребывая в состоянии глубокого шока от услышанного, с усилием вымолвила я. Что значит Алоис является не настоящим графом? Что предыдущий граф делал с ним? Но главное, зачем вы все это мне рассказывайте? Я не верю… Почему я должна вам довериться? -О, просто мне больно смотреть на то, как обладательница столь древней и благородной крови несправедливо страдает, - сказал дворецкий, окатив меня ядовитым сарказмом. -Довольно. Я не собираюсь слушать эту чушь, если вам больше нечего сказать… -Послушайте! – гневным тоном прервал меня Клод. То, что я вам только что рассказал чистейшая правда. Я никогда прежде не видела дворецкого таким. Его глаза, всегда полные холодного безразличия, переливались странным аметистовым блеском. Его аура источала беспросветную тьму, и мне казалось, что сама преисподняя сомкнула свои когтистые лапы на моей шее. Внезапно мой крестик начал нагреваться. Все сильнее и сильнее. Кажется, только благодаря этому мне удалось сохранить рассудок и с трудом поднять глаза на Клода. - Что происходит?! – сдавлено прохрипела я. - Хм, - дворецкий презрительно отвел взгляд. Ужасающее чувство меня отпустило, но тело продолжала бить мелкая дрожь. Более того, слова, сказанные Клодом совсем недавно, теперь странным образом не вызывали сомнений. У меня появилась уверенность – все это время я общалась с Джимом Маккеном, а не Алоисом Транси. - Мисс Розенфорд, знали ли вы, что человеческие души подобны вину? Так же как вино с годами становится только лучше, так и души людей приобретают неповторимый вкус, пропитываясь отчаянием. Ваш побег – залог отчаяния моего господина. Все стороны окажутся в выигрыше. Поэтому слушайте внимательно: граф приказал мне присматривать за вами, я не могу ослушаться его, но я не нарушу приказ господина, если через семь дней в полночь боковая дверь по «счастливой случайности» окажется не запертой. Надеюсь, вы не упустите свой шанс. Не зная, что ответить я продолжила молчать. Клод же не стал дожидаться моего ответа и направился дальше по коридору, оставив меня наедине со своими мыслями. Спустя несколько дней. Я продолжала прокручивать разговор с Клодом снова и снова, уединяясь в полюбившемся зимнем саду. Мне стало очевидно, что я ещё очень много не знаю об Алоисе, или же Джиме? Впрочем, к своему удивлению, я обнаружила, что вопрос происхождения юного графа не изменил моего отношения к нему, ведь я никогда не знала настоящего Алоиса Транси. На деле, я все больше убеждалась в том, что тяжелые события, с которыми столкнулся Джим в прошлом должны были серьезно повлиять на него и его поведение в настоящем. Гораздо больше меня поразило поведение Клода. В тот момент он был словно не человек, складывалось впечатление, что я говорила с демоном, появившимся прямиком из ада. Интересно, знает ли Алоис об этой стороне своего слуги? Однако, самый главный вопрос касался возможности побега, так любезно предоставленной мне дворецким. Разум твердил мне, что нельзя отвергать предложения дворецкого, надо бежать и обрести свободу. Наверное, моя семья очень сильно волнуется. Конечно, они должно быть извелись, стараясь отыскать меня. Но почему тогда, я сомневаюсь, а при мысли о побеге в груди что-то сжимается? Почему мне кажется, что я предаю Алоиса, который явно получает садистическое удовольствие мучая меня? - Тебе нравятся цветы? Неожиданный вопрос заставил меня вернуться в реальность. - Да, среди всех этих растений мне становится спокойней. -Правда? Мне тоже они нравятся, — со сдержанным энтузиазмом сказал Алоис. Я была рада. В голосе графа не было привычной грубости, наоборот, чувствовалась неподдельная нежность и участливость. Иногда, такие неожиданные изменения в поведении случались с Алоисом, напоминая мне, каким замечательным он может быть. - Я знаю. Ханна сказала мне, что колокольчики ваши любимые. При упоминании Ханны, лицо юноши исказилось, принимая вид недовольной гримасы, однако быстро разгладилось. Алоис слегка улыбался, словно нащупал в лабиринтах своей памяти приятное воспоминание. - Лука и я раньше впечатляли девочек колокольчиками, украшая ими наши волосы, тогда мы выглядели…счастливыми, - Алоис произнес эти слова так естественно. В этот момент от него так и веяло теплотой. Воодушевленная увиденным, я позволила себе аккуратно взять его за руку, с нежной улыбкой увлекая за собой. Однако, как только я коснулась его руки и мягко потянула, его взгляд переменился. Алоис посмотрел виновато на меня, словно извиняясь за то, что должно было произойти дальше. Не отпуская мою руку, он передал мне новый газетный выпуск. Прожив в изоляции больше месяца, я начала терять связь с внешним миром, а потому с осторожным любопытством развернула бумагу. На первой полосе большими буквами красовался заголовок: «Пропавшая без вести Грей Роузенфорд так и не была найдена. Полиция объявила о прекращении поисков». Как же так? За все время пребывания в особняке Транси я не видела никого, не говоря о полиции, которая поинтересовалась бы моим местонахождением. Может, они приходили? Но когда? Когда я была заперта в комнате и голодала? Но тогда, почему они ушли? Может как в тот раз со мной, Клод повлиял на полицейских, убедив их, что меня здесь нет? Вопросы продолжали множится в моей голове с пугающей скоростью. А моя семья? Они ведь знали, что у меня были какие-никакие отношения с графом. Я уверена, что они… В правом нижнем углу страницы была фотография. Все моё семейство в официальных черных костюмах с печально усмиренными улыбками жали руку главе Скотленд-Ярда. Ниже надпись гласила: «Семья Роузенфорд согласилась на прекращение расследования и благодарит полицию за приложенные усилия. Чета Роузефордов надеется, что где бы ни была их дочь, она жива и здорова». Со злости я разорвала газету, с силой бросив истерзанный выпуск на пол. Как же они могли согласиться на прекращение поисков, а потом стоять и фотографироваться, натянув маску смирения как будто меня никогда и не существовало?! — Вот так просто… Так просто…они продолжат жить как ни в чём не бывало. А я-то дура думала, что мы семья. - Теперь я твоя семья. Я тебя не предам. Грей, только будь со мной. Будь моей, - Алоис хищно обвился вокруг меня, заключая в свои объятья. – Ведь я теперь единственное, что у тебя есть…