Рисунок на руке

Эрик сидел, вернее лежал на парте, пока учитель рассказывал какую-то нудную тему. Какой урок и где он вообще находится Шатен знать не знал. От скуки тот решил начертить что-нибудь у себя на руке, дабы побесить своего соулмейта, и увидел.. «—Привет! С сегодняшнего дня, я так полагаю, мы—соулы. Как мне к тебе обращаться?» Надпись была красиво выведена зеленой ручкой каллиграфическим подчерком. Казалось, что это писала какая-нибудь красивая девушка с милым личиком. Эрик представил этот образ у себя в голове, и постарался придумать себе прозвище. В голове возникла мысль, которую парень не стал отгонять из головы, а принял как интересный оборот и решил попробовать. Это первое «послание» было таким милым и непринудительным, на него даже Эрику хотелось так же мило ответить. Взяв ту же чёрную ручку, он аккуратно вывел у себя руке: Привет,милашка. Ко мне можно обращаться как Рик. Эрик слегка покраснел, после чего получил пару непонятных взглядов от одноклассников, но вскоре все опять сосредоточились на уроке. Ему было очень непривычно общаться так, даже стыдно. Ему казалось это очень низким, неприемлемым. Ранее Картман ни с кем не заговаривал так, но сейчас он захотел казаться таким же милым, как собеседник, в глазах соула. *** Кайл, который сидел сложив руки на парту внимательно слушал урок, как вдруг увидел у себя на руке только что всплывшую надпись чёрной ручкой. —Рик.. Прошептал Кайл, как бы пробуя «имя» на вкус. Ответ от соулмейта был приветливым, и отпросившись у Гаррисона в туалет рыжий достал ту же зеленую ручку из кармана, а затем вывел на руке: «—Приятно познакомиться, Рик. Я напишу тебе немного позже и мы сможем списаться, только приду домой. А то сейчас история, Мистер Гаррисон разозлится если не будет слышать ответов от меня.» После того, как Брофловски закрыл ручку и запихнул ее в карман, он побежал по коридору и зашел снова в класс, принимаясь за учебники и концентрируясь на вопросах учителя. Эрик спал на парте, и даже не заметил ухода и прихода Кайла. Как только прозвенел звонок, Картман открыл глаза и уставился на руку, на которой уже был ответ. «—Стоп. Гаррисон, История.. Неужто мой соулмейт из моего класса?! Но кто это? Бебе решила стать милашкой, Хайди, может Венди.. Нет, только не эта дура. Кто из баб это пишет?» Когда Эрик осознал то, что он сейчас находится в одном помещении, даже в одном классе со своим соулмейтом —он испытал смешанные чувства. Вроде в классе были красивые девочки, просто страшно было то, что Эрик мог спалиться и раскрыть свою личность, а ему хотелось как можно дольше растягивать этот спектакль. Пока была перемена, Картман встал с места и двинулся по направлению к туалету, просто чтобы немного побыть наедине со своими мыслями, и открыв дверь зрелище шатена совсем не порадовало, о уединении речи и быть не могло. Эрик увидел Кайла с какой-то ручкой в руке, как видно, пытающегося что-то написать. —Господи, не хватало мне еще евреев в туалете. Откуда ты тут взялся? Тебя тут быть не должно Рыжий оскалился, и направил холодный взгляд на зашедшего в уборную. —Откуда я знал, что ты сейчас должен был прийти? Ты что, меня преследуешь? Этот туалет для всех, и если ты «Король всея дебилизма» решил сделать его своим, то сначала тебе нужно будет договориться об этом со всей школой. Эрик подошел ближе, окидывая взглядом парня с кудрями, настроение явно упало. Кайл стоял в углу комнаты, и Эрик, воспользовавшись этим вцепился жиду в рыжие волосы. Округлив глаза, Кайл быстро охватил хваткой холодной ладони запястья нападающего, и попытался отпихнуть руки одноклассника. Несколько минут в напряженном молчании парни давили друг на друга, пока в туалет не явился какой-то учитель, при виде которого одноклассники быстро убрав руки перегляделись и ушли в класс сохраняя молчание. До конца дня у обоих на руках писем не появлялось, зато в конце уроков Стэн пригласил весь класс к себе на вечеринку, которая будет происходить на его даче. Большинство людей согласилось и все разошлись по домам. *** Кайл, только-только пришедший домой, плюхается на кровать прямо в школьной одежде, в голове звучит голос матери, которая ругала его за это и следила, чтобы сын ложился или садился на кровать лишь в чистом. Он смотрел себе на руку, ожидая весточки, и планируя, если ее не будет написать самому. Эрик тоже был уже дома и сидел перед выключенным телевизором, выводя на руке короткий вопрос: «—Ты будешь на вечеринке у Стэна?» Получив короткое «Да» со смайликом, Картман ехидно улыбнулся в предвкушении завтрашнего дня.