Причудливый солдат

      Наверное, вы слышали такое выражение, как «Легенды никогда не умирают». Конечно, если речь идёт о неживых вещей по типу памятников, то да, к ним можно отнести такой статус. Но что если мы говорим, к примеру, о выдающихся людей прошлого? Тех, кто раньше населяли эту землю, ходили по ней, оставили свой неоценимый след в истории? Эти легенды могли прославиться всеми разными способами: добрыми и злыми, полезными и бесполезными, талантом или упорным трудом, вообще многим чем. И этих легенд не мало, у каждой в своей нации когда-то имелась своя собственная легенда, а то и больше одной.       Но, к сожалению, многие из них уже давно ушли из этого мира в другой, лет так сотни, двести, а то и больше. Историки того времени оставили нам, их предшественникам, рукописные записи, портреты и даже что-то типа интервью. Ещё мы их называем цитатами этих людей.       И у вас наверняка уже успел возникнуть один вопрос — А что я вообще пытаюсь до вас донести? И имея в своих руках власть правды, отвечу вот как — Легенды не умирают, а лишь прячутся в тени мира, в которую их принесла сама судьба…       — Престон, то, что ты там натворил, было круто, — признался Каминари. — Ты мог его уделать!       — Точняк! — согласился Киришима. — Ты был быстр, как молния, и смог обыграть Мирио, хоть даже нанёс ему лишь один удар.       Друзья собрались в небольшом кафе в городе Токио. Это случилось на следующий день после встречи с Мирио. Тогда их отпустили домой, сказав, что Айзава-сенсей ушёл по делам, ничего не сказав им. Сегодня у них был выходной.       — Да что вы меня смущаете, — проговорил Престон, поедая свой бургер. — Один удар ничего не значит. Мирио, как и говорил сам Изуку, по любому сидел на стероидах, раз так сильно бил. Но мы в итоге пришли в ничью.       — Хе-хе, это на него так похоже, — проговорила Неджери, одноклассница Мирио и член так называемой Большой тройки. Она сидела рядом с Урарака и Цую. — Кстати, вы уже нашли, к кому пойдёте? Мы вот с дамами решили устроиться у Рюко — герой-дракона.       — Рюко? Неплохой выбор, — как-то грустно проговорил Престон, но сразу же осчастливился. — Она по-любому вас примет и сделает из вас героинь.       — Престон, — обратился к нему Очако, — ты вроде бы рассказывал, что она твой любимый герой после Всемогущего. Может, присоединишься к нам? Увидишь её вблизи.       — Братан, это подкат, — прошептал на ушко Каминари, но Марлоу лишь отмахнулся.       — Вряд ли она возьмёт меня к себе. Особенно всех четверых. Не хочу быть грубым, но лучше откажусь от данного предложения. Поищу какого-нибудь другого героя или даже агентство, что угодно. Кстати, Киришима, Каминари, вы нашли, куда хотите?       — Меня уже взял на себе один герой! — Эйджиро гордо выпалил грудь вперёд. — Только он немного упитанный на вид, но объяснил, что так ему легче использовать свою причуду поглощения урона.       — Поглощение урона? — Престон. — Действительно, хорошая причуда. Каминари?       — Пока ничего. Но надеюсь устроиться к какому-то герою с схожей причудой, как у меня. Таких тут полным-полно водятся.       — Водятся? — Цую. — Говоришь, как про животных. Никогда не понимала это выражение.       — Вы не видели Тодороки и Бакуго? — Урарака решила сменить тему. — В последнее время их нигде нет.       — Хм, наверное, ходят на дополнительные индивидуальные занятия, — предположила Неджери. — Они ведь провалили экзамен, как и те двое из Сицукэ. Вот их и нет.       После этого компания провела ещё полчаса за столом, а после разошлась кто куда: Киришима к тому упомянутому герою, девушки — к Рюко, Каминари вроде что-то рассказывал о том герое с причудой молнии. Все нашли цель, кроме Престона.       — Блин! — сказал натянуто Престон, пиная пустую банку из-под газировки. — Я тоже хотел бы в агентство Рюко. Не поймите меня неправильно, я не одержим ею. Просто хотелось бы работать совместно с любимым героем. Если бы Всемогущий всё ещё был героем, устроился бы к нему. Эх, жаль, что легенды умирают и уходят безвозвратно.       — Тут я бы не согласился, — прозвучал чей-то старческий голос.       Престон поднял голову и понял, что забрёл на какой-то переулок, пока летал в своих мыслях. Голова вертелась по сторонам в поисках источника голоса.       — Кхм! Опусти голову, — недовольно сказал тот же голос.       — Хм? — Марлоу сделал, как ему сказали. Перед ним стоял пожилой старик, низкий, с лысой головой и в хаори. На лице царила беззаботная улыбка, словно у себя дома. — Ты откуда вырос?       — Сделаю вид, что не слышал. Забыл представиться, мистер Тогукава, зовите просто Тогукава, рад знакомству, — старик протянул дряхлую руку, и юноша её принял.       — Престон, Престон Марлоу. И что вы имели в виду тогда?       — Хо-хо-хо, — издал дедовский смешок Тогукава и ответил. — Ты сказал, что легенды умирают безвозвратно? Так ведь? — Престон кивнул, и он продолжил. — Вот только я готов поспорить, что это не совсем так!       «Ты с какого дерева рухнул, ёпта?» — такая мысль пронеслась в мыслях Марлоу, и тот выпалил так.       — Как не так? Конечно, так! Даже такие легенды, как Всемогущий, не живут вечно. А тех, кто уже ушёл на тот свет, не вернуть. Это чисто невозможно, нет такой причуды.       После сказанных им же слов Престон ждал, когда старик, наконец, рассердится, закричит и в гневе случайно выплюнет свою челюсть, как это обычно происходит при инсульте. Но на лице Тогукавы не нахлынул гнев или даже недовольство. Единственное, что там было — озорство в глазах и ухмылка.       — Тогда я бы хотел вас познакомить с кое-кем. Выходи к нам!       Престон ожидал любого: героя, злодея, монстра, кого угодно.       Но на зов из тени вышла массивная фигура человека, одетый в синеватый хаори. Волосы были безобразно распущены, что придавало свой прилежный вид. Лицо бородатое, бесстрастное и словно застывшее, удивлённое, но не глупое. На ногах одеты деревянные тапки, что, по правде говоря, давно утратили своё место в обществе, где развитие ушло далеко, чем десятилетия назад. Самое примечательное было два меча: один длинный, другой вакидзадзи, видимо, уже давно старые, раз созданы по тому образу, что присутствовал уже несколько веков назад.       Престон грубо смотрел тому в лицо, в голове всплывали сотни мыслей о том, кто этот человек перед ним.       «Он враг? Злодей? Простой телохранитель? Но почему так странно выглядит? Какова его причуда, и есть ли у него? Тогукава загнал меня в ловушку?»       Рука Марлоу рефлекторно тянется за спиной, дабы вытащить нож из измерения. Но то, что сказал этот человек, напрочь заставил его отказаться от этой идеи.       — Ты можешь попытаться достать свой меч, — сказал он совершенно спокойно, словно разговаривал с никем. — Проблема лишь в том, что ты вряд ли успеешь осознать, как тут же окажешься разрезанным на мелкие кусочки.       Престон чуть не дрогнул, когда от этого человека стала исходить поистине сильная аура убийцы. Его лицо смотрела лишь на его лицо, не отворачивая взгляд. Но Марлоу мог поклясться, что он видит больше, чем можно ожидать.       И в именно в такой напряжённый момент решил пробежать Тогукава, став между ними.       — Престон, познакомься, это Мусаши Миямото. Мусаши, это Престон Марлоу.       — Миямото, говоришь, — Престон прищурил на того глаза. — Помню, был один такой величайший мечник Японии — Мусаши Миямото. Он жил в XVI-XVII веках, во времена сражения между двумя кланами.       — Да, всё верно! — добавил Тогукава, посчитав, что малец уже догнал мысль.       — И то, что ты носишь такое же имя и фамилию, могу соотнести к простому совпадению.       — Он и есть тот самый мечник! — закричал Тогукава и указал на Мусаши. — Он тот самый Мусаши Миямото, что жил в то время. Настоящий и живой! Разве не видно сходство между лицами?       — Чушь! — уже кричал Престон, разъярённый по какой-то причине. — Не может быть такого! Та самая живая легенда давно ушла на тот свет, когда даже и твоего деда не было на свете. И если ты утверждаешь, что он настоящий, то ты определённо лжец!       — Парень, выбирай выражения, — выговорил Мусаши.       — А то что? Неважно, какой причудой ты обладаешь и что лицами вы похожи друг на друга! Не смей выдавать себя за него! Так ты позоришь свою и его честь!       Мусаши нахмурился, затем поднял свою правую ладонь над Престоном, находясь вблизи. Марлоу не понимал, что это псих решил сделать, раз хочет драться с голыми руками.       Мужчина остановил ладонь и за мгновенье опустил вниз, проходя мимо руки Престона. Миг и Престон ощутил внезапную чудовищную боль в руке и чуть не закричал от боли.       — АРГХ! — такой звук вышел из его уст, он отошёл от него и хотел дотронуться до больной руки, но не мог из-за одного правила, который сам себе и установил. — Причуда? Что ты сделал со мной?!       — Хм? — лицо Мусаши стало озадаченным. — Это была не какая-то причуда, ведь как таковой у меня и нет. Я разрезал твою руку своим астральным мечом. Но ты не видишь его, а лишь я. Приглядись к руке.       Престон осмотрел руку и не заметил даже единой царапины на ней.       «Чувство словно её отрезали. Это не так, она с виду в порядке, но боль… Она настоящая. И хоть она уже понемногу утихает, впечатление всё же осталось».       Марлоу, ничего не сказав, побежал на Мусаши и ударил в лицо мужику. Голова недомечника откинулась назад с пустым взглядом, было ясно видно, что он потерял сознание.       «Что-то здесь не так».       Об этом говорила беззаботная улыбка Тогукавы, что решил понаблюдать за боем в сторонке. И сомнения подтвердились.       Неожиданно Престон ощутил на своей ноге мощную хватку, точно нечеловеческую. Оглядевшись, глаза расширились в шоке при веди Мусаши, что, оказывается, лишь подыграл ему в тот момент. Мужчина поднял руку с Престоном, словно тот был его мечом, и смахнул вниз, и малец ощутил вкус грязного тротуара на своём лице. Им только же воспользовались, как мечом.       — Думаю, с него хватит, Мусаши, — сказал Тогукава.       Мусаши кивнул и, развернувшись, начал уходить, а с ним и Тогукава. Но не раньше, чем бросил Престону записку с адресом и времени.       — Ты полон решимости продолжить бой, но не сейчас. Приходи в указанные место и время, если хочешь поквитаться с ним. Но знай, бой может закончиться для тебя даже самой смертью.       Тогукава ушёл, оставив мальчика совершенно одного.       В своих мыслях Престон искал причину, по которой тот продул. Он недооценил врага и поспешил, даже слишком. Позволил эмоциям взять вверх. Юноша не был ранен, прочное тело позаботилось обо всём. Однако лишь одна мысль о том, что им воспользовались, как простым предметом для осуществлении своей цели, только сильнее заставляло душу гореть из-за ярости.       Марлоу поднялся на ноги и посмотрел на записку. Есть адрес и время прибытия — шесть часов вечера.       — Сейчас лишь полдень, я не должен терять время зря!       Престон для начала решил зайти в ближайшую библиотеку и отыскать всю информацию об этом Миямото Мусаши. Но для пояснения скажу: он знает об этом человек почти всё, что можно только узнать. Сейчас он надеялся, что найдёт что-то ещё. Такого, чего сам не знал.

***

      — Бесполезно, — промямлил Престон, бросая очередную книгу к остальным десяти, что прочитал за час. — Там ничего другого и нет, лишь то, что я и так знаю. Но не могу понять, как Мусаши мог дожить до наших дней? Это невозможно! Такая причуда была лишь у ублюдка Все за Одного. Да и в его время такой силы и не было. Возродился? Или реинкарнация? Но в такую херню я и через всю жизнь не поверю.       Марлоу закинул руки за голову, зубы щёлкали в ожидании боя и разоблачения этого самозванца. Конечно, его тайная техника резать плоть без оружия весьма недурная, но всё равно. Он не может быть тем, кого Престон так сильно уважал и интересовался с того момента, как прочёл его книгу.       — Мне нужно придумать план боя, все запасные действия, умения и техники, которые я буду использовать. Рывок Таракана пока что не докончен, не доведён до идеала. Тогда я развил лишь половину той громадной скорости, и то на один шаг. Маховые Удары — вещь чертовски сильная и опасная, но на этот раз обойдусь без них, если только не самый первый уровень. А вот стойка Трицератопса применить стоит. Так скажем, принесём свою фееричность в данном событии. Ну, насчёт ближнего боя разобрались, а с мечами что делать? Один длинный, другой короткий. М-да уж, он, наверное, ещё умудрился выучить для них стиль боя. Но и я не промах! Моим умением владеть холодным оружием можно позавидовать до смерти! Решено!

***

      Итак, наступило шесть часов вечера. Марлоу поискал в интернете тот самый адрес, который ему дали. Итог: он уже вошёл в подпольные коридоры, которые ведут в подпольную арену, где за боем пришли посмотреть и другие бойцы.       Тогукава — с виду мелкий старик, но на самом деле очень богатый человек, что поднял свой бизнес путём размещение своей же арены под своим особняком, где он любит проводить опасные для жизни бои между самыми разными бойцами с их разными стилями сражения. Принимается почти любое, кроме огнестрельного оружия, а так хоть с мачете приходи — их проблемы. Бои транслируются через скрытую частоту волн, поэтому обычные граждане такого зрелища узреть не смогут и хорошо. Так что насчёт рейтинга? Так вот, он тоже тут учитывается. Обычно новичкам, как я, отказывают давать сражения против персон выше себя. Но Престон — исключение: он лично бросил тому тогда вызов и готов дать отпор. Тогукава воспринял это как должное, за что тому спасибо. Кстати, если я одолею Мусаши, то получу громадный денежный приз. Оказалось, этот мужик занимает очень высокое положение благодаря своим сражениям, в которых всегда выходит победителем, даже иногда не пачкая руки. Но ещё он никого не убивал, потому что если верить Тогукаве, то Мусаши просто не признаёт их, никого достойного получить смерть от самурая.       — Встречайте! Наш непобедимый чемпион! Тот, кого чтили как бога во времена древней вражды! И он теперь здесь, вернувшись со своей душой в новое тело, и готов дать отпор проказнику! Миямото Мусаши!       На арену вышел тот самый человек, которого Престон обещал грохнуть и докопаться до истины, кто он такой на самом деле.

***

      Если вы спросите, что директор Нэдзу любит делать, кроме как вечно пить свой любимый чай? Так вот, кроме этого, любимым занятием крысы являлся просмотр тех жестоких боёв, улавливая скрытые частоты, по которым телепередача и шла.       — Интересно, — промолвил он, попивая чай. — Как он может быть тем самым Миямото Мусаши? Он же жил очень давно, когда причуд не было. Наверное, его двойник. Но вот мне интереснее судьба его противника.       — И с ним сразится тот, кто отказывается верить, что он Тот Самый! Тот, которого вернули с того света путём воссоздания его оригинального тела из найденной частики крови! Но что самое важное, в этом деле присутствует настоящая душа самурая! Так вот, встречайте — Престон Марлоу!       Марлоу вздохнул и вышел из занавесы тени, показавшись всей публике. Они находились на большой песочной арене, по округу стояли массивные деревянные ограды. Сверху на них смотрели десятки, а то и сотни зрителей, большинство из которых были бойцами, что видно по из шрамам на теле. И, как ни странно, все вяло болели за Мусаши. Вяло, потому что знали о характере самурая и его принципах, за что те его даже недолюбливали от слова совсем.       — Чего? Престон? — Нэдзу чуть не поперхнулся своим же чаем и устремил взгляд на того человека через дисплей монитора. — Что он там забыл? Неужели ввязался в какой-то конфликт? Но раз так, нужно и других позвать сюда!       Быстрыми движениями директор мигом набрал номера всех тех, кого он хотел тут видеть.

***

      — А ты храбр, малец, раз и вправду пришёл сюда, — выговорил Мусаши своим немного весёлым тоном, если это можно так назвать. — И какова твоя цель?       Престон улыбнулся и сказал:       — Ну что вы? Разве для боя нужны кое-какие веские причины? Хм?       — БОЙ!!!       Престон убрал свою улыбку и раскрыл свод лохматый пиджак, который сегодня одел над своей повседневной одеждой. Внутри оказалось множество метательных ножей без рукоятей, удобные для броска.       Взяв один из них, Престон мысленно прицелился и швырнул нож тому прямо в лицо.       Миямото за долю секунды поймал нож в паре дюймов от своего лба.       — Малец, ты же не просто так бросил этот нож? — прямо спросил Мусаши и ему ответили.       — Хотел проверить реакцию!       Престон взял по несколько таких ножей и расположил между своими пальцами, а затем также швырнул из всех в него.       Миямото ловко уворачивался от каждого из них, нескольких даже попросту схватил и бросил на землю к ногам. После того к нему летела новая партия, уже быстрее, но также тщетно.       — Проклятье, отличная у тебя реакция, — пробубнил Престон и вытащил уже другой нож, обычный и подлиннее. — Слови это!       — Хм? — Моямото озадачился и своим взглядом наблюдал, как нож летит к нему, сильно вращаясь, как юла. Самурай попытался схватить, нож в начале закрутился вокруг его руки, а позже оказался в их руках. В их, потому что руки Миямото и Престона крепко держали его вместе, сжимая, не говоря и слова.

***

      — Он же может пораниться об него, — выпалила героиня Полночь, рассматривая любимый хлыст. — Интересно, что он сделает дальше?       — Интереснее то, зачем он вообще туда ввязался?! — недовольно буркнул Айзава, протирая свои сонные глазки.       — Престон довольно неплох, — заметил Цепной пёс. — Я даже и не заметил, как он оказался там.       — Просто подгадал момент, — фыркнул Влад Кинг.       — Вы видели, как он закрутил свой нож? — восхитился Сущий Мик. — Такое обычно используют герои с хорошим умением пользоваться холодным орудием.       — Давайте лучше вернёмся к просмотру, — попросил Всемогущий. — Престон-кун должен что-то сделать.

***

      Оба бойца всё также стояли на одном месте, нож в их тисках стал трескаться, а затем и вовсе разбился на мелкие кусочки.       — О-они разбили нож и не поцарапались! — воскликнул кто-то из многочисленной толпы.       Престон ухмыльнулся и наносит правый джеб в голову самураю. Воспользовавшись секундным отлучением, мальчик подпрыгнул и ударяет ногой в подбородок, словно апперкот. Находясь ещё в воздухе, он с разворота попадает тому в челюсть, и только тогда он уже приземляется на землю. И эта комбинация длилась всего две секунды.       — Вау! Престон-кун такой сильный! — выпалила Полночь своим обычным похотливым тоном.       — Нанести три опасных удара за две секунды — дело немалое, — подтвердил Нэдзу, выпив весь свой чай и заваривая новый.       — Это только ещё больше доказывает о его боевом мастерстве, — заметил Влад Кинг.       Мусаши ощутил эту комбинацию своим телом. Самурай чуть присел и сел на пятую точку в позе лотоса, сверля взглядом своего оппонента.       «Когда я его увидел, то также лицезрел за его спиной столики. На каждом из них было какое-то разное блюдо, и таких блюд было много. Суть видения такова, что этот малец изучил множество разных приёмов, и они все представляют из себя разные блюда».       Престон внутри был немного зол из-за пренебрежения к бою со стороны своего оппонента. Разве боец не должен не позволять нанести себе урон? Или же он просто шутит, издевается над ним всем своим положением и видом, говоря, что не впечатлён?       И тогда Престон увидел за спиной Мусаши видение, и необычное, а довольно-таки жуткое. Там на голой окровавленной земле валялись десятки трупов с самыми разными увечьями. Проткнутые, порезанные, обезглавленные, в общем, кучу разных вариаций. Над мёртвыми телами парировали вороны, каркая вовсю, ознамевая очередную резню.       — Вставай и сражайся дальше! — воскликнул Марлоу и краем глаза увидел, как часть зрителей поперхнулись, услышав его требование в сторону самурая. — Ты не нанёс мне и одного удара! Неужели не воспринимаешь бой сполна?!       Мусаши сделал лицо удивлённее и спросил:       — Малец, какова твоя цель боя?       И снова этот вопрос, но уже другой ответ.       — Если хочешь знать, вставай и сражайся дальше! Тогда так я смогу определить истину!       — Истину говоришь…       Миямото наклонился, а потом резко прыгнул со своего сидячего положения и встал на ноги. Медленными шажками он приближался к Престону и встал перед ним. Те долго ничего не делали, и Марлоу произвёл удар, но был схвачен крепкой хваткой Миямото. В таком положении Мусаши сделал подсечку, и малец завертелся в воздухе, как юла, полетев в ограду. Там он упёрся ногами в деревяшку и оттолкнулся, полетев в нему. Самурай ощутил боль в животе от кулака и сгорбился, схватившись за место.       — Хороший удар, малец, — уже с небольшим весельем пробормотал самурай и встал на ноги. — Как ты намереваешься отплатить за это?       — Хм? — Престон не понял, но зрители уже да. Миямото продолжил.       — Тебя разрезать по диагонали? Или пополам, отделив переднюю и заднюю часть тела? Или для начала расчленить и оторвать твои руки и ноги? Выбирай!       — Мой ответ — спустить тебя с небес!       Миямото не ответил и, подняв сжатую руку, взглянув на воздух перед собой, словно держа в руке свой меч. Престон на миг хотел остановиться, но всё же ринулся к нему прямо, не подозревая об опасности. Миг, Мусаши совершил взмах вниз, и малец упал на землю, корча больную рожу.       «Опять этот фокус! Как в тот раз. Чем же он режет? В его руках ничего нет, а ощущение словно есть. И какова дальность атаки?»       — Что с ним сделали? — спросил Тошинори. — Его словно порезали.       — Так и случилось, — выпалил Нэдзу, и все обернулись к нему с вопросами. — По преданиям, Мусаши Миямото был настолько умелым самураем, что разработал свой собственный стиль, в котором он сражается с астральными клинками. Никто, кроме него самого, их не видит, а потому уклониться или предугадать удар невозможно. Они хоть и не наносят ни одной царапины, но боль всё же настоящая. Таким образом, можно даже убить человека болью и оставить без сознания.       — Малец, продолжать можешь? — поинтересовался Миямото, и Престон издал смешок.       — Одна боль не остановит меня, — он встал на ноги, отбросив любую мысль об оторванной руке. И снова наступил.       Миямото совершил новый взмах, сопровождающий болью, только уже в боку, но малец не остановился, а наоборот, с новой силой продолжал идти к нему, получаю множество астральных ран на своём теле.       Никто и понять не мог, что с ним не так, как и сам Миямото. Каждый раз, когда малец получал новый разрез или рану, тот на миг ему улыбался, и так каждый раз. Самурай уже подумал, что своими атаками лишил мальца рассудка, а потому решил закончить бой одним ударом.       Самурай высоко поднял руку и совершил быстрейший взмах вниз, мысленно разрезав тело мальчика на две части по вертикале. Глаза мальчика закатились, и он упал на землю головой в песок и больше не поднимался.       — Ты хорошо продержался, малец, — проговорил Мусаши Миямото и, развернувшись, начал уходить с арены. Кругом стояла тишина, никто даже и слова не проронил.       Тогукава, что смотрел за этим шоу через монитор в своём личном кабинете, нахмурился.       — Я ожидал от тебя большего, мальчик. Но ты и вправду продержался достаточно долго, чем многие из этих бойцов. Но у каждого есть свой предел.       Миямото уже почти вышел со арены, ему оставалось сделать лишь один шаг. Нога уже поднялась с земли и готовилась приземлиться, как вдруг самурай расширил глаза так сильно, как никогда раньше. Он потёр свою правую щёку, на которой пришёлся удар. Удар, что произвёл никто иной, как это якобы поверженный малец.       Миямото не переступил порог и остался на арене. И сказал, развернувшись:       — Ты ударил меня, малец!       — Чего? — такого была реакция абсолютно у любого зрителя.       Миямото развернулся и тут же получил ещё парочку ударов в лицо, ничтожно слабые, но сам факт того, что его якобы бьёт воздух — это поразительно. Мусаши взглянул на павшее тело мальца, и если присмотреться, то он видит что-то наподобие духа мальца, что неоднократно бьёт его в лицо. Это была его решимость, сила духа создала аватар души, это невероятно!       Марлоу начал вставать медленно. Волосы опущены вниз, немного прикрывая его зелёные глаза, безмолвно следящие за ним.       Самурай лицезрел за его спиной такую картину: полная разруха, повсюду пылает адский огонь, что сжигает и дальше всё на своём пути. Небо хмурое, тьма — её главный окрас, и оно сопровождается грозой с дождём. В самом эпицентре этого стоит окровавленный Престон, весь в ранениях. Но даже несмотря на это, он намерен противостоять всем этим невзгодам, которые обрушились все вместе на него одного. И Марлоу принимает этот вызов.       — Малец, да ты упрям до краёв! — заявил Миямото, узрев его ауру, и понял в ней скрытый смысл — сила и стойкость.       Престон не отвечает, а вновь бежит к нему. Мусаши окончательно решил, что малец и вправду лишился всего своего рассудка, и поэтому решил сделать свой предыдущий ход — разрезать своим астральным клинком.       Взмах, победа уже на плечах, но к шоку для всех, Престон уклонился. Самурай посчитал это простым совпадением и совершил горизонтальный разрез, но и тогда тот увернулся. Мусаши попытался разрезать голову, он её наклонил и попался в ловушку. Миямото направил удар на туловище, однако малец прыгнул, вертясь прямо перед его лицом, и нанёс серьёзный удар ногой с разворота в лицо.       Самурай отлетел на пару метров, вернул равновесие своим ногам и потёр щёку, которая зудела и горела от внезапной атаки.       — Ты наверное, размышляешь, что сейчас произошло и как я уклонился от твоего астрального клинка? — задал риторический вопрос Престон и сразу же ответил. — Тогда я не просто как тупой бегал к тебе, попадаясь на удары. Я попытался построить длину и форму твоего клинка в своём уме. И, как видишь, я его теперь тоже вижу.       Марлоу ясно видел призрачный клинок в руках Миямото, от него исходила необычная белая аура, словно пар.       — Малец, да ты гений! — обрадовался Миямото, всё ещё держа клинок в руке. — До тебя никто даже не пытался его разглядеть. Есть ли у тебя что-то, что может меня развлечь?       — Ещё спрашиваешь? Тогда покажу тебе то, чего в твоё время не было!       Престон пригнулся, выставил кулаки вперёд, как рога. Вокруг сформировалась призрачная фигура доисторического существа, что жило миллионы лет тому назад и теперь вернулось в виде имитации.       — Что это за хрень? Трицератопс?! — Тогукава не поверил своим глазам и сам побежал со всех ног к арене, считая, что ему кажется через монитор.       — Т-трицератопс?! — теперь очередь Нэдзу удивляться. — Как?       — Думаю, это сила духа, — внезапно выпалил Тошинори, не сводя взгляда с экрана.       — Кулак Трицератопса!       Трицератопс побежал на Миямото с большим грохотом. Мусаши ничего не оставалось сделать, кроме как схватиться за рога существа и вонзить ноги в песок. Динозавр был сильным, но и самурай не был слабее. Пару мгновений они были равны, но позже самурай начал сдавать позицию, и его прижали к ограде, сломав её при этом. Фигура исчезла, и оказалось, что всё это делал Престон, и Трицератопс был лишь имитацией.       — Такую силу от мальца я не ожидал, — признался Миямото, потерев спину, что ощутила громадную нагрузку на себе.       — Это был только один из трёх динозавров, — признался Престон. — Другие пока не будут, не время для этого.       Мусаши ухмыльнулся, оба ринулись к другу другу и схватились за астральный клинок. Престон не мог позволить себе получить ещё одну ментальную рану и для этого решил нанести удар.       — Удар Маха!       Серьёзный удар отбросил самурая назад, а клинок теперь держал Престон. Призрачный меч был красив и удобен, но, к сожалению, не настоящий, наверное.       — Хм? Как это? — спросил Миямото, указывая на клинок. — Что ты делаешь?       — Эм-м, держу его?       — Оглянись!       Зрители расширили свои глаза, когда Престон держал призрачный клинок в руке, но теперь каждый мог его видеть. Марлоу пожал плечами и бросил клинок, что застрял в песке перед шокированным Тогукавы. Старик осторожно поднял его и провёл пальцем по его лезвию, и оставил себе царапину на пальце.       — Малец, ты только что превратил мою иллюзию в материальный объект, — сказал Миямото. — Как бы ты это не сделал, бой уже затянулся. Пора действовать с настоящими мечами.       Внезапно короткий меч самурая сам вылетел из-за пояса в своих ножнах и приземлился в руках своего хозяина. Самурай осторожно вынул меч из ножен, обнажив острую лезвию без единой царапины. Оружие завораживало своей красотой Престона, и тут Тогукава начал пояснять за базар.       — Фамильная реликвия моей семьи. Миямото Мусаши слишком силён, и обычные мечи просто не выдерживают его одного взмаха. Что и требовалось ожидать от легенды.       — Да опять ты за своё! — воскликнул Престон и указала на самурая. — Он не тот Миямото Мусаши, о котором ты болтаешь! Он мёртв!       — Да, он когда-то умер, — начал Тогукава. — Но три десятилетия назад мы нашли останки его крови и смогли воссоздать его генетического клона. Когда он был готов, он поначалу был пустышкой без души. Но однажды в него вселилась сама душа настоящего Миямото, в тринадцать лет, когда он до смерти забил взрослого бойца деревянной палкой.       — Да вы все тут ёбнулись! — кричал Престон, и тут заговорил сам Миямото.       — Генетически мне тридцать лет, для личности шестьдесят один год. Но вот моей душе уже свыше триста пятидесяти лет. И чтобы ты не говорил, я не вру.       — Замолчи! Даже если это так, ты не тот Миямото Мусаши, про которого читал! Мышление и сознание у вас другое! Я не верю в это! Продолжим бой!       Престон вытащил свои ножи и побежал на Миямото. Самурай чуть двинулся и уже оставил небольшую рану на его спине, которая кровоточила.       — Хм? А ты крепче, чем кажется.       Марлоу не ответил и вновь ответил нападением, от которого Мусаши умело уклонялся и контратаковал мальца, всячески оставляя страшные порезы на нём. К слову, они прям заживали на глазах. Заметьте, малец был неплох и ловок, даже интересно сражаться с ним. Но вот если бы он взял меч, а не нож, было бы куда лучше.       Миямото Мусаши родился во время Сенгоку, когда две враждующие кланы порезали друг другу глотки.       Престон пригнулся, но получил рану на щеке. Гнев затуманил его разум.       В свои тринадцать лет юный Мусаши забил взрослого самурая до смерти всего лишь обычной деревянной палкой.       Миямото уходит в сторонку от выпада Марлоу и в это же время оставляет глубокую рану на спине мальца.       Его клан проиграл войну, и тогда фехтовальщик ушёл на путь одинокого странника, по пути сражаясь со множеством врагов.       Престон держит нож обратным захватом и пытается попасть в голову. Единственное, что удалось, так это оставить жалкую царапину на щеке, но при этом получить рану на руке.       За всю жизнь не было ни одного проигрыша даже другим легендарным мечником того времени. Любая стычка заканчивалась смертью врага.       Нож и меч сталкиваются между собой, и орудие мальца не выдерживает и рушится, а сам Престон получил диагональный разрез в длину всего тела.       К концу жизни посвятил себя писательству и написал свою книгу о философии тактики боя и других мелочах, что и сейчас ценится очень хорошо.       Престон упал на колени, раны понемногу затягивались. Миямото потёр свою щеку, на которой красовалась маленькая рана.       — Ты смог оставить мне рану, малец, — сказал самурай и вернул меч в свои ножны. — Продолжим? Не думаю. Твоя тактика боя не может сравниться со мной.       Самураи могли предугадывать следующий шаг врага за миг и ответить. Ведь в их время малейшее промедление означало смерть.       Престон вновь встал на ноги и теперь держит в руках свою самую прочную катану из всех, что есть в арсенале. Он встал в стойку Миямото, подражая ему, что самому Мусаши было не по душе.       — Ты позируешь меня?       — Нет, — ответил Престон. — Твоих прежних врагов.       Миямото ничего не сказал, но взял в руки свой легендарный длинный меч. Меч был выкован неизвестным кузнецом, и теперь меч вновь вступает в бой.       — Заглушить боль, — промолвил Престон. — Это и было сказано в твоей книге « Пять колец».       Эта чертова тишина просто заставляет меня задуматься…       Престон идёт вперёд, их мечи сталкиваются между собой, образуя искры.       Это буквально заставляет меня сойти с ума…       В его глазах что-то изменилось, и не только вниз, но и сам малец.       Онемевшая боль, как будто я был под новокаином…       Перед глазами Миямото проносятся его предыдущие бои, и Престон как-то с ними связан.       Онемение боли, боль!       Их мечи сталкиваются снова и снова, они не отстают от друг друга в смертельном танце. Малец каким-то чудом стал сражаться в разы лучше.       Эта чёртова тишина просто заставляет меня задуматься…       Престон стиснул зубы, когда получил очередной порез, но в свою очередь ответил тому тем же, когда рана восседала на плече самурая.       Это заставляет меня забыть про всё на этом свете, притупляя свой разум и воспоминания…       Им кажется, что движутся медленно, хотя на самом деле очень быстро. Они сосредоточились только на своей цели — победить врага.       Онемевшая боль — онемевшая моя душа и сердце, скованы этим явлением…       Мусаши чувствая некую связь с этим мальцом и сосредоточил свою душу для ответа. И он его нашёл.       Онемение боли, боль…       Сквозь их сердца протянулась нить, связав между собой и сделав всё одним целым — сознание, мышление, душу.       Эта чертова тишина просто заставляет меня задуматься… Как же давно, как же давно, я испытывал такую я боль?       Битва происходила на невероятном темпе для всех, кто это видел. В один миг они разошлись, кучу ран покрывали их тела и вновь вступили в бой.       Это буквально заставляет меня сойти с ума… Ведь ничего не помню я…       Меч Престона даёт трещины, и он как бы должен был побеспокоиться об этом. Но случилось наоборот — он стал решительнее!       Онемевшая боль, как будто я был под новокаином… Тот, что питает во мне жизнь…       Мусаши ушёл в воспоминания, когда встретил мальца, который бросил ему вызов, и он его принял. Поначалу он был жалок, но всегда вставал на ноги и продолжал идти, становясь сильнее, заставляя старого самурая ощутить те эмоции, что он отбросил давно.       Онемение боли, боль… Лишь она дала мне эти силы…       И вот он встретил точно такого же мальца, что не уступает тому по силе и скорости, не по мастерству. Однако он в это же время рассудителен и осторожен, ведь в любой момент может сломаться меч. Мусаши об этом и писал в своей книге — быть разумным.       Миямото выставил блок, однако малец нашёл жалкую лазейку и оставил рану на запястье. Второй урок — ищи путь там, где его и нет.       Мусаши видит угрюмое лицо мальца и пытается понять, отчего это.       Ты же идёшь почти в равные мне, так что ж случилось?       Он уловил его взгляд на своё лицо, мечи переплетаются, и самурай видит свою гримасу без чувств и эмоций, и всё понял.       Неужели я так и остался без чувств? Но это не так! Я ощущаю их и должен проявить их не только внутри себя, но и выпустить наружу…       Лицо самурая из бледного стало тёплым, живым и настоящим. На лице восседала нефальшивая улыбка, означающая счастье и гордость за такую битву. Но всему приходит конец.       Меч трескается сильнее, ещё один удар и ему конец. Мусаши это видит и намеревается его уничтожить окончательно одним из своих сильнейших и быстрейших взмахов из своего арсенала.       Престон уже видит, как тот замахнулся для решающего удара. Меч выдержит лишь один удар и всё.       Миямото атакует, создавая даже вспышку, поистине сильнейший фехтовальщик и легенда.       Неожиданно их мечи встретились, малец начал перенаправлять его удар в сторону, при этом его меч рушился на глазах. Мусаши встретил свой же удар вбок, получив глубокую рану. Никто, кроме фехтовальщика такой подвиг сделать не может, но малец сделал это ценой своего меча. Третье правило: верни всё своему оппоненту.       — Это все важные правила, которые я прочёл из книги, — признался Престон и выкинул бесполезную рукоять за землю. — Поистине сильная книга.       Мусаши встал во весь рост, от него веяло мощная аура воина.       — К сожалению, к концу жизни я не смог дописать последнее, четвёртое правило, важнейшее из всех. И ты его не узнаешь, — он держит свой главный меч двумя руками. — Престон Марлоу, я признаю тебя! И подарю тебе лучшую смерть воина! — он его признал, чего не делал для кого-либо другого здесь.       Меч высоко поднят, из кончика лезвия вырывается сияние звезды и, словно метеор, устремляется вниз.       Сознание Марлоу замедляется, он не может умереть здесь, не сейчас. Все уже посчитали его мёртвым, когда лезвие коснулось кожи мальца. Но тут произошло следующее: кожа мальца сильно напряглась и одновременно расслабилась. Словно воздушный шарик, когда кто-то тянет углы, а он не разрывается, вот точно также сейчас и происходит. Ноги Престона отделились от земли, и тело стало вращаться вниз по кругу. Взмах меча придал вращению большой импульс. Миямото не ожидал такое увидеть в своих двух жизнях. Престон вытянул ногу, и пятка с неимоверной силой врезалась в лоб самураю. Глаза мужичка закатились, он потерял сознание и выпустил меч из рук, который поймал Престон, и кончик приложил к глотке Мусаши, что уже пришёл в себя и стоял на коленях.       — Заставь своего противника самому принести тебе победу, — оба выговорили эту фразу одновременно, а позже Престон поклонился ему в знак уважения.       — Спасибо вам за бой, Миямото-сан! Теперь я смог сразиться с легендарным мечником прошлого, настоящего, чего желал сделать с того момента, когда прочёл вашу книгу!       Марлоу достал старую книгу, очень, но такая живая, качественная. Миямото во второй раз расширил глаза до неузнаваемости и принял предмет в свои руки, протирая пальцами по обёртке.       — Узнаёте свою же первую книгу? — спросил малец, и тот кивнул.       — Малец, ты смог сделать это — победить меня, — начал Мусаши, но малец остановил его вытянутой рукой.       — За этот бой вы могли убить меня кучу раз, а я всего один раз. Но давайте примем это как ничью, как вам это?       — Хе-хе, я согласен! — она дали рукопожатие друг другу, и весь зал взорвался аплодисментами. Это был не простой бой, как кажется на первый взгляд.       Мусаши неожиданно для всех завязал свои волосы в пучок и взглянул на своё отражение через зеркало, что предоставил Престон.       — Но вот теперь другое дело! Не то, что раньше. Увидела бы меня моя мать, она бы затискала бы меня до смерти, называя милым.       Самурай развернулся и Престон тоже, оба начали уходить с арены.       — Малец, постой! — крикнул Миямото.       — Хм?       Мусаши достал из ниоткуда катану и бросил её Престону. Тот поймал её и, вытащив наполовину из ножен, узрел белую сталь без единой царапины. На ней изображение разящего дракона, испускающий пламя.       — Она не уступает по возможностям моей собственной, используй с умом. Прими это как подарок от учителя.       Миямото скрылся в тени, и Престона к себе в кабинет позвал Тогукава, дабы обсудить награду.       — Престон, ты ведь знаешь, что весьма богатые люди любят делать ставки на бойцов?       — Да, это норма. Они вкладывают даже всё своё имущество.       — Так вот, ваш бой не был исключением. Буквально все мои конкуренты поставили всё своё имущество на победу Миямото. Хоть вы и сами оба пришли к ничью, то по факту ты его победил! И вот тебе твоя доля!       Он передал ему кредитную карточку полностью из золота. И задаётся вопрос.       — А сколько там средств? Небось, пару миллионов? — спросил Престон.       — Миллионы? Да там сорок пять миллиардов юаней!       Престон чуть свою душу не выкашлял из себя:       — Сколько?       — Ты всё сам слышал! Ставки ставили мои конкуренты. У каждого столько же средств, что и было у меня. Теперь я могу купить хоть десять таких особняков с подпольной ареной в сотни раз лучше, чем эта! Я просто отдал тебе твою долю.       — Тогукава, даже не смей мне говорить, сколько у тебя сейчас! Мне уж страшно представить!       — Я и сам пока не знаю, сколько у меня теперь, пока не сосчитал.       — Ну раз так, то мне уже пора идти.       Престон вышел из кабинета, и Тогукава остался наедине со своими мыслями, покуривая трубку.       — Понятие, как боец — люди, что были сильнее благодаря многочисленным тренировкам и которые были сильны духом, телом и разумом. Когда пришёл Мусаши, он ввёл новое понятие — воин. Те, кто участвовал на опасных заданиях, сражался в смертельных битвах множество раз, поистине были сильнее обычных бойцов. Но ты, Престон, ты объединяешь и то и другое. Так кто же ты?       — Вот и бой закончился, — сказал Нэдзу, выпив свой двадцатый чай. — Я впечатлён его навыками. Даже слишком. Миямото-сан и вправду очень силён даже для причудных, не говоря про безпричудных. Он мог убить Престона множество раз, но не стал, пока не признал его.       — Кстати, Нэдзу, у меня к вам вопрос, — Айзава.       — И какой же?       — С каких пор вы заинтересованы в просмотре таких шоу?       — Эм-м…       — Это неважно! — прервал их Тошинори. — Мы должны послать за ним кого-то!       — И я знаю кого! — согласился Нэдзу, внутренне благодаря Всемогущего.

***

      Престон шёл неспешно по ночному Токио домой. Сон ему не нужен, так что может просто добраться пешком.       Неожиданно ухо Марлоу дёрнулось, услышав шум. Он обернулся и готов был сразиться с возможным злодеем.       — А ты не глуп, раз смог среагировать на возможную опасность, — сказала молодая женщина в традиционной китайской одежде, и Престон чуть не ахнул от шока.       — Ты герой номер десять Рюко! Герой-дракон! — в глазах мальца водились звёздочки, любимый герой здесь, перед ним вживую!       — Да, это я. А ты тот самый Престон Марлоу, я права!       — Так точно! — Престон интенсивно закивал головой.       — Так вот, ваш знакомый директор Нэдзу попросил провести тебя до дома, после того, как насмотрелся твоего боя.       — Откуда инфа?       — У него и спросишь. Так где ты живёшь?       — В Мусутафе. Можете не волноваться обо мне! Я сам дойду до… Дома.       Престон замолчал, когда Рюко перед ним перевоплотилась в настоящего дракона! Грозная фигура соединяла в себе черты зверя и женщины в виде волос, платья и больших… Пропустим это слово.       — Садись, довезу до Мусутафы, а оттуда уже придём к тебе домой.       Престон без всяких слов прыгнул ей на спину, и дракоша взлетела высоко в небо.       Рюко летела высоко и плавно восседая выше небоскрёбов. Престон любовался этим зрелищем. Обычно он летел на самолёте, но это гораздо лучше.       — И что такой подросток, как ты, забыл на подпольной арене? — спросила Рюко прямо.       — Да так, решил сразиться с реинкарнориванным самураем и выяснить истину. Вопрос, почему такая классная героиня, как вы, решили придти за мной?       — Я тут патрулировала недалеко и получила звонок от Нэдзу с просьбой подобрать тебя, ведь волновался за тебя вместе с остальными учителями.       — Да ну! Кроме него кто-то в курсе событий! Меня же могут отчислить за это! — Престон чуть ли не рвал волосы с головы.       Рюко издала смешок, этот пацан ей нравился.       — Он предугадал такой исход и попросил передать, что вас не отчислят. Но обязательно поговорить с вами насчёт этого.       — Спасибо, Рюко-сан. Теперь я спокоен.       — Не зови меня так. Это смущает, — сказала дракоша.       — Разве я не могу поблагодарить своего любимого героя номер два? Вы просто восхитительный герой во всём: красота, доброта, характер, вы можете превращаться в дракона, моего любимого зверя!       — Прошу, перестань, — на лице дракошы выступил румянец от смущения. Героиня известна своим тихим характером и не любит быть в популярности. — Пикируем!       — Что?! А-А-А!       Престон держался крепко за чешую дракона, пока они стремительно пикировали вниз, и затем резко остановилась в десяти метров от земли, подняв пыль в воздух. Марлоу слез с неё, руки дрожали то ли от страха, то ли от адреналина в крови — неизвестно.       Рюко вернулась в свою человеческую форму и они решили прогуляться до дома Престона, а заодно героина хотела его спросить о кое-чём.       — Престон, могу я задать тебе вопрос? — тихо спросила она.       — Да, давайте. Постараюсь на него ответить как можно лучше.       — Почему ты хочешь стать героем?       Марлоу внезапно встал как вкопанный, размышляя, как ему ответить лучше всего, вспоминая свою истинную причину мечты стать героем.       — С самого детства я был один, совсем без кого-либо. Ни семьи, ни друзей, никого. Мои родители погибли, когда я был очень мал, что даже не помню как. И моих родственников тоже, похоже, нет, раз никто за эти шестнадцать лет никто не пришёл ко мне и сказал, что они моя семья. А с друзьями когда-то не сошлось. Я не хотел заводить ни с кем дружбу, так как боялся, что они пострадают, а я окажусь бессильным. Поэтому однажды сбежал и начал свой путь. Посетил немало стран, познакомился с несколькими героями и по пути тренировался так, словно это мой последний день жизни. Ломал свои кости, рвал плоть, тренировал свои причуды, тренировался в обращении с огнестрельным оружием. А когда я попал в руки Все за Одного, то…Просто отбросил всё это, сделав своим приоритетом просто выжить там, что было уже слишком сложно. Но а после повержения Все за Одного я и не думал, что мне делать дальше. Но вот Всемогущий дал мне шанс, и я не хочу его разочаровать. Я стану героем и буду спасать чужие жизни, не жалея свою, ведь все мы знаем цену.       — Это очень хорошая мечта, Престон, — призналась Рюко, даже смахнула мелкую слезу, катящуюся по щеке девушки. — Ты определённо станешь героем.       — Наверное, но сейчас я в ступоре.       — Могу ли я чем-нибудь помочь?       — Не думаю. Из-за того, что я якобы работал на Все за Одного, то никакой герой не хочет взять меня к себе на стажировку. А без неё мне некуда стремиться дальше.       Рюко задумалась и, взвесив всё, продумав, сказала следующее:       — Тогда я возьму тебя к себе на стажировку. Ты согласен?       — Да ладно? Спасибо! — от порыва эмоций Престон крепко обнял и даже приподнял бедную девушку над землёй.       «Какой сильный», — пронеслась мысль в голове Рюко, на лице выступил страшный румянец. Это больше похоже на то, как парень поднимает свою девушку в объятиях.       — Престон, можешь опустить меня, прошу, — еле выговорила та.       — Извините! — он мигом её опустил на землю. — Просто меня захлестнули эмоции. Так вы и вправду берёте меня на стажировку?       — Ну конечно. Кроме тебя я взяла к себе и трёх ещё студентов. Двое из них из твоего класса, если я правильно помню. В общем, приходи завтра ко мне домой в это время и адрес. Увидимся там.       Рюко перевоплотилась в форму дракона и устремилась в небо, оставив улыбающегося Престона одного. Сердце мальца бешено стучалось, не зная из-за чего, но скинул всё на простое счастье.       Марлоу пришёл к своему дому, к такому большому, изысканный и с надёжной системой охраны. Дом зарегистрирован как собственность богатой пары, что любит долго отсутствовать на отпуске. Внутри есть много чего, даже есть своя инженерная мастерская.       — Наверное, вам не говорил, но я ещё и отличный изобретатель, — внезапно начал Престон бормотать про себя, представляя зрителей за экраном. — Но в последнее время я не мог уделять достаточно много времени своей работе из-за отсутствия денег для материала. Но теперь я могу даже соорудить целую армию, не говоря об одном лишь солдате в виде меня.       Престон зашёл в гостиную и, провернув пару секретных кнопок, открыл потайной лифт, который ведёт его в подпольную мастерскую, где он и проведёт всю оставшуюся ночь, дорабатывая кое-какие приспособления для миссий.