Как карта ляжет

      Юля развалилась у него на диване с довольной улыбкой.       Игорь протянул ей чашку с чаем тёть Лены и сел на спинку дивана. Себе он заварил тоже, но менее аккуратно, даже чаинки не стал вылавливать. Юля взяла кружку и второй рукой отломила кусочек от шоколадки, которая лежала рядом с ней на диване.       — …ты не представляешь, Игорь, он такой… — она мечтательно закрыла глаза, смакуя во рту кусочек шоколада. — В общем, полный идиот, но безумно горячий.       Игорь мрачно кивнул и потянулся рукой к шоколадку.       — Я вообще не испугалась, когда тот урод у меня сумочку подрезать хотел, — продолжала она, гордо расправив плечи и вскинув подбородок. — Сразу баллончик достала, а этот красавчик вдруг такой: «Эй, ты чё, по роже давно не получал?», ну я и застыла на месте, а он вышел из тени, весь такой крутой, в кожанке, под ней свитер с горлом, на шее клык волчий, лицо такое серьёзное, кулаки сжал, уверенный, глаза горят…       Игорь закатил глаза и откусил плитку шоколада.       Ещё до того, как этот рыжий парень нарушил весь его покой, Игорь знал, что в одном из тёмных переулков, которыми эта умница решила срезать путь домой, её ограбят, отобрав сумку, телефон, серьги и часы. Он собирался посоветовать ей взять такси или вызываться проводить, чтобы избежать ограбления, но после встречи с Сергеем всё изменилось. Появился третий вариант и, кажется, Юля им была вполне довольна.       Адреналин и желание хоть как-то помогать людям заставляли Олега думать о контрактной службе в горячих точках. Ему казалось, что он ничего больше сделать и не может, что он хорош только в том, чтобы держать в руках винтовку и стрелять в людей. Отсутствие адреналина омрачало всю его жизнь. По крайней мере, именно так сказал Грому Разумовский. Игорь с ходу предложил Сергею МЧС или пожарную службу. Если Волкову так нужен адреналин время от времени, если он хочет приносить какую-то пользу, эти профессии как раз для него. Полицию Игорь благоразумно решил не предлагать, к ментам отношение в обществе в целом довольно негативное. Вдруг Разумовский расценил бы это за издевательство, а волновать и без того нервного парня ему не хотелось. Тот едва ли смог успокоиться.       Конечно, предложение альтернативного занятия для Олега было лишним дополнением к основному плану Игоря.       — Во вторник шестого октября ровно в 20:04 вам нужно быть вот тут, в этом переулке, понятно? — Игорь ткнул пальцем в карту Петербурга, открытую на телефоне Разумовского. — Там будет будет девушка с красными волосами и урод, который захочет её ограбить. Твоя задача — привести туда Волкова под любым предлогом, его же — не дать уроду ограбить девушку. Короче, обеспечить её безопасность, понятно? — Вновь повторил ведун с самым серьёзным выражением на лице глядя на Разумовского — такого жалкого сейчас, с его растрепанными волосами, которые совсем выбились из причёски, красными от слёз глазами, слегка опухшим лицом и дрожащими как от холода губами.       — Понятно… но как это ему поможет остаться? — тихо спросил Сергей, шмыгая носом. В его голосе так и сквозило недоверием.       Игорь махнул рукой.       — Всё сложится. Увидишь. Только приведи его к тому переулку ровно ко времени, иначе мне будет трудно повторить такой финт ушами и свести их. — Туманно ответил Гром, складывался шахматные фигуры обратно в доску.       Победил в итоге ведун, но Серёжа в целом был сам не свой, поэтому не мог играть «в полную силу», голова была занята совсем не партией, а Олегом и тем, как заставить его никуда не ехать. В голове Разумовского даже мелькнула совершенно идиотская мысль: приковать Олега наручниками к кровати и никуда не выпускать, но тот явно бы не оценил такого изощрённого подхода.       План Грома вызывал уйму вопросов, но почему-то ему хотелось верить. Почему-то Серёжа готов был попробовать буквально поставить на этого ведуна жизнь Олега.       — …ну в общем, когда он прогнал этого грабителя, я не сразу прониклась благодарностью, — Продолжала тараторить Юля, поглощая шоколадку с невероятной скоростью. Видно, пережитый стресс давал о себе знать. — Я сначала испугалась и хотела сама отмудохать его сумочкой, думала, что он отбил меня у этого мудака лишь для того, чтобы самостоятельно ограбить, ну, чтобы всё моё скромное богатство досталось именно ему. Мало ли, что он выглядел как какая-нибудь модель, то есть вовсе не угрожающе, я всё равно сначала испугалась и подумала о самом худшем, что мне ещё было делать?! — Игорь кивнул. Ну да, правильно. Никому не доверяй. Особенно мужчинам в тёмных переулках. — А потом он открыл рот и… боже, его голос уже не звучал так грубо и угрожающе, он пытался меня успокоить и убедить, что не желает мне зла, там его рыжий друг подключился, мы в общем поговорили, я пришла в себя, оценила моего спасителя и взяла у него номер.       — Юль, — совершенно серьёзно произнёс Игорь, стараясь, чтобы ни один мускул на лице его не выдал. — Так ты же по бабам только.       Юля смерила его недовольным взглядом и фыркнула, гордо вздёрнув подбородок.       — Я что теперь, не могу себе позволить оценивать мужскую красоту? Не могу позволить попросить у ахуенного мужика номерок, чтобы за чашечкой чего-то горячего отблагодарить за героическое спасение меня и моей сумочки?       Игорь усмехнулся на эту возмущённую тираду и сделал новый глоток чая.       — Не, можешь, конечно, флаг тебе в руки, делай с этим красавчиком всё, что хочешь. — Невозмутимо ответил Игорь, принимая поражения.       Юля снова фыркнула.       — У вас с ним даже есть что-то общее.       — Да? И что же?       — Идиотизм. — Юля хрустнула шоколадкой. — Он до последнего, кажется, не понял, что я у него номер взяла. Попросила его телефон, а он мне такой: «Да, конечно, вам позвонить надо?». Прикинь? Я набрала свой же номер и позвонила себе, а он мне: «У вас это, телефон звонит, вы ответите?». Клянусь, его рыжий друг понял всё с первой секунды и по-моему на каждое его тупое высказывания закатывал глаза. В общем, я в ответ на его вопрос достала свой телефон и показал номер, который мне звонил. Его номер, Игорь. Он пялился секунд пять, а потом просто сказал: «А-а. Хорошо, спасибо». Я вернула ему его телефон, улыбнулась и ещё раз поблагодарила за спасение, а он такой на вид дурашка, совсем не знает, что отвечать мне, пялится только растерянно и всё.       Юля мечтательно вздохнула.       — Не, ну я бы тоже не понял чё ты от меня хочешь, — заключил Игорь, пожав плечами.       — Ну вот, я же говорю, вы с ним похожи!

***

      — Красивая, да? — наверное, раз в пятый за вечер спросил Олег у Серёжи, чем вызвал очередной его страдальческий стон.       — Да, — ответил он, не отрывая головы от ноутбука.       — Я таких не встречал… — продолжал мечтательно Олег, лёжа на диване и глядя в потолок.       — Олеж, потому что ты гей, ты мне сам говорил, что тебя привлекают исключительно мужчины. — Задумчиво ответил Серёжа и высунул язык, быстро печатая что-то на клавиатуре.       Волков тяжело вздохнул.       На груди у него лежала тарелка с крабовыми палочками, которые тот любил, кажется, больше, чем Серёжу.       — Не, ну она объективно красивая! Как женщина. Ну как бы… милая. И всё такое.       — Ты знаком с ней от силы час. — Заметил Разумовский, на секунду задумавшись, а точно ли его друг гей? Неужели Игорь провернул всё это, чтобы свести Волкова и эту девушку? Теоретически, Олег мог быть бисексуалом, но не подозревать об этом до сегодняшнего дня. Это нормально.       — Но зато какой час! — мечтательно протянул он, засовывая в рот сразу целую крабовую палочку.       Серёжа, который в конец отвлёкся от исправления багов в систем своего начального проекта «Вместе», задумчиво уставился на друга. Руки его неподвижно лежали на клавиатуре.       — Хорошо, что она согласилась, чтобы мы проводили её до дома, да?       — Олеж, мы довели её до автобусной остановки рядом с ЖК, а не до дома. Она отказалась, чтобы мы шли до подъезда, — напомнил Разумовский, пребывая всё в том же задумчивом оцепенении.       Мысли в голове Серёжи роились, не в силах собраться в одну кучу. За окном мелко моросил октябрьский дождик, небо затянуло серыми тяжёлыми тучами. Олег жевал крабовые палочки, мерно гудел ноутбук, об потолок билась какая-то сумасшедшая муха и вроде бы всё было хорошо, только в душе у Разумовского всё равно оставалось это противное тревожное чувство, заставляющее кончики пальцев холодеть, а дыхание сбиваться.       — Ну вообще она молодец, — снова подал голос Олег, и Серёжа вздрогнул. Холод отступил, тревожные мысли разбились об эту нежную и абсолютно дурацкую улыбку Волкова. Тревожные мысли всегда его боялись, всегда убегали, стоило им услышать голос Олега. — Правильно делает. Заботится о своей безопасности.       — Ага… Олеж… Ты же вроде по мужикам? Ну, ты же гей… — прищурившись, осторожно уточнил Серёжа, неловко ёрзая на скрипучем кресле на колёсиках.       — Ну… да? — как-то не очень уверенно ответил Волков, беря из миски ещё одну крабовую палочку. — А что?       — Да то, что ты уже больше часа распинаешься об этой девушке! — воскликнул, не выдержав, Серёжа и тут же прикусил губу. Нервное напряжение, которое он испытал за день, давало о себе знать. Он страшно боялся ошибиться и прийти не вовремя, пропустить момент, перепутать переулки… — Извини… Это не плохо. Говори о чём хочешь и сколько хочешь, мне интересно тебя слушать, я просто… просто немного устал сегодня.       Олег молча встал с дивана, надел тапочки и подошёл к рабочему столу Серёжи. Поставив перед ним миску крабовых палочек, Волков потрепал его по рыжим волосам и поцеловал в макушку. Серёжа фыркнул и, не выдержав, улыбнулся, снизу вверх глядя на друга.       Да, прав был ведун Гром: Олег — его константа. Всегда был и всегда будет, он сделает для этого всё возможное, но никуда не отпустит Волкова.       Ещё раз погладив Серёжу по волосам, он положил ладонь ему на плечо и легонько сжал.       — Всё нормально, серый, не парься, я понимаю, что ты много работаешь в последнее время. Извини, что достаю разговорами о какой-то девушке… Не знаю, что на меня нашло… — Олег свободной ладонью неловко потёр колючую скулу. Обычно он бреется каждые пару дней, но тут замотался и как-то забыл. Серёжа не привык видеть его обросшим, Олег тогда сразу становился похож на серьёзного взрослого.       — Да нет, Олеж, это нормально! — Серёжа вдруг резко вскочил и встал напротив друга. Волков, не ожидавший от него такой прыти, опешил и удивлённо на Серого. — Говори о чём угодно сколько угодно, мы ж с тобой так давно дружим, я хочу знать, что у тебя в голове, хочу знать, о чём ты думаешь, что тебя волнует или наоборот радует!       В порыве чувств Серёжа вцепился пальцами в плечи Олега и слегка потряс его. Он не хотел, чтобы из-за него маленькой вспышки Волков закрылся и перестал с ним что-то обсуждать, а ещё Серёжа чувствовал острую необходимость лишний раз напомнить другу о том, как разговоры с ним ему важны.       — Серый, я знаю, спасибо. — Олег тепло улыбнулся и шагнул вперёд, обхватив талию Разумовского обеими руками. Подобные касания для них были совершенно нормальными, они вместе прошли через многое, чтобы смущаться или сторониться близости друг с другом, пускай эта близость и выглядела для многих неприемлемо, и Олегу и Сергею было плевать.       — Я знаю, что ты знаешь, просто… хотел, чтобы ты снова это услышал! — Возбуждённо протараторил Серёжа, ощущая во всём теле резкий прилив энергии.       Глаза горели безумным огнём, сердце в груди билось чуть быстрее, чем обычно, мир вокруг искрился и пульсировал. Хотелось вывалить на Олега целые полотна жизнеутверждающих речей, хотелось съесть килограмм крабовых палочек, а ещё лучше — крабового салата, хотелось порисовать (совершенно внезапно Серёжа поймал себя на мысли, что у него прямо-таки чесались руки изобразить этого ведуна Грома в какой-нибудь славянском сеттинге, в славянском наряде, в роли эдакого травника-колдуна тысячу лет назад), хотелось посмотреть сериал, хотелось всего и сразу.       Олег провёл ладонями по рёбрам Серёжи, а затем скользнул ими к пояснице.       — Полегче, у тебя опять твой приступ гиперактивности? — Мягко уточнил Волков, поглаживая спину друга через рубашку. — Глаза безумные.       — Нет! — Слишком самоуверенно поспешно воскликнул Разумовский, но под скептическим взглядом Олега вздохнул и склонил голову чуть набок, принимая поражение. — То есть… да, он.       Олег молча усадил его на диван, поставил ему на колени миску с крабовыми палочками и сел рядом, касаясь своим плечом плеча Серёжи.       — Сделай глубокий вдох, — попросил Волков. Серёжа молча повиновался, сделал сразу несколько глубоких вдохов, хоть и нехотя, но вдобавок провёл дыхательную гимнастику. В награду он взял крабовую палочку и откусил от неё половинку.       — Так что там твоя девушка?       Олег усмехнулся.       — Красивая.       — Ага. Красивая. — Разумовский как-то странно ухмыльнулся. Словно знал чего-то, чего не знал Олег.       — Что? — Волков пихнул его локтём в бок.       — Да ничего. Ты уже в восьмой раз назвал её красивой, — улыбка Серого стала ещё шире и ещё коварнее. — Что, влюбился, да? Любовь с первого взгляда? Как в сказках, да, Олеж?       — Да не мели ты чепуху, Серый, какое влюбился! — Возмутился Олег, снова пихая друга в бок. — Я просто таких не встречал. Она так красиво говорила про уровень преступности в городе, пока мы её до дома провожали, такие слова умные, такая серьёзная и милая одновременно… а как она говорила про советское кино, как ловко меняла темы, когда понимала, что я идиот и не знаю, что ответить… А про музыку, Серый, помнишь? У нас же с ней вкус похожий. Она такая интересная и красивая…       — Девять! — Разумовский хлопнул Олега по колену и прыснул от хохота.       — Да иди ты, придурок! — притворно обиженно ответил он, скрещивая руки на груди.       — Ладно-ладно, — Серёжа примирительно положил голову ему на плечо и протянул крабовую палочку. — Я удивлён, что ты можешь сказать о ней что-то кроме бестолкового «она красивая».       — Серый, я обещаю, ты сейчас получишь, я начну тебя щекотать и не прекращу, даже если ты будешь умолять! — Волков угрожающе понизил голос.       Серёжа знал, что тот несерьёзно, и веселился ещё больше. Волков, тем временем, оправдывая свою фамилию, недовольно рыкнул, забирая у друга из рук крабовую палочку.       — Ну признайся, зацепила, да?       Олег тяжело вздохнул, помолчал несколько секунд, прожёвывая крабовую палочку и всматриваясь в белый потолок. Ветер за окном усиливался капли дождя с грохотом врезались в стекло и монотонно барабанили по подоконнику.       — Да. Зацепила.       Разумовский радостно взвизгнул.       — Ну так напиши ей. Спроси, как дела и всё такое! А лучше позови куда-нибудь. Например, выпить кофе.       — Серый, зачем…       — Потому что она взяла твой номер телефона не просто так!       — А… реально? Думаешь?       — Олеж, ты щас серьёзно?       — Да… А что? — Недоумённо переспросил Олег.       — Она намеренно взяла у тебя номер и оставила тебе своей с явным намёком!       — Каким?       Иногда Олег был просто большим и глупым ребёнком.       — Да что б ты позвал её куда-нибудь, дурень.       — Блин, Серый… — Волков задумчиво почесал затылок. Серёжа видел, что он сомневался, но между тем очень хотел написать Юле. — Не знаю даже… Что мне сказать-то ей?       — Доставай телефон, щас вместе придумаем. — Командным тоном приказал Серёжа, шумно вдыхая через нос.       — «Вместе»? — Заговорщически прошептал Олег ему на ухо, ухмыляясь и намекая на будущую социальную сеть.       — Ага, через пару лет будешь с ней переписываться именно там! — важно возвестил Серёжа, переполняемый уверенностью. Олег улыбнулся и вручил ему соей телефон.       — Пожалуйста, только не переборщи. — Взмолился он, усаживаясь к Серёже плотнее.       — Ни в коем случае. Когда я вообще перебарщивал?       Ответом Серёже служил выразительный взгляд Олега и его вскинутые в притворном удивлении брови.

***

      Уютную тишину квартиры Грома разрезал радостный женский визг.       — Он мне написал, Игорь!       Гром отвлёкся от развешивания только что постиранного белья и повернулся к Юле. Та сидела на диване, сложив ноги «по-турецки» и обеими руками сжимала телефон, радостно улыбаясь. Игорь облегчённо вздохнул и повесил носки на верёвочку. Получилось. Процесс был запущен и, чёрт возьми, Игорь совершенно не жалел об этом, потому что видеть Юлю такой счастливой было приятно. Это… необъяснимо грело капитану сердце.       — Что написал?       — Позвал кофе выпить. В «Сибаристику»! У него ещё и вкус есть, Игорь! — Юля счастливо зажмурилась, прижала телефон к груди и откинулась на спинку дивана.       Гром окинул Юлю тёплым взглядом и, хохотнув, вернулся к своему прежнему занятию. Бельё само себя вряд ли развесит.       Юля открыла глаза и вдруг слегка настороженно посмотрела на Игоря.       — Игорюш…       — М-м?       — А ты ведь что-то знаешь, да? — Медленно произнесла она, прищурившись. Она буравила спину Грома своим самым подозрительным взглядом. — Игорюша.       Прозвучало это чрезвычайно угрожающе.       Ведун продолжил невозмутимо развешивать мокрое бельё.       — Ничего я не знаю. — Он невинно пожал плечами.       — Врёшь. Знаешь. Что ты знаешь, Игорь? Скажи мне! — Юля вскочила с дивана и оказалась за спиной Грома.       — Юль, я не знаю ничего, говорю же. — Попытался Игорь твёрдым и убедительным голосом. На Юлю это не подействовало. Она дождалась, когда Гром повесит свои последние трусы и вцепилась ногтями в его бока.       — Если не скажешь мне, я начну щекотать! — предупредила она и в доказательство произвела пробную попытку. Гром сжал челюсть, но даже не вздрогнул.       — Начинай, без боя не сдамся. — Ухмыльнулся он, разворачиваясь к Пчёлкиной лицом и вдруг совершенно внезапно срываясь с места и забегая за диван.       — Ну тогда берегись! — Прошипела Юля, бросившись за ним следом.       Одинокую квартиру Грома огласил весёлый смех.