Образцовый отец 5

Мирослав был омегой, и ничто омежье было ему не чуждо. Он любил смотреть «Жестокий романс» и плакал над судьбой главного героя, которого соблазнил и обесчестил коварный альфа. Любил забавные открытки и даже иногда покупал их для себя. Любил пирожные и капучино. И любил, когда Николай его баловал. Хоть Мирослав никогда бы в этом не признался. Муж ни в чем бы ему не отказал, и в последнее время Мирослав боролся с искушением попросить об одной забавной штуке. Инстаграм, умная зараза, подсовывал Мирославу видео с гендер-пати, и чем больше он их смотрел, тем сильнее хотел устроить что-то подобное. Ему нравилось наблюдать за реакцией родителей, когда они узнавали пол своего ребенка. Как зажигались лица омег и альф, как они кричали от радости и обнимались. Способы были разные: кто-то выпускал в небо шарики из коробки, кто-то разрезал торт, кто-то разбивал пиньяту. Все это выглядело крайне заманчиво и невероятно мило. Да, встречались, конечно, видео с неадекватной реакцией альф — они злились, когда шарики или конфетти были розовыми, и тогда сердце Мирослава сжималось. А что, если и Николай тоже так же отреагирует? Тоже будет не рад, если у них родится омега? Мирослав старательно гнал от себя эти мысли, ведь у него был самый лучший, восхитительный и любящий муж. И чудесный отец для Илюшки! Но устроить небольшую вечеринку очень хотелось. К тому же время было подходящее — двадцать недель. Мирослав раздумывал как бы намекнуть Николаю на свое желание, но альфа заметил, что его муж загрузился, и как-то вечером запрыгнул в кровать, где сидел его немного хмурый омега, и устроился на боку, подперев щеку: — Ну, рассказывай! — О чем? — не сразу понял Мирослав. — О чем ты думаешь в последнее время так усиленно. — Я… — растерялся омега и глянул на внимательно слушающего его мужа. — О! Не смотри на меня так! Ты меня смущаешь. Николай рассмеялся и подвинулся к Мирославу ближе, чмокнул его в выступающий живот. — Я еще могу тебя чем-то смутить? — Хватит, — наморщил Мирослав нос и снова посмотрел на Николая. Тот выглядел заинтересованным и готовым к любым капризам и глупостям своего беременного омеги. И Мирослав решился: — Я тут видел одну штуку… Не знаю, как ты к этому отнесешься. В общем, сейчас многие устраивают гендер-пати. Ну, вечеринку, где узнают пол будущего ребенка. И… Я подумал, что мы могли бы сделать что-то подобное. М? Он скосил глаза на Николая и к своему счастью не обнаружил на его лице ни тени пренебрежения или снисхождения. Наоборот, альфа был заинтересован. — Я слышал про это, — Николай аккуратно положил ладонь Мирославу на живот, легко его погладил. — Ты хочешь такую вечеринку? — Ну, я думаю, это было бы прикольно. Можно пригласить родителей. Твоих и моих, парочку друзей… И немного потусоваться. Только это, наверное, недешёвое удовольствие. — Эй! — негромко воскликнул Николай. — Не думай про деньги, хорошо? Они у нас есть — я неплохо зарабатываю. — Я знаю. Просто мы только недавно построили дом… — И у нас все еще есть деньги, — Николай погладил мужу живот и прижался к нему губами, а потом и ухом. — Эй, малыш, скажи своему папочке, что он зря переживает, а переживать ему вредно. Мы не бедствуем и сможем закатить такую вечеринку, что все от зависти просто рты пораскрывают! Мирослав выдохнул чуть свободнее и рассмеялся. Какое счастье, что его альфа поддержал эту идею. Оставалось только продумать детали и выбрать — шарики, торт или что-то совершенно необычное.

***

Вечеринку они решили провести в новом доме и совместить сразу два события — новоселье и гендер-пати. Юрий Михайлович, как только узнал, что собирались провернуть Николай с Мирославом, идею их поддержал и с азартом включился в подготовку. Даже предложил несколько необычных способов объявления пола ребенка. Они с Мирославом долго думали, что же лучше выбрать, и остановились на цветной краске — Мирослав должен будет надеть белую футболку, а Николай испачкает руки в краске нужного цвета и оставит на муже отпечатки ладоней. Это было достаточно просто, но не так сильно заезжено, как шары и торты. И футболку можно будет потом сохранить на память. Потом Юрий Михайлович занялся угощением и украшениями, заметив, что Мирославу напрягаться вредно. Ему лучше отдыхать побольше, питаться правильно и следить за своим здоровьем. Но все же старший омега согласовывал с младшим все — от цвета начинки для пирожных до списка гостей и желаемых подарков. Мирослав не заказывал чего-то космического, ему достаточно было простой коляски, кроватки и детской одежды из натуральных тканей. И подгузники. Много подгузников! И на то самое главное УЗИ Юрий Михайлович отправился вместе с молодыми родителями. И первым узнал пол будущего внука. Омега разулыбался и кивнул врачу, который показывал ему изображение на мониторе, что уже все понял. Николай сидел на кушетке рядом с Мирославом и держал его за руку. Смотрел альфа исключительно на мужа. Да, у него был соблазн взглянуть на монитор, но он сдержался. Уж если они решили с Мирославом узнать все вместе, то Николай может потерпеть. — Отлично! — хлопнул Юрий Михайлович в ладоши, привлекая внимание всех собравшихся в кабинете врача. — Все получается просто превосходно. Спасибо! Он забрал у врача запечатанный конверт с результатами УЗИ и спрятал у себя в сумке. — Пара небольших штрихов, и все будет готово. Ну, детки, я поехал! — Юрий Михайлович помахал Николаю с Мирославом ручкой и отбыл. — Как хорошо, что твой папа за нас, — Мирослав принял из рук мужа салфетки и утер гель со своего живота. Николай помог ему застегнуть брюки и сесть. Он чмокнул омегу в щеку и потянул из кабинета на воздух. — Конечно, он за нас. Он тебя обожает! — Я его тоже, — улыбнулся Мирослав, крепче захватываясь за руку своего альфы.

***

Вечеринка получилась просто замечательной. Задний двор был украшен воздушными шарами и цветами, закуски и напитки расставлены на столиках по периметру, центральную часть лужайки оставили для свободного перемещения гостей и для детей — Илюшка носился туда-сюда вместе с сыновьями друзей Николая и Мирослава. Подарки гости сложили под красочной аркой, увитой плющом. Мирослав краем глаза заметил, что там было все самое нужное для ребенка, и украдкой смахнул слезинку счастья. Его родители тоже приехали, и от этого омеге было еще радостнее. Как бы он ни любил Юрия Михайловича и Сергея Федоровича, они не могли заметить Мирославу его родителей. Омега очень по ним скучал и первые пару дней все не отлипал от отца и папы. Они тоже привезли подарки для будущего внука, и Мирослав дрожащими руками развернул тоненькую, но невероятно теплую и мягкую кофточку, что его папа связал собственными руками. К ней прилагались шапочка и пинетки. — Папочка, какая красота, — восхищенно ахнул Мирослав, прижимая подарки к груди и глядя на папу блестящими от слез глазами. — Спасибо! — Пожалуйста, родной, — папа погладил его по щеке. — Когда я ждал тебя, я связал почти такой же комплект. Ты был такой хорошенький в нем. — Ох, папочка! — Мирослав бросился в объятия к папе и залился слезами. — Ш-ш-ш, маленький мой, — зашептал Виктор Алексеевич. — Все хорошо. Все хорошо.

***

Вечеринка шла своим чередом. Гости поглощали пирожные, болтали друг с другом, танцевали и вообще чувствовали себя превосходно. Они периодически поднимали тосты за будущих родителей и подначивали их поскорее переходить к самому главному — к объявлению пола ребенка. Наконец Юрий Михайлович дал отмашку, и Николай с Мирославом встали на исходные позиции. Юрий Михайлович завязал им обоим глаза, поставил Мирослава посреди лужайки, а ладони Николая измазал цветной краской. Он подтолкнул сына к Мирославу, Николай сделал один неуверенный шаг, но оставшиеся три прошел ровно, ориентируясь на запах своего омеги, прилип к нему со спины и устроил ладони на его животе. И в этот момент они словно пропали оба. Отключились от шума внешнего мира, потому что их ребенок, видимо почувствовав отца, толкнулся. Николай отчетливо ахнул и склонился к шее Мирослава, накрывая метку губами. Очень интимный и страстный жест. Мирослав же вцепился в руки альфы, поддерживающие его живот, и замер. Они напряженно ждали и вздрогнули, когда ребенок снова зашевелился. — Это… Это… Ты чувствуешь? — прошептал Мирослав. — Да. Это наш сын, — в тон ему отозвался Николай. А между тем их друзья и родители что-то кричали, улюлюкали и немного не понимали, почему же молодые родители застыли, как памятники, ведь все уже разглядели, какого цвета руки альфы оставили на омеге отпечатки. И кроме того сзади них поднимался в небо густой дым от вереницы шашек. Нанятые фотограф и оператор исправно это все снимали, чтобы память у Новиковых осталась надолго. — Эй, папаша! Да оторвись ты уже от своего омеги! — долетел до Николая насмешливый крик. — Это сцены восемнадцать плюс, а тут дети! Николай досадливо зарычал — такой момент был испорчен — и сорвал повязку. Его на секунду будто ослепило, потому что дым попал в глаза, но, проморгавшись, он оглянулся и закричал от радости, увидев розовый цвет. Мирослав тоже снял повязку и повернулся к Николаю. Его альфа, его двухметровый, брутальный и суровый альфа прыгал практически до небес и размахивал руками. Николай увидел отпечатки своих огромных ладоней розового цвета на животе у мужа и завелся еще сильнее. Он подскочил к Мирославу, обхватил его лицо, пачкая щеки и нос в краске, и крепко-крепко поцеловал. — Спасибо-спасибо-спасибо! — лихорадочно шептал он, покрывая лицо своего омеги поцелуями. — Спасибо за сыночка, за моего маленького омеженьку! Мирослав только после этих слов наконец осознал все. И заплакал от облегчения и радости. Он целовал своего альфу в ответ и тоже шептал какой-то бред. И был бесконечно, просто до безобразия счастлив.

***

Поздним вечером, когда всё более-менее успокоилось, гости, удовлетворенные вечеринкой, разошлись, Илюшку загнали спать, все взрослые разбрелись по комнатам. Мирослав сидел в кровати, все еще взволнованный и переживающий события дня. Николая тоже немного потряхивало от возбуждения, он перемещался по комнате пружинящим шагом и не мог найти себе места. Эмоции у него бурлили, до сих пор хотелось кричать от счастья и кружить своего омегу на руках по комнате. Николай себя сдержал и рухнул рядом с Мирославом, обхватывая его и тесно прижимаясь к его животу. Омега улыбнулся и запустил пальцы в волосы альфе. — Ну как тебе? — немного неуверенно спросил он. — Офигенная вечеринка, — Николай задрал голову и посмотрел на Мирослава. — Ты этого и хотел? — Да, — признался Мирослав. — Все получилось просто идеально. Николай ему улыбнулся и поцеловал живот. Ему снова хотелось почувствовать движения его ребенка. — Скажи, — через некоторое время произнес Мирослав. — Ты правда обрадовался, когда увидел розовый цвет? — Естественно, — удивился Николай и снова поднял голову, вглядываясь в напряженное лицо своего омеги. — Почему ты спрашиваешь? — Ну, розовый это же омега… Не альфа… — Я понял, про что ты, — прищурился альфа, строго глянул на мужа. — В первую очередь это мой сын! Которого родит мне мой любимый человек. И мне неважно, кто это — омега или альфа. Я люблю нашего сына независимо от этого. Потому что он от тебя. Мирослав улыбнулся сквозь слезы. Он услышал именно то, что хотел. И в очередной раз убедился, что вышел замуж за идеального человека. Образцового мужа и отца.