Ночи моей любви к тебе

Он тихо закрывает дверь, тяжело вздыхая. Ватными ногами он подходит в глубь комнаты, после чего плюхается на диван, тут же закрывая глаза. Он, кажется, не собирался ничего говорить. Хотя, ему и не понадобилось. -Тяжелый день? Зеленоволосый усмехнулся, поворачиваясь к Хантсмену на своем рабочем кресле. -...Может, самую малость. Синтаксис хмыкнул, не совсем уверенный в правдивости этих слов. Охотник выглядел вымотаным. Его одежда была слегка помята, а коса, в которую тот обычно заплетал волосы, теперь больше походила на соломенный веник. Ученый обреченно вздохнул. Покопавшись у себя в тумбочке, он достаёт какой-то предмет, после чего подходит к знакомому, усаживаясь на диван рядом. -Садись на пол. Хантсмен, кажется, сразу понял, что тот хотел сделать, однако, все равно кинул на него вопросительный взгляд, прежде чем выполнить приказ. Сначала он чувствует, как руки ученого проворно расплетают лохматую косу. Далее, тот отбирает прядку, аккуратно, нежно проводя по ней расчёской. Охотник в удовольствии вздыхает, закрывая глаза. Синтаксис проделывает подобную технику вновь и вновь со всеми волосами, прежде чем отложить расческу. Он не торопясь зарывается рукой в жёсткие, но приятные на ощупь серые волосы. Он проверял, не осталось ли колтунов. А может, ему просто захотелось испытать ощущения расчёски. Зеленоволосый слабо массирует напряженную голову своего "гостя", после чего раз за разом проводит пальцами по чувствительной коже от начала затылка и до макушки. От прикосновений у Охотника пробегают мурашки, тело слегка содрогается. Он судорожно выдыхает, немного наклоняя голову назад и поддаваясь этой ласке, определённо наслаждаясь ею, пока его уха касается смешок знакомого. -Кажется, я нашел твою слабую точку. -Заткнись.