Последний день лета

- А ты говорил, что закаты тебе не нравятся... Мужчина добродушно усмехнулся, обнажив серебряные, похожие на кончики звёзд клыки, и потёр горбатую переносицу. -Ну, хах, я решил, что сегодня имею полное право зарыть топор войны,- довольно проурчал он, опускаясь на морщинистую, попоросшую бархатной щетиной мха, глыбу.- тем более, разве тебе бы на моём месте не было интересно поглядеть на то, как кто-то опускает солнце?- дух подпёр скуластую щёку рукой и уставился на разгорающуюся водную скатерть, бирюзовой вуалью повисшей на горизонте. Последний летний закат обещал быть поздним. Сладкая дрёма неумолимо тянула в сон. - Ну, я ведь не совсем его опускаю, оно движется само по себе...- Эйюро беспокойно поглядел на сидящего рядом хранителя, будто ища в нём немого одобрения, утешения, от чего-то ему вдруг стало стыдно за толстую горячую звезду, которая опускается к кромке моря сама по себе. Смуглый, почти спрятанный под тенью дикого миндаля дух только тонко щурился от отступающего к ногам света, его лицо, спокойное, как обвисшие в штиль паруса, выражало вечный незапятнанный покой.- И... И-и почему сегодня?-замешкавшись, продолжил юноша.- Солнце ведь почти не греет да и с севера тянет холодом... - Ммм...- гортанно протянул Вето и Эйюро был готов поклясться, что слышал тихий вой морского ветра в его распахнувшихся лёгких. - А может я захотел посмотреть на того, кто перережет лету горло? - Что?!- юноша дерганно подскочил и едва не свалился с нагретого камня.- Что ты?! Я не хочу никого убивать! Вето сухо засмеялся, передразнивая шершавым голосом накатывающие на каменный берег изумрудные гребни холодных волн. - Будет тебе, Эйюро, я просто пошутил... - Злые у тебя шутки! Не шутки, а клевета!- взвился обиженный дух, ударяя раскрытыми ладонями по камню. - Ну да, да, с перерезанным горлом я переборщил. Хех, приношу свои глубочайшие извинения, мой маленький солнечный друг. - Ещё и издевается...-уже спокойнее пробурчал Эйюро, демонстративно отворачиваясь от хихикающего Вето.- Что придумал... Посмотреть, как умирает лето... Разве оно умирает? Ты ведь так долго живёшь на свете и ни разу не видел последнего летнего заката? Ничего тут не умирает, просто наступает осень... - Люди говорят, что лето- это маленькая жизнь.- голос Вето неожиданно упал, снизился до шепчущих пенных всплесков, дух будто боялся спугнуть занимающийся в небе оранжевый огонёк заката.- Я люблю эту маленькую жизнь, и каждый её уход равносилен маленькой смерти. Тебе разве не становится грустно, когда уходит лето? - Становится, кажется...- неуверенно прожевал солнечный дух, поворачивая голову к притихшему хранителю.- Но, наверное, грустно оттого, что таких лет стало на одно меньше. Меньше лет, меньше вёсен... Жизни меньше...- Эйюро задумчиво закусил губу.-Но ты...Тебе-то о чём беспокоиться? Ты ведь прожил две с половиной тысячи лет и проживёшь ещё столько же! Врядли ведь этот закат будет для тебя последним! Эйюро заметил, как отливающие синевой брови Вето сурово надвинулись на его бездонные, полные лазурных подвижных волн глаза. Морщина прорезала лоб, дух нахмурился. - Ну, знаешь, вечная жизнь не даёт мне права безалаберно тратить время на всякие глупости и относиться к каждому прожитому году, как к гальке на пляже. - с этими словами Вето запустил камешек в голодную синюю пропасть.- Круглые и круглые, серые и серые... Нет. Вечная жизнь, не вечная, а должна быть оцененнна достойно. По каждой крупице, по каждому дню.Года- это ведь не золото, которое с количеством то становится дороже, то дешевле...- Дух задумчиво поводил жевалками и посмотрел на готовое поцеловаться с морской пеной солнце.- Эй, Эйюро...- и погружённый в мягкие объятия раздумий старого хранителя юноша почувствовал ласковый толчок в плечо, будто волна осторожно решила облизать его солёной прохладой.- У тебя когда-нибудь получались одинаковые закаты? - Закаты?- Дух поджал под себя озябшие ноги и задумчиво пожевал нижнюю, порозовевшую от холода губу.- Да куда уж мне, до одинаковых...У меня для каждого будто не достаёт какой-то краски! То розовой, то жёлтой... Нет, одинаковые закаты у меня не получаются.- дух грустно вздохнул и почесал затылок.-Да и не надо, кажется, чтобы они одинаковые были... Всё ведь волшебство неба пропадёт, если раскрашивать его по лекалам... - Вот и с летом так же.- поднявшись с камня, Вето подошёл к разговорчивой воде, которая добродушно обняла оранжевой синевой обнажённые ступни, и нежно провёл по её хрустальным гребням ладонью.- Каждому лету тоже не хватает цветов. Какое-то более зелёное, на какое-то не пожалели бирюзы, а какое-то завораживает своей очаровательной серостью, будто на него и вовсе не хотели тратить краски. По-моему, в этом есть своя прелесть, как считаешь?- хранитель с хлебом захлестнул воды и серебряные брызги поднялись к начинающим выступать на синеющей небезной коже звёздам.- Ты прав, я мало переживаю оттого, что это лето может оказаться у меня последним. Более того, я был бы даже рад, вечная жизнь просто ужас как выматывает, не знаешь куда податься иной раз. А лето оно как твои закаты, как звёзды на небе. Его время утечёт, как песок сквозь пальцы, но это будет чудное, неповторимое время, которое ни за сто, ни за тысячу, ни за миллион оборотов Земли вокруг солнца не повториться. Мне грустно лишь оттого, что передо мной больше никогда не упадёт та самая летняя звезда...- Вето обернулся и через покатую гладь плеча взглянул на Эйюро. Юноша сидел и, казалось, пытался заглянуть в глаза падающему в море солнцу, на его тронутом яблочным румянцем лице замерло тоскующее смятение, а на веках застыли крошечные, готовые просыпаться на гальку хрусталики слёз. Что-то больно и сладко щемило в груди, подто белый раскалённый шар прожигал своими боками напряжённое тело, наполняя нежамеченную до этого пустоту душистой осмысленной массой. У Эйюро будто что-то отобрали и вместо этого всучили странное, новое знание, уколовшее своей новой бесцветной реальностью в самое сердце. Лета так мало. Так мало, что невозможно утолить жажду тепла. Маленькое. Короткое. Особенное. Может быть, последнее. -Эй!- Эйюро вздрогнул и всё-таки съехал с камня на гальку. Жёсткий удар привёл его в чувство и юноша удивлённо захлопал глазами, глядя на стоящего в море Вето.- Будет тебе на камнях рассиживаться! Давай, расчехляй свой топор, будем резать! Солнце по пояс ушло в стройные полки притихших перед сном пенных барашков и скатившихся в мокрый шёлк волн. Белый от влажности и дыхания серверных ветров диск плавно расправлял алые крылья, обрызгивая горизонт болезненным траурным румянцем, стрелами лучей тянулся к потемневшему лбу небесного купола, где уже белой алмазной крошкой сияли в чёрной синиве звёзды. Эйюро водил по жёлтому полотну горящими оранжевым и розовым руками, зажигая то тут, то там яркие всполохи, переливающиеся один из другого и потом плавно стекающие лиловыми струйками в кипучую морскую бездную. Небо медленно начинало тлеть и покрываться морозной коркой, наступающей на последние лучи. Солнце спряталось за тонкий выступ горизонта, оставив после себя лёгкие кожаные сколы на носу, тёплую гальку и робкое чувство наполненной удовлетворённойсти , перемешанное с тихой негой. Эйюро, покинутый звездой-родительницей, крепко спал под сводами хижины хранителя морей. Вместе с тёплым солнечным блюдом он отправился на заслуженный покой. Море сдавленно что-то бормотало. Изрезанная выступами гальки и видневшимися вдали волнорезами линия берега вела к началу звёздного тумана млечного пути, который, как довольный сытый кот разлёгся в теплом чреве небесного купола, подмигивая затерявшимся в гладком мире стеклянных гор кораблям. Вето ступал по самой кромке воды, загребая ступнями пену и вздыбливая белую гриву вверх, к ладоням обдувающего нависшие над морем скалы ветра. До полуночи оставалось несколько часов и пока ещё летняя луна ласково проливала свой кипенный свет на потемневшую гладь водных ланит. Прислонившись спиной к массивному кусочку скалы, дух взглядом обвёл задумчиво скосившиеся к востоку горы, покрытые пушистой облачной шапкой, которую заботливо нахлабучила на острые затылки бора, лёгший цветущей грудью на мыс миндаль, начавший траурно лысеть, отдавая свои лепестки морскому ветру, ещё тёплую после последнего летнего дня гальку. Лето прощалось, било в лицо светлыми слезами звёзд, выло в ушах мягким бризом и крепко хватало за руки не успевшими покрыться осенним золотом листьями. Вето глубоко вдохнул морскую соль и прикрыл закатившиеся под веки глаза. Прощай лето. Ты было прекрасно.