Богиня Озорства, Хозяйка Смерти

В прошлой главе...

      Это подтвердилось, когда она посмотрела на него взглядом, который мог соперничать даже с их взглядами, и заявила. — Вы никуда не пойдёте.

60 Глава

— Я перемещаюсь в своих снах, Драко. Это буквально переносит мою душу через эфир, сквозь время и пространство, в тот момент, когда моя душа была такой же юной, как и сейчас. Вы физически не сможете туда попасть. — Поправила себя Гера, прежде чем показалось, что она им что-то запрещала, что она отчасти и делала. — Ты упоминала об этом раньше, на кухне. Извини за это. Трудно было не подслушать, когда идёшь за сэндвичем. Удивлён, что меня никто не заметил. Мимо меня несколько раз проходили. — Торопливо извинился Рон, прежде чем вернулся к своим мыслям. — Переход в другое измерение. Вот что делало зелье, но я думал, что это временно, для выполнения заданий.       Гера и Гермиона переглянулись, и это, казалось, подтвердило его догадку. — Тогда это было не только для выполнения заданий. — Нет. Это было не так. — Призналась она и вздохнула. — Мне снились сны, которые не могли быть реальными, но были, всю мою жизнь. Мне нужны были ответы, и я не могла просто поверить, что могу для этого просто спросить. Это слишком укоренилось во мне. Теперь, когда я сплю, иногда я физически оказываюсь как в прошлом, так и здесь. — Это то, о чем ты можешь поговорить? — Нерешительно задал вопрос Рон. — Нет. — Почти мгновенно ответила она, прежде чем рискнула добавить. — По крайней мере, не здесь. Слишком много шансов, что тебя подслушают. Если вы действительно хотите знать... (Она посмотрела на них всех, и ни один из них не отступил) ... мы можем пойти в Тайную комнату, как только доберемся до школы. Тогда я расскажу вам все, что смогу, – все, если захотите, – при условии, что ваши окклюменционные щиты будут достаточно прочными. — Ты должна знать, что мы поможем тебе, несмотря ни на что, так что даже не пытайся нас остановить. — Сообщила ей Гермиона, прежде чем взглянула на свои записи. — Гера, эти расчёты очень сложны. Кроме того, Драко прав. То, как ты пишешь, ужасно. — Помогает то, что не все на английском. — Заметила Гера. Они все, казалось, замерли при этих словах. — О, точно. Я могу это исправить! Идите сюда. Хотя все они двинулись вперёд, никто из них не был готов к тому, что Гера приложит большой палец ко лбу и мягко направит магию в их мозг. — Поздравляю, теперь вы можете понимать любой язык. Думаю, то, что я сделала, работает только с письменными текстами, но мы можем проверить это позже, если хотите. Всеобщий язык в этом смысле немного сложен, и я не совсем уверена, что то, что я только что сделала, законно. Гермиона издала писк и внезапно начала поглощать знания, которые были перед ней. — Гера, это... — Я знаю, но я не осознавала, что пишу на нескольких языках, пока не перестала. — Заверила её Гера, краснея от смущения и по привычке нервно потирая шею сзади. — Я думаю, это часть того, как был сконструирован глаз. Итак... о чем вы, ребята, хотели со мной поговорить? Вы все выглядели так, словно подготовили речь или, может быть, выступление.       Драко подошёл и вложил книгу ей в руки. Книга казалась старой, даже несмотря на магию, которую Гера чувствовала в ней. Как только она открыла книгу, ей в глаза бросилось слово: "крестраж". Так вот что это был за медальон, что это был за дневник. Она не сомневалась, что в её шраме был кусочек души Риддла, но впервые она нашла для этого слово. — Драко... Что ты делаешь с такой книгой? — Полюбопытствовала Гера, перестраховываясь. То, что он протягивал ей книгу, в которой была информация о том, что находилось в её шраме, ещё не означало... Один взгляд с книги на них, и возможность отрицать всё вылетела в трубу. — Как давно вы знаете? — После того, как ты вернулась с кладбища. Мы были под мантией невидимкой, когда ты рассказала им, что случилось. Я понял, о чём ты говоришь, и рассказал этим двоим. — Признался Драко. — Библиотека семьи Малфоев обширна. Гера снова принялась листать книгу, прежде чем пробормотала. — Здесь ничего не написано о способе, как справиться с крестражем, который находится внутри живого существа. — Нет... — Признал Драко. — ... его нет. — Там ничего нет? — Уточнила Гера, в шоке отрываясь от книги, не в силах поверить в это. — Во всей семейной библиотеке Малфоев? Там действительно ничего нет? — Этим летом я много читал. — Кивнул он. — Я не могу быть уверен, но пока? Ничего нет. — Я… —Начала Гера, не зная, как продолжить.       Они были обеспокоены, поняла она. У Рона было упрямое, решительное выражение лица, он стоял неподвижно, словно бросая ей вызов. Гермиона ёрзала, кусала губы и потирала руки, но она тоже была полна решимости, а Драко... Драко выглядел мрачным, словно за всё лето он не сделал ничего, кроме как прочитал всю библиотеку Малфоев, и ему не нравились её шансы. И всё же он был здесь, как и они, такой же решительный, как и они. — Я так просто не сдамся, и не думаю, что вам стоит сдаваться. — Заявила Гера, повторяя слова, которые произнёс её брат (И её всё ещё поражало, что у неё был брат, особенно такой, который был готов её поддержать). — Гера? — Спросила Гермиона, хотя на самом деле вопрос не был задан вслух. — Я перемещаюсь в другие миры в своих снах, Гермиона. Может быть, там есть ответы, которые мы не можем найти здесь, а если нет... — Гере пришлось быстро наложить заглушающее заклинание на комнату, чтобы взрослые не услышали возражений её друзей. — Послушайте меня. — Попросила Гера, сжимая плечо Гермионы. — Если они этого не сделают, мне придётся это принять. Но это не значит, что я должна перевернуться и показать старику Сноррту свой живот. — Гера? — Теперь позвал Рон. — Если придётся, я поприветствую Смерть как старую подругу. — Гера отпустила плечо Гермионы и схватила Рона. — Это легенда моей семьи. Я тоже читала, знаешь ли. Винки и Добби приносили мне книги из семейной библиотеки Поттеров всё лето, хотя я сомневаюсь, что прочитала столько же, сколько и Драко. Это не значит, что я собираюсь искать смерти, Рон. Если придётся, я поприветствую Смерть как старую подругу, но если мне придётся это сделать, то тот, кто меня убьёт, должен будет чертовски хорошо это заслужить. Я не собираюсь просто стоять там и позволять им меня убивать. Это совершенно неспортивно. Что бы сказала моя мама?       Должно быть, это были правильные слова, потому что Драко не смог сдержать смешок. — Только ты, Поттер. — Знаешь, ты иногда оговариваешься и называешь меня Герой. Можешь просто придерживаться этого, Драко. — Парировала Гера с дерзкой ухмылкой. — Вы трое пришли поговорить со мной об этом?... Подождите... Как вы двое затащили сюда Драко? Остальные знают? — Нет... я вроде как... — Попытался объяснить Рон, не ожидая, что она так просто это воспримет. — ... подумал, как создать нелегальную связь. — Прости, ты что? Потому что даже "Всеобщий язык" не смог это перевести. — Я... вроде как... придумал, как установить незаконную каминную связь. — ... Рональд Уизли, а я-то думала, что знаю тебя!

*********

— Боюсь, мы не сможем остаться на завтрак, Гера. — Заявил Артур, увидев, как она и остальные шаркающей походкой спустились к завтраку на следующее утро, и совсем не удивился, увидев там Драко. Тони выглядел так, словно молился кофейной чашке, которую прижимал к себе, с затуманенными глазами. — Ах, Драко, я уверен, что твои родители знают, где ты? — Я сказал им, что останусь ночевать у друга. — Подтвердил Драко, намекая, что не назвал точного адреса. — И ты здесь потому, что...? — Тони замолчал, глядя на Драко поверх своей кофейной кружки. — Боюсь, это личное дело. — Быстро возразил Драко, не желая ничего раскрывать. — Почему мы не можем остаться на завтрак? — Вмешалась Гера, надеясь отвлечь двух взрослых мужчин от допроса Драко. — Только что пришло сообщение, что Фадж хочет встретиться как можно скорее, и он освободил своё расписание, чтобы это произошло. — Сообщил Артур. — Перси? — Уточнила Гера, на что Артур кивнул. — В таком случае, Драко, тебе стоит пойти с нами. Я уверен, что твой отец будет там. — Заключил Артур и поспешил к двери. Тони быстро допил свой кофе и последовал за ним.

...

      Они вошли не через главный вход, как она, когда пришла сюда с Тони, а через маленькую боковую дверь. Она бы даже не заметила её, если бы Артур не повёл их туда. Драко, казалось, точно знал, куда идёт, поэтому она предположила, что это был один из тайных ходов в Министерстве, которыми он хвастался, когда они ещё не были друзьями. Один взгляд на него это подтвердил, учитывая, что он слегка покраснел, поймав её взгляд, и, очевидно, вспомнил то же, что и она. То, что Артур тоже это заметил, делу не помогло. — Я собираюсь притвориться, что вы не знали об этом раньше, мистер Малфой. — Заметил Артур, когда они прошли дальше в зал. — Я также собираюсь притвориться, что вы не хвастались этим в какой-то момент, если бы вы каким-то образом наткнулись на эту информацию, поскольку я слишком хорошо знаю вашего отца, чтобы думать, что он отнесся бы к этому легкомысленно.       Драко снова побледнел, но понимающе кивнул.       Они вышли из туннеля сразу за довольно большим растением в горшке, и стена за ними закрылась, не оставив и следа пыли, указывающего на то, что там вообще была дверь. Амелия Боунс ждала их в стороне, стоя у другой двери. Гера едва успела осознать, что секретный проход вёл почти прямо в кабинет Министра Магии. Это была неплохая идея для побега, если бы он понадобился и аппарационные чары отключились, но это также представляло собой серьёзную угрозу безопасности. В кабинете Перси нервно расхаживал взад-вперёд, пока Фадж и Люциус Малфой просматривали папки. Увидев их, Перси бросил на них один взгляд и вздохнул. — Вы даже не позавтракали, да? Вот, я...       Он хотел было позвать либо домового эльфа, либо еду, но Гера остановила его, положив руку ему на плечо. — Перси, сядь. Похоже, тебе нужно отдохнуть. — Настояла она, подводя его к одному из стульев сбоку от стола. — Винки? — Маленькая мисс! — Воскликнула Винки, появившись в комнате. Оценив обстановку, она уточнила. — Завтрак? — Если бы ты была так добра, пожалуйста, мы все были бы тебе очень признательны. Ты сокровище. — Кивнула Гера. Винки щелкнула пальцами, и перед ними было разложено то, что выглядело как часть хогвартского пира. — Винки... Откуда ты это вызвала? — В поместье Поттеров есть эльфы. Винки и Добби будут посредниками, пока они не смогут поговорить с вами лично. Они не совсем понимают, что такое выходные, зарплата и форма, но они рады, что у них снова есть семья, о которой можно заботиться. — Объяснила Винки, прежде чем снова исчезла.       Гера вздохнула, внезапно погрустнев, и опустила взгляд на свою еду. — Я всегда надеялась, что мои бабушка и дедушка лучше относятся к другим существам. Если даже их эльфы не понимают, почему я хочу относиться к ним так же, как ко всем остальным... — Рим был построен не за один день, Поттер. — Тихо напомнил ей Драко. — Вероятно, они относились к своим эльфам лучше, чем к другим в то время, но никогда не думали раздвигать границы. А ты это сделала. Она не упустила из виду взгляд Люциуса, полный смешанных чувств, который он бросил на сына, хотя Драко и заметил его. — Теперь, когда обо всём позаботились, нам нужно начать собрание. — Напомнила им Амелия, но это вызвало ещё один вопрос. — О чём будет эта встреча? — Поинтересовалась Гера, разрезая яйца. Фадж опустил папку, чтобы она могла увидеть фотографии, на которых она сражается с дементорами вместе с Фенриром. — О. — Леди Поттер, есть только две возможные причины, по которым это могло произойти, ни одна из которых никому не нравится, и меньше всего мне. — Начал Фадж, тяжелого вздохнув. — Если это не Тот-Кого-Нельзя-Называть, то их послал кто-то из моих людей. Мадам Боунс сообщила нам, что один из Дементоров назвал виновником моего собственного старшего заместителя министра. Она также сообщила мне, что в отношении Долорес уже ведётся расследование, которое длится уже некоторое время, но только сейчас появилась возможность провести настоящее расследование! — Потому что ее отправляют в Хогвартс. — Прервала его Гера. — Потому что вы хотели поссориться с Дамблдором! — Я осознаю свои собственные недостатки, леди Поттер. — Признал Фадж, опустив плечи. — Потребовалось время, чтобы смириться с тем, что Сами-Знаете-Кто вернулся, пусть и ненадолго. — С каких это пор? — Спросила Гера, скрестив руки на груди и откинувшись на спинку стула. — Я полагаю, что, возможно, это моих рук дело, леди Поттер. — Сообщил ей Люциус, слегка кивнув. — После всего, что произошло, я почувствовал, что пришло время сообщить ему о его ошибках. — Он сказал мне, что вы подделали воспоминание, которое передали Министерству, так как вы знали, что я… Как вы это назвали? ... Страус? Затем он поделился со мной воспоминаниями о том, что на самом деле произошло той ночью, и я... — Признался Фадж, немного смутившись в конце. — ... не сомневаюсь в вашем уме, леди Поттер, но если моя недальновидность могла быть так легко предсказана девочкой-подростком, которая никогда меня не видела, то мне пора хорошенько взглянуть на себя. Боюсь, я не подхожу на роль министра. — Никто никогда не бывает подходящим человеком для этой работы, министр. Они становятся такими, какими необходимо быть для этой работы. — Заметила Гера, останавливая мужчину. — В каком-то смысле это испытание огнём, и вы либо выходите из него закалённым и сильным, либо превращаетесь в пепел. Нельзя колебаться, иначе огонь решит за вас. Прекратите. Колебаться. — Кстати, о подходящем человеке для работы. — Вмешалась Амелия, на мгновение переведя взгляд на Тони, прежде чем снова посмотрела на неё. — Вы всё ещё не против этого? Хоть вы и леди своего дома и совершеннолетняя, согласно Магическому закону, вы всё ещё несовершеннолетняя ведьма, которая не должна нести бремя, о котором мы вас просим. — По крайней мере, вы хотя бы спросили. Большинство просто говорят мне, что это моя обязанность, что я должна это сделать, потому что я — Девочка-которая-выжила. Кроме того, вам нужно, чтобы она была занята, пока вы все её изучаете. Если она будет в Хогвартсе, это могло бы сработать, но если она из тех, кто посылает дементоров за одним-единственным ребёнком-волшебником в маггловском районе, то неизвестно, что она ещё может сделать, но уже с остальными. Я уже работаю над тем, как их защитить. — Обеспокоенно произнесла Гера. — Как Дамблдор справляется с ситуацией? — Он ясно выразил своё мнение по этому вопросу, полагая, что в этом замешан Сам-Знаешь-Кто. — Насмешливо заметил Люциус. — Ему не сообщили о том, что вы передали мадам Боунс. — Отлично, значит, мне придётся и его занять. — Простонала Гера. — Зачем я снова это делаю? И не говорите мне про Всеобщее благо. Я ненавижу эту фразу всеми фибрами своей души. — Если мы сможем получить нужные нам доказательства против Амбридж, она не сможет преследовать кого-то ещё, как это было раньше. — Добавила Амелия, сидящая за столом. — Что касается Дамблдора... — Отвлеките его разговорами о "борьбе с министерством" или о чём-нибудь ещё, о чём захотите, а я поговорю с женой, чтобы она прислала вам ещё тех тёмных шоколадных конфет, которые, я знаю, она присылала вам, когда вы тайно обучали Драко заклинаниям. — Предложил Люциус. — Продано. — Согласилась Гера, в то время как Драко пробормотал что-то в знак отрицания, протянув руку для рукопожатия. Перси на самом деле выглядел немного озадаченным тем, что она с такой готовностью согласилась. — Что? Эти шоколадки были потрясающими.

**********

— Мне нужно, чтобы все дети, которые ещё не уехали в Хогвартс, пошли со мной. Сейчас же. — Заявила Гера, как только они благополучно оказались в стенах дома на Гриммо. Драко шёл позади вместе с Тони. Судя по всему, её тон был таким, что никто не стал возражать, хотя она и окинула взглядом Фреда и Джорджа. — Только не вы двое. Вы же члены Ордена, не так ли? — Мы думали, что, может быть, дело не в них. — Задумчиво произнёс Фред, прежде чем посмотрел на брата. — Что скажешь, Дред? Хочешь остаться вне Ордена? — Конечно, Фордж. — Легко согласился Джордж, на его лице уже появилась заговорщическая ухмылка. — Что-то подсказывает мне, что Гера - это та, у которой происходит самое интересное. — Фред? Джордж? — Позвала Молли, войдя вслед за двумя сыновьями в гостиную, где Гера сделала своё заявление. — Гера, что это значит? Мы же договорились, что ты будешь оберегать их! Что ты будешь следить за их безопасностью! — Нет. Я поклялась своей магией защищать твоих детей, насколько это в моих силах, подготовить их так, чтобы они могли защитить себя и других. Я не клялась оберегать их, и я определённо не клялась оберегать их от неприятностей. — Огрызнулась Гера, и Молли замолчала. — Война означает потери, Молли. Это значит, что никто не в безопасности, особенно дети. — Гера, как их мать, я решила не сообщать им о том, что происходит. — Заявила Молли, краснея. — Ты не можешь вмешиваться. — Вообще-то, могу. — Поправила её Гера. Возмущение мгновенно отразилось на лице Молли, но ей хватило простого взмаха руки, чтобы убедиться, что женщина не выплеснула свой гнев иначе, как беззвучным выдохом из-за того, что ее заставили замолчать. — Видишь ли, пока они твои дети, я - нет. Хотя у тебя есть власть над ними, эта власть не распространяется на меня. Таким образом, у меня есть все доступные возможности и средства для вмешательства, и, если ты не запретишь им дружить со мной, ты ничего не сможешь с этим поделать. — Если они ничего не знают, они не будут... — Чушь собачья. — Снова огрызнулась Гера, привлекая к себе ещё больше внимания окружающих. — Я — цель его гнева, его ярости, его планов. Как ты думаешь, за кем он пойдёт, чтобы добраться до меня? За взрослым, который вполне способен защитить себя, или за беззащитным ребёнком, который не знает, в какой опасности он находится? Я знаю, что он придёт за мной, как и ваш драгоценный Орден, и всё же вы все готовы пытаться сохранить нас беззащитными детьми, даже меня. — Ты ребёнок! — Возразила Молли, снова обретя голос. — Я должна была бы быть такой, ты права, но это перестало быть правдой, когда я убила своего первого человека в одиннадцать лет. — Холодно согласилась Гера. — Это перестало быть правдой, когда меня бросили на пороге дома Дурслей, как утреннюю газету, когда я была вынуждена десятилетиями терпеть издевательства и гадать, что я сделала не так. Это перестало быть правдой в тот момент, когда я поняла, что мои родители, должно быть, знали, насколько было безответственно заводить ребёнка, когда они оба сражались на войне, где не было гарантии того, что они выживут, но всё равно решили завести меня. Это перестало быть правдой в тот момент, когда я поняла, что ни один взрослый никогда бы не оторвал свою ленивую задницу и не сделал то, что нужно было сделать, довольствуясь тем, что ребёнок из пророчества решит их проблемы за них. — Гера, твои родители... — Выбрали сражаться на войне, точно так же, как вы выбираете это сейчас. — Резко оборвала ее Гера. — Они решили не бежать со мной из страны и не отсылать меня, как это было нормой. Они решили довериться не тому человеку. Они выбрали смерть, и теперь их дочь ходит по этому миру без родителей. Это на их совести.       Гера подошла к ней и сердито посмотрела на мать нескольких своих друзей. — У Дамблдора было много времени, чтобы что-то сделать с Риддлом и его приспешниками. Он выбрал долгий и запутанный план, который не привёл ни к чему, кроме новых страданий и смертей, и теперь мы все пожинаем плоды этого выбора. — Продолжила Гера. — Моё детство закончилось в тот момент, когда я поняла, что даже сейчас ты хочешь его защитить, отрицаешь, что он свалил свои проблемы на меня, и проклинаешь меня как дитя пророчества. Такие, как правило, долго не живут; я проверила. Если бы ты действительно хотела, чтобы твои дети были в безопасности, ты бы никогда не подпустила их ко мне. Я сделаю то, что должна, и у твоих детей будет шанс выжить в этой войне, но знай, что ты не можешь вмешиваться. — Я их мать! — Да. — Согласилась Гера, и её губы изогнулись в жестокой улыбке, а в глазах заблестели непролитые слёзы. — Но что было сделано, то сделано, и что было сказано, то сказано. Ты — та, чья магия приняла мою клятву; клятву ребёнка, да ещё и ребёнка пророчества, и Леди её Дома. Ты не можешь вмешиваться, иначе твоя жизнь и магия окажутся под таким же риском, как и моя, и ты это знаешь. Теперь, если ты не хочешь рисковать, вмешиваясь в магическую клятву, я бы посоветовала тебе созвать свой маленький Орден на собрание и дать им повод по-настоящему поволноваться. Например, придумать, как закончить эту войну, пока я не научила твоих детей сражаться в ней.