Казукио Такао

— Кац-чан! Прекрати! -Низкий и худенький кудрявый мальчик с разбега врезался в задиру, что подходил к очередной жертве. Оба мальчишки упали на землю и прокатились пару-тройку метров, поднимая дорожную пыль. — Чего?! Деку, ты вообще обарз… -По колючей макушке прилетел ощутимый подзатыльник, заставляя подавиться пыльным воздухом на половине слова и снова уронить голову в песок. — Вы ещё не устали, а? Бакуго, это тебя касается. -Тихий и строгий голос раздался откуда-то сверху. Красные глаза зыркнули в сторону говорящего, встречаясь со спокойным бледным лицом, что уже раздражало до зубного скрежета. Казукио протянул худые руки к Мидории, что тут же без колебаний за них схватился и с кряхтением встал с помятого и недовольного Бакуго, который сейчас — не может ничего. Этот Шланг легко его победит… Маленькие кулаки сжались. — Изуку, скажи, что случилось? Опять.-Высокий для своего возраста мальчик мягко встряхнул кудрявые локоны и как-то нехорошо посмотрел в сторону всё ещё лежащего блондина. Мидория виновато глянул на друга и наклонил голову вниз. Раздался тяжёлый вздох и голубые глаза прикрыли тонкие веки, сквозь которые просвечивало яркое солнце. Сколько же с того момента прошло времени? Вновь открыв глаза, взгляд зацепился за серую форму ЮЭЙ и всё такое же виноватое выражение лица с веснушками. Уже не ребёнок… Юноша, держался за перевязанный белым бинтом палец и бубнил какой-то бред про неоправданные чужие ожидания и жуткое везение. — Ты расскажешь мне суть своей причуды. -Кудрявый ощутимо вздрогнул, и с неким ужасом посмотрел на уже уходящего вальяжной походкой блондина. — Ч-что?! Казу…! -Светлая голова резко повернулась. — Это был не вопрос. Ты расскажешь мне как твоя причуда действует. Изуку наблюдал как чужие светлые брови медленно сдвигались к тонкой переносице. — На эту информацию твоё обещание ведь не действует? *** Такао сидел на скамейке, напряжённо попивая любимый шоколадный коктейль. В его мозгу сейчас проходила бурная обработка информации. Рядом же притих Изуку, что уже минут 5 ждал вердикта друга. — То есть, ты «Скапливаешь» причуду в отдельной части тела…-Наконец дождавшись, пока группа мимо проходящих подростков уйдёт достаточно далеко, Казукио вынес главную мысль из всего словесного потока. Мидория кивнул, разворачивая из пергмента горячую булочку с Маком. — А ты не пробовал… Как бы покрывать ей своё тело полностью? Ну, соответственно, используя не все силы сразу. -Такао озвучил первую мысль, что пришла ему в голову, опять беря в рот трубочку. Блин, коктейль кончился… Булочка так и остановилась у самого рта Изуку. *** На улице уже смеркалось. Розовый закат в окне живописно гармонировал с каменными джунглями, покрывая их своими последними тёплыми лучами на сегодня. Такие пейзажи обычно зарисовывают художники. Такао с грустью вздохнул. А ведь в какой-то из своих жизнях он сильно увлекался рисованием… Как же его тогда звали? — Казукио-кун, может ты сегодня переночуешь у нас? А то поздно уже. -Инко привычно зашла в гостинную, собирая с сушилки сухое бельё. Её тёмные волосы были собраны в неаккуратный пучок, а на ногах красовались разного цвета носки. Мидория младший тут же оторвался от своих конспектов, и с некой надеждой посмотрел на рядом сидящего друга. Лёгкая улыбка украсила лицо немного уставшего подростка. — Не стоит, Мидория-сан. Если я сейчас пойду, то успею и затемно. — Нет, мам, не слушай его. Он останется у нас. -Изуку неловко ткнул Казу под рёбра локтём, услышал короткий болезненный выдох и тут же недовольно скосился на тихо смеющуюся мать. — Ну, тогда хоть сходите за вещами для Казу-куна. Всё же завтра ЮЭ… -Инко не успела договорить, как её сын тут же вскочил с насиженного на диване места и потянул за собой недовольного Казукио. Через двадцать минут оба подростка уже стояли возле старенькой двери, что ни у одного из них не вызывала положительных эмоций. — Тут подождёшь, или зайдёшь? -Казукио искал в рюкзаке связку ключей с брелком, что подарил ему Изуку на день рождения, нарушая негласное правило Японии. В этой стране почему-то не празднуются дни рождения как таковые. Но на это парочка друзей благополучно забила. — Тут! -Чересчур резко воскликнул веснушчатый, тут же заливаясь краской. Такао лишь усмехнулся и глянул на немного смущённого своим поведением Мидорию. Ключи наконец нашлись и были всунуты в замочную скважину. Брелок задорно брынькнул, привлекая к себе внимание. Хэй, это же… — Изуку… Это же наш Классный Руководитель? -Брелок обладал чёрным клоком волос, красными глазами и непонятным белым шарфом… Ё-моё, действительно, он. — О…Да, это Сотриголова.Нам очень повезло, что он наш учитель! Правда он крутой? — Кхем, брелок или Учитель? — Это ты сейчас пошутил, Казу-кун? *** — О.. Казу пришёл... - Тихо протянула женщина, что сидела за столом. На её бледных щеках был нездоровый румянец, а на зеленых глазах образовалась неясная дымка. Пусть эта женщина и не была такой уж и «единственной» для Такао, но при виде её в таком состоянии… Её банально жаль. Немного. Жаль, как человека, что пережил большое эмоциональное потрясение. — Здравствуй, мама. -Проходя на кухню, он оглядел пространство, что ещё вчера пестрило чистотой. В нос ударил запах дешёвых сигарет (на самом деле, не такое частое явление, как можно подумать). — Мама, ты снова взяла мои деньги? -Садясь напротив женщины, он откинул каштановую чёлку с чужих глаз, обнаруживая… Расширенный зрачок, что нервно и жадно впитывал образ пришедшего. Светлые брови нахмурились. Ясно. — Да... Тебе же для мамы денег не жалко? -Усталый вздох сам собой слетел с тонких губ. Пальцы нежно прошлись по острой скуле женщины. — Нет… Мам, а ты таблетки приняла? — О чём ты, Кэзуки? -Женщина наивно положила тяжёлую голову на правое плечо, смотря на своего бывшего мужа… Хм, а куда же он уходил? Она скучала… Юноша еле заметно дёрнулся, со вздохом поправляя чужие тёмные волосы. — Ни о чём, мам… Ни о чём. *** — Казу-кун, ты уже… Что случилось? -Из-за двери вышел несколько мрачный подросток с двумя сумками на плечах. В одной — учебники на завтра. В другой — сменная одежда. Мидория напрягся. Что-то явно было не так. — Ничего, Изуку... Пойдём уже к тебе. -Ткнув пальцем в нахмуренный лоб Мидории, Казу ободряюще улыбнулся. Но, всё же, Мидория увидел, как напрягались его мышцы лица через невесёлую задумчивость. И…Всё. Изуку уже давно понял, если Такао не хочет о чём-то рассказывать — это из него не выбьешь. *** Зайдя в комнату, Такао усмехнулся. Тут всегда было слишком много Всемогущего. Куда не глянь, везде этот дядька перекаченный! Хотя… Казукио уже привык. Да и половина из атрибутики тут куплена им лично, в подарок этому одержимому. — М? Это все твои записи? -Взгляд случайно упал на полку полную толстых тетрадок. Хм, в прошлый раз их было меньше… Намного меньше. — А? Нет, Казу-кун. Не все… А, кстати! -Мидория резко упал на колени перед Такао, заставляя того в удивлении отойти на пару шагов назад. — Кхм, ты чего? -Наблюдая за Изуку, что наполовину залез под кровать, Казукио нервно усмехнулся. Уж очень комично он сейчас выглядел. Но в конце концов с громким чихом, Мидория вылез и принял вертикальное положение, протягивая толстенную тетрадь. На ней было кривым подчерком написано: «Анализ Такао» -Казукио еле сдержал смешок. — Вот! Я тут это… Ну, ты говорил, что мне надо практиковаться в анализе причуд и я… В общем, эта тетрадь о твоей причуде. -На одном дыхании вывалил Изуку, глубоко дыша. — Ого… Спасибо?..Но что ты мог расписать о моей причуде на целую…? -Лениво открывая старания друга, он прочитал первые пару строк и… — …Тетрадь… — Не за что, Казу-кун! И знаешь, я подумал насчёт того, что ты мне сказал о моей… — Да-да… Подумал, молодец. Изуку… Ты же — гений. -Растерянно протянул Такао, продолжая вчитываться в корявые иероглифы. От неожиданной похвалы Изуку поперхнулся, чуть не падая на месте. Чего это он? — Казу-кун, ты чего? — М? А, слушай, всё что ты тут написал, работает? Мидория потупил взгляд на наиболее реалистичной статуэтке Всемогущего, обрабатывая вопрос. В смысле? — Эм, ну в теории конечно может… На последних страницах я написал совершенно выдуманные навыки, основываясь на тех возможных, что ты уже можешь… Но для этого ты должен набрать мышечную массу…? -Блондин тут же пролистал на последние страницы. Бровь скептично поднялась. — Взрыв конечностей? Тебя что, Катцуки покусал?