Выкурю твой прах, чтобы почувствовать тебя.

Его нету второй месяц. Все нежные и теплые отпечатки оставались на лице и душе Корякова. Он помнил каждое сопрекосновение Кашина к его телу. Помнит каждый вдох и каждый стон, каждые слова и мысли в слух. Порой, если бы у Илюши была возможность слушать его мысли — он запомнил бы все его мысли. Возможно, если и была возможность и вправду послушать личную мысль Данилы возможно он остался бы с ним. Остался бы живым, здоровым, теплым рыжим парнем о котором мечтал каждый. Мечтал, пока не умер. Причина смерти Данилы была выяснена после того как его не столь огромное, но сильное тело кримировали. Кашин получил множество ноживых ранений в живот и в грудь. Это было самоубийство, либо отпечатки на ноже были Данилы, придававшие кровавый оттенок от своей же крови. Труп нашли на его кровати, горло и тело было сильно ранены, горло парень себе душил шнуром от зарядки телефона , походу думал что так умрет быстрее но уже из-за того что мучался решил взять нож. На горле оставался след от зарядного устройства, красный лёгкий след так и остался когда тело все же нашли. Тело нашел Илья. Двоя проживали в одной квартире, решили съехаться на временное проживание и в те моменты когда Данилу было по своему плохо, но Илья никак это не замечал, даже не было и упоминания о том,что Кашину было плохо. Кашин молчал, молчал пока не умер. Умер в своих муках, никто так и не узнал причину самоубийства Данилы. Илья вовсе и не пытался узнать, но ужасно мучался после смерти Кашина. Мучался так, что сам не прочь бы и умереть той же смертью, а может и просто перелётом с балкона на землю разбившись об асвальт оставляя после себя кровавый след. Причина была его привязанность к Данилу. Не как либо что он был ему самый лучший приятель, так скажем Илья имел к Данилу влюбленность от которой сам парой не страдал больше двух лет. Двух лет мучений сгорели так же, как и тело Данилы. После кримации прах Кашина отдали Илье на время, мать Кашина до сих пор не могла принять смерть, но почему Илья должен иметь весь мёртвый порошок их костей, кожи и органов сжонный в пыль? Будто бы он может спокойно жить с той мыслю что в прямом смысле живёт с мертвым другом. Порой, иногда после того как пересекся вглядом на стеклянную баночку казалось что в какой-то момент будет лежать так же, как и лежал Кашин. Как его тело истекало кровью,что полностью кровать была в его крови, а тело лежало бледным и безжизненным вовсе. Илья не перебирал в последнее время мысли вовсе. все вещи Данилы Илья забрал себе, кровать выбросил, одежду он носит. Чувствовал конечно вину, но порой носить было не чем, особенно в холода которые сейчас были более развитым. Он принял его одежду как подарок от Данилы, хоть и тот вовсе не дарил его. Попросту забрал себе, и лишь натягивал улыбку становясь для их общих друзей позорищем когда они видят то, как он тоскает его одежду, которая даже была чуть большевата для Ильи. Илья ужасно помнил как в прошлом году он сидел на лавочке под дождем с зонтиком в руках. было холодно, и был момент когда у Ильи были свои личные проблемы в жизни. В тот момент, Илья вовсе забегался к себе. Он ничего не мог кроме того как прикуривать последним сигареты на последние деньги, в тот момент вправду денег не было, пока Данила не пригласил жить вместе, хоть тогда жизнь наладилась лучше. Илья наконец нашел работу, с которой по итогу уволился недавно. И уволился парниша не сам, а уволили его. Ситуация смешная, оказалось в один момент что Илья оказывается чуть не подставил одну из работниц кофе в изнасиловании, как говорили ему. В том то дело , что Коряков порядочный человек, вовсе понимал все границы людей, старался обращаться по делу, но ему даже не поверили что в тот момент он был занят другим делом, её он вовсе не видел. Ему верить не собирались, повезло то что девушка была лучшей подругой владельца ресторана. Парня выгнали, а тот жил на свои последние наличные от зарплатой выплаты в размере 30 тысяч в месяц, куда почти 10 тысяч уходило на оплату квартиры а все остальное на еду. Теперь все тратиться меньше, намного меньше чем раньше. Теперь деньги Коряков тратит на сигареты и алкоголь который вовсе не воспринимал и ненавидел, но после смерти Данилы будто бы его в голову ударило пить. Алкоголь он до ужаса не воспринимал, ненавидил и призерал, старался был на светлой стороне, но что тут собственно плохого? Коряков не сдержал свое обещание ещё с далёкого детства. Стоя у зеркала парниша все время говорил: «Я не буду как мои родители.» А в итоге, стал даже хуже чем они. Парня поглащала дипрессивность и личное состояние. Порой острые предметы возбуждали а парень только держался, лишь бы не сделать порез на своем горле. Ему было интересно посмотреть на то, как красивым ручийком из шеи вытекала родная кровушка. Полностью Данила поглотил его сознание. Коряков вовсе не знал когда нормально спал, если даже и спал,то пару часов, и просыпался вновь из-за сна. В голове был Даня. Даня, Данил, Данила. Имя, о котором даже услышав первую букву имени Корякова сразу дергало. Его часто дергало в историку, сердце вырывалось с его груди, будто бы в любой момент Илья получит инсульт, хотя шансы велики. Пьянка доводила до того, что Илью возили в ближайшую больницу чуть ли не откачивая парня от алкоголя. Илья часто облевывался, попросту ничего не едя и заливая в себя крепкую настойчивую и привязчивую жидкость. Алкоголь не лучше сравнивается с наркотой, но её и может к лучшему он вовсе не пробовал, лишь только сжимал сигарету в губах но хорошо что только обычный табак. Коряков не далеко ушел от Данилы, точнее умом явно стал не лучше. Парня будто бы мучала шизофрения которую походу придумал себе сам. Порой стоял на балконе вновь куря сигарету, начиная говорить что-то в небо, ибо так болтая с Данилой по которому скучал, скучал ужасно, скучал с болью в груди и на своем состоянии. Вся скукота уходила в тот момент, что все переходило чуть ли не на мастурбацию, хотя и это было и до смерти. Бывало парниша и вовсе уснуть не мог без своего органа в своих холодных рученках, медленно проводя рукой по всей не особо огромной длине его достоинства и уснуть. Без мысли о том как Данила мог бы полностью взять над ним контроль, надругаться и даже Коряков был не против почувствовать на себе тяжёлые и лёгкие ранения от Данилы. Главное что от Дани,а не от кого угодно. Смотря на фотки мертвого человека у Ильи будто бы возбуждение играло в краску и в продолжителность мысли о смерти, о которой уже порой он начал мечтать , и молить всю судьбу в своей жизни о том, чтобы Илья наконец покончил собой, но руки вновь не доходили и он вновь заливал в себя алкоголь, будто бы он программа, а алкоголь это код или скрипт по которому он восстанавливал в себе жизнь. Порой смотря на банку стоящию в зале, уже и вовсе он думал его выбросить, думал о том что это зависимость. Но, мысли уходили прочь когда вспоминал каждое сопрекосновение Кашина к Илье, все его слова, все общие мысли, поменты, прогулки, пьянки и даже случайные встречи. Однажды, герой не сдержался. Не сдержался и вновь схватил в дрожащие руки банку с прахом. Мысли были ужасны, противны и явно то, что не примит его круг, да и кто либо вообще если не люди как он сам. Медленно прокручивая зелёную крышку от банки, Илья открывает её. От праха шел запах пепла, но не тот как у сигарет. Явно, от него чем то веяло Даней но это уже самовнушение. Личико с родинками на лице глядело зелено-карими глазами на серый прах, и вовсе не скажешь что это прах, обычный пепел, но такой родной и порой приятный, явно тот, от которого шло столько теплых воспоминаний как и улыбка Кашина от которой Илья порой тянулся и чуть ли не умирал в ней. Илья смотря в банку с пеплом чувствовал будто бы на своем плече ту самую затутоированную теплую руку, которая чуть да поджимала его. В голове был не свой голос, в голове был голос Дани который обрел контроль над телом Ильи, но это всего лишь вновь самовнушение. Будто бы этим голосом Даня проговаривал «Это я», «Я тут», «Илюша, подойди ко мне...». Как глупо что пепел стал чем-то родным, тем чтобы хотелось вновь попробовать что-то явно уже не забытое старое. Большим и указательным пальцами Коряков хватается за шеринку своих штанов, опуская её вниз, прозвучав лишь звук растегнутой молнии который не был столь громким. Рукой Илья медленно засовывает в шеринку свою ладонь, медленно и нежно гладя головку сквозь ткань нижнего белья головку члена, двумя пальцами пытаясь дабы себе надрочить, в другой руке все так же держал банку с прахом Дани, глядя в нее своими зелено-карими глазами будто бы вновь видит личико Данилы который только что и делал то улыбался, улыбался и говорил что он тут, он рядом. Голос в голове Ильи ужасно пробивал его состояние. Илья издавал скуление и стон, а смесь с голосами в голове были слышны стоны Данилы, от чего Коряков лишь больше расходился и хотел только упростить себе акт мастурбации. Медленно ставя баночку с прахом на полку, где и стояла она, другой рукой он умело растягивает шеринку, а штаны спокойно падают на пол где лежал советский ковер который ещё достался от прошлых квартирант, которые проживали тут а после начали сдавать свою квартиру. Парниша сжимал пальцы на ногах, Коряков был в лёгких конвульсиях и слегка дрожал от своих же действий. Ни разу не было момента о том, что Илья ужасно стыдился своим действий, уже настолько запарился во всех темах и о скуке о Кашине, что вовсе и не держался. На ткане трусов надетые на Илье было видно лёгкое мокрое пятнышко которое выходило с головки члена в виде мужского выделения и смазки, которую Илья часто применяет для лёгкой дрочки чтобы мастурбировать было мягче а рука не терла ему ничего. Все той же рукой он стягивал с себя трусы, но не снял их полностью,оставил их на середине так, чтобы выводить свой половой орган на ружу прикрывая яйца и половину задницы. Илья медленно гладил всей рукой по члену и всей длине. Член опухал а Коряков издавал стоны, в каких-то моментах Илья даже дёргался, а стон лишь становился громче. Он сжимал глаза с бровями и откидывал голову назад, кусая мокрые губы , стараясь их пробить в кровь, хотя для чего он вовсе и не знал, но вся тема с рукой на члене ужасно его удовлетворяло. Стоны становились ещё громче, внизу живота будто появились бабочки а внизу сжимало, член обухал и были видно как головка была опухше больше. Член оставлялся на своем же месте, и никак не собирался падать вовсе. Илья облакачивается рукой на тумбу,а головой он кладет к стене, начиная стонать громче уже чувствуя что вот вот и изливка явно покажет что весь процесс мастурбации подошел к концу. Рукой которой он себе ускорял темп дрочки, Илья сувал пару пальцев в рот чувствуя на своем языке привкус своих выделений а так же его запах. Обслбнявливая пальцы он вновь прикосался к члену, ускоряя темп дрочки все быстрее и быстрее пока Илья не издал протяжный длинный стон, выливая свою кончину себе в руку. Смотря как сперма заливается в его руку, Илья все так же стонал и тяжело дышал. было огромное напряжение, процесс мастурбации был средним чем обычно. У Ильи это либо выходило быстрее, а может и больше. Коряков делал пару глотков слюней которые оставались во рту, он хотел чувствовать сухость. Медленно отстраняя руку от члена, между рукой и головкой оборвалась ниточка спермы Ильи, а Илья приподносит чуть к своему лицу лодонь сделав в ней воронку где держал свой возможно продолжительный род но в итоге все пойдет на раздвоения Ильи. Хотя, это и вовсе не различение. Илья хотел вновь почувствовать Данилу, вновь вспомнить то, каким он был. Каким он был по вкусу и запаху. Он медленно выливает сперму на тумбочку, образовывая после себя небольшую белую лужицу из своих стараний. коряков медленно стал обмакивать двое пальцев в сперму, которая стикала по его пальцем а Илья глядел на сей весь процесс. Медленно он приподносит двоя пальцев к банке, суя их внутрь спермой собирая весь пепел от тела Дани , набирая неплохое количество и высовывая его на ружу. Смотря на свои пальцы, Илья подумал что возможно в будущем он будет жалеть, но кто сказал что будущее будет? Никто. Илья открывает свою «пасть» высовывая мокрый язык с которой текли слюни. Медленно он кладет все что у него находилось на его пальцах себе на язык, а язык нерешительно но засовывает обратно, начиная глотать все, что на ней имелось.Илья сжал брови, глазами смотря вниз и старался распробовать все. Прах чем-то напоминал пепел по вкусу, вся сустанция больше напоминало жидкий яичный белок, возможно из-за спермы, а так же вкус метала который взялся не возможно, по запаху внутри рта казалось будто бы коряков съел наждачку. На языке все так же оставался прах, который он даже и не старался проглотить. Смотря на свой мокрый стоячий орган и банку рядом, он отводит вгляд в сторону. Ещё все же не восприняв всю ситуацию, Илья тяжело вздохнул и натягивает вновь всю нижнюю одежду, схватив банку в руки а так же сигареты и зажигалку, проходя в застеклённый полу-советский балкон, садясь на деревянную «лавочку» хотя это были просто два стула покрытые мягким пледом. Сев своей задницей на всю «постройку» Илья смотрел на завёрнутый в бумажную трубку табак, не решаясь курить. Вгляд падал вновь на банку с прахом которую он поджал своими ляжками. Медленно парниша стал откручивать табак, начиная его осторожно открывать. Руки были холодные и дрожали, он уже начал сомневаться во всех своих действий, в голову шли мысли о том, не зря же он все это делает? Все ради своего раслабления, он же хотел почувствовать вновь Данилу? Хоть как нибудь, хоть любым способом Илья хотел почувствовать любимого человека. Раскрутив весь табачный продукт, Илья двумя руками другой сухой руки берет неогромное количество табака в двое пальцев, засыпая в сушенные листья пепел, после вновь закрывая его в прежнее состояние слюнями закрывая его, пытаясь так чтобы все не рассыпалось. Сжав фильтр в своих губах, Коряков берет зажигалку в руку и поджигает табачное изделие. Илья делает лёгкий затяг сигареты, спуская белый дым в открытое окно уже его балкона, чувствуя вновь этот привкус пепла, но зато вновь почувствовал его. Я в тебе разочарован, Илья.