он лишь мечтал закончить всё

банчан не был счастливым. сколько бы он не убеждал себя и всех вокруг в этом, таковым не являлся. он всегда улыбался, даже когда рукава кофты касались свежих порезов, и было чересчур больно, настолько, что хотелось разрыдаться прямо в школе, хоть он ненавидел показывать свои слëзы и боль другим, чтобы те не начинали волноваться и расспрашивать, что же всё-таки случилось. а он и ответить не мог. что с ним случилось? крики и избиения дома, приближающийся развод родителей, суицидальные мысли, от которых помогало избавиться только лезвие, затупленное большим количеством использования, отношения с чанбином, которые приводили лишь к ссорам и изменам второго, что делали лишь хуже, что разрывали изнутри, проблемы на учёбе, отсутствие сил хоть на что-либо при том, что, помимо школы, чан ещё и работал, чтобы обеспечивать себя карманными, которые ему не полагались от родителей, постоянные диеты и голодания, что доводили чуть ли не до обмороков, так как он слишком сильно ненавидел себя и своё тело, пытаясь что-то изменить. и вот однажды появился феликс. он перевёлся из школы в другом районе. такой яркий и солнечный, такой светлый и тёплый, согревающий даже в самую холодную зиму одной своей улыбкой. и чан засматривался, он тянулся к нему, как цветок к солнцу, старался подружиться, не обращая внимания на то, как ревновал чанбин. до него крису уже не было никакого дела, тот слишком много плохого натворил, о чём банчан узнавал даже не из его уст, а через кого-то, что ещё больше подрывало доверие и привело к тому, что он перестал что-либо чувствовать к своему парню. феликс быстро влился в компанию чана, хëнджина и минхо, он легко привык к саркастичному ли и вечно в шутку спорящему с ним хëнджину, и даже слишком легко к закрытому, но постоянно улыбающемуся, приятному бану. они всё чаще стали провожать друг друга до дома после учёбы, иногда заходя в гости и смотря фильмы, узнавая чуть больше о увлечениях друг друга и ещё больше сближаясь за счёт этого. они достаточно быстро начали обниматься, лёжа за просмотром очередного кинематографа. и до одного момента всё было прекрасно. банчан снова лежал дома, когда у него на пороге появился феликс с сорванными полевыми цветами и с яркой улыбкой на лице протянул их хозяину квартиры. они снова прошли в комнату чана, чтобы выбрать очередной фильм, когда бан начал вставать, чтобы сходить за кофе, и у него резко закружилась голова, он пошатнулся и едва устоял на ногах, не свалившись обратно на кровать, когда ликс в панике схватил его за запястье, стараясь хоть как-то помочь устоять, и… банчан сжал зубы, зажмурил глаза, всё его лицо не нарошно исказилось от боли, прошившей всё тело, доходя до сердца. феликс в ещё большем испуге отдернул руку и до него дошло. он начал шептать извинения и аккуратно поднялся, мягко прижимая к себе чана, у которого всё ещё звёзды перед глазами кружили от не уходящей боли. — нет, нет, это я должен извиняться, что был так не осторожен, — выдохнул банчан, в ответ приобнимая феликса, который уже чуть ли не плакал от того, что причинил боль близкому человеку. — боже, ты что, нет, прости меня, пожалуйста, я не знал, я… — выдохнул ликс, стараясь держать себя в руках, пытаясь быть опорой, — я просто не знал. — ты и не должен был знать, я бы не позволил, если б не ситуация, — тяжело вздохнул чан. и сколько бы феликс и банчан себя не винили за это, они всё равно стали ещё ближе после такого, чан закрылся больше в своих личных проблемах, не открывая даже малую часть, ведь феликс узнал о кусочке его боли не по его желанию, а по обстоятельствам. и тут некого было обвинять, особенно ликса, который даже не представлял себе, что может одним касанием принести такую боль. чан очень старался открыться хоть немного, ведь он уже по этой ситуации понял, что феликс не стал бы его презирать за такое, хоть он даже не знал причин, по которым банчан так сильно испещрал шрамами своё тело, но всё равно не стал осуждать, пытался лишь помочь и дать понять, что он всегда готов выслушать и быть рядом, когда тяжело или когда хочется просто побыть с кем-то. но крис не мог, просто не мог себе позволить рассказать что-либо из своей жизни кому-то, кроме заметок в телефоне. это было слишком больно, слишком тревожно и опасно, это могло обернуться не так, как он хотел бы, даже если он доверял феликсу, минхо или хëнджину, хоть и последние примерно знали о том, что происходит с чаном. они всё же дружили уже несколько лет, но даже они не знали всего, обходясь лишь общими фразами в моменты, когда чану становилось совсем невыносимо нести всё в себе. и однажды он не выдержал. после очередной ссоры с родителями, которые снова обсуждали свой развод прямо при нём, после очередного предобморочного состояния из-за голодания и стресса в школе и на работе, он не выдержал. феликс с очередным букетом сорванных в поле недалеко от дома чана цветов шёл к нему с улыбкой и готовностью сообщить о своих чувствах, уже даже не думая о том, как на это может отреагировать чан, надеясь лишь на то, что если это невзаимно, они останутся в таких же отношениях, как и сейчас. ликс зашёл к нему домой, ему открыла мама, сразу же ушедшая на работу после закрывшейся за феликсом дверью, и прошёл в комнату, никого там не обнаруживая. он не сразу начал переживать, чан может быть на работе или на занятиях в музыкальной школе, хоть он и не должен был сегодня быть где-то, кроме дома (ликс знал его расписание). началась паника, только когда феликс увидел предсмертную записку на кровати, оставленную сразу и для родителей, и для ликса, и для минхо с хëнджином. в ней говорилось о том, что чан очень сожалеет перед друзьями, что оставил их так рано, что он больше не может терпеть всего, что с ним происходит, и что если друзья не понимают, что же случилось, они могут вместе сесть, открыть телефон, теперь уже снятый с пароля, и прочитать последнюю заметку, где всё-всё расписано. что уже нет смысла что-либо скрывать, так как чан хочет, чтобы они поняли его мотивы и последним их воспоминанием не было, что он совсем сумасшедший, зная лишь частично о том, что с ним происходило. говорилось, что чан жалеет, что не может повлиять на решение родителей разойтись, и что возможно так и правда было бы спокойнее, ведь то, как они живут сейчас, явно не лучше, чем если бы они жили по раздельности. феликс не дочитал, у него было очень мало времени. он не понял, может ли он ещё успеть, как и не осознал, где может находиться чан. пробежал по всей квартире и не нашёл ни следа недавнего пребывания там бана. внезапно осенила мысль, всплыл разговор с парнем, когда тот рассказывал, что его всегда вдохновляла смерть путём прыжка с большой высоты. ликсу понадобилось пару секунд, чтобы осмыслить это, и он уже бежал на крышу по старой, почти осыпающейся лестнице. он открыл дверь с ноги и… не увидел никого. только холодный ветер пробирал до костей одним лишь дуновением. феликс подбежал к краю крыши, и сердце ухнуло куда-то вниз, он услышал вой сирены скорой помощи и крики людей снизу с другой стороны обрыва. — блять, нет, пожалуйста. он на негнущихся ногах подошёл к краю с противоположной стороны и увидел тело, лежащее на асфальте, ему показалось, что чан улыбался.