Кошки-мышки

      Тот день Джисон запомнил на всю жизнь. Тот день, когда это все началось. День их знакомства с Минхо. Тёплый сентябрьский день крайне редкое явление, не так ли? В первую неделю сентября, как обычно, ветер слувает все на своем пути, дожди заливают дороги, а вместе с этим приходит апатия. А этот перепад такой резкий, что человек не успевает даже понять, что происходит, особенно, когда еще буквально неделю назад стояла жара.       Лёгкий ветер обдувал лицо, а солнце припекало голову, что явно не свойственно осени. Пожелтевшие листья опадали, иногда на голову. В такой день хочется насладиться и без того редким теплом. Да, именно в тот день Джисон привычно шел в библиотеку, ожидая увидеть там своего друга, предвкушая очередной разговор, наполненный сплетнями. Он появляется там только из-за него. Проводит там большую часть времени.       Что ж, он ожидал увидеть точно не парня в овальных очках, который, к тому же, хмуро разглядывал Хана, что потревожил его покой. Первое, что подумал Джисон, увидев его: "Он чертовски красив". Второе, что подумал Джисон, увидев его недовольный взгляд: "Пиздец". Хотя может это ему кажется? — Здравствуйте, — радостно протянул Хан. — Здравствуйте, — вздохнул библиотекарь, отрываясь от бумаг. — Если Вам нужна помощь, то обратитесь к другому библиотекарю. — Но я не вижу здесь никого кроме Вас. — Сейчас подойдёт, подождите немного. — Но.. — Пожалуйста, подождите.       Присев на стул, Джисон стал дожидаться появления друга. Чем больше он ждал, тем меньше терпения у него оставалось. Отстукивая пальцами по столу, а ступнями по полу, Джисон пытался скоротать время. Глаза цеплялись за уже давно изученные стеллажи с книгами. Первая секция. В основном здесь находилась справочная литература. — Скажите, а ничего нового не поступало? — закончив с изучением стеллажей, вдруг спросил Джисон, вновь отвлекая парня. — Нет, в этом месяце ничего не будет нового, — ответил тот, записывая книгу в карточку какого-то читателя. — Жаль.       Глаза вновь изучают стеллажи, плавно передвигаясь к портретам писателей. Черно-белые лица, от которых было ощущение, что они рассматривают тебя так же, как и ты их. Будто передразнивают. А ведь в фильмах им обычно пририсовывают усы и всякие гадости. Впрочем, Джисон не понимал и не разделял этой идеи. — А..Что насчёт.. — Не отвлекайте меня, пожалуйста. — Но вы ведь не знаете, что я хочу спросить. — Чёрт, — тихо выругался парень, — я не знаю, глаза с хлоркой вымыть Вам или уши прочистить..Не видите, что я занят? — огрызнулся тот, поворачиваясь к Джисону спиной. — Извините, — тихо извинился Хан, замечая чёрную макушку друга, зашедшего в библиотеку.       Нет, Джисон не был грубым или невоспитаным человеком, по крайней мере, так ему казалось. Но почему же этот парень так грубо с ним поступил?       Хёнджин же, — друг Джисона — когда узнал всю ситуацию, покрутил у своего виска пальцем, показывая какой Джисон дурак. — Этот Минхо, — протянул Джисон, будто пробуя его имя на вкус, — какой-то странный. — Ой, Джисон, ты просто его не знаешь, — промычал Хёнджин, отпивая остывший кофе. — Он сказал мне помыть глаза с хлоркой, если я настолько слепой, когда я просто подошел к нему и хотел спросить где ты. — Это обычное дело, не переживай. — Но я ведь просто у него спросил, что здесь такого? — Он был занят? — Ну..нет? — Что он делал? — насторожился Хёнджин. — Бумажки какие-то в ящике смотрел, я ебу что ли? — Ой, Джисон, какой же ты долбоёб, — простонал Хван, прикрывая рукой лицо. — Да что случилось-то? — Может он сказал это тебе, потому что ты, щекастый дебил, отвлекал от работы? — вздох. — Я, знаешь ли, тоже не рад, когда ты лезешь со своими вопросами, пока я работаю.       И Джисон действительно думал, что он просто отвлек его от работы. Думал, что это его вина.       Но, несмотря на их слегка странное знакомство, этот Минхо вызвал в нем интерес. Причём такой, что Джисону стало тяжело на месте сидеть, слишком хотелось узнать Минхо получше, — хотя насколько это можно называть "получше", если он не знает о нем ровным счётом ничего? — хотя бы знать его интересы.       Пару раз он пытался поговорить с ним во время перерыва, пытался перекинуться с ним парой фраз, когда он уходил домой, но все без толку. Он не сдался, но сбавил обороты. Стал желать ему приятного аппетита, всегда приветствовал и прощался. Но Минхо всегда его игнорировал, разве что, иногда радуя его кивком, в качестве приветствия и иногда прощания. И Джисон привык. Но у всего есть предел. Как и у нервов Джисона. Именно поэтому он больше не горел желанием узнать Минхо получше. Ему хватало того, что ему рассказывал Хёнджин. На холодное игнорирование, он начал отвечать тем же. Ему ведь нет дела до Ли Минхо.       Хотя, признаться, Джисон пытался обмануть себя. Пытался доказать себе, что ему плевать. Плевать на Минхо. Это ведь не он горел желанием узнать Минхо? Нет, что вы, это точно был какой-то другой Хан Джисон.       И однажды, когда до сессии Джисона оставалось буквально всего-ничего, в библиотеке он появился уже не просто так. Подготовка ведь важное дело.       Залетая в библиотеку, Джисон быстро снял с себя рюкзак, а за ним и пальто, скидыя его куда-то. Профессор отчитал Джисона буквально ни за что. Хотя причины конечно были, но не настолько и серьезные, чтобы ебать мозги и выставлять Джисона идиотом. Все из-за нескольких невыполненных заданий и одной пропущенной пары. Его однокурсники вообще по полгода не появляются в университете, но это ведь никого не ебет. Так почему же взъелись именно на него? Тяжело выдыхая, Джисон направился к нужной ему секции. Напряженное лицо и раздражённые шаги привлекли внимание даже Минхо. — Чего удумал? — вдруг выдал Минхо, что-то рассматривая. — Ого, ты разговариваешь, — съязвил Джисон, недовольно топая в читательский зал. — Чего удумал, я спрашиваю, — проигнорировав слова Джисона, продолжил Ли. — Тебе какое дело? — Если собрался крушить все вокруг, то дуй на улицу, — равнодушно ответил тот, изучая какие-то бумаги. — Конечно, что я ещё могу делать, — недовольно буркнул Джисон, буквально сгорая изнутри. Не хватало ему ещё Минхо. — Я иду заниматься, ясно?       Оторвавшись от своих дел, Минхо поднял взгляд на Джисона, оценивая его настроение. Удостоверившись, что все нормально, — Джисон держал несколько книг по философии — он кивнул, возвращаясь к бумагам. — Смотри мне.       Сев за стол, разложив все, что нужно для продуктивной работы, Джисон откидывается на спинку стула, давая глазам отдохнуть. Возвращаясь к книге, Джисон стал искать ответы на вопросы. Но, видимо, сегодня все идет против него.       Сосредоточиться не получается.       Перемещая взгляд на Минхо, Джисон вновь засматривается. Ненадолго, конечно, но засматривается.       Он раздражает. Раздражает его взгляд, раздражает его вечно недовольное лицо, раздражает его бархатный голос, он весь раздражает! А как же раздражает его точеный профиль, пухлые губы и чертовы красные волосы. Все такое гармоничное, идеальное, будто он греческий Бог, но характер, по мнению Джисона, делал из него самого обычного человека. Возвращал с небес на землю, скажем так.       Спустя время, Джисон замечает, как Минхо устало потирает глаза, приподнимая очки и откидываясь на спинку стула. Видимо, глаза болят от монитора. Ему стоит хотя бы иногда отдыхать. Стоп. Джисону нет дела до него. Ему все равно. Но обеспокоенный взгляд не пропадает с лица Джисона.       Беря в руки телефон и быстро печатая сообщение Хёнджину, чтобы тот вышел и заменил Минхо. Ведь обед уже практически заканчивается, а Минхо не ел. Ни на минуту не отвлекался от работы. — Минхо, давай, иди поешь, я тебе такой бутер вкусный сделал, — через несколько минут Хёнджин показался возле стойки. Минхо скептично разглядывает Хвана. — С чего такая доброта? — Так ты уже сколько работаешь, даже не ел ничего. — Ты же был.. — Минхо перевел взгляд на Джисона, который был слишком доволен своей хитростью. Упс, Минхо понял. — Ладно, спасибо.       Он поднялся со своего кресла, направляясь в комнатку, которую они прозвали "кухней", — хотя это было обычное служебное помещение — подозрительно радостный. — Доволен? — хмыкнул Хёнджин, отпивая чай из побитой жизнью кружки. — Доволен, — и с его лица ещё долго не сходила эта глупая улыбка.       Мышь начинает свою игру. Она обходит ничего не понимающего кота и вырывается вперёд, пытаясь привлечь внимание кота. Рискованно.       Но кот не отстаёт, спустя некоторое время, он принимает условия игры мыши. Медленно приближается, но не нападает. Он не смеет. — Положи на место, — прошипел Джисон, подбегая к столу. — Больно нужны мне твои вещи, — хмыкнул Минхо, уходя из читательского зала. — И что он взял? — спросил Джисон, будто кто-то есть в этой комнате. Осмотрев свое рабочее место он заметил небольшой стикер, наклеенный на тетрадь, а рядом стакан с водой и упаковка каких-то таблеток.       «Я знаю, что у тебя болит голова. Выпей обезболивающее, но перед этим перекуси :)» — Ха.. наблюдательный, — усмехнулся Джисон, замечая выведенное каллиграфичным почерком «Минхо».       Как вы уже поняли, они слишком много заботились друг об друге, но совершенно не общаясь. Делали вид, что им плевать друг на друга. Играли в кошки-мышки. У Минхо болит поясница? На следующий день у него на столе появится мазь и записка с беспокойством и словами о том, что ему стоит отдыхать побольше. У Джисона тяжёлый день? Скоро на его столе появится его любимый шоколад и записка, которая гласит следующее: «Не волнуйся, тяжелые дни бывают у всех. Я верю, что ты со всем справишься ♡». О, и это чёртово сердечко в конце каждой записки вызывало в Джисоне бурю эмоций. Чёртово сердце..       И никто из них не признался бы в том, что они заботятся друг об друге. Никто и никогда. Слишком это странно, вам так не кажется? "О, да, мы не разговариваем, и, вообще, он раздражает меня всем своим видом, но я забочусь о нем, а он обо мне."       Так, в один момент, когда Минхо сидел в кухне, лёжа на столе, произошло нечто странное. Джисон, будучи изнуренным и уставшим от учёбы, зашёл в их служебное помещение, чтобы оставить что-то Хёнджину. Но, впрочем, даже это он забыл, услышав следующее: — Не уходи, — прошептал Минхо, — пожалуйста. — Чего? — и Джисон замер. Что, черт возьми, он сказал? С чего вдруг такой вежливый? — Я говорю.. — Нет, с чего вдруг? — перебил Джисон, оборачиваясь. — Мне..скучно одному? — А с чего ты взял, что я хочу сидеть с тобой? — хмыкнул Хан, подходя к столу и опираясь на него бедром. — Не знаю, просто показалось. — Когда кажется — креститься надо, — усмехнулся Джисон, присаживаясь напротив Минхо. — Кофе? — спросил Минхо, вставая. — Чай. Спасибо, — Джисон откинулся на спинку стула. В какой-то степени, Джисону было стыдно за своё поведение, но какая-то часть ликовала, ведь он добился того, чего хотел. Пока Минхо доставал ещё одну кружку, Джисон пытался сидеть спокойно, пытался отвлекаться на другие вещи, смотреть куда угодно, но не на Минхо. — Что это? — спросил Джисон, рассматривая пирог. — Шарлотка. Что ещё? — хмыкнул Минхо, заливая пакетик чая кипятком. — Ты сам готовил? — неверяще спросил Джисон. — Ну..да? Я спросил у Хёнджина любишь ли ты что-то из выпечки и вот.. — Погоди, ты спрашивал у него, что я люблю? — Да. Со мной ты не разговариваешь, как мне ещё узнавать что-то о тебе? — нервно усмехнулся Минхо. — Но это ведь я все время пытался говорить с тобой! Пытался узнавать о тебе больше, но ты не отвечал! — Ты не подходящие моменты выбирал, Джисон, — вздох. — Обычно я очень сосредоточен на своей работе, поэтому не люблю, когда меня отвлекают. А ты подходил ко мне, когда я работал..Я правда замечал тебя, мне было приятно, когда ты желал мне приятного аппетита и.. Я пытался с тобой поговорить, но ты игнорировал меня. Нет, я понимаю почему, поэтому я не жду извинений, если что. — А в остальные моменты почему игнорировал? — решился спросить Джисон. — В остальные? Наверное, я был в наушниках, поэтому и не слышал. Черт. Вот оно что. Что ж, Джисону действительно стоит извиниться. — Извини, правда, — прокашлялся Джисон. — Не стоит, Джисон. — Стоит, — вздох, — давай просто..забудем это? — спросил Джисон, скрещивая пальцы на руках. «Пожалуйста, согласись» — думал Хан. — Да, так будет проще, — бинго! — Вот и славно, — выдохнул Джисон, полностью расслабляясь.       Запах горячего чая распространяется по комнате, а золотистое тесто шарлотки так и манит к себе. Глаза уже долгое время изучают пирог, будто ища в нем изъян, пытаются зацепиться за что-то, что можно предъявить Минхо, как недостаток. — Ешь, чего смотришь на неё так? Думаешь, что я тебя отравить пытаюсь? — Ха! А ты не такой уж и бесячий, — хмыкнул Джисон, откусывая кусок пирога. — Да? Ты только заметил? — Беру свои слова назад, — хмыкнул Хан. — Мне всегда казалось, что ты меня ненавидишь. — Почему? — У тебя всегда взгляд был такой недовольный, когда я приходил. Да и ты игнорировал меня. — У меня всегда такой взгляд, разве нет? — Нет, когда приходит Хёнджин, то ты ему улыбаешься, — обиженно пробурчал Джисон, отводя взгляд. — А со мной даже не разговариваешь. — Я бы не называл это улыбкой.. — А что это тогда? — Насмешка, что ещё? Он опоздывает, и я его прикрываю, поэтому он будет мне должен, — хмыкнул Минхо. — Ясно, теперь понятно, почему Хёнджин говорил, что мы похожи, — рассмеялся Джисон, но тут же запивая туго прошедший кусок шарлотки.       Тихие смешки и иногда хохот разносился по кухне, оставляя за собой приторно-сладкое послевкусие где-то в глубине души. Кружки пустеют и снова наполняются горячим чаем, но, впрочем, про него давно забыли, отвлекаясь на болтовню ни о чем. Такие моменты следует ценить, особенно приятно их вспоминать, когда сил совсем не осталось, а плохое настроение полностью захватывает тело и разум. — Спасибо тебе, — прошептал Джисон. — За что? — За все. — Тогда, тебе тоже, — хихикнул Ли, улыбаясь. Овальные очки покоились на голове. Джисон мог разглядеть глаза Минхо без этих стекляшек. А они, как казалось Джисону, сияли. Целая галактика в его глазах. А галактики, как всем известно, вечно куда-то движутся.       После того разговора они стали общаться, как практически нормальные люди. Разве что записки стали появляться на их вещах чаще. И Джисон понимал, что медленно, но верно они сближаются. Или три недели это не так уж и медленно? — Приве-е-е-т, — протянул Джисон, забегая в библиотеку. — Ну что, сдал? — вскочил Хёнджин, заметив Хана. — Сдал! — прокричал Джисон, ставя три стаканчика с кофе и подлетая к Хёнджину в объятия. — Я же говорил, дурак, что ты сдашь. — Чего расшумелись? — спросил Минхо, входя в зал. — Я сдал! — Джисон подлетел к Минхо, налетая на него с объятиями. — Сдал? Хорошо ведь, — немного опешив, хмыкнул Минхо, похлопывая того по спине. — А когда вы успели..просто успели? — скривился Хёнджин, не понимая откуда такой прилив нежности у Джисона к Минхо, и почему Минхо не отталкивает его. Джисон забыл, забыл рассказать все Хёнджину. — Да вот, три недели назад поговорили. — Сколько-сколько? — Хёнджин медленно оглянулся на застывшего Джисона, который пытался смотреть на что угодно, но не на Хёнджина. — Меня эти три недели не было в библиотеке, — начал Джисон. — Я готовился к экзамену, ты ведь сам знаешь. — Расскажешь потом, балда, — вздохнул Хван, потрепав того по голове. — И ты тоже, — указал он на Минхо.       И Джисон рассказал. Рассказал все как есть. Малая часть Хана пыталась утаить некоторые моменты, но Хёнджин был настойчив. Он даже достал Минхо, вытаскивал частичку за частичкой информации и из него, составляя в своей голове целостную картину.       Шли недели, сентябрь закончился, за ним октябрь. И вот, настала пора холодного ноября. Джисон в два раза чаще появляется в библиотеке и в два раза дольше остаётся там. Даже, если ему нужно куда-то после пар, он все равно первым делом заглянет в библиотеку. Хотя бы для того, чтобы увидеть его..Хёнджина! Конечно Хёнджина, кого ещё? Поболтать с ним..с Хёнджином. Попить горячего кофе с ним..с Хёнджином. Но вот незадача, Хёнджин на больничном.       Когда кажется, что у отрицания предела нет, то, на самом деле он есть. Джисон правда не хотел копаться в своей же голове, не хотел разбираться со своими чувствами. Особенно, если окажется, что они невзаимные. Особенно, если Минхо считает его своим другом, если, конечно, не просто знакомым. Но он решился. Мышь, ставя свою жизнь на кон, начинает свою часть игры, приближаясь к коту настолько близко, что, если он захочет, то сможет её сожрать. — Пойдём на свидание? — подкравшись, Джисон выглянул из-за стойки, показывая ровно половину своего лица. — Господи, Джисон, ты меня напугал, — дернулся Минхо, роняя ручку на пол. — Извини. Ну так что, пойдём? — не унимался Хан. — М-м, ну не знаю даже.. — Всё ты знаешь, милый. — Милый? — Тебе не нравится? — М-м, — протянул задумчиво Минхо, — знаешь, мне больше нравится, когда ты зовёшь меня по имени, но, ладно, так уж и быть, в этот раз прощу. — Минхо, — прошептал Джисон, — пойдешь со мной на свидание? — Пойду, — так же тихо ответил Ли. — Вот и славно, — усмехнулся Джисон, радостно разворачиваясь, но не успев уйти, его остановил голос Минхо, позвавшего его его имени. — Что? — Знаешь ли ты, что ты мне нравишься? И ни капли не раздражаешь? — шептал Ли, не отрывая взгляда от Джисона. Черт, черт, черт. Что он такое говорит? Чертовы глаза, чёртов бархатный голос, чёртовы губы. О, губы, его губы слишком манят. — Что ты такое говоришь? — так же шёпотом ответил Джисон, медленно покрываясь алым румянцем, снова подходя к стойке. — Что думаю — то и говорю, — Минхо откинулся на спинку стула, осматривая смущённого парня. Минхо точно так же играет с ним. Словно Джисон мышь, попавшая в лапы кота. Но кот не желает её отпускать и убивать. Он хочет поиграть. Но мы ведь знаем, что не только кот может играть. — О? Значит, я тоже должен сказать, тебе то, что думаю? — усмехнулся Джисон, облокотившись на стойку, забывая про свое смущение. — Ты слишком меня раздражаешь. Так раздражаешь, что иногда мне хочется прижать тебя к стене и.. — Только иногда? — перебил Минхо, обнажая свои зубы в хитрой улыбке. — О, знаешь, прямо сейчас хочу. — И что ты будешь делать? — Минхо поднялся со стула, вставая перед ним, оставляя небольшое расстояние между ними. Одно мгновение и их носы — или губы — столкнутся. Но Джисон не сдаётся, он не пойдёт на поводу у Ли. Его взгляд держится только на глазах Минхо. — Показать? — Покажи, ну же, чего ждёшь? — Мм, думаю, заслуживаешь ли ты этого, — протянул Джисон, укладывая свои руки на шею Минхо. Пальцы мягко перебирали красные пряди, иногда касаясь кожи головы. Минхо точно хотелось ластиться к его рукам, Джисон видел это. Но он держался, точно так же, как и Джисон. — О, так я должен заслужить это? — Конечно. — И что я должен сделать? — Минхо придвинулся ближе, упираясь ладонями о стол. Его горячее дыхание начало опалять щеки Джисона. Кот загнал мышь в тупик. — Может, что-то такое? — Минхо убрал чужие руки с шеи и начал покрывать ладони Джисона мягкими поцелуями. Кот медленно приближается к мыши. — Да блять, вы че творите-то? — вскрикнул Хёнджин, вышедший из соседнего зала. — Мы? Ничего, — захохотал Минхо, опуская руки Джисона. В глазах Хана точно промелькнуло разочарование, но он не прекратит свою игру. Не сейчас. — Вы, давайте, свои брачные игры устраивайте в другом месте, мне тут ещё работать, — строя лицо отвращения, хмыкнул Хван, ставя стопку книг на стол. — Ну извини, я вот ещё не закончил, — протянул Джисон, заглядывая в глаза Минхо, как бы спрашивая разрешение на его дальнейшие действия. Пристальный взгляд и мягкую улыбку можно ведь считать за разрешение? — Ну нет, только не говори, что ты будешь.. — Хенджин не успел договорить, как Джисон начал покрывать поцелуями лицо Минхо. Мышь вновь обманула кота. Теперь кот в маленьких лапах мыши, но, видимо, он и не против. — Блять, мои глаза, — Хёнджин зажмурил глаза, показательно кривлясь. — Всё, понял, оставляю вас, придурки, — вздохнул тот, разворачиваясь на пятах и бубня себе что-то под нос. — Ну что, пойдёшь со мной на свидание? — прошептал Джисон, отрываясь от лица Минхо. — А куда я денусь? — хрипло ответил он, укладывая свою голову на плечо Хана. — Я же все равно согласился, дурак. — Я знаю. — Знаешь? Тогда зачем.. — Да, знаю. Мне хотелось подразнить тебя в ответ. Ты ведь все это начал. — О-о, правда? — протянул Минхо, отрывая свою голову с плеча, заглядывая в глаза Джисону. Хитрая улыбка. — Может, я тоже тебя дразню и не пойду с тобой никуда? — хмыкнул Минхо, беря лицо Джисона в свои ладони. — Может быть, — хихикнул Хан, разглядывая лицо Минхо. Пальцы опускаются на овальные очки, снимая их и опуская их на голову Ли. — Ты невыносим, — последнее, что прошептал Минхо, перед тем, как накрыть губы Джисона своими. Ощущение, будто сотни бабочек сели на Джисона и мягко прикасались своими лапками, расправляя свои пестрые крылышки. А бабочек Джисон любил. Они были так красивы. Коты, кажется, тоже бабочек любят? Впрочем, коту плевать с чем играть. Но сейчас они не кот и мышь, а Джисон и Минхо. Они те, кого окружают бабочки. Они те, кто счастлив сейчас. И это «сейчас» плавно перетекает в «всегда». А «всегда», если очень постараться, может стать «вечно». Вы скажете, что эти слова синонимы, но вечность, именно та, настоящая вечность, намного дольше какого-то «всегда».       Но, что насчёт их игры? О, не волнуйтесь, их игра в кошки-мышки никогда не закончится, просто потому, что они и есть «вечность».