это свадьба или похороны?

— Я сделаю Кейт предложение, — так сказал Аарон в их последнюю встречу. Джер тогда ничего не ответил, просто крутил коробочку с кольцом в руке и пытался разобрать свои чувства и мысли, спутавшиеся в непонятный комок. Тогда они разошлись, так больше не обмолвившись ни словом. Джер мог сказать «поздравляю» или «я так рад за вас», но ничего из этого не звучало бы, как правда, и Аарон отлично понимал причину этому — Джером уверен. Встречи поздним вечером стали привычкой, их ритуалом, с тех пор как Аарон был вынужден вырываться из поля зрения своего контролирующего брата-близнеца. Он дожидался момента, когда Эндрю уснёт, и Джер уже ждал его на задней парковке общежития. Обычно он привозил кучу фастфуда и они могли поделиться друг с другом всем, что у них происходит — чем угодно, на самом деле, — и это никогда не выходило за пределы внедорожника Джерома. Однажды, когда у них обоих был плохой день и разговаривать не хотелось, они просто смотрели друг на друга — было странно, но чертовски приятно. Джер в свете уличных фонарей вглядывался в черты его лица и с каждой минутой находил что-то новое. Сначала понимание, поддержку, верность и доверие, а после — контраст почти чёрных в таком освещении глаз и светлых волос, очаровательные мимические морщинки и ровную правильную форму тонких губ. Взгляд почему-то зацепился за них и никак не хотел отлипать. Видимо это как-то отразилось на выражении лица Джерома, потому что следующим, что он заметил, оказалась заинтересованность. Это было всего раз и больше никогда Джер не видел интереса в его глазах, но от чего-то хотел верить, что Аарон его скрывает — в маскировке эмоций ему нет равных. Так или иначе, после того вечера они стали обмениваться странными долгими взглядами, когда случайно пересекались в кампусе или перед тем, как разойтись после их практически ежедневных встреч. Они никогда не позволяли себе большего — у Аарона есть Кейтлин, а Джер всё ещё пытался осознать свою ориентацию. Или, почти никогда. Джер в тот день ушел с какой-то очередной тусовки, чтобы не пропустить их встречу. Он сел за руль более чем охмелевшим, за что Аарон отчитал его, хоть и дорога лежала через полупустой кампус — даже при желании Джером не смог бы учинить аварию на чистой прямой трассе. Джер уловил во взгляде друга тихий гнев и бурную взволнованность, ему не мешали лишние мысли — под действием алкоголя разум был расслаблен и чист, — и он впервые смог осознать свои чувства к лучшему другу; впервые понял, что всё это время хотел большего. Очередной долгий взгляд — больше не странный, с каких-то пор привычный, — и Джером сам не понимает что делает. Тянется к нему, словно завороженный, словно намагниченный, но замирает, когда между их лицами остаётся с десяток сантиметров. Перед глазами всплывает образ Уилли — сначала в постели утром, когда Джер любит его больше всего, затем он вспоминает его разочарованный, полный боли взгляд, в тот момент, когда Уилли узнал о его полигамии и... он не хочет его терять. — Я люблю её, — Аарон выглядит растерянным, но не отталкивает, даже сейчас доверяет ему, просто смотрит, — я не могу. Не может. Но хочет? Сердце Джера вздрагивает в последний раз и он хоронит эти чувства глубоко внутри. — Я его тоже, — он отстраняется и потирает пальцами висок, — прости. Это была минутная слабость. Всё такое... — Странное, — помогает Аарон, транслируя его мысли, — я тоже заметил это. Думаешь, нам давно стоило об этом поговорить? Джер неуверенно пожимает плечом и думает пару секунд: — Поговорим завтра? Они так и не поговорили. Много раз пытались, но никто из них не смог сформулировать свои чувства в полноценные предложения. Потом всё стихло — встречи стали реже, сообщения короче, — до тех пор, пока Кейтлин впервые не привела его на общий сбор. Они встретились лицом к лицу после двух- или трехнедельного молчания, и Джер не почувствовал ничего, кроме радости от встречи с лучшим другом. Но, что он чувствует теперь, когда знает, что Аарон навсегда свяжет свою жизнь с Кейтлин — безусловно, очень хорошим человеком? Мог ли он что-то изменить и правильный ли сделал выбор? Придётся ли ему когда-нибудь пожалеть? — Хей, — тихо зовёт Уилльям, — увлёкся? Уилл заглянул в пустой шаблон статьи на ноутбуке и положил ладони на напряжённые плечи, чтобы размять их. — Задумался. Кажется, у меня творческий кризис, — честно признался Джером и откинулся назад, накрывая левую руку мужа ладонью и нащупывая обручальное кольцо. Нет. Он не ошибся. Его счастье здесь, а счастье Аарона светит ему яркой улыбкой и рыжей макушкой. И Джер будет искренне рад за них, просто ему нужно немного времени.