Один лифт и два парня на «А»

      — Нет, Антон, — устало выдыхает Арсений уже в третий раз. — Мы не будем этого делать.       — Ну почему нет? — в который раз уже за сегодня уговаривает его Антон. — Надо же иногда что-то менять, добавлять новые практики. Тем более, мы такого ещё не делали и это будет интересно попробовать. Разве не так?       Весь сегодняшний день, и ещё несколько дней до этого, Антон убеждал Арсения поэкспериментировать с кинками. Где-то неделю назад шатен рассказал ему о своём самом тайном желании — попробовать омораши. Но именно предложил это сделать всего два дня назад.       Сначала Арсений сказал, что подумает над этим. Он и вправду это сделал и пришёл к выводу, что пока не готов к такому. О чём и сообщил шатену. Того такой ответ, естественно, не устроил.       Поэтому он предложил это ещё раз, сразу же на следующий день. Но уже не просто предложил, а ещё и привёл несколько аргументов, из-за которых, как ему казалось, Арсений должен был согласится. Но этого не произошло.       Тогда он предложил это и в третий раз, как раз-таки сегодня утром, в их единственный совместный выходной. Но брюнет ему вновь отказал. Только вот Антон и не думал сдаваться, поэтому весь день продолжал приводить разные аргументы, почему они должны это сделать. Одним из которых был тот, что это поможет им ещё сильнее сблизится. И Арсений начал потихоньку смиряться.       Он вообще не мог долго отказывать Антону — в этот раз это рекорд. Поэтому брюнет понемногу, сам того не замечая, начал соглашаться. Хотя стойко старался держать лицо.       Вот и сейчас Арсений упрямо смотрит на Антона ещё несколько секунд, прежде чем тот решает зайти с другой стороны.       — Ладно, давай так, — начинает он. — Ты соглашаешься попробовать омораши, а я тогда соглашусь попробовать любой один твой кинк. Как тебе такое?       Вот тут брюнет уже и вправду задумывается. Теперь это предложение уже не звучит так плохо, как перед этим.       — Ну же, — подбадривает шатен. — Ты же давно хотел попробовать обездвиживание, а я отказывался, — брюнет неуверенно кивает. — Так вот, как раз можем после моего, так сказать, эксперимента попробовать твой. Чтобы всё было по-честному.       А вот это уже звучит заманчиво. Арсений и вправду давно просил Антона о том, чтобы как-нибудь попробовать обездвиживание, но тот всё никак не соглашался. Говорил, что боится старшему навредить этим, поэтому и не хотел даже затрагивать эту тему. А теперь вот как получается. Антон сам уговаривает его это сделать. Но взамен ему придётся тоже неплохо постараться. Хотя ради Антона он готов и не на такое.       — Ну пожалуйста, Арс, — вырывает брюнета из мыслей Антон. — Всего один раз, — лукаво улыбается и продолжает: — если тебе, конечно, не понравится.       — Не понравится, не переживай, — бурчит Арсений.       — А ради меня? — пробует последний аргумент шатен и умоляюще смотрит на старшего.       — Только если ради тебя, Антон, — вздыхает устало Арсений. Вообще, он готов был согласится на это ещё несколько минут назад.       Антон победно улыбается и подходит ближе к брюнету, чтобы крепко его обнять.       — Спасибо, Арс, — выдыхает он на ухо старшему. — Я обещаю, тебе это тоже понравится, — мягко прикасается губами к шее. — По крайней мере, я для этого сделаю всё.       Арсений улыбается, прижимает шатена ближе и целует в губы. Всё-таки такому Антону невозможно отказать. Да и вообще любому Антону Арсений не может отказать.

***

      Планируют провести вечер, «посвящённый» уро-кинку, в субботу. Это как раз последний рабочий день на неделе, а следующий — выходной. Можно будет расслабиться и не переживать, что завтра надо рано вставать и идти на работу. А это им и подходит.       Хотя, немного поволноваться им всё же придётся. Так как основная часть их эксперимента придется на вечер, утром и днём Арсению придётся выпить достаточно большое количество жидкости, чтобы, когда они придут домой, можно было сразу приступать. А вообще, это Антон так захотел. Он признался, что его немного заводит тот факт, что брюнету придётся терпеть на работе в присутствии других людей.       Но сильно Попов не переживает, ведь шатен обещал приехать к концу его рабочего дня (сам он заканчивает работу раньше), и забрать Арсения домой на своей машине. Это значит, что не придётся ждать не пойми сколько автобус и терпеть в общественном транспорте. А это уже хорошо.       Но всё же проснувшись утром этого самого дня Арсений ощущает некоторое волнение внутри. Что-то типа предвкушения. И, если честно, ему это даже нравится.       Во время завтрака Антон наливает ему большой стакан воды, а после хвалит, что тот его сразу выпил.       Перед выходом шатен целует его в щеку, говорит, чтобы сильно не переживал и не забывал выпивать побольше жидкости на протяжении всего рабочего дня. Арсений целует его в ответ и уверяет, что всё будет в порядке.       На работе он, как и обещал, выпивает ещё несколько стаканов воды. К обеденному перерыву он уже ощущает первые позывы, но они пока что не доставляют особого дискомфорта.       Когда до конца рабочего дня остаётся час, нужда всё чаще напоминает о себе. Арсений старается игнорировать свою потребность, но с каждой минутой становится всё сложнее это делать.       Антон периодически пишет ему в телеге, чтобы поинтересоваться всё ли у него в порядке. Брюнет немного недоговаривает и пишет в ответ, что всё хорошо. Ему просто стыдно писать правду.       Ещё через полчаса работы Арсения настигает слишком сильный позыв. Он вскакивает со своего рабочего места, извиняется перед коллегами за шум, который создал, и выбегает в коридор. Быстро, но осторожно (всё-таки резкие движение в его положении делать очень опасно) преодолевает немаленькое расстояние до туалета и заходит туда. Подходит к раковине и сжимает член сквозь одежду. Этот неимоверно сильный позыв успел пройти за время пути брюнета сюда, поэтому терпеть становится немного легче.       Несмотря на это, Арсений всё же ослабляет ремень на своих штанах и с облегчением выдыхает. Он хочет уже подойти к писсуарам и наконец освободиться от плещущейся в мочевом пузыре жидкости, когда ловит своё отражение в зеркале над раковиной.       Арсений внимательно всматривается в своё лицо, но видит лишь уставшее от сдерживания естественной потребности выражение. Сразу почему-то вспоминается Антон. Его бесконечные уговоры Арса на этот эксперимент, его умоляющее выражение лица, его радость от того, что Арсений на это согласился.       Теперь же брюнет представляет реакцию Антона на то, что он сейчас своими действиями всё испортит. Просто пойдёт и спустит всё в унитаз (в прямом смысле). Шаст точно будет не в восторге от этого. Он, скорее всего, сильно расстроится. Всё-таки так давно этого хотел, так ждал, а Арсений просто взял и всё испортил, хотя сам же и обещал.       Нет, так точно не пойдёт. Ради прекрасной улыбки Антона, ради его радости и может немного даже гордости за Арсения, брюнет готов потерпеть ещё столько, сколько нужно.       Поэтому ещё раз взглянув на своё отражение, Арсений ободряюще сам себе улыбается, мысленно убеждает себя, что всё будет в порядке, и напоминает себе, ради кого всё это делается. С этими мыслями он отходит от раковины и выходит из туалета.       Антон точно будет им гордиться.

***

      Рабочий день заканчивается через пол часа, после того похода брюнета в туалет. Все его коллеги медленно, в отличие от него, собираются и уходят с работы. Арсений же, как можно быстрее закидывает все свои вещи в портфель, быстро со всеми прощается и выбегает за дверь. Набирает Антона уже в коридоре.       — Да, Арс? — отзывается знакомый голос спустя пару гудков.       — Я закончил, ты где? — нетерпеливо уточняет брюнет.       — Я подъехал, — спокойно отвечает Антон. — Жду тебя около входа.       — Уже бегу, — сквозь зубы от очередного позыва говорит Арсений и отключается.

***

      Сев в машину, Арсений спокойно выдыхает. Наконец-то он может немного успокоиться и полностью расстегнуть ремень, не переживая о том, что вокруг куча людей, и они могут подумать о нем невесть что.       Антон садится рядом на водительское сидение и тепло смотрит на брюнета. От этого нежного взгляда становится ещё легче.       Пока они едут по пустой, на удивление, дороге, Арсений не может думать ни о чём другом, кроме своей нужды. Она напоминала о себе всё чаще, но спазм той неимоверной силы, к счастью, больше не повторялся. Потому что если бы повторился — Арсений бы не выдержал. А этого очень хотелось избежать.       — Ты в порядке? — мягко уточняет Антон, на секунду повернувшись к нему, но тут же переводя взгляд обратно на дорогу.       Арсений точно не в порядке. Ему ужасно хочется в туалет, мочевой пузырь выпирает с его плоского живота, жидкость внутри давит, и от этого всего он очень сильно потеет.       Но Антону он, естественно, об этом не говорит. Потому что жутко стесняется.       — Нормально, — кивает он, как бы в подтверждение своих слов. Но, скорее всего, этим он пытается убедить себя, а не Антона. Потому что тот ему только ласково улыбается и возвращает всё своё внимание трассе.       Остаток дороги до дома едут молча, но быстро. Выходя из машины, Арсений старается сделать непринужденный вид, как будто его совсем не беспокоит наполненный мочевой пузырь. Можно подумать, что Антон этого не замечает по нелепой походке с плотно стиснутыми ногами.       Но Шаст, к огромному счастью брюнета, ничего не комментирует, а просто молча берёт его под локоть, и они вместе заходят в подъезд.       Молча подходят к лифту, и Антон, также не говоря ни слова, нажимает на кнопку, вызова. Он прекрасно понимает в каком сейчас состоянии Арсений, и что пешком по лестнице до их квартиры на пятом этаже он не доберется. И брюнет за это умение понимать его без слов очень сильно любит шатена.       Тишину прерывает лишь еле слышимое гудение подъезжающего лифта. Двери открываются перед ними, являя их взору знакомые обшарпанные стены старой кабины. Руки приходиться расцепить, чтобы зайти внутрь поочереди.       Оказавшись в кабине, Арсений подходит в стене и всем телом облокачивается на неё. Антон, нажав на нужный этаж, встаёт у противоположной стены и внимательно смотрит на брюнета.       — Чего? — не выдерживает этого взгляда Арсений.       — Нич… — не успевает Антон договорить, как в лифте начинает мигать лампочка. Пока они пытаются понять, что происходит, лифт встряхивает так, что брюнет едва успевает ухватиться за специальный поручень. Но вот сдержать несколько быстрых струек мочи, которые прошли сквозь напряжённые мышцы и сразу же намочили белье, Арсений не успел.       — Бля-я, — слышит он голос Антона спустя несколько долгих секунд.       — И что это, блин, такое? — задаёт он скорее риторический вопрос, когда лифт перестаёт трясти, и свет больше не мигает. Но ещё они, кажется, и не едут…       — Мы, похоже, застряли, — неуверенно говорит шатен.       — В смысле застряли? — возмущается брюнет. — Как это, застряли? — не может остановиться он. Паника внутри него разрастается мгновенно. — Не может быть, — как в бреду шепчет он. — Не может такого быть, блять!       — Тише, Арс, — он даже не заметил, когда Антон успел к нему подойти. Сейчас тот просто обнимает его за плечи, пытаясь успокоить. — Всё в порядке, всё будет хорошо.       — Но как и… — весь запал Арсения потихоньку гаснет, и теперь он просто утыкается лбом шатену в грудь.       — Я думаю, что мы скоро поедем, не переживай, — всё продолжает успокаивать Антон. — А тебе, ну… сильно хочется? В туалет, — он говорит это так спокойно, что Арсений может только открывать и закрывать рот, как рыба. — Сможешь потерпеть ещё немного?       — Я нет… в смысле, да, чёрт, — начинает жутко смущаться от такого интимного разговора брюнет. — То есть нет. Не сильно хочется мне. Вообще не хочется. Я потерплю, — путается немного в словах, но Антон как будто этого и не замечает.       — Это хорошо, — целует его в шею Антон. — Тогда попробуем вызвать диспетчера и сообщить о проблеме?       Арсений лишь кивает и отпускает шатена, чтобы он попробовал решить проблему с диспетчером. Он молится всем богам, которых только знает и не знает, чтобы лифт заработал как можно быстрее. Иначе может произойти непоправимое.       Антон нажимает кнопку вызова диспетчера, но та издаёт лишь какие-то помехи. Так повторяется несколько раз подряд. Арсений понимает, что его мольбы не помогут, и ещё неизвестно сколько им с Антоном придётся здесь торчать.       Что ещё хуже, брюнет не знает, сможет ли столько вытерпеть. Он вообще не знает, сколько сможет ещё продержаться. Мышцы очень сильно напряжены, ноги плотно сжаты, но это мало чем помогает.       Спасает ситуацию лишь мягкая успокаивающая улыбка Антона, ради которой Арсений готов постараться терпеть как можно дольше. Остаётся надеется лишь на то, что организм его не подведёт.

***

      Но собственное тело предательски подводит. Уже через пятнадцать минут ожидания организм категорически отказывается сдерживаться дольше. И теперь не показывать своего состояния перед Антоном становится очень трудно.       — Ты как, Арс? — взволнованно спрашивает тот, когда брюнет сгибается пополам от слишком сильного позыва.       — Мгм, — невнятно бормочет он, потому что сил на адекватный ответ у него не осталось.       На несколько секунд наступает тишина, пока рука Антона не оказывается на плече Арсения.       — Су-ука, — сквозь зубы шипит брюнет, от неожиданности упустив ещё одну струйку, которая была остановлена лишь с большим трудом. Кажется, он протянет ещё не больше, чем пару минут. А потом может произойти авария.       Так как мочиться в общественном лифте ему не хотелось, тем более когда рядом Антон, перед которым ему ещё предстоит признать свою потребность. А сделать этого Арсений не мог из-за огромного кома стыда и смущения, который застрял где-то в грудной клетке, не давая нормально вдохнуть. Или это был переполненый мочевой пузырь Неважно, из-за чего это, важно лишь то, что срочно нужно придумать, как решать эту проблему. А у брюнета пока, к сожалению, нет никаких идей.       — Эй, — он уже успел забыть, что Антон всё ещё стоит рядом и держит руку у него на плече. — Я же вижу, что что-то не так. Арс, — он дожидается ответного взгляда в глаза и продолжает. — Ты можешь мне рассказать всё, что угодно. Я пойму тебя и не буду осуждать. Поэтому, пожалуйста, скажи мне сейчас правду.       Арсений молчит ещё несколько минут, раздумывая над словами Антона. Ему слишком стыдно признаться в такой простой, казалось бы, обыденной потребности. Но организм решает за него, посылая ещё один сильный спазм.       Поэтому брюнет, согнувшись пополам и зажав рукой пах (хотя это мало чем помогает), смотря куда угодно, только не в глаза Антону, признается:       — Мне в туалет нужно, — сдавлено выдаёт он.       — Насколько… критично? — спокойно уточняет шатен.       — Очень, очень критично, — уже полностью откровенно говорит он. — Настолько, что я… — собирается всё своё мужество в кулак и произносит, наконец, правду: — Что я описаюсь скоро.       Щеки после такого признания горят красным ярче, чем помидор, но легче от этого всего, хоть не на много, но становится.       Антон же внимательно его рассматривает, а потом вдруг тоже смущается и отворачивается к противоположной стене. Говорить начинает, не смотря на Арсения.       — Я знаю, как можно… решить твою проблему, — едва слышно сообщает он. — Но тебе такое вряд ли понравится.       — Да мне уже, если честно, всё равно как, — устало выдыхает он, не убирая руку от паха. — Главное решить уже хоть как-то эту гребаную проблему, — почти скулит он.       Антон кивает несколько раз, как в бреду, поворачивается обратно к Арсению и, смотря ему прямо в глаза, говорит:       — Ты можешь просто… — сглатывает он, прежде чем продолжить. — Просто помочиться мне в рот.       Арсений широко открывает глаза и в удивление аж забывает о своей потребности.       — Ч-чего? — заикаясь от шока, переспрашивает брюнет.       — Ты всё услышал, Арс, — смелеет Антон, — Давай же, я этого хочу, — добавляет он.       — Но… — неуверенно начинает возмущаться Арсений, но ему не дают этого сделать.       — Пожалуйста, помочись мне в рот, Арсений, — этот тон уже запрещённый приём. Когда Антон начинает говорить так, брюнет готов ему полностью сдаться, — Я очень этого хочу.       — Ты… ты уверен? — всё же сомневается Арсений, хотя деваться ему в этой ситуации и правда некуда. Не мочиться же ему прямо в штаны или на пол лифта? Хотя идея справлять нужду в рот своему парню ему тоже не особо нравится.       Но она нравится Антону. И если он так этого хочет, то Арсений готов это сделать.       — Я уверен, Арс, — спокойно говорит шатен. — Я давно об этом думал, хотел этого, — признается он. — Боялся, что ты не согласишься на такое, да и момента подходящего не было, вот и молчал.       Брюнет пытается обработать эту информацию, но его перегруженный другой проблемой мозг не хочет этого делать. Поэтому оставив размышления на потом, Арсений полностью поворачивается к Антону и согнувшись, смотрит ему в глаза. Тот, как бы отвечая на незаданный вопрос, кивает ему и улыбается.       После подходит ближе и, убирая руки брюнета от паха, расстегивает его ширинку. Спускает его штаны сразу вместе с трусами до колен и приподнимает кофту. Непонятно откуда взявшийся в лифте сквозняк холодит нежную кожу промежности и живота. От этого ощущения нужда ощущается острее и маленькая капелька мочи стекает по Антоновым пальцам, которыми он уже обхватил его член.       Арсений поднимает взгляд и смотрит на реакцию Антона на это всё. Боится увидеть в его глазах отвращение, но видит лишь поблескивающие, расширившиеся от возбуждения зрачки.       Тот тоже на секунду поднимает взгляд и улыбается уголками губ, как бы успокаивая Арсения, а затем опускается на колени.       От такого зрелища Арсения тоже немного накрывает возбуждение, и член в руке шатена дёргается. Антон мгновенно на это реагирует, растянув губы в ухмылке.       — Я сейчас… — еле слышно выговаривает брюнет, потому что чувствует, что скоро потечёт. Терпеть не остаётся сил, и Антон это понимает, поэтому лишь кивает и широко открывает рот, чтобы уложить орган Арсения на язык.       Брюнет, не сдержавшись, стонет, когда первые маленькие струйки стекают с его члена прямо Шасту в рот. Тот блаженно прикрывает глаза и старается проглотить всё, что Арс ему даёт.       Естественно, проглотить абсолютно всё у него не получается. Когда поток мочи усиливается, упругими толчками ударяясь о язык, глотать настолько большое количество жидкости с такой скоростью становится просто невозможно.       Поэтому моча стекает сначала на кофту Антона, а после на пол лифта. Бóльшее количество, конечно, попадает в горло шатена, но и на полу под ними собирается небольшая лужа.       Кажется, что мочи в Арсении — бездонное озеро, и что она никогда не прекратит вытекать из него. Но его мочевой пузырь всё же пустеет спустя некоторое количество времени. Правда, за это время брюнет успел уже полностью сгореть от стыда. И даже не из-за того, что в прямом смысле помочился в рот своего парня, а потому что ему это понравилось. Причём очень сильно.       Настолько, что после опустошения мочевого пузыря, его член, всё ещё находящийся в руке Антона, начал эрегировать.       Не сильно, не до каменно-твёрдого состояния, но всё же то, что только что происходило, его завело. Судя по взгляду на натянутые в районе ширинки штаны Антона, тому такое тоже жутко понравилось.       Антон, тем временем, ещё раз завороженно проходится языком по всей длине члена, слизывая последние капли мочи, и поднимается с колен.       Внимательно с восхищением заглядывает Арсению в глаза, пытаясь рассмотреть его реакцию на происходящее. Брюнет же чересчур смущается своей реакции, поэтому отводит взгляд на стену за спиной Антона.       — Арс?.. — хрипло выговаривает Антон, продолжая держать орган брюнета в руке.       — Мм-м? — всё так же не глядя на него отзывается Арсений.       — Посмотри на меня, — когда просьба не выполняется, Антон говорит уже твёрже, вдобавок слегка сжимая чужой член. — Пожалуйста, посмотри на меня, Арсюш, — Арсений ахает и всё же переводит свой взгляд на шатена, но смотрит на губы, а не в глаза.       — Чего? — пытается притвориться дурачком Арсений, но на Антона это не действует.       — В глаза мне посмотри, Арс, — строго выговаривает Антон, и от этого тона по коже брюнета бегут мурашки. Он резко стреляет взглядом прямо в глаза, и тут же смущается, пытаясь снова отвести взгляд, но Антон не даёт этого сделать, удерживая зрительный контакт.       — Скажи мне, Арсений, только честно — мягко начинает Антон. — Тебе понравилось?       Шатен не уточняет, что именно ему должно понравиться. Но Арсений и сам всё понимает, поэтому лишь скулит, когда Антон, не дождавшись ответа, сжимает его полувозбужденный член в своей тёплой ладони.       — Да, да блять, мне очень понравилось, — признается брюнет и утыкается лбом Антону в грудь. Стыд затапливает его с головой, но мягкие поглаживая Антоном его шеи немного успокаивают бешеный стук сердца. Как будто ему снова 16, в самом деле.       — Я рад, что тебе всё-таки понравилось, — мягко выдыхает шатен в его волосы и целует макушку. — А ты бы хотел... повторить такой эксперимент? Не обязательно прямо завтра! Но может... потом как-нибудь?       Арсений стыдливо стонет, а уши окрашиваются в красный сильнее. Он прижимается ближе к Антону и говорит начистоту:       — Можно, — совсем тихим голосом. — Можно было бы когда-нибудь повторить. Я не против. — И тут же быстро добавляет: — Но только если ты этого правда хочешь!       Антон тихонько смеётся от того, как Арсений смущается, и гладит его по голове, уже не настаивая на зрительном контакте. Теперь ему и так всё понятно.       — Я бы очень этого хотел, — так же тихо признается шатен. — Сегодня мне жутко это понравилось.       Едва Антон успевает договорить, как свет неожиданно начинает мигать снова, и лифт издаёт громкое в наставшей тишине гудение. На циферблате на стене мигают разные цифры: они проезжают этажи.       — Это… — начинает удивлённо Арсений, но Антон перебивает его.       — Ага, — весело говорит тот. — Похоже, лифт починили. И очень вовремя, — кивает он в сторону ширинки брюнета, намекая на недавно произошедшее. Щеки Арсения вспыхивают по новой, но Антон лишь мягко улыбается и застегивает ему ширинку. И очень своевременно успевает привести их обоих в порядок: лифт приезжает на нужный этаж и останавливается, открывая двери и являя двух взбудораженых парней маленькой кучке соседей, которые как раз ждали лифт.       — Ну наконец-то, — твердит какая-то пожилая женщина себе под нос, но никто не обращает на это внимание. Арсений с Антоном молча быстрым шагом выходят из кабины, и скрываются с «места приступления», сворачивая за угол к своей квартире. А соседи наоборот заходят внутрь. Когда, судя по звуку, лифта закрываются, и он уезжает вниз, Антон начинает смеяться.       — Удачно мы всё-таки успели закончить, — отсмеявшись заключает шатен и лезет в карман штанов за ключом от их квартиры.       — Это точно, — облегчённо выдыхает Арсений и тоже улыбается.       Как только они заходят в квартиру, брюнет сразу же крепко обнимает Антона и шепчет ему на ухо:       — Спасибо тебе, — смущенную улыбку прячет у него в шее. — Я не знаю, что бы я делал, если бы не ты.       Антон ничего не отвечает, вместо этого немного отстраняется, ловит взгляд глаза в глаза и мягко целует его в кончик носа, переходя на губы.       — Это тебе спасибо, что согласился попробовать, — после поцелуя произносит Антон.       — Ради тебя я готов на что угодно. Даже иногда вот так поэкспериментировать.       Они оба синхронно начинают смеяться, а после снова целуются. Арсений понимает, что согласился он в итоге на это не зря. А Антон в который раз осознает, что у него лучший парень в мире. Хотя он это всегда знал.       Самое главное — сейчас им хорошо. Потому что они готовы пробовать новое вместе и согласны на любые идеи своего партнёра. Какими бы сумасшедшими они ни были. От этого они чувствуют себя прекрасно и осознают: они любят. По-настоящему и очень сильно. И это ощущение им безумно нравится — как Арсению, так и Антону.       А ещё ближайшем будущем их ждёт другой очень интересный эксперимент, о котором сейчас вспоминает Арсений.       — Кста-ати, — тянет он, оторвавшись от Антоновых губ. — Так теперь мы испробуем мой кинк? — на непонимающий взгляд шатена поясняет: — Ну, какое у нас изначально условие было? Я соглашаюсь на твоё омораши, а ты на моё обездвиживание.       Антон улыбается, явно вспоминая об этом. Кивает пару раз, а после всё же произносит это и вслух:       — Конечно, Арс, — целует его в щеку. — Мы обязательно попробуем твоё обездвиживание. На следующих выходных, ладно?       — Ладно, — от этих слов Арсений сияет ярче любой звезды.— Люблю тебя.       — И я тебя люблю.       Стоя в мокрых штанах посреди коридора их общей квартиры и целуясь со своим парнем, Арсений понимает — он счастлив. И Антон рядом разделяет его мысли. А большего им и не надо.