Ангел, упавший в объятия суккуба

На тронах постепенно появлялись новые фигуры, восседающие на тронах и оглядывая своих подчиненных. Я не совсем понимала, где расположена наша ложа, но если я выходила к перилам у первых рядов то могла без проблем видеть абсолютно всех участников. С наших же мест виднелись лишь Люцифер и Белиал. Первый был прекрасен. Я редко когда могла оценить мужскую красоту, хотя и бесспорно могла различить красавцев от уродов, но Люцифер превосходил своей красотой абсолютно всех, кого я видела ранее. Оголенный накаченный торс, покрытый россыпью черных локонов, спадающих по бледному телу вплоть до пояса. Среди смоляных прядей волос сияли золотые украшения, в виде тянущихся змей. На плечах блистали алые татуировки снова в виде переплетенных змей, на мускулах было изображено окровавленное, надкусанное яблоко, оплетенное рептилиями. В ушах Павшего сияли звезды, в форме сережек, их мрачный свет сочетался с алым отблеском губ и мрачным отражением измученных, впалых глаз, неизменно глядящих в никуда. Возле трона витали вороны с позолоченными клювами, некоторые держали в них остатки плоти, золотые монеты или даже небольшие клинки. Вороны были и на спинке трона, многие из представителей Люцифера, расположившиеся внизу, имели вороньи накидки или непосредственно самих птиц, восседающих на запястьях и плечах. Белиал был полным отражением Люцифера, истинным воплощением слова демон. Его трон состоял из черепов, причем как людских так и демонических. Вокруг их ложи шла стальная проволока, на которой гнили остатки мяса. Внутри в вечном бою сражались собакоголовые демоны, закованные в броню, проигравшие умирали, после чего возвращались с новыми силами, давая Белиалу возможность развлечься. Сам Павший, под стать своим прислужникам, предстал с двумя головами гончих, и одной около человеческой. Морды собак рычали, рвались в разные стороны и выли. С их клыков падала слюна, кровь и желчь, в обезумевших глазах горело чистое, первородное пламя ада. Человеческая часть лица походила на огра или орка, массивная, с мощной челюстью и грубой кожей черного цвета, на которой выступали пульсирующие вены. Изо лба возвышались два прямых рога, на которых болтались насаженные людские тела. Белиал был закован в сияющую, обсидиановую броню, тяжелые латы исписанные древними рунами и проклятиями порой источали ужасный скрежет, что я слышала даже отсюда. На нагруднике была изображена собачья пасть, на перчатках сверкали когти. Именно ложа Белиала более всего выделялась из всех, святые и маги кидали на нее опасливые взгляды и шептались, владыки, уже привыкшие к собрату, занимались своими делами. Лилит предстала в образе, что я уже видела в пещере. Среди ее конфессии, подавляющее большинство составляли мои родные, которых я без труда находила по цвету кожи. Мама, устало подперев голову рукой, взирала в никуда. Мы вновь ждали Судью. Черный трон пустовал. Гита довольная лежала у меня на плече, закрыв глаза и посапывая. Я гладила ее волосы, тоже думая прилечь отдохнуть, но в тот же миг перед нами вспыхнул экран, покрывающий всю конфессию смотрящих. В нем, удобно показывали всю территорию Совета, в том числе наконец появившегося Судью. Это была сущность, закутанная в холщовые плащи. Его алые зрачки выглядывали из тьмы, руки то возникали в пространстве, то растворялись в тенях. Возле него вились стаи призрачных стервятников, с серебрянным клювами и мертвыми глазами. Судья молчаливо расположился на троне, из-под плащей выбивались всполохи пламени и черной, ползучей тьмы, что начала медленно распространяться по трону и земле. Оглядев собравшихся, судья так же молчаливо вскинул пустой рукав, из которого вырвалась ладонь сотканная из пламени, в пустующем центре возвысилась платформа, на которой стояли двое демонов в черной броне, с топорами в руках. Палачи. Меня передернуло, Гита проснулась, слыша шепот вокруг. - Что происходит? - Сонливо спросила девушка. - Совет начался? - Прибыл Судья, так что… полагаю, да. - Ох, а чего все шепчутся? - Он призвал палачей, судя по всему, кто-то будет судим. - Надеюсь, что не мы. - Я тоже, надеюсь на это… - Чуть испуганно ответила Гита, прижимаясь ко мне. - Это ведь собрание а не суд, тут не должно быть казней. - Не знаю, видимо у Судьи иное мнение. - Мрачно откликнулась я, глядя как Белиал рыком успокаивал свою конфессию и заставляя их встать на колени, склонив голову. Было забавно наблюдать за этим, учитывая “собачью” сущность демонов. - Прошу прощения, за задержку. - Скрипучий голос Судьи раздался над залом, но в нем абсолютно не чувствовалось раскаяния. Как впрочем и иных эмоций. Остальные участники Совета начали распрямлять плечи и садиться ровно, понимая что совет начат. - В последний день, вскрылась неприятная истина касательно моих учеников… - Из-под черных тканей всплыла жестокая улыбка, скалящаяся острыми зубами. - Прошу, Искусительница, как я знаю, ты призвала о собрании Совета… Так начни же его. - Начала бы раньше, если бы ты не изъявил желания явиться. - Холодно ответила Лилит, после чего кивнула остальным. - Приветствую собравшихся, сомневаюсь что кто-либо не знает о причине этого Совета. Моими усилиями каждый был оповещен о том, что происходит. Теперь мы должны понять, что мы имеем и какие перспективы ждут нас. - Мы не знаем причину, по которой Лизастия начала это. - Вступил в разговор тот самый чародей, выступавший от конфессии волшебников. - Не могла бы ты посвятить присутствующих? - Разве Соломон не доложил о предательстве… моей дочери? - Через силу договорила Лилит, пронзая взглядом мага и буквально выворачивая его душу наизнанку. Мужчина даже не моргнул. - Не думаю, что есть смысл вдаваться в семейные разборки. Она начала войну, я закончу ее. - Так почему же мы должны участвовать в ваших разборках? - Потому что Лизастрия сильна. - Лилит медленно изменила картинку на нашем экране, показывая сотни тысяч демонов, ждущих на дне океана. Их чешуя окрасилась кровью, в мутной воде плавали тела, улыбки на лицах сверкали злобой и яростью. - Уже сейчас начались нападения на людские суда, ее армия растет с каждым днем. И в ней далеко не только мое потомство. - Мама обвела взглядом собравшихся. - Порабощенные серафимы и ангелы. - Картинка изменилась, показывая тех тварей, которых мы уничтожали на дне озера. - Предавшие конфессию чародеи, демоны уже возвысившихся и еще павших. - Вновь изображение сменились. На рядах пошел испуганный шепот, сирена сидящая позади меня начала молить о прощении своего народа. - Пусть именно моя дочь стала во главе… Но проблема терзает каждого из нас, в той или ной мере. И ты не можешь отрицать этого, Алькарас. - Вздор! - Вступил в разговор молодой апостол. Меня до сих пор поражало, что именно его выбрали предоставлять интересны Его. - Ангелы не могли… - Мои демоны тоже заметили странное поведение ваших воинов, Нерион. - Заметил Люцифер, поднимая голову и отбрасывая волосы за спину. - Они рыщут по миру, держатся за оружие, не откликаются на собственные имена… Не сильно похоже на посланников Его. - Вы смеете обвинять нас в предательстве? - Апостол недовольно оглядывался по сторонам. - Мы никогда не предадим его Волю. - Тогда объясни мне, почему моих демонов преследуют? - Выгнул бровь Люцифер. - Знаешь, я слежу за своими детьми… Они умирают, и далеко не по своей воле. - У меня есть свидетель, Нерион. - Видя как негодует конфессии ангелов и святых, вступилась Лилит. - Один из твоих собратьев, желаешь ли ты услышать его? - Безусловно. - Оскорбленно ответил Нерион. - Мы не потерпим обвинений в свою сторону. - Пусть так… мой свидетель это Иссерон! Ангел, что повел за собой войско, что кровью своей обозначило начало войны! - Лилит указала на поднявшуюся платформу, где из языков пламени показался облик бескрылого ангела. Тот, судя по всему, был предупрежден, потому как ни капли не удивился, склонив колено перед советом. Палачи молчаливо повернулись к Иссерону. Судья с интересом взглянул на него, склоняя голову на бок. - Назовись, ангел. - Затыкая остальных, потребовал Судья. - И помни, на суде должна звучать лишь истина. - Мое имя Иссерон. Я был лишь недавно призван в войско его. Но могу ответить за тех, кто был со мной в тот день. - Вставая с колена, ангел повернулся к апостолу. - Что вы желаете знать, владыка Нерион? - Правдивы ли обвинения, в предательстве твоих братьев и Его сынов? - С глубочайшим сожалением… Правдивы. - Конфессия святых охнула, начиная креститься, ангелы нахмурились. - Мои братья, те, кто погибли там, были обольщены речами Серафимов, что повели их на смерть. Я видел их, мой владыка. Ничего святого или правдивого в них уже не осталось. - Надеюсь, ты убедился в моих словах, Нерион. - Лилит смотрела на реакцию апостола, что медленно осозновал масштаб проблемы. - Палачи не дадут солгать. - Нет. Я... Прошу прощение, за недоверие. - Пробормотал апостол. - Мы начнем проверки, нужно найти источник ереси, во что-бы это не стало. - Благодарю. - Лилит испарила Иссерона, после чего обвела взглядом собравшийся зал. - Теперь, я бы хотела обсудить кое-что, важное не только для общего дела, но и для всех демонов, когда-либо существовавших на земле. Прошу, встречайте мою дочь Лиз, и просветленную Гиту!