Jinkook истории

Джин стоял у окна своего небольшого кабинета, поглаживая пальцем холодное стекло. Его взгляд был прикован к горизонту, где небо начинало окрашиваться в розовые и оранжевые тона приходящего дня. Но мысли были далеки от этого умиротворяющего пейзажа. В глубине души скользило чувство неразрешенного конфликта, запутавшегося клубка эмоций, которые он давно старался игнорировать. Ему было 35 лет. В этой возрастной черте скрывалась не просто цифра, а годы преданности, дисциплины и самоотречения. С раннего возраста он знал свою судьбу. Дедушка Чонгука, господин Чон, сделал все, чтобы превратить его в идеального секретаря, помощника и тень для Чонгука. И Джин принял это как свою обязанность. Он рос, обучаясь искусству сдержанности, терпения и молчания. Он научился быть невидимым, даже когда его присутствие было необходимо. Теперь, спустя годы, он стоял здесь, в здании компании, которую Чонгук возглавлял уже пять лет. Чонгук, его господин и... друг. Лучший друг, которому он отдавал всего себя, не требуя ничего взамен. Но вот в чем парадокс: сердце Джина давно перестало подчиняться этим правилам. Оно стало более беспокойным, когда Чонгук был рядом, и едва ли успокаивалось, когда тот исчезал за дверью офиса. Звонок телефона вырвал Джина из размышлений. Он автоматически взял трубку, заранее зная, кто это. — Джин? — голос Чонгука, как всегда, был уверен и спокоен. — Ты не забыл про нашу встречу с инвесторами? Через полчаса в конференц-зале. — Конечно, господин Чон, все готово, — ответил Джин, пытаясь придать голосу привычную холодную деловитость. Но внутри его уже начало разбирать волнение, которое всегда появлялось, когда они общались один на один. Даже если это происходило в людном зале переговоров, между ними всегда была невидимая нить, которую он чувствовал остро, как никогда раньше. — Отлично. Тогда встретимся там, — коротко ответил Чонгук и отключился. Джин отложил трубку и глубоко вздохнул. Эта маска безразличия, которую он носил каждый день, начинала тяжело давить на него. Каждый взгляд Чонгука, каждый его жест, каждое случайное прикосновение обжигали изнутри, вызывая безумное желание сорвать эту маску и показать, что он чувствует на самом деле. Но он не мог. Не имел права. Его взгляд снова устремился на город, скрытый за стеклом. Он знал, что сегодня будет обычный день: работа, встречи, планы на будущее компании. Компания Чонгука занималась инновациями в области технологий и медиа, они стремились быть на передовой в мире цифровой информации и развлечений. Но для Джина это все было второстепенным. Его мир вращался не вокруг этих проектов и контрактов. Его мир вращался вокруг одного человека. И как бы он ни старался быть идеальным секретарем, ему было все труднее оставаться равнодушным Джином. …………… Ресторан был полон людей, их приглушенные голоса смешивались с тихой музыкой, которая едва доносилась из колонок. Джин сидел напротив Чонгука, погруженный в привычные размышления. Заказ был сделан, разговор о делах компании только начался, когда к их столику неожиданно подошел незнакомец. Джин поднял глаза и увидел парня с яркой улыбкой и сияющими глазами. — Чонгук? — его голос был полон удивления. Чонгук замер. Его глаза медленно расширились от узнавания, а затем на его лице расцвела та самая улыбка, которую Джин так редко видел в последние годы. Улыбка, наполненная неподдельным счастьем. — Чимин? — выдохнул Чонгук, вскочив с места и обняв парня так крепко, как будто боялся, что тот снова исчезнет. — Не могу поверить! Это ты! Джин сидел за столом, наблюдая за этой сценой, и его сердце сжалось. Перед глазами встала картина пятнадцатилетней давности: молодой Чонгук, раздавленный болью от предстоящего отъезда своего лучшего друга, того, кто был для него целым миром в те годы. Джин тогда молча стоял рядом, держа за руку мальчика, который не знал, как справиться с утратой. Это был момент, когда он впервые увидел, как сильно Чонгук привязан к Чимину. И как сильно этот отъезд разбил ему сердце. Теперь, спустя годы, Чимин снова стоял здесь, перед ними, но уже другим человеком — уверенным, взрослым, излучающим энергию и радость жизни. — Джин, познакомься, это Чимин, — голос Чонгука вырвал Джина из его мыслей. — Мы с ним провели вместе почти всё детство, учились в одной академии... — Чонгук говорил с такой теплотой, что Джин почувствовал легкий укол ревности. — А это Джин, мой... секретарь, — добавил Чонгук, но с той паузой, которая показала, что их отношения куда глубже. Чимин улыбнулся Джину, протягивая руку. — Приятно познакомиться, Джин, — его взгляд был теплым и искренним. Джин, сдерживая эмоции, пожал его руку, отвечая стандартной вежливой фразой, которая не смогла передать всего, что творилось у него внутри. Он знал, что Чонгук был влюблен в Чимина тогда, когда они были детьми. И сейчас, когда Чимин внезапно появился в их жизни, Джин не мог не бояться, что эти старые чувства снова всплывут на поверхность. — Садись с нами, расскажи, как ты оказался здесь, — Чонгук жестом пригласил Чимина присоединиться к их столику. Чимин присел, улыбаясь всё так же широко. Он начал рассказывать о своей жизни после отъезда в Великобританию: об учебе в университете, о том, как его семья успешно развивала бизнес за границей. Но потом его лицо смягчилось, и он, немного смущаясь, произнес: «На самом деле, я приехал сюда ненадолго. У меня скоро свадьба. И раз я так удачно вас встретил, то я хочу пригласить вас обоих на неё. Мой жених — Юнги, он работает преподавателем. Мы познакомились в университете, и теперь, спустя столько лет, решили, что пора сделать этот шаг.» Чонгук замер. Его улыбка чуть дрогнула, а взгляд стал чуть более отстраненным. Джин мгновенно это заметил. Он знал Чонгука достаточно хорошо, чтобы увидеть, как под покровом спокойствия начало рушиться то, что когда-то было для него таким важным. Джин видел, как в этот самый момент сердце Чонгука снова разбивалось, как тогда, когда Чимин уехал. Только сейчас это было еще больнее — Чонгук потерял не просто друга, но и последнюю надежду на те чувства, которые он хранил в глубине души все эти годы. — Это замечательно, — ответил Чонгук, но голос его был тусклым. — Я рад за тебя, Чимин. Джин почувствовал острое желание протянуть руку, коснуться плеча Чонгука и сказать ему, что он рядом. Но вместо этого он просто кивнул, соглашаясь с тем, что это действительно хорошая новость. Он знал, что его поддержка важна, но сейчас она не могла залечить рану, которая снова раскрылась в душе парня. Разговор продолжался, но Джин почти не слушал его. Он был сосредоточен на Чонгуке, ловя каждый нюанс его настроения, каждую тень на его лице. Джин понимал, что впереди их ждут нелегкие времена. …………………. Джин сидел в темноте своей комнаты, освещенной лишь тусклым светом уличных фонарей, проникавшим через приоткрытые шторы. На столе перед ним стояла нетронутая чашка кофе, давно остывшая, словно отражение его собственного сердца. Мысли крутились в голове, создавая невыносимый шум. «Как долго я смогу это терпеть?» — думал он, сжимая в руках телефон. Недавний вечер с Чимином и Чонгуком не выходил из головы. Каждый взгляд, каждое движение Чонгука, каждый отблеск боли в его глазах, когда он услышал о свадьбе Чимина — всё это снова и снова всплывало перед глазами Джина. «Разве ты не видишь, Чонгук? Разве ты не чувствуешь?» — мысленно спрашивал он, но ответы не приходили. Чонгук видел в нём только друга. Лучшего друга, верного помощника, человека, который всегда был рядом и всегда поддерживал. Но никогда не видел того, что творилось у Джина внутри. Той любви, которая росла годами, скрытая за маской вежливости и профессионализма. Джин знал, что Чонгук страдает. Ему было больно видеть, как его сердце снова разбивается из-за Чимина. И вместе с тем, Джину было невыносимо осознавать, что его собственные чувства никогда не найдут отклика. Он столько лет проводил рядом с Чонгуком, следуя за ним тенью, исполняя желания, поддерживая в трудные моменты, но в ответ получал лишь дружескую привязанность. Теперь, после всего, он принял решение. Оно не давало покоя, но казалось единственным выходом: «После свадьбы Чимина... я уйду.» Эта мысль была болезненной, но неизбежной. Джин больше не мог жить так. Видеть каждый день человека, которого он любит, и знать, что тот никогда не ответит ему взаимностью. Ещё больнее было думать о том, что однажды Чонгук может встретить кого-то другого, влюбиться и быть счастливым. Но этот путь будет без Джина. Он представил себе, как это будет: последний вечер, последняя ночь в их доме. Он соберет вещи, оставит прощальное письмо, и уйдет, не оглядываясь. Пусть Чонгук будет думать, что Джин решил найти своё счастье. Пусть он никогда не узнает, что причиной его ухода было разбитое сердце. Это будет лучше для всех. Особенно для Чонгука. «Я сделаю для него всё, что смогу. Я буду рядом, когда он будет переживать боль из-за Чимина. Но потом я уйду, зная, что сделал всё, что в моих силах.» Он ощущал, как его сердце сжимается от этих мыслей, но другого пути не было. Вся его жизнь была построена вокруг Чонгука, но теперь пришло время разорвать эти узы, прежде чем они уничтожат его окончательно. Джин поднялся с кресла, чувствуя странную смесь боли и облегчения. Ещё несколько недель, и всё закончится. Ему останется только одно — пережить эти дни, не давая своим чувствам выйти наружу. Он ещё раз сделает всё, чтобы Чонгук был счастлив, а потом исчезнет из его жизни, как тень, которая наконец-то перестанет следовать за своим светом. С этими мыслями он отправился спать, зная, что впереди его ждут самые трудные недели в его жизни. ………………….. День свадьбы настал быстрее, чем Джин ожидал. Всё вокруг казалось нереальным, как будто это был чей-то фильм, который он смотрел со стороны. Казалось, время ускорилось, сминая события в сплошной поток эмоций, боли и неизбежности. Теперь Джин находился на свадьбе Чимина и Юнги, чувствуя, как сердце ноет всё сильнее с каждым мгновением. Свадьба проходила в старинном поместье на окраине города. Оно было окружено цветущими садами, которые идеально подходили для торжества такого масштаба. Небо над головами было ясным и чистым, светило теплое солнце, ласково освещая радостные лица гостей. Мягкие оттенки белого и нежно-розового цветов украшали каждый уголок, создавая атмосферу сказки. Чимин выглядел великолепно. Его светлый костюм идеально сидел, а в глазах сверкала та самая радость, которой Джин всегда восхищался. Рядом с ним стоял Мин Юнги — спокойный и уверенный, с мягкой, едва заметной улыбкой на губах. Они держались за руки, и Джин видел, что они были созданы друг для друга. Чонгук стоял рядом с Джином, но тот почти не замечал его. Внимание Джина было полностью сосредоточено на женихах. В глубине души он снова ощущал ту знакомую боль, как будто сам терял что-то важное, но знал, что больше ничего не изменится. Это был их день, их момент, и он был счастлив за них, несмотря на собственную внутреннюю борьбу. Церемония началась под звуки нежной музыки. Гости рассаживались на мягкие кресла в саду, а солнце мягко светило сквозь листву деревьев, создавая ощущение волшебства. Ведущий церемонии говорил слова о любви, о том, как важно находить свою вторую половину и идти по жизни вместе. Джин пытался сосредоточиться на этих словах, но его мысли всё равно возвращались к Чонгуку. Он заметил, как тот старательно избегал смотреть на Чимина и Юнги, его взгляд блуждал по цветущим деревьям и лицам гостей, но глаза оставались пустыми. Джин знал это выражение лица слишком хорошо: «Ему больно, как и мне…» Когда Чимин и Юнги обменялись клятвами, их голоса были полны любви и обещаний. Джин ощущал, как вокруг него всё растворяется в этой трогательной картине, словно мир застыл, даря им мгновение чистого счастья. Гостям было сложно сдерживать эмоции — кто-то улыбался, кто-то утирал слёзы радости. Но в центре всего этого стояли два человека, которые теперь были неразделимы. — Поздравляю, — тихо прошептал Джин сам себе, когда Чимин и Юнги поцеловались, скрепив свои узы. Его голос был едва слышен в шуме аплодисментов и радостных криков гостей. После церемонии начался прием. В саду установили длинные столы, украшенные живыми цветами и хрустальными бокалами. Повсюду раздавался смех, радостные разговоры и тосты за новобрачных. Чимин сиял от счастья, принимая поздравления, а Юнги сдержанно улыбался рядом, но в его глазах была видна безмерная любовь. Джин сидел за одним из столов, чуть в стороне от основных событий. Он наблюдал за всем со стороны, как привык делать на протяжении всей жизни. Чонгук сидел рядом, но между ними царило напряжённое молчание. Джин не знал, что сказать. Он понимал, что этот день станет отправной точкой для его собственного решения — решения уйти. И чем ближе был этот момент, тем тяжелее становилось на сердце. — Джин, ты... в порядке? — вдруг спросил Чонгук, прервав затянувшуюся тишину между ними. Джин посмотрел на него, заметив тень грусти в его глазах, которая, возможно, была зеркалом его собственной боли. — Да, всё хорошо, — ответил он, стараясь выдавить из себя улыбку, которая не смогла бы обмануть Чонгука. Но на большее Джина не хватило. Слишком много эмоций душили его изнутри. Чонгук хотел что-то сказать, но в этот момент к ним подошел Чимин, сияющий, как никогда. Он поднял бокал и улыбнулся им обоим. — Спасибо, что пришли. Я очень рад, что вы здесь, — его слова были искренними и полными благодарности. — Надеюсь, вы тоже будете счастливы. Эти слова задели Джина сильнее, чем он ожидал. «Счастливы?» — мысленно повторил он. Внутри него разразилась буря противоречивых эмоций. Как можно быть счастливым, когда твоя любовь остаётся безответной, когда все твои надежды рушатся? Свадьба продолжалась, но для Джина она превратилась в размытый фон, за которым скрывалось его решение. Скоро всё это закончится. ……………. Чонгук и Джин вернулись домой поздно ночью. Тихий и просторный дом встретил их холодной пустотой, которая резко контрастировала с теплой атмосферой свадебного торжества. В гостиной стояла тишина, которая давила на плечи Джина, словно напоминание о скором финале. Сегодня был последний день. Завтра всё изменится. Чонгук выглядел измотанным, но не столько физически, сколько морально. Глаза его были пустыми, а плечи опустились, словно под тяжестью невидимой ноши. Он медленно прошел вглубь комнаты, не снимая пальто, и, остановившись у бара, произнес: — Выпьешь со мной, Джин? — его голос был тихим, почти умоляющим. В нем слышались отголоски боли, той самой боли, которую он старательно скрывал за маской безразличия. Джин молча кивнул. Это был их последний вечер вместе, и он решил, что проведет его рядом с Чонгуком, поддерживая его, как всегда. Даже если завтра он уйдет, он хотел, чтобы сегодня Чонгук чувствовал себя не таким одиноким. Чонгук налил два бокала виски и протянул один Джину. Они сели на кожаный диван напротив друг друга, каждый погруженный в свои мысли. Джин наблюдал за тем, как Чонгук медленно делает глоток, его взгляд был отстраненным, как будто он находился где-то далеко, в другом времени. — Знаешь, — начал Чонгук, наконец нарушив молчание. — Я думал, что всё прошло. Что детская влюбленность исчезла, как только Чимин уехал. Я был уверен, что справился с этим... Но когда я увидел его снова, всё вернулось. Все эти чувства... и боль, — он на мгновение замолчал, глядя в пустоту перед собой. — А теперь он счастлив. С другим. С Юнги. Джин чувствовал, как его сердце сжимается от слов Чонгука. Он знал, что этот разговор неизбежен, но от этого не становилось легче. Глядя на опустошённое лицо Чонгука, Джин боролся с желанием сказать ему всё. Рассказать о том, как долго он любил его, как старался скрывать свои чувства, потому что знал, что Чонгук никогда не посмотрит на него иначе, кроме как на друга. Но эти слова застряли в горле. Вместо этого он ответил мягко: «Это нормально, Чонгук. Ты любил его. Это чувство не уходит просто так. Иногда любовь остаётся с нами на всю жизнь, даже если тот, к кому она была обращена, движется дальше без тебя.» Чонгук посмотрел на Джина, его глаза были полны противоречий. — Джин... ты всегда был рядом. Всегда поддерживал меня, несмотря ни на что. Как ты это делаешь? Как ты можешь быть таким сильным? Джин сжал бокал в руках, стараясь удержать себя от слёз. Этот вопрос резанул его по-живому. Как он может быть таким сильным? Он знал ответ, но не мог произнести его вслух. — Я просто... делаю то, что должен, — наконец произнес Джин, стараясь, чтобы его голос звучал ровно. — Это мой долг, моя работа. Быть рядом с тобой. Чонгук усмехнулся, но в его улыбке не было радости. — Работа... — повторил он. — А я-то думал, что мы больше, чем просто начальник и секретарь. Я всегда считал тебя своим другом, своим братом. Ты всегда понимал меня лучше, чем кто-либо другой. Эти слова были словно ножом в сердце Джина. Да, они были друзьями. Но этого было недостаточно. Джин знал, что он никогда не сможет быть тем, кого Чонгук полюбит. Никогда не сможет заменить того, кого Чонгук потерял. И поэтому он уйдет. — Я ценю это, Чонгук. Ты знаешь, что я всегда буду рядом... — он замолчал на мгновение, чувствуя, как слова застревают в горле. — Но иногда даже друзья не могут помочь справиться с болью. Иногда нужно найти в себе силы двигаться дальше. Чонгук снова посмотрел на него, его глаза были полны грусти и усталости. — Двигаться дальше... — повторил он. — Да, наверное, ты прав. Но почему-то мне кажется, что это будет сложнее, чем я думал. Джин молча кивнул, делая глоток из своего бокала. Тишина снова повисла между ними, но на этот раз она была пронизана пониманием. Джин знал, что время уходит. Сегодня он поддержит Чонгука, но завтра всё изменится. Завтра он уйдет, оставив всё позади. Когда вечер подошел к концу, и Чонгук наконец погрузился в сон на диване, Джин встал, тихо собрал свои вещи, которые заранее приготовил, и подошел к двери. Он ещё раз оглянулся на Чонгука, на его лицо, которое даже во сне выглядело таким же усталым и грустным. «Прощай, Чонгук», — подумал Джин, ощущая, как сердце разрывается от боли. Затем он тихо открыл дверь и вышел в темноту ночи, оставив за спиной всю свою жизнь. ……………… Чонгук проснулся от звука закрывающейся двери. Он резко сел на диване, чувствуя тревогу. Бросив быстрый взгляд на пустую комнату, он позвал: «Джин?» Ответа не последовало. Сердце Чонгука замерло. Он вскочил на ноги и быстрым шагом направился к комнате Джина. Дверь была приоткрыта, но внутри — никого. Лишь пустая кровать и шкаф, в котором не хватало нескольких вещей. Чонгук почувствовал, как по его телу пробежала волна паники: «Что-то не так...» Он снова позвал Джина, но лишь тишина была ему ответом. Внутри нарастало беспокойство, и он бросился к входной двери. Когда он открыл её, холодный ночной воздух ударил ему в лицо, а капли дождя начали падать с неба. Перед домом стоял Джин с сумкой, а вдалеке подъезжало такси. — Джин! — крикнул Чонгук, его голос сорвался на полуслове, наполненный отчаянием. Джин замер, не успев сесть в машину. Он не ожидал, что Чонгук проснется и остановит его. Медленно обернувшись, он встретился с его взглядом. В их глазах столкнулись две бездны — боль и страх потери. Чонгук побежал к нему, не обращая внимания на дождь, который становился всё сильнее. Он схватил Джина за руку, останавливая его в нескольких шагах от такси. — Что происходит? — голос Чонгука дрожал. — Куда ты уезжаешь, Джин? Почему ты ничего не сказал? Джин смотрел на него, не в силах больше сдерживать свои чувства. Его зонт упал на землю, а вслед за ним на мокрый асфальт соскользнула сумка. Джин попытался найти слова, но они застряли в горле, пока слёзы уже катились по его лицу. Он хотел уйти молча, но теперь всё рушилось. Все его планы, его надежды на тихий уход — всё это превращалось в дым под напором эмоций. — Чонгук, — начал Джин, его голос дрожал от накопившейся боли. — Я больше не могу так жить... Я больше не могу притворяться, что всё в порядке. Каждый день видеть тебя и понимать, что я для тебя просто друг. Я не могу больше быть рядом, когда ты страдаешь из-за Чимина... когда я... когда я сам люблю тебя, — слова вырывались из него, словно поток, который он больше не мог сдерживать. — Ты никогда не замечал этого, никогда не видел, как я стараюсь скрыть свои чувства, чтобы ты был счастлив! Но я... я не могу больше, Чонгук. Я ухожу, потому что это единственный способ спасти себя. Слёзы текли по его щекам, смешиваясь с дождем, и голос его дрожал от подавленных эмоций. Чонгук стоял в оцепенении, ошеломлённый признанием Джина. Он чувствовал, как его мир рушится и собирается заново, буквально на глазах. Слова Джина, его боль — всё это прорезало сознание Чонгука, как молния. Он вдруг понял, как был слеп все эти годы. Джин был с ним рядом всегда, поддерживал его, когда он был сломлен, и сам оставался в тени. Но сейчас, глядя на Джина, Чонгук осознал, что потерять его — это самая страшная мысль из всех. — Прости меня, Джин, — прошептал он, делая шаг вперёд и крепко обнимая его, не давая вырваться. — Прости меня за то, что я был слеп, за то, что не замечал тебя... за то, что ты страдал из-за меня. Джин замер в его объятиях, слёзы всё ещё текли по его лицу. Он попытался отстраниться, не веря в происходящее. — Нет, это неправда, — прошептал Джин, его голос был полон сомнений. —Ты просто... ты просто не хочешь быть один. Чонгук крепче прижал его к себе, не отпуская, несмотря на слабые попытки Джина вырваться. — Нет, Джин. Я понял это только сейчас. Мне не нужен Чимин. Мне нужен ты. Я не могу представить свою жизнь без тебя, — его голос был полон отчаяния и искренности. — Ты всегда был со мной, и теперь я понимаю, что я... я люблю тебя. Правда люблю. Он склонился к лицу Джина и осторожно поцеловал его, прижимаясь своими губами к его. В этот момент всё вокруг исчезло — и дождь, и холод, и темнота ночи. Всё, что имело значение, было в этом поцелуе. Джин замер, не в силах двинуться, но потом его сопротивление исчезло. Он наконец позволил себе поверить в то, что происходило, и прижался к Чонгуку, отвечая на поцелуй. Всё его внутреннее напряжение испарилось, и он утонул в этих объятиях, чувствуя, как его сердце, наконец, нашло покой. — Я люблю тебя, Чонгук, — прошептал Джин, когда их губы оторвались друг от друга. — Я хочу верить... и я верю. Чонгук улыбнулся, нежно касаясь его щеки. — Спасибо, что веришь, Джин. Они стояли под дождём, обнявшись, не замечая ни времени, ни мира вокруг. Только они двое, в этот момент, были всем, что имело значение. ……………… Они вернулись в дом, дрожа от холода, промокшие до нитки. Тишина гостиной снова обволокла их, но теперь она больше не казалась пугающей и пустой. В ней были покой и надежда. Чонгук крепко держал Джина за руку, словно боялся, что тот исчезнет, стоит только отпустить. — Пойдём, примем душ, — тихо предложил Чонгук, глядя в глаза Джину. Тот лишь молча кивнул в ответ, позволив Чонгуку провести его в ванную. Теплая вода обрушилась на них, смывая следы дождя и холода, который пробрал их до костей. Джин чувствовал, как напряжение в его теле медленно растворяется под мягкими струями воды. Чонгук был рядом, его прикосновения были нежными и заботливыми. Они не говорили — слова казались лишними в этот момент. Всё было понятно и без них. Когда они вышли из душа, переоделись в сухую одежду и спустились вниз, ночь окончательно обняла дом своим тёмным покрывалом. Чонгук сел на диван и потянул Джина за собой, усаживая рядом. Он взял его за руку, его пальцы нежно переплелись с пальцами Джина, и в этом прикосновении было больше слов, чем можно было бы выразить. — Джин... — начал Чонгук, его голос был мягким, как если бы он боялся разрушить хрупкий момент между ними. — Я всё ещё не могу поверить, что чуть не потерял тебя. Что мог отпустить тебя... Я был таким глупым, таким слепым. Ты всегда был рядом, всегда поддерживал меня, но я никогда не думал, что ты можешь чувствовать ко мне... — он замолчал, вздыхая. — Прости меня за это. Джин посмотрел на него, его глаза были полны нежности и понимания. Он слегка сжал руку Чонгука, успокаивая его. — Не вини себя, Чонгук. Я никогда не ждал, что ты увидишь меня иначе. Я сам скрывал свои чувства, потому что знал, что для меня важнее всего было твоё счастье, — его голос был тихим, но в нем звучала уверенность. — Я хотел, чтобы ты был счастлив, даже если для этого мне пришлось бы оставить тебя. Это было тяжело, но я готов был сделать это ради тебя. Чонгук покачал головой, чувствуя, как горло снова сжимает ком: «Ты не должен был уходить, Джин. Мне нужно было только одно — чтобы ты был рядом. Я просто... не понимал этого до конца. Всегда казалось, что я ищу чего-то другого, что-то, что было бы правильным. Но сейчас я знаю, что правильное было рядом со мной всё это время. Ты — моя опора, моё спокойствие. И я не могу представить свою жизнь без тебя.» Джин посмотрел на него, и в его взгляде была смесь облегчения и радости. Он прижался ближе, позволяя себе расслабиться, его голова легла на плечо Чонгука. — Мне нужно было это услышать, — прошептал он. — Я так долго боялся... Боялся, что ты никогда не сможешь полюбить меня, и поэтому я решил уйти. Но сейчас... сейчас я чувствую, что нашёл своё место. С тобой. Чонгук наклонился и осторожно коснулся губами волос Джина, чувствуя, как его сердце наполняется теплом. Он аккуратно погладил его по спине, позволяя этому моменту быть, не спеша и не торопясь никуда. — Я люблю тебя, Джин. И я больше не хочу терять ни секунды. Ты — всё, что мне нужно. Джин закрыл глаза, позволив этим словам окутать его. Он больше не чувствовал сомнений, больше не было страха. Всё, что оставалось — это любовь, которую он больше не пытался скрывать.