i wanna be your boyfriend!

Джаст всегда любил Алфедова. Сколько они дружили, парень испытывал странное тепло к его улыбке. Солнечной, и такой доброй. Она заполняла грудь приятными ощущениями, словно водой, в которой он иногда задыхался. Когда же Алфедов, поддерживая Джаста, выцепил для себя странную фишку. Буквально не из откуда! В самые-самые плохие года, когда устройство на работу было пыткой, а все квартиры казались такими заоблачно дорогими, что кажется, пришлось бы спать на улице, Алфедов мило оставляя поцелуй на темном лбу переживающего друга и говоря, что он может жить у него сколько душе угодно, а получая реакцию, маленький снеговичок хихикал. Мило и так броско, в дрожь бросало от такой родимой и полностью предназначенной ему улыбке. шепча: застеснялся! Сначала, в первые разы, было действительно смущение и непонимание. А теперь быстро переросло в влюбленную, глупую ухмылку, растягивающую красные кляксы на щеках. Джаст не мог злиться на него. Слишком обворожительный. Его голос тоже был прекрасен. По нормальному высок и изящен. Нежен, словно удары колокольчиков, разыгрывающиеся прямо рядом с Джустом. Музыка чужого голоса завораживала и опьяняла. Он готов слушать это вечно. Его смех сладкий и ребяческий, часто тихий и упирающийся в ладонь. Если он не божье создание -- то Джаст не знает кто. И они живут вместе. И пока они живут вместе, Джаст скапливает мысли, словно деньги, кидая их в упитанную свинку-копилку, стоящую где-то за полками. Обдумывает, смакует на языке, выбирая, как же все таки пправильнее признаться в этом другу? Просто подойти и сказать: «ты мне нравишься» слишком просто и скучно. Скомкано. Это не покажет, насколько же сильно парень дорожит Снеговичком. Темные глаза бегут по комнате и цепляются за крючки гитары. Идеально! Гитара же, это инструмент для передачи эмоций, выплески гнева или же грусти. Большой любви к кое-кому. Естественно, подходит конечно, последний вариант. Демон отодвинул стул у компьютера и садится за поиски идеальной песни, что передала бы все чувства, собранные воедино, как пазелки. Хотелось бы, возможно и свое написать.. Но куда ему стараться? Он все равно не умел. Хотя и когда-то, лет в пятнадцать пытался, но выходило все настолько ребячески-противно, что листок сжегся в первый же день в пламени мангала, разведённого родителями, дабы пожарить мясо. Мама тогда подошла, спросила маленького Джуста -- что ты кинул туда, дорогой? Он же прошептал лишь: мусор. Не волнуйся, мам. Месяца поиска и разогревания чувств привели к абсолютной прекрасной композиции. По-нормальному громкой и заводной. Но при этом, про любовь. Конечно, сюжет слегка грустит, но и это Джуст может пережить. Все же без такой искорки в песнях про открытие чувств не обойтись. Выучил на собственном опыте. Его темные ладони тянутся за телефоном, решая написать и предупредить Алфа о сюрпризе, чтобы потом не видеть удивленные глазеньки, хлопающие длинными ресницами. Хотя было бы и не плохо.. Это же сюрприз как никак. Но пугать малыша не хотелось, поэтому идеи о молчании сразу ушли в небытие, а сам Джуст некоторое время просто сидя перед диалогом с Алфи, вновь задумался. Голова кружилась от количества мыслей, отчего пришлось склонить ее вниз. «Ты справишься. Ты справишься. К черту волнение.» -- шептало подсознание Джустик.12:34 -- Привет, Алфедов! Ты куда ушел? У меня есть сюрприз для тебя, дружище. Убирая телефон и закинув голову Джаст тяжко выдыхает. Сделал это.. написал. Оставалось только сыграть. Алфи.12:37 -- о боже! Сюрпризы? Джуст, ты такой замечательный!! Да, секунду, я уже иду к дому. И снова слова забираются прямо в душу, грея ту изнутри. Маленький засранец всегда знал, что писать, дабы заставить демона расплыться в совершенно идиотской улыбке, словно школьницу перед возлюбленным. Замочная скважина их квартиры поскрипывает, ключ крутится, громко заявляя о пришедшем. Джаст сорвавшись, побежал встречать друга, словно верный песик и обнимая того за спину, прижимал к себе. Алфедов, улыбаясь, встает на носочки, становясь чуть повыше и обнимает за шею, оставаясь в таком положении некоторое время, пока снеговичок не подал голос, а руки слегка не затикают: -- что же за подарок, Мистер Джуст? -- хихикает тот, как его приглашают пройти на диван. Второй же неловко просит подождать и потягиваясь, убегает в комнату, откуда уже в домашнем усаживается на диван, перед сидящим на полу Джастом. Время пришло. С заинтересованной мордашкой объект его обожания сидит напротив, разодетый в прекрасную, отданную ему на бесконечное ношение (потому что он в ней прекрасен) футболку Джуста. Улыбается и качается из стороны в сторону, словно ребенок. Так очаровательно. Джуст собирается в мысли и делает первые удары. Алфедов застывает, заслышав знакомые аккорды. Любимая, выученная и выслушенная уже столько раз песня вливается в уши. Щеки краснеют, глаза блестят, а на лице возникает улыбка. Но он не смеет перебивать. -- Just pick that boy you liiike / просто выбери того, кто тебе нраааавится./ -- Он держит голос в спокойствии и старается не выдавать дрожь волнения в нем, когда нужно было растягивать буквы. -- -- I've got my hopes ouut / Я буду надеяться./ -- тона становятся выше и протяжка проходит еще сложнее, чем в первой строке. Джаст даже теряется на некотором слоге, но продолжает: -- I wanna be your boyfriend, i wanna be your boyfriend! I wanna go on walks with you! I wanna have long talks with you. / Я хочу быть твоим парнем, я хочу быть твоим парнем! Я хочу гулять с тобой, хочу подолгу болтать с тобой./ -- он открывает глаза, видя восторженность напротив. Угадал с выбором песни? Снеговик не двигается, словно даже не дышит, лишь бы не мешая парню продолжать. Но светится, будто бенгальский огонек, или звездочка в небесах с его глазами выдающими проблески счастья и восторга, параллельно пропуская яркие розовые искорки через себя. Джасту показалось? -- you can be my girlfriend, you can be my girlfriend. I'II compliment you frequently. I wanna treat you decently. / ты можешь быть моей девушкой, ты можешь быть моей девушкой. Я буду делать тебе комплименты и относиться к тебе достойно./ -- на моменте Джаста срывает на смешок, но это никак не мешает искренним чувствам парня напротив. Он влюблённо улыбнулся, вставая с места и притягивая к себе снеговика, укладывает руку к нему на талию, а вторую же, беря в свою ладонь, осторожно вытягивая. Второй не сразу понимает, но улыбнувшись также, по детски-влюбленно и наивно схватывает и обнимает демоненка за плечо, начиная медленно двигаться из стороны в сторону, под тихое Джастовское: «ла-ла-ла-ла-ла-ла». Когда все утихло, им не нужны были больше слова. Прикосновения говорили все за себя. Они жмутся друг к другу, как будто для них это последний глоток свежего воздуха. Наступает тишина, романтично покачивающая тела влюбленных в солнечном свете из окна.