Сладких снов, золотце.

Чу Ваньнин сидел на коленях Мо Жаня, а тот обнимал его и всячески гладил, будто большого белого кота, пытаясь его приласкать, чтобы не убежал. Чу Ваньнина это всё очень смущало, но всё же он не показывает того, что против, хотя сдерживает себя, чтобы не убежать куда подальше. — Золотце, котик... — Долго ты будешь меня всячески называть? — Да. А тебе не нравится? Чуть шире улыбнувшись, на его щеках стали выделяться ямочки. Чу Ваньнин любил его ямочки. Они казались ему милыми. Да и в принципе он очень любит Мо Жаня. Всё в нём для него прекрасно. И другого Мо Жаня он тоже очень любит, чтобы он не сделал в своей прошлой жизни. Чу Ваньнин неосознанно потянул руку к щеке Мо Жаня, чтобы погладить его. Так он и сделал. Начал легонько гладить большим пальцем, и смотрел он прямо в глаза Мо Жаня. Тот схватил его за руку, сначала поцеловал в ладонь, а после чмокнул в уголок рта. Чу Ваньнин сам не знает, что на него нашло. Он повалил Мо Жаня на кровать, садясь на его бёдра. — Золотце? — Лежи. Чу Ваньнин наклонился и стал целовать его шею. Мо Жань издал тихий вздох. Чу Ваньнин захотел большего. Он стал в некоторых местах кусать, а затем лизать, якобы извиняясь, если причинил боль. Руки Мо Жаня переместились на его ляжки, а затем и вовсе обхватил его за ягодицы. Чу Ваньнин выпрямился. — Подними руки над головой. Мо Жань непонимающе смотрел на него, но выполнил, что ему сказали, как послушный пёсик. Чу Ваньнин призвал тяньвэнь и связал руки Мо Жаня, чтобы тот не мог ими двигать. — Учитель? — Жди, когда я разрешу трогать себя. А пока что только смотри. Мо Жань издал тихий мучительный вздох. Чу Ваньнин знает, как тот любит его трогать. Постоянно обнимает, гладит, берёт за руку. В принципе он не против. Ему это даже нравится. Чу Ваньнин стал потихоньку снимать с себя одежду. Мо Жань внимательно смотрел, следил за каждым движением. А Чу Ваньнин смотрел на него. Смотрел, как у того глаза темнеют от представленной ему картины. Эх, вот он, Чу Ваньнин, сидит прямо на нём, а тот не может его трогать, ведь руки связаны. Но ничего, Чу Ваньнин знает, что тот потом как следует отыграется за это. Чу Ваньнин уже чувствует, как ему в ягодицы упирается кое-что большое. Чу Ваньнин снимал и с Мо Жаня одежду. Верхнюю одежду не получится снять из-за связанных рук, поэтому он просто распахнул её. Стал поглаживать его по груди, обводить пресс, обводил ореол сосков, пощипывал их. Даже взял в рот. Покусывал, лизал. А Мо Жань не мог сдержать тихие стоны, хотя даже не пытался. Чу Ваньнин остановился и отодвинулся назад, чтобы снять с него штаны. — Ах~, Ваньнин... Чу Ваньнин с причмокиванием вынул член изо рта. — Больно? Я делаю что-то не так? — Нет, как раз таки так. Мне очень нравится. Пожалуйста, иногда слегка кусай, не сильно. — Так? — и он снова взял в рот. Сначала работал ртом, затем своим языком стал обводить каждую венку и слегка надавливать на уретру. Мо Жань удовлетворённо стонал и вздыхал. После он слегка прикусил, так, чтобы не было больно. — М-м! ~ Да, так. Как же ты быстро учишься, золотце. Всё улавливаешь на лету. Мо Жань стал подмахивать бёдрами. Чу Ваньнин понял, что тот уже близок, чтобы кончить, потому выпустил член изо рта. Напоследок лизнул и после отстранился. — М-м, Ваньнин, ты меня дразнишь? Ещё бы чуть-чуть и я бы кончил в твой замечательный ротик. Во время секса Мо Жань говорит, всё, что думает. Чу Ваньнин уже привык, но это всё равно может смущать его. Вот, как сейчас, например. — Если ты не заткнёшься, то я больше не буду делать тебе минет. — Ой-ой, всё, понял, молчу, — и широко улыбнулся. Чу Ваньнин только фыркнул на это. Он снова сел на бёдра Мо Жаня. Наклонился к тумбочке, чтобы взять масло. С тех пор как они вместе живут, в тумбочке всегда хранится масло. Заканчивается? Мо Жань обязательно всё исправит. Он даже купил нефритовый член и анальную пробку. Чу Ваньнин ещё долго смущался и ругался на него. Но на деле ему было даже хорошо, но он никогда не признает это вслух. Взяв масло, он небольшое количество вылил себе на пальцы и завёл руку назад. Так как Мо Жань вообще не отводит от него взгляд, ему стало даже немного неловко, и он покраснел пуще прежнего. От Мо Жаня это не скрылось. Он облизнул пересохшие губы. — Вставь сначала один палец, — его голос звучал хрипло и глубже. Чу Ваньнин любил, когда у Мо Жаня во время секса становился такой голос. Хотя сегодня Чу Ваньнин вёл процесс, он всё-таки стал делать то, что ему скажет Мо Жань. — Затем постепенно вводи его глубже, прям до костяшки, — Чу Ваньнин тихо промычал. — Молодец, теперь попробуй вставить второй пальчик и медленно вводи глубже. Мо Жань с удовольствием следил за каждым движением его любимого. Он запомнит всё, что можно. Всё таки редко можно увидеть, когда тот берёт инициативу на себя. — Теперь попробуй найти бугорок и слегка надавить на него. Чу Ваньнин не с первого раза нашёл, было чуть-чуть тяжело, но он смог. Как Мо Жань и сказал, он слегка надавил. — Мф! — Нет-нет-нет, не вынимай пальцы. Продолжай надавливать, — хоть Чу Ваньнин и хотел убрать пальцы, но он продолжил делать, как тот скажет ему. — Замечательно, ты такой прелестный, золотце. — Не называй меня так. М-м. — А как тогда? Учитель? Котик? Ваньнин? Или может... — Нет! Не называй меня учителем во время секса! И п-по-имени тоже... Вообще никак! — Но я так хочу. Очень хочу назвать своего любимого учителем. — Я уже давно не учитель. — И что? Ты всё равно всегда будешь для меня учителем, учитель. Теперь помассируй, не надавливай сильно, слегка. Чу Ваньнин вздрогнул всем телом, но продолжал массировать. Без ведома Мо Жаня он добавил третий палец. Стал вводить туда-сюда, задевая простату. Чу Ваньнин даже не заметил, что стал слегка подмахивать бёдрами, чтобы насадиться глубже. Ему было хорошо. — Учитель, я ведь ревную. — Что? — Я тоже хочу трахать тебя своими пальцами. Ты так сладко постанываешь, мне кажется, я тебе не нужен сейчас. — Не неси бред... Ты мне нужен. — Да? М-м-м, может тогда докажешь это? — он хитро улыбнулся. Чу Ваньнин ничего не ответил на это. Он вынул пальцы с разочарованным вздохом. Взял масло и вылил его на член Мо Жаня. Стал растирать по всей длине, иногда поглаживая головку. Затем он повернулся к Мо Жаню спиной и потихоньку стал вставлять в себя, придерживая член рукой. — Мх~, учитель, хочешь меня свести с ума? Что ж, у тебя это получается. — Заткнись. — Если бы у меня не были связаны руки, я бы сейчас стал вдалбиваться в твою сладкую попку, даже твои молитвы остановиться не остановили бы меня. — Мх~, пожалуйста, хватит, не говори ничего больше. Просто заткнись. — Ещё бы я шлёпал тебя по твоей округлой, упругой попке, пока ты бы задыхался от удовольствия. Тебе ведь нравится, когда тебя шлёпают, как маленького ребёнка. Верно, Ваньнин? — Заткни-АХ! Мо Жань резко поднял бёдра, насаживая Чу Ваньнина на всю длину. Он наблюдал, как у того трясутся руки. Он судорожно сжимал ноги Мо Жаня и разжимал. Чуть погодя, Мо Жань стал потихоньку двигать бёдрами. Чу Ваньнин ахнул. — Нет, стой. — Что такое? — Я сам, не двигайся. Мо Жань перестал. Чу Ваньнин стал подниматься и отпускаться. Старался сесть на всю длину, но всё же немного не получилось. Ведь в такой позе член чуть глубже входит. Он старался не сдерживать свои стоны, ведь знает, как это нравится Мо Жаню. Как ему нравится слушать его стоны. Но он всё равно стеснялся и старался хотя бы немного их заглушить. — Ваньнин, не кусай губы, я хочу слышать тебя. Хотя Чу Ваньнин сидел к нему спиной, тот всё равно понял, что он кусает губы. Чу Ваньнин только коротко кивнул. Что ж, он и вправду перестал их кусать, не сдерживаясь. Постепенно темп увеличивался. Стонов тоже становилось больше. Стонал уже не только Чу Ваньнин, но иногда и Мо Жань тоже мог. — Золотце, я бы хотел, чтобы ты развязал мне руки. Чу Ваньнин остановился, размышляя, развязать или нет? Если развяжет, то Мо Жань набросится, хотя он и не против такого. Если не развяжет, то будет продолжать скакать на его члене. И то и то были заманчивы, но он всё же выбрал первое. Стоило Тяньвэню исчезнуть, как Мо Жань сразу же подмял под себя Чу Ваньнина и стал вдалбивать того в кровать. — Ах-х, пожалуйста, мед-дленнее! — Прости, учитель, но я не могу. Мо Жань взял ноги Чу Ваньнина под коленями и чуть наклонился к нему. Весь дом заполнился стонами и шлепками кожу о кожу. — Мо Жань, пожалуйста... — Что, пожалуйста? Учитель, я ведь не пойму вас, если не скажете, что хотите. На самом деле Мо Жань понимал, что тот хочет, просто издевался, и Чу Ваньнин знал это. — Пожалуйста... Тронь мой член. — Вот так? — он взял его член в руку и провёл резко от основания до кончика. А чтобы член легко скользил в руке, он взял остатки масла. Чу Ваньнин выгнулся, громко застонав. Ему было слишком хорошо. — Ну как? Тебе хорошо, золотце? — Да-да-да! Пожалуйста, не замедляйся. — Что-что? Медленнее? Хорошо. — Мо Жань! — жалобно застонав. — Если бы ты только видел моими глазами какой ты... Так и хочется трахать тебя каждый день без остановки. — Я не выдержу. — Ну мы же даже не пробовали. — И не будем! Я не собираюсь жить с больной поясницей. — А через день? — Нет. Не забывай, что есть и другой ты. — Точно... Ваньнин, кого ты больше любишь? Меня или его? — Боже, что за вопросы начались. Я вас двоих люблю. — Ну а кого больше? Чу Ваньнин становился всё больше раздраженным. — Так. Если ты сейчас же не перестанешь, то я больше не буду давать тебе. Понятно? Либо ты продолжаешь трахать меня, либо-М! Мо Жань резко вошёл во всю длину и поцеловал. — М! Мо... Жа... Хах~... — Чу Ваньнин пытался позвать его между поцелуями, но Мо Жань не давал и вздоха нормального сделать. Сначала Чу Ваньнин сжимал простыню, но Мо Жань взял его руки и переместил себе на спину. Он сразу впился ногтями в его спину, оставляя красные полосы. Мо Жань и не был против. Ему даже нравились эти оставленные следы от своего любимого котика. — Мо... Жань, я к-кончаю! Мо Жань стал надрачивать ему, чтобы тот быстрее кончил. Чу Ваньнин выгнулся, громко застонав. Через несколько толчков Мо Жань излился следом в Чу Ваньнина. — Мф, опять в меня. — Прости, в следующий раз не буду. — Ты так говорил в прошлый раз, — тяжело вздыхая. — Прости. Мо Жань стал зацеловывать лицо Чу Ваньнина. Тот был настолько уставшим, что даже сил возразить не было. Он вышел из него и лёг рядом. — Нам нужно искупаться. — Мо Жань, давай просто полежим. Я устал. — Но... Ох, ладно. Если хочешь, то мы можем и полежать. Мо Жань чмокнул уже сонного Чу Ваньнина в лоб. Он стал легонько поглаживать его по голове и молча умиляться. Всё же он самый счастливый человек в мире. У него есть своё сокровище и это Чу Ваньнин. Он ни за что больше не причинит ему боль. Никогда. — Сладких снов, золотце.