Часть 1
14 сентября 2023 г., 07:04
Степан вздохнул и, постояв пару мгновений, шагнул в темноту…
Голубоватая светящаяся надпись «Darkroom» была единственным источником света в темном коридоре. Рядом висел знак, изображавший перечеркнутый сотовый телефон. В ночном клубе Степан был впервые, порядков здешних не знал, а посему темный лабиринт воспринял, как очередную разновидность шоу. «Понадумают же разного! — Мелькнуло у него в голове. — Небось, ща из-за угла начнут скелеты выскакивать, с вампирами напополам!» О подобных аттракционах ему рассказывал приятель, уже дважды ездивший в Турцию.
Вытянув вперед руку, он двинулся короткими шагами. Темнота была абсолютной, но со всех сторон раздавались стонущие звуки, подозрительные шорохи и какие-то причмокивания. Пару раз Степан наступал на что-то мягкое, тут же отползавшее от его ног.
Упершись рукой в кирпичную стенку, он замер, пытаясь выбрать направление дальнейшего движения. Откуда-то слева негромко пробубнили чьи-то голоса. Степан решительно двинулся в их сторону.
«Это же надо сортир разместить за комнатой «Ужасов», — ещё одна мысль, — Хотя конечно, пока клиент до конца дойдет, ему как раз понадобится».
Внезапно его рука уперлось во что-то тоже мягкое и живое.
— Вау! — раздалось из темноты, — вот ты и дошел, зайчик!
Степан вздрогнул. Говорящего он не видел, ощущая лишь его близкое дыхание.
— Ой, извините, — испуганно пробормотал он, – я, наверное, вас напугал?
«Чего я несу? Это же меня должны пугать».
— Какой голос! – раздался в ответ восхищенный шёпот. — Мягкий, нежный, бархатистый. Ой, держите меня пятеро, семеро не удержат!
Самое странное было то, что Степан не мог определить, кто с ним разговаривает. Тембр голоса был высокий и достаточно нежный, но… какой-то необычный.
Чьи-то шаловливые руки скользнули по его телу, ощупывая мускулистую грудь.
— Ой, девочки, тут тако-о-ое! — Восхищением в голосе говорившего можно было откармливать свиней.
Со всех сторон раздался шорох одежды, и к первой паре рук немедленно присоединились еще несколько, стремительно залезая под рубашку. Ощупыванию подверглись плечи, спина и чуть позже — бедра. Такое со Степаном случилось впервые. Невидимые «девочки» затискали его со всех сторон. Чья-то шаловливая ручка уже скользнула в глубину его джинсов.
— Это же надо, как нам сегодня повезло! — восторженно шепнули ему на ухо.
— А как зовут нашего мачо? — вопросило чье-то контральто.
— Степан, — он уже понял, что полностью потерял контроль над своим телом.
— Красивое имя!
— Ой, Степана у мня ещё не было…
Голоса говоривших были высокими и буквально напоенными сексом.
— А я знаю анекдот про Степана. Хотите расскажу? Значит так:
«Утро. Молодой барин просыпается в своем имении. Потянулся и орет:
— Степан.
Тишина.
— Степа-а-ан!
Тишина.
— Степааан!!!
Вбегает Степан. Снимает портки, поворачивается к барину спиной, наклоняется и жалобно произносит:
— Жениться вам нужно, барин».
Раздалось дружное хихиканье. Внезапно Степан ощутил, как чья-то рука стремительным движение расстегнула молнию его джинсов и нырнула к самому сокровенному. Выпустив из рук служебный чемоданчик, он безуспешно пытался прикрыться.
— Ого! Сантиметров двадцать. И толстый!
— Двадцать три, — машинально поправил Степан.
— Ух ты!
— Чур, я первая!
— Вечно ты, Верка, лезешь без очереди!
То, что дальше произошло со Степаном, в науке носит красивое название «орально-генитальный контакт».
Кто-то задел ногами его чемоданчик, и он отозвался металлическим звоном.
— Ого, он не просто так, он с игрушками пришел. Металлическими. Наручники, да?
— Ты что, по «Теме»?
— В смысле? — не понял Степан.
— Ну, ты в БДСМ?
Такой страшной абревиатуры Степан не знал и на всякий случай кивнул головой.
— Ой, девочки, он такой дилдо принес: длинный, тонкий и с такой крупной головкой! На присоске!
— Дай посмотреть!
Что можно было рассмотреть в абсолютной тьме, Степан не понимал, да и ему было уже все равно. Секса у молодого парня не было уже недели три, и те ощущения, которые он испытывал, перехлестывали все остальное. Поэтому, когда минут через десять он ощутил, что ему одевают презерватив, ни о каком сопротивлении речи уже не шло. На Степана насаживались!
Когда через полтора часа выжитый досуха Степан сумел выбраться из темной комнаты и судорожно приводил себя в порядок, на него натолкнулся администратор клуба:
— Тебя где носит? В сортире уже пол водой залит, из сломанного крана так и хлещет. Мы тебя зачем вызывали?
— Так вы же это… сами…
— Что я сам? Грудью кран закрывать буду?
— Вы же сами сказали: «За барной стойкой по коридору, и налево…»
— Направо я тебе сказал. На-пра-во! Налево у нас «Лабиринт страсти»! Куда тебя понесло?
— Так вы же сами…
— Слушать нужно было внимательно!
Администратор внимательно вгляделся в Степана:
— Так ты что, пошел налево? И всё это время был там?
Степан смущенно потупился:
— Ну да. Но только я не специально. Так получилось. Я не хотел…
Администратор хмыкнул:
— Да кто бы тебя спрашивал. Там сегодня Анжелочкины пидовки лютуют. Понятно, вляпался парень.
Он потеребил кончик носа:
— Водку будешь?
— Да какой же сантехник от стакана откажется?
Испив священной влаги, Степан немного пришел в себя:
— Так где у вас мужской туалет?
— В гей-клубе все туалеты мужские.
В гей-клубе?! Только тут до Степана стало доходить, почему диспетчер так ехидно улыбался, передавая ему заявку в ООО «Яблочко». На этом участке Степан работал недавно.
— Альфред, проводи его. А то опять забредет не туда.
Двинувшись за официантом, Степан тут же повернулся обратно к администратору:
— Тут вот еще какое дело…
— Ну что еще?
— Дело такое… В общем, вантуз я оставил… там. У вас. Новый, — зачем-то добавил он.
— Ну, это теперь только с утра найдем, когда свет там включим. Да и то не факт. Иди уж, ликвидируй пробоину!
Быстро заменив сломанный кран, Степан опробовал его. Все работало как часы. Моя руки, всматривался в свое отражение в зеркале, осмысливая события этой ночи: «Вот вляпался!» — усмехнулся.
Складывая инструмент в свой чемоданчик, невольно обратил внимание на остатки белого порошка, рассыпанного на мраморной полочке: «Тараканов, что ли, морят?»
Двинувшись по коридору, дошел до перекрестка, остановился и задумчиво глянул налево.
Надпись «Darkroom» заманчиво светилась в темноте.
