Дополнительные занятия

— Джинни, до того момента, как ты начнешь выедать мне мозг на тему, что я задержался на полчаса, хочу извиниться и сказать в своё оправдание: я застрял с профессором Паком в комнате студсовета, потом простоял в пробке, а мой телефон разрядился и я не смог тебе об этом сообщить заранее. О чём я искренне сожалею, всячески раскаиваюсь и обещаю, что впредь подобного не повторится, — Ликс выдает это на одном выдохе, когда врывается в танцевальную комнату ярким вихрем, успевая лишь заметить силуэт в углу комнаты, замерший у аппаратуры, и спешит к диванчику сбросить вещи. Лучшая защита — нападение, а потому он не даёт другу и рта раскрыть, предчувствуя, что на него обрушится поток недовольства, едва он переступит порог. Это только сократит выторгованное на урок время, а сейчас каждая секунда на счету. Он ходил за Хёнджином целую неделю, прося дать ему урок пластики, обещая за это златые горы (узнать номерок Ли Минхо в которого вкрашился Хёнджин, если быть точнее), потому что на последнем смотре при отборе в команду, что будет представлять институт на национальном конкурсе, Ликсу сделали замечание об угловатости его движений и совершенно не цепляющем исполнении при достаточно сексуальной музыке. И хотя сами элементы танца были подобраны грамотно и точно, в них словно не было души. Страсти… Однако ему дали второй шанс (спасибо всё тому же профессору Паку, который по необъяснимым причинам бедному студенту благоволит с самого поступления), и Ли вцепился в него всеми конечностями, ведь в случае выигрыша он получит хорошую рекомендацию и стипендию от спонсоров, а любая лишняя денежка студенту из другой страны совершенно не помешает. За то же общежитие платить, чтобы не искать подработку, и больше внимания уделять учебе. В общем, заманивание номером Минхо удалось и Хёнджин сдался. Скинув в чате своё расписание, и заявив, что получение места для тренировки на Ликсе. Младший в свою очередь рассыпался в комплиментах и смайликах, пообещав все сделать в лучшем виде. Вообще выбить танцкласс для своих нужд оказалось довольно непростой задачкой для предконкурсного времени, но и с этим Ли справился, благодаря тому же профессору, который уступил ему зал, переписав своё время аренды на Феликса. Довольный собой, Ликс тут же переслал информацию Хёнджину, и получив подтверждение о предстоящей встрече, радостно отправился отсиживать лекции, предвкушая хорошую тренировку вечером, и попадание в команду в будущем. И несмотря на то, что Ли опоздал, младший уверен, что они быстро все наверстают. Хван уже не раз подправлял его погрешности, а Ликс, как самый прилежный ученик, схватывал чужую науку достаточно быстро. Феликс сбрасывает рюкзак на диван, и начинает быстро переодеваться (заход в раздевалку с удобными лавочками и индивидуальными шкафчиками в условиях опоздания и ограниченного времени был непозволительной роскошью), чтобы скорее приступить к разминке. Однако напрягается, когда не слышит ни одной раздраженной реплики от Хвана в ответ на его монолог. Потому что даже быстро протараторенные извинения не могли полностью спасти Ликса от ворчания старшего, хотя и должны были сократить продолжительность. А тут внезапно полнейшая тишина… Ликс поворачивает голову, и его глаза расширяются от удивления, а пальцы вцепляются в шорты, которые он так и не успел на себя натянуть. — Чан? Феликс почти жалеет, что снял штаны и отбросил их в сторону, потому что в мозгу рождается практически непреодолимое желание натянуть их обратно по самые уши и выбежать за дверь. А потом — забрать документы в деканате и вернуться в Австралию. Робкий голос логики: «А что, собственно, Чан там не видел?» тонет в истерическом вопле: «Это же надо так опозориться? Запереться в чужой танцкласс и предстать перед собственным крашем в трусах!» Ах, да… у Ликса основательный краш на Чана… — Привет, Феликс, — старший улыбается мягко, скользя взглядом по фигурке студента, и Ликс не может понять, чего ему хочется больше: спрятаться от этого взгляда или покрутиться, чтобы глаза Чана коснулись каждого открывшегося участка его кожи. — Хёнджин попросил меня его подменить, обрисовав в общих чертах суть твоей проблемы. Думаю, я смогу помочь. Так, хорошо. Комнату для практики он все-таки не перепутал. Однако, Ликс готов застонать в голос от такой подставы друга. Правда, ситуацию это в целом не исправит. Ликс не был гиперталантливым, как тот же Хван, но он был очень трудолюбивым и всегда старался добиться совершенства в своих движениях, оттачивая их час за часом перед зеркалом в классе. Эффект достигался, но вот замечания о его недостаточной эмоциональности, стали звучать из уст преподавателей всё чаще и с этим нужно было что-то делать. Обратиться к другу, с которым они частенько вместе отрабатывали полученные знания, показалось самым правильным решением, хотя не обошлось без уговоров. Не то чтобы Хёнджин просто капризничал, нет, он просто был задействован в другом творческом проекте и очень загружен во времени, но ни к кому другому с такой просьбой обратиться Ли не мог, потому что был уверен, что никто лучше Хвана не сможет объяснить. Так что практика ему все равно нужна, и даже если Чан, как преподаватель ему не подойдёт, аренду зала он использует на максимум. Впервые залип на старшего Феликс, когда тот со своей командой на приветственном концерте, демонстрировал хореографию, сотканную из различных уличных стилей и с большим количеством трюковых вставок. Всё время выступления младший просидел с открытым ртом, стараясь уловить каждый элемент, хотя оторвать взгляд от центрового (которым впоследствии и оказался Чан) оказалось выше его сил. А уж когда со своего третьего ряда он заметил проступающие от напряжения вены на предплечьях старшего, пока тот выполнял поддержки или стойки на руках, то пропал окончательно и бесповоротно. Когда номер закончился, а сама команда вышла на поклон, Ли вскочил на ноги и зааплодировал одним из первых, при этом громко свистя, однако осёкся, едва встретился с Чаном взглядом, а тот ему подмигнул. Осекся, смутился и опустил глаза в пол, ощущая внезапно легкую щекотку в животе. Списал все на волнение. Хотя чужой взгляд всё еще чувствовал. — А… Хорошо, — Ли отмирает и все же натягивает шорты, стягивая майку, развернувшись к старшему спиной, чтобы скрыть покрасневшие скулы. Позже он смог понаблюдать за старшим уже когда они пересеклись на посвящении первокурсников, где тот ловко орудовал за диджейским пультом, задавая ритм подвыпившей толпе в снятом для этого мероприятия загородном доме. Он старался разглядывать Чана незаметно, отмечая привлекательную широкую улыбку и ямочки на щеках, хитрый прищур и искренний смех. Смотреть на Чана, что явно кайфовал от своего занятия, было истинным удовольствием, и Ли был готов заниматься этим до скончания времен, а потому недовольно поджимал губы, когда к старшему кто-то подходил, отвлекая от пульта. А подходили к нему постоянно. Феликс не был удивлен популярности Чана, но осознавая её масштаб, лишь вздыхал и прятал желание познакомиться со старшим ближе в самый дальний угол своего мозга. И сердца. Вряд ли тот запомнит какого-то первогодку, который еще и проявить себя не успел. В тот вечер Ли надеялся, что старший выйдет на танцпол, чтобы еще раз полюбоваться на возможности тела и техники Чана, но к собственному сожалению, так и не дождался, оказавшись слишком рано в совершенно невменяемом состоянии. Настолько невменяемом, что совсем не помнил, как потом добрался до собственной комнаты, хотя проснулся именно в ней. Хёнджин же на вопрос доставил ли Феликс вчера проблем, лишь отмахнулся, пробурчав что-то невнятное, и Ли отстал с расспросами, потому что никто его в деканат с приказом об отчислении не требовал. Да и в институтском чате никаких компрометирующих фоток с его участием не всплыло, хотя парочка отличившихся ребят там всё-таки промелькнули. Так что Ликс вдохнул-выдохнул и принялся за учебу. Необходимость адаптации на новом месте на время отодвинула мысли о старшем, да и учились они в разных корпусах, что плодотворно влияло на высокую сосредоточенность Ли на учебе и ни на чем ином. Первая неделя прошла достаточно легко, пока к ним присматривались и позволяли делать что вздумается, но вот потом начался настоящий ад с бесконечными тренировками, после которого он едва мог добраться до своей кровати в общаге и забыться тревожным сном. Чтобы утром, практически на ходу завтракая, мчаться обратно в институт, дабы успеть прийти хотя бы на пятнадцать минут раньше других студентов, для повторения полученных навыков. Но потом старший вновь внезапно возник в его поле зрения, оказавшись близким другом такого же первогодки Хан Джисона, что учился с ним в одном потоке, но на другой специальности, а по совместительству был соседом по комнате Ли и Хвана. Сони был дружелюбным, активным, очень общительным и совсем немного шумным парнем, с которым Ликс легко нашел общий язык. А узнав, что Ли младше его по рождению на день, вообще возомнил себя сонбэ, таская за собой студента, чтобы тот скорее освоился, и потому что «Детка, полезные знакомства нужно заводить как можно раньше, не переживай, Джисон-хён, сведет тебя с правильными людьми». Феликс на такие заявления фыркал, но от знакомств не отказывался, таскаясь вместе с другом на различные мероприятия, потому что в друзьях у Хана было много талантливых и интересных ребят. Среди которых однажды и оказался Чан, а как позже выяснилось его второе имя — Крис, и в мозгу Ликса вновь шевельнулся интерес к старшему, а в животе возникла та сама щекотка, как при первом контакте глазами. Впрочем, помня о популярности старшего, Ликс не думал привлекать внимание Чана, ограничившись дежурными приветствиями, когда они сталкивались, или ничего не значащими разговорами, когда пересекались в столовой. Не то чтобы Ли не хватало смелости, просто учеба сейчас была важнее. Кстати об учёбе… — А что именно сказал тебе Хенджин? — осторожно уточняет Ликс, закончив переодеваться и подходя к зеркалу, пока старший оценивает внешний вид студента: чёрная майка, заправленная в широкие шорты, что доходят до середины бедра, удобные кроссовки и высокие гольфы. Выглядит стильно, но не очень то вяжется с «темой» занятия, которую протатраторил ему Хван в трубку. Впрочем, Чан тоже не с обычной пластикой собирается помогать. — Что у тебя проблемы с сексуальностью, — сообщает Чан, подключая наконец телефон к колонкам, когда находит необходимые музыкальные композиции. — И как я сказал ранее — думаю, я вполне способен тебе с этим помочь. Ликс от такого заявления давится воздухом, потому что звучит это как-то слишком двусмысленно… Наверное. А с Джинни насчёт его длинного языка он поговорит позже. И хрен ему, а не номер Минхо. Хотя, несмотря на всё внутреннее возмущение, в целом, Крис правду сказал, но вот признать это как-то сложно. Ли хмыкает, потирая шею: — Интересная формулировка, — Крис занимает место рядом с Феликсом на приличном расстоянии, чтобы не мешать друг другу во время разминки, но достаточном, чтобы хорошо различать эмоции на чужом лице. — Но вообще мы собирались заняться пластикой… — Мы и займёмся, — спокойно отвечает Чан, продолжая аккуратно разминаться, что бы разогреть и подготовить мышцы, ловит краем глаза жадный взгляд младшего через зеркало на его руки, и слегка приподнимает уголок губ в усмешке. Напрягает бицепс, и замечает, как на глубине чужих глаз проскальзывают первые неконтролируемые искры, а маленький язычок проходится по пухлым губкам. Феликс делает это машинально, не отдавая себе отчёта и не замечая ответного внимания к себе. Это забавляет и манит. Крис уверен, что в Феликсе столько огня, что он может спалить не только сцену, но и весь институт впридачу, поэтому слушая просьбу Хвана, откровенно недоумевал. Хотя и понимал проблему — Ли слишком зациклен на доведении движений до идеала, и танцует больше головой, чем сердцем. Его нужно расслабить. Ликс недоверчиво хмыкает, пробегаясь по крепкому телу Чана взглядом. — Не знал, что ты в такое умеешь. Крис хватается за сердце, закрывая глаза. — Я оскорблен до глубины души, — приоткрывает один глаз, улыбаясь. — Если я танцую брейк в большинстве своём, то это не значит, что я не могу во что-то сексуальное. Ликс пожимает плечами. Вообще Феликс лукавит. Он знает, что Чан может быть сексуальным и даже больше, ведь вкрашился в него окончательно на отчетном семестровом концерте, где Крис со своей командой представил номер на популярную композицию группы EXO — Wolf. И хотя стилистика отличалась от приветственного выступления, масштаб постановки поражал. А бедное сердечко не было готово увидеть объект воздыхания полуобнаженным. Однако взгляд младшего впитывал каждое движение, каждое напряжение мышц и каждый хищный взгляд, что бросался в толпу зрителей. Энергетика номера была дикой, а сам Чан практически давил своей аурой. Слова «сексуальность» мало для полного описания того, что происходило на сцене. Слишком горячо. Настолько, что Ликс потом скачал видео со всех возможных ракурсов из чата, где выкладывали нарезки выступлений, и сохранил себе в отдельную папку на телефоне. Которую однажды запалил Хван… Но никак не прокомментировал. Вероятно, из солидарности, у того же Хенджина тоже такая папка есть, хотя он и отмазывается, что это для разбора движений. Ага, конечно. Особенно фото с котами, безусловно, помогут набраться опыта. — Окей, хорошо. Значит, мы займёмся пластикой, — Ликс поднимает руки в сдающемся жесте. — Ну если быть точнее — стриптизом. — Чем? — брови Феликса стремительно ползут вверх, тогда как челюсть, похоже, собирается встретиться с полом. — Стриптизом, — спокойно повторяет Чан, разглядывая ногти на своей руке. Он старается сохранить серьёзную мину, поглядывая на младшего через зеркало, но выходит из рук вон плохо. Растерянный Ли выглядит до ужаса мило, похожий на маленького потерянного котеночка, что Чан сдаётся, позволяя себе хихикнуть. Младший смешок встречает нахмуренными бровями и поджатыми губами. — Прости-прости, — Крис улыбается шире. — Ты был слишком серьёзен и я не смог удержаться. — Тебе никто не говорил, что шуточки у тебя не очень? — Ликс немного вздергивает курносый носик, а старшего опять тянет умиляться. Феликс очарователен в любом своём состоянии. — Ты первый и единственный, — Чан подмигивает младшему, зная, что фраза звучит достаточно двусмысленно. А потом поворачивается к зеркалу, встречаясь глазами с Феликсом в отражении. — На самом деле это наполовину шутка. Танцевать придется действительно так, словно танцуешь стриптиз для своего любимого человека. Мне нужно оценить твои возможности, чтобы понять, какие подсказки я могу тебе дать. Раздеваться не нужно, — подмигивает, — Разве что сам захочешь. Феликс возмущенно давится воздухом. Если Чан думает, что он один тут умеет дразнить, то Ли с удовольствием покажет, насколько тот заблуждается. Симпатия симпатией, но подшучивание он без ответа не оставит. У него тоже язык подвешен. — Думаю, мне нужен наглядный пример. Интуиция Крису подсказывает, что в поведении младшего что-то изменилось, но пока он не может понять, что именно и к чему это приведет. Однако Ли уже нестабилен, а значит не должен зацикливаться на стерильной академичности в движениях. Просьба о наглядном примере явно таит под собой что-то ещё, но Чан может предоставить ему шоу и это только сыграет ему на руку. Крис ухмыляется, делая шаг в сторону младшего. — Без проблем. Где будешь смотреть? Какой интересует? Есть предпочтения? Пилона тут нет, но партер показать смогу. — Не буду спрашивать, откуда ты всё это знаешь и умеешь исполнять, — Ли крутит головой по сторонам, натыкась на стул в углу комнаты. Хитро щурится. — Но раз твои познания настолько глубоки, то что насчёт танца на коленях? Старший аплодирует в своей голове за такое требование. А Ли, однако, быстро входит во вкус. Даже не покраснел сейчас. — Не вопрос, — старший хищно улыбается. Но боюсь, тот стул не выдержит нас двоих, поэтому, может, переместимся на диван? Младший пожимает плечами. — Хорошо. Выбирай музыку, а то время аренды не резиновое. — Занимай своё почётное место, — усмехается Чан, в ответ на преувеличенно равнодушный тон. Подмигивает. — Если очень понравится, то можешь даже потрогать. Я не против. — Боюсь, что мне будет некогда, — бросает Феликс через плечо, пока идет к дивану. То, что сегодня говорит ему старший, постоянно выбивает его из равновесия. Мозгом он понимает, что скорее всего, это просто поддразнивания и не надеется на большее, но сердечко все равно трепещет. — Я же должен быть предельно внимателен, чтобы понять, чего ты от меня хочешь. — Ничего такого. Только чтобы ты был собой, — Чан бросает это, как что-то само собой разумеющееся, а Ликс едва не путается в собственных ногах от неожиданности. Как-то он уже не уверен в своём решении ответить на провокации той же монетой. Может, правда показать Чану то, что тот просил изначально, послушать критику, получить советы и пойти отрабатывать, смирившись с тем, что в команду он таки в этом году не попадёт? Ликс всерьёз задумывается над этим, и выпадает из реальности, приходя в себя, только когда получает лёгкий щелчок по носу. — Когда ты сосредотачиваешься и думаешь только о кунг-фу, получается полный отстой. Тебя нельзя тренировать так, как я тренировал пятёрку, — Ли моргает пару раз, пытаясь понять, что несёт старший, а потом улыбается, когда до него доходит отсылка на первую часть мультика про кунг-фу панду. — Мне надо съесть пельмешку? — Тебе нужно постараться расслабиться. Не думать. Просто чувствовать. — Чан качает головой, отзеркаливая улыбку. — Но когда закончим с тренировкой, то можно и по пельмешке. Я знаю неплохой ресторанчик недалеко отсюда. — Поговорим об этом позже, хорошо? — Сердечко от предложения ускоряется, но мозг спешит напомнить, что это просто ужин после тренировки, а не свидание, и в своих фантазиях лучше далеко не заходить. Чтобы не расстраиваться. — Давай вернёмся к танцу на коленях. А то мне бы ещё в общежитие вернуться до закрытия. Чан видит, что младший пытается скрыть свою заинтересованность, и не может не поддеть. Упирает руки в бока, склоняя голову набок. Щурится. — Ты же помнишь, что потом танцуешь ты, да? А то для человека, который отшивал меня вежливыми улыбками на протяжении целого семестра, избегая контакта, ты сейчас слишком много язвишь. — Я — отшивал??? — Поговорим об этом позже, хорошо? — передразнивает Крис, усмехаясь. И пока Ли думает, что ответить на очередную провокацию, Крис запускает музыку. И младшего буквально вжимает в диван от изменившейся энергетики в классе. Трек он узнаёт без проблем — «Супер Майк» с Ченнингом Татумом он смотрел, пока тот был в прокате, однако выбор его и то как двигается Чан под него — просто выше его сил. У старшего невероятно хищная, подавляющая аура, движения, что со стороны для обычного зрителя, выглядят, как ленивые, на самом деле для понимающего Феликса четко поставлены и выверены. Каждый шаг в сторону младшего, приковывает внимание, скольжение рук по телу и движение бёдер, заставляют дыхание участиться. Ох зря Ликс спровоцировал, ох зря… Кажется, сегодня живым он из зала не выйдет. Чан тем временем ликует внутри, видя как повело младшего от устроенного представления. Он и сам распалился не меньше, однако останавливаться не собирается. Ему есть что еще показать. Когда между ним и Феликсом остаётся не более полуметра, Крис цепляет низ своей майки и тянет на верх, делая волну телом и демонстрируя пресс. Он знает, что это сводит с ума многих, но ему сейчас хочется получить такую реакцию от одного вполне конкретного человека. И не потому, что в зале других нет, а потому, что сам заинтересовался Ликсом уже достаточно давно, но тот слишком упорно от него бегал. Чан подумал бы, что он не интересен, но замечал взгляды, которые бросал на него младший. И равнодушием там и не пахло. Однако все равно никак не вязалось с их прохладным общением, когда они сталкивались в институте, хотя сам Крис как мог проявлял дружелюбие и интерес. Тогда Чан попытался узнать причину через общих друзей, но если Хан только пожал плечами, то Хенджин замявшись, в общих чертах объяснил, что да, Крис Феликсу симпатичен, но лучше им поговорить самим. Давить старший не стал, хотя видел, что Хван знает больше, а заодно спросил номер Хенджина, что бы наконец-то закрыть должок перед Минхо. Хотя походу появился новый и без партии в карты, ведь благодаря тому, что Ли-старший сегодня увёл Хвана в кафе, Чан получил возможность поговорить с Ликсом наедине. Ликс нервно выдыхает, вцепляясь пальчиками в обивку дивана, и следит, не отрываясь за каждым обнажающимся участком кожи. У Криса отличная фигура, и он безусловно довёл её до совершенства многочисленными тренировками. Каждый кубик пресса, что появляется по мере поднятия майки хочется куснуть, облизать и пометить собственными губами. Интересно, как звучит Крис во время оргазма? И что он там говорил про потрогать? Не против, значит? Крис радуется произведённым эффектом — искры, что заметил он в глазах младшего в самом начале их сегодняшней встречи, превратились в полыхающее пламя, и потушить их, остановившись сейчас уже не получится. Да и не хочется так то останавливаться, хочется посмотреть, насколько можно ещё раздуть этот пожар. И Чан думает, что совершенно не против сгореть в нём. Майка снимается полностью и отбрасывается в сторону, под пристальным взглядом Ли. Чан замечает, как дергается кадык парня, когда Феликс сглатывает слюну, чтобы промочить явно пересохшее горло, и потом переводит затуманенный взгляд на лицо старшего, заставляя Криса вздрогнуть. Взгляд затуманен желанием. Возбуждением. Похотью. Старший подходит вплотную, продолжая соблазнительно двигать бедрами, а затем легонько толкает младшего в плечо, вынуждая откинуться на спинку дивана. Забирается сверху, ставя колени по разные стороны от чужих бёдер, и вновь делает волну телом, демонстрируя пресс вблизи. Крис и сам уже возбудился от этой ситуации и реакции на неё, и искренне рад, что свободные штаны сейчас не передавливают стояк, хотя нижнее бельё неприятно трется о головку. Чан нависает над Феликсом, упираясь руками в диван и встречает его голодный взгляд, от которого в животе все в тугой узел заворачивается. Разглядывает лицо младшего, отмечая расширенные зрачки и покрасневшие от частых покусываний губы, и еле сдерживается от того, чтобы не впиться в них поцелуем. А потом вздрагивает, чувствуя на своей талии горячие ладошки, которые скользят с боков к тазовым косточкам, и слегка выгибается, реагируя. — Думаю, я понял, — хрипло шепчет Ликс, и Крис вдруг с удивлением осознаёт, что трек закончился. Однако ладошки продолжают касаться его кожи. — Теперь моя очередь. Это не звучит как вопрос, но Крис все равно кивает, а потом скатывается на свободное место рядом с Ликсом. Младший поднимается с дивана медленно, с ленивой грацией и отходит к аппаратуре. — Значит, танцевать стриптиз, как для любимого человека, да? — Чан кивает машинально, хотя Ли даже не смотрит его сторону. — Окей… Трек, который подбирает Феликс, начинается с простых битов и звучит интересно, и Крис бы спросил, что за исполнитель, если бы не был так сосредоточен на самом младшем, который начал движение. И после того, что он видит, Чан готов спорить до хрипа с преподавателями, которые сказали, что движениям младшего не хватает сексуальности — в каждом шаге в сторону старшего, в каждом томном взгляде и ленивой ухмылке — концентрация секса превышает все мыслимые нормативы. Ликс двигается плавно, умело обыгрывая акценты, при этом используя резкие переходы в партер и поднимаясь обратно. Руки младшего дразняще оглаживают его грудь, скрытую майкой, спускаются по торсу и цепляют резинку шорт, слегка оттягивая. Впрочем быстро исчезают, и Чан делает вдох, внезапно осознавая, что оказывается прекращал дышать. Сталкивается глазами с Феликсом, замечая самодовольную ухмылку и в принципе готов выбросить белый флаг, сказав, что если тот повторит свой номер с таким настроением, то место в команде ему обеспечено. Но так же испытывает огромное желание досмотреть «перфоманс» Ликса до конца. Пока старший прокручивал все это в своей голове, Феликс подошёл вплотную, размещая между ног старшего колено, и, подцепив пальцами чужой подбородок, заставил поднять на себя глаза. Чан подчиняется, впиваясь пальцами в собственные бёдра, хотя до безумия хочется стиснуть чужую талию. Но музыка ещё звучит и сбивать с настроя Ликса не хочется. Хотя вряд ли младшего сейчас что-то собьет, ведь на дне его глаз полыхает адское пламя, да и сам младший чертовски горяч — касания обжигают, а из воздуха словно убрали всю влагу. Иначе как объяснить собственное пересохшее горло? Феликс смотрит пристально, с снисходительной ухмылкой, и Крис не выдерживает — притягивает его ближе и впивается в губы страстным поцелуем. Ли охает в приоткрытый рот Чана и перемещает свои ладони на плечи старшего, чтобы устоять. Однако сам Крис решает проблему иначе — пересаживает Феликса себе на колени, практически вжимая в себя. Член младшего проезжается по внушительному стояку Чана, и он стонет, отрываясь от сладких губ. Феликс отстраняется и смотрит совсем пьяненько, а Крис взгляда не может оторвать. От припухших сладких губ, что блестят от слюны, от румянца на щечках и дергающегося кадыка. К которому он сразу припадает губами, выцеловывая и покусывая, а ещё рыча довольно, потому что чувствует что Ликс не отталкивает, а лишь усиливает хватку на плечах. Когда младший начинает нетерпеливо ерзать на коленях, Чан прикусывает ключицу Феликса через майку и отстраняется, успевая оставить поцелуй на подбородке. — Мне кажется, она мешает. — Тебе не кажется. Ликс стягивает футболку, отбрасывая её куда-то в сторону, и хнычет, потому что едва лишняя ткань исчезает с тела, Чан прижимается к груди младшего губами. Оставляет лёгкие поцелуи, прикусывает нежную кожу и лижет. Обхватывает пальцами сосок, слегка сдавливает, и слушает самые восхитительные стоны от своих действий. Ликс продолжает ерзать и выгибаться в умелых руках, пытаясь создать трение так необходимое своему стояку, постоянно задевая член старшего. Старший не выдерживает, фиксирует Ликса, прижимаясь лбом чужой груди и шумно выдыхая. Но долго так не остается — Ли вплетает пальчики в волосы Чана и оттягивает прядки, заставляя поднять на себя взгляд. — Похоже, ученик превзошёл учителя, — Феликс улыбается масленно, а затем проводит кончиком языка по приоткрытым губам старшего. Упивается разбитым видом, продолжая сжимать волосы, и быстро чмокает в губы. — Смазка есть? Чан фокусирует взгляд, кивая, а затем подхватывает младшего под бедрами и укладывает на диван. Покрывает поцелуями нежную шею, опускается к груди, прокладывает влажную дорожку языком к пупку, прикусывает тазовую косточку и стягивает шорты вместе с нижним бельём. Сумка Криса выгодно оказывается рядом с диваном и он наощупь находит необходимый бутылек, дополнительно выуживая на свет пачку презервативов. Откладывает в сторону, устраиваясь между чужих разведенных ног, стягивает наколенники, оставляя по поцелую на каждой коленке, все ещё скрытой тканью гольф. Выдавливает смазку на пальцы, растирает, согревая, и приставляет палец к сжатому колечку мышц. Аккуратно оглаживает, проникая на полфаланги, и слышит сладкий стон. Погружает глубже, начиная медленно двигаться и выцеловывает животик, стремясь отвлечь от неприятных ощущений. Не хочется торопиться, но их время сейчас достаточно ограничено. Видимо, это понимает и Феликс, а потому практически сразу начинает подмахивать, стремясь насадиться глубже. Это выглядит очень горячо, и Крису срывает планку. Он ускоряется, добавляет пальцы, но все ещё предельно осторожен. Когда младший начинает скулить совсем уж высоко, а в него спокойно входят четыре пальца, Чан убирает руку, оставляя неприятную пустоту, и впивается в сладкие губы. Целует, покусывая, и шепчет срывающимся голосом. — Как ты хочешь? — Сверху. Звучит охереть как горячо и интересно, и Чан отстраняется, быстро стягивает бельё и раскатывает презерватив по члену, что уже побаливает от возбуждения. Едва он убирает руки от своего стояка, Ли сминает его губы требовательным поцелуем, сразу же насаживаясь до конца. Крис шипит от ощущений: в младшем узко и жарко, его стеночки плотно обхватывают член Чана и ощущается это фантастически. Ликс не дает опомниться, начиная двигаться, удерживает руки на плечах старшего, чтобы сохранить хоть какую нибудь устойчивость. Член Криса заполняет его изнутри идеально, с каждой фрикцией проезжаясь по чувствительному комочку нервов внутри. Младший хочет и стонет от сладких ощущений, зажмуривает глаза и прикусывает губу, чтобы сохранить себе осознанность, но выходит очень плохо. Особенно когда Чан, сползая по дивану, начинает подавать бедрами вверх. Шлепки влажных тел наполняют комнату восхитительной музыкой бушующей страсти и Ли долго не выдерживает. Кончает, содрогаясь всем телом, и впивается пальцами в плечи старшего сильнее, заставляя того шумно выдохнуть. Точно останутся заметные и понятные по происхождению синяки, но думать об этом сейчас откровенно лень. Ликс дрожит всем телом, стискивая Чана в объятиях, а старший замер, забыв о собственном удовольствии, восхищенно глядя на бьющегося в оргазме Феликса. Потому что искажённое блаженством лицо Феликса — картина, которую Чан непротив видеть каждый день. Утром, в обед и вечером. Семь дней в неделю. Триста шестьдесят пять (или шесть) дней в году. Отдышавшись, Ликс отлипает от груди Криса, но едва успевает открыть рот, как его перебивают: — Сможешь кончить ещё раз? Ты так охеренно выглядишь в момент оргазма, я хочу тебе это показать. Ли вопросом ошарашен, но глядя на не опустившийся после оргазма член, немного неуверенно, но все же кивает положительно. Лицо старшего озаряется улыбкой и он вновь подхватывает Феликса под бедра. — Держись крепче. Ликс слушается, и Чан поднимается с дивана, в три шага добираясь до стены с зеркалом. Младший видит, как проступают вены от напряжения, и почти скулит от восторга и возбуждения, что вновь волнами накрывает Ли. Крис осторожно опускает Феликса на пол и поворачивает к себе спиной, вынуждая младшего взглянуть на себя в отражении. — Обопрись. Феликс слушается, а затем прогибаться в спине, когда рука Чана надавливает на его поясницу. Встречается с чужими глазами в отражении и понимает, как старший решил воплотить свою фразу в реальность, чувствуя первый глубокий толчок. Колени только отошедшего от оргазма Ликса подгибаются, но Чан успевает обхватить его поперёк живота, чтобы тот не сполз бесформенной грудой на пол. Придерживает, целуя плечи, и ускоряет движения тазом, вдалбливаясь в податливое нутро. Пальцы Феликса скользят по стеклу, он громко стонет и старается подаваться на встречу старшему, потому что чувствует приближение второго оргазма. И ждать его приходится недолго. Стоит лишь столкнуться в отражении с тёмными глазами Чана, как тело младшего прошибает второй волной и он заливает спермой зеркало перед собой, сжимая старшего внутри. Голова обессиленно свешивается вниз, но ладонь Криса жестко обхватывает подбородок, возвращая взгляд обратно. — Смотри. Ликс слушается, с трудом разлепляя слезящиеся от оргазма глаза, и кончает ещё раз, едва видит их отражение. А по тому, насколько сильнее сжимаются на челюсти пальцы старшего, понимает, что тот кончил тоже. Когда дыхание выравнивается, Крис выходит из Феликса, подхватывая того на руки и относит на диван. Младший лежит с закрытыми глазами, пока Чан убирает волосы со вспотевшего лба, нежно проводя кончиками пальцев по веснушчатым щекам. А когда Ли приоткрывает один глаз, спрашивает: — Могу ли я записаться на дополнительные занятия? Думаю, я плохо усвоил сегодняшний материал. Можно обсудить график наших занятий в каком нибудь кафе. Мне подойдёт тот что 24/7. Ликс хмыкает, притираясь щекой к ладони старшего. — Можно будет подумать. — О, я буду очень стараться, — Чан строит милую мордашку, вынуждая Феликса фыркнуть. — Не сомневаюсь.