alius mundus

Blue Stahli — The Devil

      — Не ты ли говорил, что надо торопиться? — спросил Айноске странную версию себя. Демон словно опомнился, улыбка исчезла с его лица, а протянутая рука с черной штукой опустилась вниз. Комок только тихо что-то пискнул и пополз по руке Адама, огибая острые шипы и останавливаясь только на его шеи.       — Ты прав, Ева не должна умереть, — стоило только тому пошевелиться, чтобы повернуться к выходу из этой комнаты, как костяные крылья отразили удар, неприятно хрустя от движения, — кто это тут у нас? Коджиро…       Джо пришел раньше, чем он сам думал. Он знал, что Адам его уже давно заметил, как и всех людей, которые ещё оставались на базе. Чутье демона… страшная штука. Даже сейчас мужчина был крайне удивлен, что тот не обратил внимание на него с самого начала, а целенаправленно находился только с Шиндо. Ещё он услышал часть разговора, и тот понял, что их Адам пришел к Ланге. Это же может быть связано в каком состоянии находится парнишка? А если это так…?       — Не доверяй ему! — послышался голос Рэки старшего. Он оставил свою младшую версию с Лангой, чтобы тот был уж совсем последней линией обороны. Огонь горел в его руках, он-то всеми силами хотел уничтожить Адама, который держал его друга и изменил.       — О! — Адам вновь усмехнулся, — рыжи-и-ик. А что это мы такие злые? Дай угадаю! Знаю! Это из-за моей Евы?        Последнее слово он нарочно растянул.       — Замолчи! Ты изменил Лангу! Он теперь ненавидит меня! — Кян старший принял боевую стойку, готовый в любой момент напасть на демона, даже если шансы и были нулевыми.       — Но ведь ты уничтожил столько наших детей, — Адам развел руками в стороны, но потом наклонил голову на бок, — я не к вам сейчас пришел. Мне надо повидать вторую Еву. Если я этого не сделаю в ближайшее время, то он умрет. Будет очень жалко, если Ева погибнет, разве я не прав… Айноске?       На последней фразе монстр оказался за Шиндо и его имя прошептал ему на ухо. Мужчина только поморщился и глянул на самого себя. От этого чудовища веяло не только силой и тьмой, но ещё и яростным огнем, который готов был сжечь здесь каждого.       — Нам придется согласиться. — Из ниоткуда появилось розовое пламя, а потом приобрело черты лисицы. Дух лиса смотрел на усмехающегося Адама и недовольно фыркнул.       — О чем ты, Черри? — взревел Рэки, — это же Адам!       — Ланга умирает! — рыкнула на него лиса, когда повернулась к тому, — только Ева или Адам могут спасти его!       — Ланга? Что с ним?! — теперь уже политик зашевелился и повернулся к демону, хватая того за шип на плече, — что эти твари сделали с ним?!       — Хо-хо, ты такой грубый, Айноске… — Адам почти промурчал это, но, заметив беспокойство мужчины, призвал белый хрустальный шарик, что слабо светился голубым цветом, — часть души.       — Быстрее! Мои приборы не смогут долго продержать его в таком состоянии! — лис исчез, Джо и Рэки недовольно смотрели на Адама, но тот только усмехнулся, растворяясь на мелкие кусочки. Айноске же рванул с места, чтобы самому убедиться в состоянии Ланги.

*****

Blue Stahli — Metamorphosis

      Приборы пищали как бешеные, оповещая Черри и младшего Кяна, что пациенту становится только хуже. Пока лис что-то старался делать, морщась и с кем-то разговаривая, Кян младший стоял возле Ланги и держал того за руку. Он чувствовал дрожь чужого тела, видел, как его друг страдал. Как Ланга мучился.       Подняв глаза, рыжий замер, уже и сам чуть вздрагивая. Перед ним стоял… Адам? Парень вспомнил этот костюм Матадора Любви, но теперь он смотрелся иначе, словно чешуя у дракона. Рэки вспомнил одного моба босса из игры, в которую играл Мия. Дракон Смерти, как-то так он назывался.       — Адам, — Черри подтвердил мысли Кяна, — только ничего не подумай сделать лишнего!       Мягкий хвост разделился на ещё восемь. Пусть они стали тоньше, но куда опаснее, особенно когда те поднялись вверх и опасно повисли в сторону демона.       — Ху-ху, а ты, как всегда, Черри, — Адам приподнял когтистую руку, в которой сжимал всё тот же шарик, но алые глаза были устремлены только на Лангу, что мучился сейчас от невыносимой боли, — нет Рая без тебя, дорогая Ева…       Демон не отрывал взгляда от парня. Рэки нервничал, он видел, как лис смотрел на того, но что ОН может сделать? Тут парень перевел взгляд на свою руку. Он почувствовал, что с ней было что-то не так и ужаснулся. Его собственная тень двигалась к руке, которая держала руку Сноу. Палец за пальцем она освобождала чужую. Потом произошло кое-что ещё более страшное. Алые глаза засветились через маску, и Кян был отброшен к стене, удерживаемый собственной тенью. Адам тихо засмеялся, довольно двигая крылья и создавая гулкий треск костями.       — Третье колесо… должно быть оторвано… — облизнув почти черные губы, монстр поднес хрустальный шар к губам. Короткий поцелуй, и тот засветился чуть ярче, словно бы отзываясь на такую ласку, — милый Ланга, совсем скоро я верну тебе жизнь…       Шиндо бежал так быстро, как только мог. Кажется, это уже не в первый раз, когда его тело думает быстрее, чем голова. Когда он преодолел порог комнаты, его алые глаза расширились.       Демон обнимает ЕГО Еву, а между зубами он держит тот шар, который и был душой Ланги. Парень не двигается, подобно тряпичной кукле. Откинутая голова назад, чуть приоткрытые бледные губы и закрытые от боли глаза. Политик уже делает шаг в их сторону, но черные руки останавливают его. Они обнимают Айноске, держат, пока мужчина пытается вырваться и даже что-то кричит в сторону Адама. Даже Каору не может ему помочь, он также обездвижен, лис догадывался, что так и будет. В этой комнате стоит барьер Адама. Одна из техник этого демона — «Карнавальная ночь».       Адам наклоняется чуть вперед так, чтобы шарик коснулся бледных губ, радостно улыбается и в эту же секунду сжимает шарик, разрушая его на мелкие осколки. Мелкие осколки, словно маленькие снежинки, стали осыпаться на тело парня, а те, что остались на губах Адама, не могли попасть на Лангу. Не думая совсем, демон прижался к прохладным губам парня, и они слились в сладком поцелуй, чтобы вернуть последние кусочки души. Шиндо смотрел на это с замирающим сердцем, словно то перестало биться совсем. Его любимого целовал кто-то другой, а не он.       Хоть это и был он сам…       Но не ОН…

Simon Curtis — Super Psycho Love

      — Адам… — тихо говорит парень, когда монстр отстраняется от сладких губ Евы. Ресницы парня начинают слабо дрожать, перед тем как тот открыл глаза. Картина расплывалась, парень чувствовал знакомые объятия, но белое пятно на лице перед ним ужасно раздражало, — снова… надел маску…       — Ох, милая Ева! Это ведь часть меня… — пропел довольный демон, стараясь оттянуть момент их скорого расставания. Он любил Еву и не важно из какого она была мира. Ева всегда будет любима Адамом.       Искаженный, незнакомый голос сразу привел парня в чувство. Открыв глаза полностью, Ланга сосредоточился на лице, которое маячило рядом. Не Айноске. Нет, это и был Адам из этого мира. Другой человек…       — Что такое, дорогая Ева? Понял, что это не твой Адам? — он издевательски улыбнулся, обнимая парня только крепче, так как человек уже начал сопротивляться, — ладно-ладно, не делай резких движений! Айноске, иди сюда! Твоя Ева не должна так много двигаться, иначе душа соберётся неправильно!       Политик вздрогнул, когда демон обратился к нему, а потом он почувствовал свободу. Быстро дойдя до них, он забрал Лангу, которого буквально с нежностью предложили в другие руки. Только после этого «ритуала» Адам отпустил Рэки и Черри, а также позволил зайти Джо и старшему Рэки.       — Ланга? — Айноске смотрел на парня на его руках. И смог наконец-то выдохнуть, когда заметил вернувшийся к нему цвет лица, хоть и не до конца.       — Я… в порядке, — Снежок вжался в крепкую грудь сильнее, но ясные глаза продолжали следить за другим. Ланга мог только дивиться такому образу Адама. Он помнил этот костюм их последней гонки, но это совсем другое, — ты… Адам?       — Дорогая Ева, ты ранишь меня в самое сердце! — он наигранно приложил руку к своей груди, — да, я самое страшное зло — Адам. От лица Эдема хочу попросить прощения. Наши детки… не хотели причинять боль дорогой матери…       — Чего? — Ланга не только удивился такой фразе, а даже смутился, так как Адам протянул руку в сторону парня, на что Шиндо двинулся чуть назад, спасая своего Снежка, на всякий случай.       — Как это понимать?! — Рэки младший набрался смелости, чтобы тоже выразить своё негодование. Вообще каждый был удивлен, не считая Айноске с безэмоциональным лицом, который посматривал на остальных иногда.       — Ты ещё слишком мал, чтобы понимать взрослые развлечения, рыжик… — демон посмотрел на удивленные глаза Кяна и весело засмеялся. Да, он мог читать мысли остальных и сейчас заливался смехом, ведь каждый подумал про одно и тоже, — боже… Вы такие забавные! Обязательно расскажу ненаглядной Еве! Ох, хорошо, пусть это будет через… постель. Айноске, тоже тогда попробуй…       — Пошел ты… — прошипел мужчина, но лицо немного расслабилось, а на губах появилась легкая улыбка. Хасегава это заметил и был даже рад видеть мужчину таким, а вот комментарии о постели и детях, парень не пропустил, но понял, что демон просто издевается над другим.       — Спасибо, господин Адам, что спасли меня… — Ланга продолжал находиться на руках Айноске, и его это дико смущало.       — Для тебя, дорогая Ева, мне и МИРА не жалко — ответил демон, — и прошу, зови меня просто Адамом. Ведь это не последняя наша встреча…       Монстр грациозно наклонился вперед, кланяясь паре. Его крылья тихо захрустели от движения. Остальные были сильно напряжены и готовились ко всему, но вот демон ничего более не собирался делать.       — Мне пора возвращаться к дорогой Еве. Я отдал душу, а значит выполнил свою задачу. К тому же… — монстр выпрямился и посмотрел куда-то в потолок, на секунду задумываясь, — оно будет недовольно, что не получило душу Евы…       Демон ещё раз посмотрел на Лангу и отправил ему воздушный поцелуй. После этого его силуэт стал распадаться, и вскоре тот исчез, оставляя всех со своими мыслями.       — Оно? — раздался в тишине голос Рэки младшего.

*****

薩頂頂 — 左手指月 (Рука и месяц)

      Адам медленно брел по светлым коридорам их замка. Места, которое они прозвали Эдемом. Ангел отговаривал его идти туда, но тот пошел. Оно звало его, нет вызывало. Требовало явиться и отдать то, что уже вернулось к Ланге. Остановившись, Адам посмотрел в панорамное окно. Город под ними был настолько мал, словно они были действительно Богами и следили за мелкими муравьями. Нет, это не так. Есть только ОНО, а Адам и Ева… просто пешки. Пешки, которые и сами скоро сломаются, как и весь этот мир…       Массивные двери перед монстром шумно заскрипели. На них была гравировка в виде древа. Древа как в библии, что росло в Эдеме, и чьи плоды вкусили Адам и Ева. Пройдя в такой же светлый зал, мужчина увидел стоящего Тадаши неподалеку. Этот цепной пес снова отчитался перед ним, но и не удивительно, жить охота всем, даже Адаму.       — Вот и ты… — Адам подошел ближе к древу, что стояло в самом центре. Откуда именно раздавался голос, не было ясно, но говорило только оно, остальные молчали, — где то, что я просил?       — Простите, господин… — демон опустился на одно колено и склонил голову перед мощными корнями, — я не смог… не смог заполучить душу Евы.       — Лжец! — одно из корней поднялось над ним и резко ударило по спине, выбивая не только воздух из легких, но и ломая тому костяные крылья.       Адам мог только стиснуть зубы и терпеть ту боль, что проносилась по его спине. Щепки неприятно впивались в открытые участки кожи. Там, где касался корень, всё жгло и раздиралось до крови. Мелкие куски его плоти были разбросаны по полу, как и тот самый корень был окрашен в его черной крови.       — Ты смеешь лгать мне? МНЕ! — Древо заскрипело стволом, и Тадаши печально смотрел на своего господина. К сожалению, он не мог помочь ему, как бы ни хотел.       — Адам, ты был создан мной! Я чувствую твою ложь. — не унималось то, продолжая бить монстра, который упорно стоял в той же позе, но по его подбородку уже стекала такая же черная кровь, капая на землю с сочной зеленой травой, пачкая ту в цвет греха, — Тадаши, убери его отсюда! Его греховная кровь портит мой газон!       — Как прикажете. — Безэмоционально ответил мужчина и помог встать Адаму, уводя его прочь из зала.       Они шли молча, Адам еле передвигал ногами, но внутренне благодарил Тадаши. Тишина давила на уши обоих, пока её не разорвало тихое шуршание крыльев по полу.       — Адам! — ангел ждал своего супруга возле их комнаты. Он примерно понимал в каком состоянии тот будет, но не мог смириться с тем, что увидел на деле.       — Ева… — хрипло говорит монстр, закрывая глаза и падая в объятия того.